18 Ноябрь 2018



Новости Центральной Азии

Российский прапорщик в Таджикистане и его судьба

11.01.2003 00:00 msk, Виктор Сирык

Миграция 

Наши корреспонденты встретились с героем в далеком таджикском городе Курган-Тюбе и услышали историю российского солдата - события и факты, которые остались за кадром телепередачи.

Олег стал первым из своей семьи, кто родился в Таджикистане. Деда, коренного сибиряка, в конце 40-х перевели начальником госпиталя в город Куляб, и он, забрав с собой жену и десятилетнего сына, навсегда обосновался на юге солнечной республики. В 1972-м, когда Олег родился, деда уже не было, но единая общность - советский народ - процветала, и новорожденный был записан русским. По сути он таковым и являлся. Пай-мальчиком Олег никогда не был. Учился средне, иногда ниже того; больше любил охоту и рыбалку. И еще - подвал. Тогда в моду входили пацаны-качки, и их основными "кузницами" были подвалы. Парни тягали там железо, работали на самодельных тренажерах и били до остервенения мешки, набитые опилками, которые они для солидности называли боксерскими грушами.

Олегу больше нравилось последнее, и он даже периодически поднимался из подвала, чтобы побиться на настоящем ринге. Вроде получалось. Он стал серебряным призером Таджикистана по боксу среди юношей.

Окончив восьмилетку, а затем и местную "путягу" (ПТУ), он стал сварщиком, как отец, но начать работу по специальности не смог. В армию Олега не призвали (его родной племянник погиб в Афганистане, и это давало право на отсрочку), но "повоевать" ему все-таки пришлось. Время тогда в республике было неспокойное: "зашевелились" оппозиционные силы. Спустя несколько лет этому шевелению найдут вполне конкретное определение - ваххабизм, но в начале 90-х в Таджикистане их просто называли "вовчики". А тех, кто им противостоял, - "юрчики". Нельзя сказать, что Олег был ярым борцом за какие-то политические права, но в своем криминальном Кулябе отсидеться у маминой юбки было невозможно. Тем более с его фактурой (рост под 190, вес больше 80), кучей друзей (в основном из "подвальных" мальчиков). Кувалды-кулачищи Козлова были самым весомым аргументом на улицах. От него доставалось всем: и "вовчикам", и иногда, под шумок, - "юрчикам". Избежать встреч с милицией удалось чудом.

- Сейчас лучше не вспоминать все, что мы тогда творили, - Олег говорит не торопясь, с заметным акцентом. Это - отпечаток местного бытия...

В 1992-м, когда в Таджикистане заполыхала настоящая гражданская война, погибло много друзей Олега, ушедших в местное ополчение; где-то без вести сгинул отец. Он не захотел больше прятаться за отсрочку, собрал в один из дней все свои документы, сел на такси и приехал (всего 40 километров) к КПП Московского погранотряда. "Я хочу служить в армии", - объяснил он вышедшему навстречу прапорщику, и - поразительно - всего нескольких часов хватило, чтобы его судьба была решена. Олега побрили, помыли, определили снайпером в десантно-штурмовую группу, а спустя несколько недель официально оформили через военкомат.

С кем только рядовому Козлову не пришлось воевать: и с местной оппозицией, и афганскими моджахедами, и "отморозками" Ахматьира, и головорезами из "Черного аиста". И везде его снайперская винтовочка СВД была востребована, Олег мастерски знал свое дело... Не стал исключением и день 18 августа 1994 года. Если бы моджахеды взяли выносной пост Турк, который обороняли российские пограничники, они получили бы прямой выход на Джелалабадское направление. Но им помешали наши, несмотря на более чем тридцатикратное(!) превышение в живой силе со стороны душманов. Трое пограничников остались на той высоте навечно, несколько человек были ранены. Четверо (двое посмертно) были представлены к званию Героя России, но особо отличился рядовой Козлов. Он напрочь развеял все мыслимые представления о человеческих возможностях.

