25 Июль 2017

 

Новости Центральной Азии

Узбекистан-2009: «Исламский джихад», «серый импорт», закрытые границы и тайные судебные процессы

09.10.2009 17:55 msk, Алексей Волосевич

Узбекистан Анализ

На фото слева - Абдулла Фатих, заместитель амира Союза «Исламского Джихада»

Вооруженные столкновения в узбекистанской части Ферганской долины в конце мая 2009 года стали чем-то вроде неосторожно сдвинутого камня, повлекшего за собой целую лавину все новых и новых событий. Несмотря на то, что с тех пор прошло уже больше четырех месяцев, власти упорно избегают объяснений сути и причин событий, столь неожиданно прервавших многолетнее затишье и непосредственным образом отразившихся на отношениях между Узбекистаном и Киргизией. Подробный рассказ и анализ происходящего – в статье нашего ташкентского обозревателя Алексея Волосевича.

НАЧАЛО

Все началось с того, что в ночь с 25 на 26 мая в приграничной зоне внезапно развернулись некие боевые действия: неизвестные люди «с использованием взрывного устройства» атаковали милицейский блокпост «Ханабад» возле границы с Киргизией, на расстоянии примерно 80 километров от Андижана. Нападение удалось отразить, но днем инциденты продолжились уже в самом Андижане, где тоже гремели взрывы и были погибшие и раненые. Так завязалась новая и пока неоконченная история, серьезно осложнившая и без того натянутые отношения между соседними государствами и вызвавшая повсеместный интерес СМИ к происходящему (а то что-то давно в Узбекистане стоит тишь да благодать - целых четыре года без терактов и перестрелок).

Первые сообщения о ЧП пришли от киргизских СМИ, передавших, что с утра граница между Узбекистаном и Киргизией закрыта в связи с беспорядками в Ханабаде. Затем «Фергана.Ру» со ссылкой на собственные источники сообщила, что 25 мая в здании городского отделения милиции города Ханабада произошел взрыв, причина которого неизвестна, и упомянула о возможной перестрелке в Кургантепинском районе Андижанской области (Ханабад находится как раз в этом районе, треугольником вдающимся вглубь территории Киргизии).

Чуть позже представитель пресс-службы МВД Киргизии сообщил РИА Новости, что на посту «Ханабад» на узбекской стороне границы произошла перестрелка; предположительно, есть раненые. «С киргизской стороны в районе пункта перехода границы видны следы крови, которые находятся на территории соседнего государства», - отметил он. Со ссылкой на очевидцев агентство упомянуло также и о взрыве в городе Ханабад.

Вслед за этим «Фергана.Ру» передала, что, по рассказам сотрудников милиции города Ош, события не ограничились взрывами, и что минувшей ночью (между 23 и 24 часами по местному времени) неизвестные предприняли попытку вооруженного захвата здания РОВД г. Ханабада. Нападавших, якобы, было около двадцати человек, и они были вооружены автоматами. «Неофициальные источники «Ферганы.Ру» свидетельствуют о как минимум четверых пострадавших в результате инцидента», - говорилось в сообщении. Схожую информацию распространило ИА «Central Asian News», также ссылаясь на источники в Кыргызстане и оговаривая, что она еще нуждается в подтверждении. По данным агентства, группа из двух десятков человек совершила нападение на здание местного отделения Службы национальной безопасности Узбекистана и ОВД в городе Ханабад с применением то ли взрывчатки, то ли гранатомета. При этом, по предварительным данным агентства, погибли несколько сотрудников правоохранительных органов.

После этого в СМИ замелькали сообщения о целом ряде перестрелок, об убитых и раненых не только в Ханабаде и его окрестностях, но и в других местах Андижанской области. Базирующийся в Киргизии сайт «Голос Свободы», ссылаясь на источники в Андижане, сообщил, что в Ханабаде и Дустлике, пограничном городке, примыкающем к Ошской области Киргизии, идут перестрелки. По другой информации сайта, в этих городах продолжается стрельба, по дорогам разъезжают «танки на колесах» (так местные жители называют БТРы), улицы перекрыты военными. Поскольку информатор сообщал об этом часов в 10-11 утра, то выходило, что в это время столкновения всё еще продолжались.

