16 Ноябрь 2018



Новости Центральной Азии

Деятельность Фонда Сороса противоречит национальным интересам Узбекистана и поэтому запрещена

17.04.2004 15:34 msk, Даниил Кислов, Москва

14 апреля 2004 года сотрудники ташкентского "Института Открытое Общество Фонд Содействия" (в просторечье - Фонда Сороса) наконец-то получили долгожданный ответ из Министерства юстиции Узбекистана. Официальное письмо за подписью заместителя министра П.А.Саматова содержало отказ в регистрации.

Напомним, что в 2004 году власти Узбекистана ужесточили требования к международным организациям и обязали их зарегистрироваться в Министерстве юстиции страны до 1 марта текущего года. До этого им было необходимо получать разрешение только в министерстве иностранных дел.

По данным исполнительного директора Фонда Сороса-Узбекистана Алишера Ильхамова (его февральское интервью Интернет-изданию Tribune-Uz.Info мы публикуем ниже), еще в начале текущего года учебные заведения страны получили сверху указания воздержаться от сотрудничества с международными организациями. А в местной прессе появились публикации, создающие атмосферу подозрительности и недружелюбности вокруг деятельности международных благотворительных организаций.

Все последние годы государство с недоверием относилось к деятельности Фонда, а зачастую совершало прямо противоположные действия. К примеру, Фонд Сороса проводил в республике каналы Интернет-связи, а органы власти давали указания провайдерам жестко блокировать тот или иной неугодный web-ресурс.

После постановления о перерегистрации многим стало ясно, что дни Фонда Сороса в Узбекистане сочтены. Однако и сотрудники Фонда, и многочисленные грантополучатели продолжали надеяться на лучшее.

Несмотря на то, что Фонд Сороса предоставил все необходимые документы задолго до 1 марта, решение Минюста было получено только 14 апреля. С 1 марта все сотрудники Фонда были отправлены в отпуск. В течение полутора месяцев Фонд пребывал в напряженном ожидании по поводу своего будущего.

В конце марта директора Фонда А.Ильхамова вызвали в Минюст и устно сообщили, что регистрацию Фонд, скорее всего, не получит.

Нынешний отказ в регистрации - уже письменный и окончательный вердикт властей - означает для более чем сотни сотрудников Фонда увольнение, а для Узбекистана - выдворение из страны уникального жертвователя, направлявшего немалые средства на развитие культуры, искусства, науки и высоких технологий.

Фонд Сороса начал свою работу в Узбекистане еще в 1996 году. За прошедшие восемь лет в деятельности Фонда, по мнению Минюста, имели место многочисленные нарушения законодательства республики. В частности, в вину руководству благотворительной организации вменяется несоответствие некоторых пунктов Устава Фонда законам "О некоммерческих организациях" и "Об общественных фондах", ведение образовательной деятельности без лицензии.

Возмутило узбекские власти и то, что представительство Фонда размещается в частном жилом доме. Через восемь лет узбекским чиновникам вдруг стало ясно, что это противоречит статье 600 Гражданского Кодекса Узбекистана, согласно которой "юридическое лицо может использовать жилое помещение только для проживания граждан".

Независимые наблюдатели считают, что запрещение деятельности представительства Фонда Сороса в Ташкенте - зримое свидетельство претворения в жизнь нового курса руководства Узбекистана. Курса на изоляцию от внешних "угроз" в виде деятельности международных, правительственных или неправительственных организаций. Курса на сознательный отказ от либерализации политической и экономической жизни общества.

В решении Минюста открытым текстом сказано, что материалы, распространяемые Фондом, искажали "суть и содержание проводимых в Узбекистане социально-экономических и общественно-политических реформ", а также противоречили "национальным интересам Узбекистана и дискредитировали политику государства".

Последние аргументы нам кажутся совершенно справедливыми, поскольку распространяемые Фондом идеи открытости и толерантности круто расходятся с намерениями и действиями властей Узбекистана по информационному и интеллектуальному блокированию населения страны.

Ценности, исповедуемые Джорджем Соросом и внедряемые его проводниками - многочисленными региональными представительствами - всем известны. Это развитие институтов гражданского общества, содействие демократическим преобразованиям, развитие сети Интернет, издание книг и учебников.

Главная задача государственных чиновников Узбекистана - сохранение собственной власти. Именно в деятельности международных неправительственных организаций усматривает узбекский истеблишмент угрозу своему существованию.

И эти опасения не напрасны. Организация, не преследующая никаких политических целей, тем не менее, способствовала самому активному росту политического сознания узбекских граждан, помогала их общественной активности, финансировала частные и независимые инициативы, вызывающие у чиновников резкое противодействие.