- Я прекрасно помню, как все началось, - Олег словно четки перебирал в памяти картинки того времени. - Душары поперли на нас снизу. Мы - группа 22 человека - находились на двух оборудованных высотках, естественно, в выигрышной позиции, но их-то было гораздо больше. Они шли в основном справа, и старший лейтенант Вячеслав Токарев (царство ему небесное), приказав мне оставаться на месте и прикрывать тылы, взял с собой троих ребят и двинулся на подкрепление к нашим; до них было метров 300. Эх, Слава, Слава! Даже отцом стать не успел...

Никто не думал, что тыл окажется на одной линии с передовой. Прежде чем на наших пограничников обрушился шквал огня, удар в спину приняли на себя те, которые ушли на подкрепление. Олег сопровождал их в оптический прицел своей "эсвэдэшки" и вдруг увидел моджахедов там, где по идее их не должно было быть. Он стал кричать по рации - Токарев не видел их, однако они почему-то не слышали. Олег видел, как по ним открыли огонь, как смертельно раненного командира сержант Антон Жердев утаскивал на себе в укрытие...

Рядовой Козлов старался подпустить "духов" поближе и бил наверняка: один, другой, третий... Когда он понял, что на его позицию ползут с трех сторон и поддержки ждать неоткуда, на секунду мелькнула мысль, что этот бой будет для него последним. "Было бы куда убежать, - усмехнулся Олег, - наверное, убежал бы..." Он работал из своей винтовки направо и налево до тех пор, пока ее не заклинило. Поддержать должен был "Шмель" - ручной гранатомет, но после первого же выстрела выхлопная струя газов, отрикошетив от задней стенки окопа, накрыла словно зонтом, и Олег потерял сознание.

Когда очнулся, увидел себя словно со стороны: что лежит он на дне окопа, а какой-то бородач суетится тут же, наступает даже на него, радостно размахивает руками; мертвая тишина буквально разрывает ушные перепонки. Олег пытается встать, но даже не может пошевельнуть пальцем... Он тогда еще не знал, что такое контузия. Сильный молодой организм справился с ней раньше, чем моджахед сообразил: пограничник жив. Олег вскочил на ноги, как из нокаута, и понял, что все происходит наяву. Не дав бородачу опомниться, он сокрушил его мощнейшим апперкотом в челюсть и, выхватив из рук его же автомат, завершил все длинной очередью...

- В общей сложности бой с какими-то промежутками продолжался почти 15 часов. За это время я успел сбегать к своим, полежать там под артобстрелом, когда оставшийся за старшего лейтенант Шмелев вызвал огонь на себя. Еще дважды побывал под наркозом контузии, столько же раз схватывался в рукопашной.

Подкрепление из 201-й российской дивизии подошло только к 7 утра; душары откатились вниз, оставив в районе Турка тела убитых. Вокруг позиции рядового Козлова их насчитали 36! Весь израненный осколками, Олег потерял сознание, лишь окончательно убедившись, что бой завершен. Указ о присвоении ему звания Героя России был подписан 3 октября. А спустя три недели в Кремле Золотую Звезду Олегу вручал лично Президент Ельцин. Интересно, что из Таджикистана Козлов вылетел рядовым, в Москве приземлился старшим сержантом, а вернувшись в отряд, где ему предложили должность командира боевой группы, стал прапорщиком. "Почти, как Гагарин..." - у Олега прекрасно развито чувство юмора. Когда ему предложили поступить в военное училище, он отказался.

Козлов еще участвовал во многих операциях, представлялся командованием к различным наградам, но... В 1996-м он бросил службу (родственники какие-то - "седьмая вода на киселе" - объявились, пообещали золотые горы) и занялся коммерцией. Мотался полтора года между Омском и Таджикистаном, так и не поняв, что от него требуется. О каких-то там заморочках с гражданством и паспортом особо не задумывался да и вполне обходился удостоверением Героя. Поняв, что ни бизнесменом, ни коммерсантом ему не стать, Олег снова решил пойти на военную службу. Но теперь уже не в погранотряд, а в 201-ю мотострелковую дивизию. К тому времени он женился, появилась на свет дочурка Влада.