В других сообщениях того дня в качестве места стрельбы и взрывов фигурировал только пост «Ханабад». «В ночь с 25 на 26 мая на таможенном посту «Ханабад» на границе Андижанской области Узбекистана и Джалал-Абадской области Кыргызстана произошел взрыв», - передавал независимый сайт Uznews.net.

Одновременно прошла информация о том, что в Андижанской области проводится некая спецоперация. По данным «Ферганы.Ру», на протяжении последних двух недель в Андижанской области находились две группы спецназа, прикрывавшие некую операцию по нейтрализации неизвестных экстремистов и террористов. В свою очередь «Голос Свободы» известил, что с уже 25 мая все силовые подразделения Ферганской долины (имеется в виду ее узбекская часть) были подняты по тревоге.

Так или иначе, но в ответ на происходящее официальный Ташкент постарался мгновенно блокировать район боевых действий, чтобы обнаружить и задержать нападавших. По сообщениям СМИ, с раннего утра 26 мая все дороги, ведущие к Ханабаду, были перекрыты узбекскими военными, по тревоге в этот район были стянуты дополнительные силы внутренних войск и пограничников. Дороги, связывающие Узбекистан с Киргизией, в экстренном порядке были перекрыты дополнительными блокпостами с подкреплением в виде БТРов.

Сама граница тоже была закрыта. РИА Новости, ссылаясь на представителя Пограничной службы Кыргызстана, известило, что по просьбе узбекской стороны киргизские пограничники закрыли два крупнейших пункта пропуска на границе республик. Узбекские пограничники выпускают граждан Киргизии, оказавшихся в Узбекистане, однако на территорию своей страны никого не впускают. Вслед за этим Погранслужба Киргизии распространила официальный пресс-релиз, в котором сообщалось, что, по полученным данным, 26 мая в 02.00 в городе Ханабаде были зафиксированы взрывы, в связи с чем силовые структуры Узбекистана перешли на усиленный режим охраны государственной границы. «Пограничная служба КР также перешла на усиленный режим охраны государственной границы», - говорилось в нем.

Сам Ханабад, по сути, оказался на военном положении: помимо созданного вокруг него кольца оцепления в городе закрыли все увеселительные заведения, кафе, чайханы и общественные места; одновременно с этим в близлежащих районах Андижанской области была отключена мобильная связь. Усиленные меры безопасности распространились и на областной центр. По сообщению Радио «Озодлик» (узбекская служба Радио «Свобода») утром 26 мая на территорию нового базара Андижана была введена военная техника. Сообщалось также, что на обычных дорожно-патрульных постах идёт тщательная проверка всех машин и их пассажиров, особенно въезжающих в город.

Днем появилась первая, пока неофициальная информация о нападавших. «Нападение на здание отделения спецслужбы Узбекистана и городского ОВД в Ханабаде, по предварительным данным, совершили боевики Исламского движения Узбекистана», - рассказал Интерфаксу источник в силовых структурах Ташкента. «К сожалению, им удалось скрыться», - добавил он. По его словам, оба ведомства, на которые напали боевики, располагаются в одном здании. Нападавших было порядка пяти человек, а не двадцати, как сообщали некоторые СМИ. «Сейчас проводятся спецмероприятия по блокированию района и поиску нападавших, усилена охрана границы с Киргизией, чтобы боевики не могли там укрыться», - рассказал источник.

Таким образом, информатор Интерфакса подтвердил, что здание РОВД и СНБ в Ханабаде подверглось нападению боевиков, которых он связал с Исламским движением Узбекистана (ИДУ), ставящим своей целью создание исламского государства на территории Ферганской долины и многими странами признанным террористической организацией.

В то же время информация, исходившая от официальных представителей государственной власти, была столь скупа, что ее приходилось собирать буквально по крупицам. Например, представитель городского хокимията (администрации) Ханабада, которого цитировало ИА «Central Asian News», уверял, что взрыв действительно произошел, но не в Узбекистане, а на одном из военных складов Киргизии. «Нет никаких оснований для паники», - заявил чиновник.