Оставив в Узбекистане 22 миллиона долларов (по данным Reuters) в виде прямых денежных грантов, компьютеров и другой оргтехники, изданных книг и проведенных концертов, симпозиумов и конференций, миллиардер-филантроп Джордж Сорос вынужден уйти из страны под давлением властных структур. Жителям республики от этого станет только хуже.

* * *

Джордж Сорос, основатель и глава благотворительных фондов, родился в Будапеште в 1930 году. В 1947 году он эмигрировал в Великобританию, где закончил Лондонскую Школу Экономики. После отъезда в 1956 году в США Сорос учреждает международный инвестиционный фонд "Quantum Group", деятельность которого стала началом его финансового успеха. В 1979 в Нью-Йорке он основал "Open Society Fund", положивший начало сети благотворительных фондов, охватывающей ныне более 25 стран. Джордж Сорос известен не только как финансист и филантроп, но и как социальный мыслитель, автор ряда книг и статей, для которого основополагающей ценностью и центральной идеей является становление открытого общества в посткоммунистическом мире.

* * *

Понятие "открытое общество" впервые введено в научный оборот французским философом Анри Бергсоном в 1932 году и впоследствии развито в работах австрийского философа Карла Поппера, прежде всего в его известной книге "Открытое общество и его враги", написанной в годы второй мировой войны. Сорос, который на себе испытал все тяготы и нацистского, и коммунистического режима в Венгрии, стал верным последователем идей Карла Поппера, прочитав его книгу еще студентом в конце 40-х годов. На русский язык книга переведена в 1992 году.

* * *

Алишер Ильхамов, исполнительный директор Института Открытое Общество Фонд Содействия – Узбекистан

TRIBUNE-uz, Сайёра Рузикулова, 5 февраля 2004

В Узбекистане вводится новый порядок регистрации международных неправительственных организаций. Власти приняли новые требования, которые обязывают международные организации до 1 марта зарегистрироваться в Министерстве юстиции. До этого им было необходимо регистрироваться только в Министерстве иностранных дел. К числу организаций, которым предписано представить документы на регистрацию в Минюст, значится и Фонд Сороса. В этой связи Исполнительный директор Института Открытое Общество Фонд Содействия – Узбекистан Алишер Ильхамов ответил на наши вопросы.

– Каким образом проходило информирование со стороны правительства Узбекистана относительно прохождения регистрации?

– В начале января наш фонд в числе других организаций был приглашен в Минюст, где нам вручили список документов, которые мы должны представить на регистрацию. При этом правовой основой регистрации служат Закон о негосударственных некоммерческих организациях, принятый в 1999 году, и Положение о порядке регистрации общественных объединений, принятое в 1993 году. В этом законе действительно имеется раздел, касающийся представительств международных организаций. Других правовых документов нам в руки не было передано.

– Что вы можете сказать по поводу того, что после выхода этого постановления американские дипломаты выразили опасение, что Госдепартамент США может сократить финансовую помощь Узбекистану?

– Я не могу ничего говорить о позиции правительства США. Это не входит в мою компетенцию. Я только могу делать предположения о том, что при выделении финансовой помощи любое правительство исходит из того, какие условия для реализации гуманитарной, технической и прочей помощи предоставляются в стране-реципиенте. Если эти условия не вполне благоприятны, если создаются искусственные препятствия, то любое правительство-донор задумается, а следует ли дальше оказывать помощь. Ведь деньги выделяются из средств налогоплательщиков и должны быть использованы максимально эффективно и по назначению.

– Ваш фонд участвует в осуществлении таких программ, финансируемых американским правительством?

– Что касается нашего фонда, то он участвует в выполнении некоторых программ, финансируемых ЮСАИД. Это программы по предотвращению наркомании и СПИДА, а также программа по развитию школьного образования.

– Можете ли Вы сказать, что новый порядок регистрации каким-то образом оказывает влияние на выполнение этих и других программ? И вообще, что Вы можете сказать о наличии условий оказания благотворительной помощи со стороны Вашего фонда?

– Я бы выделил здесь три аспекта. Во-первых, рассмотрим само решение о регистрации в Минюсте. В прессе уже прозвучало сообщение о том, что касательно выполнения программ американского правительства действует порядок, установленный двухсторонним договором 1994 года между правительствами Узбекистана и США. По нашему законодательству международные договора, подписанные узбекской стороной, имеют верховенство над национальным законодательством. Это один аспект. Другой связан со сроками прохождения регистрации в Минюсте. Согласно действующему порядку Минюст рассматривает заявки на регистрацию до двух месяцев. Но до этого нужно еще подать правильным образом и в полном комплекте документы на регистрацию. В отличие от аккредитации при МИДе, требуется гораздо более сложный процесс подготовки этих документов, на который может уйти не одна неделя. Срок нашей аккредитации при МИДе заканчивается 1 марта и, учитывая все указанные объективные обстоятельства, нереально ожидать, что наш фонд смог бы получить позитивное решение о регистрации к этому сроку. Значит, наша оперативная деятельность обречена на задержку на неопределенный срок – все будет зависеть от того, когда мы будем готовы представить нужные документы и сколько времени Минюст будет их рассматривать.