Продав в Кулябе отцовский дом, Олег купил матери (с ней живут младший брат и сестра) квартиру в Курган-Тюбе (там, где располагался полк, куда его определили старшиной роты), а сам со своими девчонками стал снимать угол. Точнее, маленькую однокомнатную квартирку. Своего жилого фонда в полку не было со времен гражданской войны (и, по-видимому, уже не будет никогда), поэтому ни о каких жилищных льготах речи нет. Когда родилась Настенька, Олег со Светланой и двумя дочками перебрались в "двушку" - тоже съемную, там сейчас и живут. Во избежание сказок о каких-то баснословных геройских выплатах поясняю: Олег Козлов получает денежное довольствие, как и любой другой российский прапорщик в Таджикистане. За квартиру платит свои кровные - 45 сомонов (около 450 рублей) ежемесячно. Потом их компенсируют. Если на этой статье в дивизии есть деньги.

Мы сидим в гостях у Олега в окружении его "бабьего царства" (каждая по-своему хозяйка) и пьем традиционный для Таджикистана напиток - зеленый чай. Олег - очень своеобразный рассказчик: совершенно без эмоций, даже если речь идет о самой экстремальной ситуации. Он просто такой по натуре: огромный, сильный, уверенный в себе. И не только на словах. Прошлым летом, когда он с группой усиления прибыл на одну из погранзастав, одного из подчиненных в угол загнала кобра. Солдат перепугался не на шутку, и прапорщик Козлов бросился на его крик. Он не раз на охоте ловил этих среднеазиатских красавиц с капюшоном и даже готовил из них вкусное блюдо. Эта же, почувствовав мощную хватку за хвост, извернулась и "поцеловала" Олега в руку. У кого-то еще хватило тогда юмора за фотоаппарат схватиться. А он только поскрипел зубами, выкусил пораненный кусок кожи и стал высасывать яд. В качестве основного дезинфицирующего средства использовал обычную водку. Организм боролся со змеиным укусом ровно сутки. Олег всех успокаивал; сослуживцы же думали, что он бредит... А фотографию, где были запечатлены "последние минуты жизни Героя России", он сохранил на память.

- А как получилось, что вы остались без российского гражданства? Ведь все военнослужащие 201-й дивизии проблем особых в этом, по-моему, не испытывают?

- Я, собственно, тоже не испытываю. Просто после ноября 1994-го меня автоматически наряду со всеми не имеющими определенного гражданства, объявили гражданином Республики Таджикистан. С тех пор все как-то было недосуг заниматься этим вопросом. Я сделал пару попыток, но там целую кучу бумаг оформлять надо, в очередях стоять. Всякий раз откладывал на потом, а тут вдруг приехали телевизионщики из Москвы - даже не знаю, как они меня вычислили, - и сразу в лоб: нужен, мол, вопрос для Президента с вашего региона. Чтобы и острый был, и в то же время проблемный. Я обычно решения принимаю без колебаний. Так было и на этот раз.

- А как все остальные дела: паспорт, прописка?

- Это уже совсем другая "свадьба". Паспорт - установленным порядком через командование дивизии, а прописка уже по факту, после переезда в Россию.

- Собираетесь?

- Конечно. Контракт у меня заканчивается в августе, надо будет определяться, куда ехать и чем заниматься. Но уезжать нужно однозначно и только в Россию: русский язык, образование - это сейчас для моих дочек главное.

P.S.Вопрос про гражданство действительно получился не в бровь, а в глаз. Все, кто смотрел президентский телемост, только о нем и говорили. И все потом было решено без волокиты. Кроме того, проблема прапорщика Козлова неожиданно явилась связующей нитью во взаимоотношениях двух суверенных государств. Президент Таджикистана Эмомали Рахмонов сделал к Новому году подарок Герою России в виде трехкомнатной квартиры в городе Курган-Тюбе.

* * *

Подпишитесь на ежедневный полнотекстовый дайджест СМИ России и СНГ "Центральноазиатские новости", чтобы быть в курсе всех событий региона!

Содержание последнего выпуска здесь. Условия подписки - здесь.