Около полудня появились первые официальные комментарии, исходившие от руководителя пресс-службы Генпрокуратуры Узбекистана Светланы Артыковой. Она объяснила корреспонденту РИА Новости, что неизвестные совершили нападение на милицейский блок-пост в Ханабаде. По ее словам, нападавших было двое, и им удалось скрыться, в ходе нападения никто не пострадал. Артыкова не смогла подтвердить или опровергнуть сообщения СМИ о том, что подразделения МВД и СНБ в Ханабаде тоже подверглись нападению. «Об этом я не знаю», - сказала она. Примерно то же самое глава пресс-службы повторила и другим информагентствам.

А после полудня вдруг стало известно, что в Андижане только что произошел один или несколько взрывов и, возможно, разворачиваются еще какие-то события. «Голос Свободы» проинформировал, что в центре города взорвалось неустановленное устройство, в результате чего погибли как минимум семь человек. После взрыва в Андижане появилась бронетехника, улицы заполонили военные и милицейский спецназ. Информационные ленты запестрили сообщениями о том, что в городе прогремело несколько взрывов и слышна стрельба. Трудно было судить об их достоверности, поскольку проверить поступающие из блокированного города обрывочные сведения было крайне затруднительно.

Сразу после первого взрыва и последующей волны слухов андижанские улицы опустели. Люди звонили знакомым и родственникам и предупреждали, чтобы те сидели дома и не выходили на улицы. Затем власти не придумали ничего более умного как отключить сотовую связь и стационарные телефоны примерно до шести часов вечера. Отметим, что информационная блокада – это обычная реакция узбекских властей на любые ЧП, направленная на то, чтобы информация о происходящих событиях исходила только от них, формируя выгодное им мнение. Так, во время андижанских событий 2005 года власти заставляли операторов кабельного телевидения по всей стране на 5-8 минут отключать российские новостные передачи, чтобы, не дай бог, узбекистанцы не узнали о происходящем в этом городе из независимых источников.

Андижан, проспект Навои
Андижан, проспект Навои

В девятом часу вечера пресс-служба Генеральной прокуратуры Узбекистана, наконец, соизволила проинформировать сограждан и распространила текст официального заявления: «В ночь с 25 на 26 мая с.г. группой из 2-3-х бандитов осуществлено вооруженное нападение с использованием взрывного устройства на блок-пост милиции при въезде в город Ханабад Андижанской области. В ходе завязавшейся перестрелки получили ранения один сотрудник милиции и один из нападавших бандитов. Вследствие полученного отпора под покровом ночи бандитам удалось скрыться. В 13.45-14.00 26 мая с.г. на улице Фитрата г.Андижана неизвестным мужчиной произведен самоподрыв, в результате которого один сотрудник милиции погиб и несколько граждан получили ранения. По предварительным данным, группа бандитов проникла на территорию Андижанской области из соседнего Кыргызстана. В настоящее время в Андижане создан и работает оперативный штаб, в состав которого вошли представители всех силовых структур республики. Ведутся оперативно-поисковые мероприятия и следственные действия».

Таким образом, отметившись гениальной фразой о том, что «вследствие полученного отпора бандитам удалось скрыться», Генпрокуратура официально подтвердила нападение на блокпост, уточнила, что нападавших было не двадцать, и не пять, как сообщал «силовой» источник Интерфакса, а двое-трое; признала один взрыв в Андижане, и ткнула пальцем в сторону Киргизии.

Что касается президента Ислама Каримова, то он никаких заявлений делать не стал, и, несмотря на события на границе с Киргизией (но еще до терактов в Андижане), как и планировалось, отправился с официальным визитом в Бразилию.

ПЕРВЫЕ ДНИ ПОСЛЕ ВЗРЫВОВ И ПЕРЕСТРЕЛОК

Случившееся резко встряхнуло размеренную жизнь Ханабада и Андижана. 26-го и 27 мая на улицах этих городов людей было примерно в два раза меньше обычного. В Андижане многие кафе и столовые срочно позакрывались на «санитарный день». Сообщалось, что в городе закрыты детские сады, учреждения и ведомства, а движение транспорта сведено до минимума. Через руководителей махаллинских комитетов власти сообщили, что людям лучше оставаться дома, чтобы не стать случайной жертвой перестрелки военных с возможно все еще укрывающимися в городе членами неизвестной вооруженной группировки.