Во-вторых, хотя на сегодняшний день мы все еще сохраняем легальный статус (срок аккредитации заканчивается 1 марта), мы уже начали испытывать некоторые затруднения в осуществлении нашей оперативной деятельности. Они связаны с теми ограничениями, которые были введены Центробанком на банковское обслуживание платежей по грантам, предоставленным нашим фондом. Начиная с января, к нам поступают сообщения как от наших грантополучателей, так и от самих коммерческих банков, что Центробанк дал указание не производить платежи по грантам, выделенным международными организациями, пока они не пройдут одобрение со стороны Центробанка. Но тот задерживает их рассмотрение, ссылаясь на отсутствие порядка рассмотрения, а вследствие этого грантополучатели не имеют реального доступа к своим банковским счетам. Это какой-то порочный круг. Нам кажется, что здесь несколько нарушаются права держателей банковских счетов на распоряжение своими средствами, и мы очень надеемся, что ситуация вернется в русло, соответствующее законодательству и принятым международным стандартам и нормам работы банковских учреждений.

В-третьих, для осуществления гуманитарной помощи очень важна атмосфера, ее сопровождающая. Начиная с января, здесь также возникли некоторые проблемы. Так, к нам поступают сообщения о том, что учебные заведения – как школы, так и университеты – получили сверху указания воздержаться от сотрудничества с международными организациями. Не остались незамеченными появившиеся в местной прессе некоторые публикации, которые создают атмосферу подозрительности и недружелюбности вокруг деятельности международных благотворительных организаций. Эти публикации ведут к настроениям неуверенности как среди международных организаций, так и среди тех, кто нуждается в благотворительной помощи. Таким образом, фактор социально-психологической атмосферы, хотя и он и не является категорией юридической, также должен быть отнесен к критическим условиям осуществления деятельности международных организаций.

– В этой связи возникает вопрос об отношении к международным организациям и международному сообществу вообще. Может, они несут нам какие-то чуждые ценности, насаждают чуждый образ жизни, как утверждают некоторые?

– Вы знаете, Узбекистан долго добивался геостратегического партнерства с Соединенными Штатами, с Европой, c Японией и другими развитыми странами. Условием этого стратегического сотрудничества являются не только соображения сиюминутного прагматического порядка, но и приближение Узбекистана к международным стандартам в области прав человека, гражданских свобод, демократии и законности. Это стандарты открытости, в связи с чем и возникла философия «Открытого общества». Понятие открытого общества сформулировал философ Карл Поппер, а Джорж Сорос принял к практическому руководству. Но являются ли эти идеи чуждыми нашим национальным ценностям? И из чего складываются сами эти национальные ценности? Противоречат ли они ценностям общечеловеческим или сливаются с ними?

Если внимательно посмотреть на уроки истории региона, то мы увидим, что его расцвет, а именно – период так называемого Мусульманского Ренессанса, совпал с периодом расцвета Шелкового пути, с практикой максимальной открытости региона для веяний и идей того времени, не важно, откуда они исходили. Сам ислам явился не местным изобретением, а пришел с Ближнего Востока, хотя и обогатился в дальнейшем местными идеями. Сама исламская теология, калам, испытала сильное влияние аристотелизма. По сути, исламские ученые вновь открыли и передали для самой Европы наследие всей греческой философии. То есть, отрывать и сам ислам, и регионы мусульманского мира от международных влияний и веяний невозможно. Человек обретает самого себя через взаимодействие с другими людьми. Попробуйте изолировать его надолго от внешнего мира – он неизбежно деградирует как личность. Также и наш регион в свое время пришел в социально-экономический упадок, когда увял Шелковый путь, когда сократились контакты с внешним миром.

С этих позиций и давайте оценивать присутствие международных организаций. Всем понятно, что они приносят в страну опыт других стран и влияние других культур. Мы, конечно, должны быть избирательны в ознакомлении с чужим опытом. Например, из истории Европы мы не должны брать ничего, что привело к первой и второй мировым войнам, например, идеологию нацизма. Мы знаем, что именно псевдо-патриотические мифологии типа теории происхождения арийской расы как раз таки и привели к краху Германии, рассорили ее со своими соседями, а возродилась она только путем нового обретения общечеловеческих ценностей, восстановления гражданских свобод, демократии и всего того, что входит в лаконичное понятие открытого общества.

Хотел бы отметить и следующее. В жизни всякого государства бывают трудные моменты, то есть периодические кризисы неизбежны. В таких случаях есть всегда соблазн замкнуться, уйти в себя, изолироваться от внешнего мира. Я убежден, что такая реакция на трудности глубоко ошибочна и только усугубляет кризис. Выход состоит в честном анализе своих ошибок и изучении опыта других стран, особенно тех, кто достиг успеха.

– Может, иностранная помощь ведет к нашей зависимости? Может, за ней стоят корыстные интересы?

– Конечно, каждая страна действует из своих национальных интересов. Но только ли этим руководствуются правительства развитых стран, когда направляют нам помощь? Кроме прагматических интересов, есть еще и обязательства морального порядка: богатые должны помогать менее обеспеченным – это категорический императив, выражаясь словами Иммануила Канта. И это опять-таки особенности не только западного менталитета, но и нашего с вами. В исламе понятие заката также является отражением этого общечеловеческого категорического императива. Кроме того, помимо сиюминутных интересов, есть и долговременные – каждое развитое общество стремится к улучшению ситуации в других странах, часто исходя из этих долговременных и глобальных интересов. Возьмите проблему глобального потепления, загрязнения окружающей среды, распространения СПИДА, наркомании. Если эти социальные болезни запустить, то они рикошетом ударят и по обществам развитых стран. Наш фонд как раз таки и причастен к решению такого рода проблем, которые в долговременных интересах как нашей страны, так и тех стран, откуда идет помощь. Поэтому было бы верхом неразумности чинить препятствия на пути этой помощи.

– В прессе прозвучали сообщения о том, что в Грузии Фонд Сороса был причастен к так называемой «революции роз». В частности, о том, что новый президент страны Саакашвили был грантополучателем Фонда Сороса.

– Когда мы сравниваем разные страны, то мы должны учесть множество факторов. В числе первых здесь характер политической культуры, национального темперамента, степень политизированности общественной жизни, роль и состав политических элит. В Грузии события развивались по крутым виражам, начиная с эпохи перестройки. Вспомним приход к руководству Гамсахурдия и все, что потом произошло. Потом к власти пришел г-н Шеварднадзе, причем, как пишут источники, не без помощи некоторых элит. Например, по некоторым источникам, известный магнат, отец г-жи Бурджанадзе, нынешнего соратника Саакашвили, во многом содействовал тогда приходу Шеварднадзе. В этой стране трудно найти человека, который бы не относил себя к тому или иному политическому лагерю. Это во-первых.

Во-вторых, Саакашвили был действительно стипендиантом по программе Фонда Сороса. Но таких стипендиантов, которые получили гранты для обучения в западных университетах, – сотни, а в масштабах всего постсоветского пространства – тысячи. В западных университетах не учат, как свергать правительства, учебная программа просто этого не предусматривает. Конечно, обучение в западном университете, знание иностранных языков резко повышают профессиональные возможности молодого человека, в том числе и для проявления их в публичной политике. Рано или поздно, молодые и более профессиональные ребята приходят на смену старшему поколению в любой сфере деятельности. Где-то это происходит быстрее, где-то медленнее. Возьмите нашу страну, ведь и у нас в правительственных структурах имеется достаточно людей, которые в прошлом были стипендиантами западных университетов. Наличие таких людей в правительстве только улучшает качество его работы. Это особенно важно в условиях конкуренции, которая разворачивается, кстати, и между государствами. Естественный конфликт между поколениями решается путем планомерной работы по обновлению аппарата государственных учреждений и привлечения туда людей с новым мышлением. Между прочим, в соседнем Казахстане после проведения административной реформы средний возраст правительственных чиновников составил 34 года, причем молодые привнесли туда лучшее знание международных стандартов, чем старшее поколение. От этого в выигрыше вся страна. Профессионализм, знание международных стандартов во всех областях, условия, которые создаются для профессионалов – это главные факторы успешной конкуренции на международной арене, и я горжусь тем, что наш фонд, благодаря своей стипендиальной программе и другим образовательным проектам, вносит свой достойный вклад в повышение компетентности национальных кадров.

– Что вы вкладываете в понятие патриотизма? Патриотично ли работать в международных структурах?

– Ту работу, которую я назвал выше, я бы назвал молчаливым, без излишней риторики, но продуктивным патриотизмом. Патриотизм сегодня – это на своем рабочем месте делать свою работу на высоком качественном уровне, который не уступает международным стандартам.