В городе тем временем продолжился поиск нападавших и их сообщников. Представители спецслужб под прикрытием спецназа проводили оперативные рейды-проверки, и все лица, находящиеся под надзором, тщательно проверялись на предмет того, где они находились в ночь с 25 на 26 мая 2009 года.

Постепенно напряжение стало спадать. «В городе все нормально, работают рынки, магазины и даже чайханы, куда совсем недавно не каждый желал выходить. Общественный транспорт функционирует нормально, на улице нет военных в камуфляжах и милиционеров с автоматами. Такое ощущение, что все вмиг закончилось», - передал один из жителей Андижана по телефону «Голосу Свободы» 27 мая. Возобновилась и прерванная работа сотовой связи.

Правда, еще много дней оба города – и Андижан, и Ханабад - продолжали оставаться на особом положении. Пропускной режим в них был предельно ужесточен, все въезжающие и выезжающие оттуда автомобили тщательным образом досматривались с привлечением кинологов и собак, а после наступления темноты проезд вообще запрещался. «Любая дорога, ведущая в Андижан, перекрыта, стоят бетонные препятствия, сотрудники милиции тщательно проверяют каждую машину, при этом пассажиров просят выйти из машины», - сообщал «Голос Свободы» 2 июня, через неделю после всех этих событий.

Под пристальное наблюдение была взята вся Андижанская область. На перекрестках ее внутренних дорог были выставлены мотоманевренные группы с бронетехникой, проводившие проверки всех автомобилей. «В городах Андижан, Ханабад и других населенных пунктах осуществляется патрулирование силами усиленных мобильных групп подразделений специального назначения правоохранительных органов Узбекистана», - известила Погранслужба Киргизии 27 мая.

При этом доступ был ограничен не только собственно в Андижан и Ханабад, но и в Ферганскую долину вообще. По словам таксистов, курсирующих между долиной и Ташкентом, пересечь многочисленные кордоны для тех, кто не прописан или не командирован государственными органами из Ташкента и других городов Узбекистана в Ферганскую долину, с 27 мая стало практически невозможно; в Андижан или любой другой город Андижанской области могут попасть лишь те, кто имеет там постоянную прописку или сможет доказать, что там живут его близкие родственники. Всем остальным въезд в область заказан.

Это отметила и Погранслужба Киргизии, сообщившая, что узбекская сторона установила «дополнительные посты спецподразделений на бронетехнике» на автотрассе Ташкент-Андижан. Одновременно силовыми структурами были взяты под тщательный контроль все дороги между областями Узбекистана.

Границы с соседними странами тоже оставались закрытыми. С 26 мая узбекские пограничники не выпускали своих граждан в соседнюю Киргизию, а с 27-го – и в Таджикистан. «Контрольно-пропускные пункты обеих республик в настоящее время работают только на пропуск на территорию своих государств собственных граждан», - отметил 27 мая заместитель председателя Пограничной службы Киргизии Чолпонбек Турусбеков.

Несмотря на беспрецедентные ответные действия, непосредственным образом отразившиеся на жизни узбекской части Ферганской долины с населением порядка 10 миллионов человек, в Узбекистане никто толком так и не рассказал о том, что же произошло в Андижанской области. После официального заявления Генпрокуратуры никакой информации о тех событиях больше не предоставлялось. Исключение – проправительственный сайт Press-uz.info, но о нем речь впереди. Доступ к информационным ресурсам Интернета, как и обычно, был перекрыт (к примеру, все материалы веб-сайта агентства РИА Новости на эту тему в Узбекистане до сих пор заблокированы), а местные СМИ ограничились перепечаткой сообщения Генпрокуратуры; в дальнейшем они избегали любых упоминаний о случившемся.

Ничего не прояснил и президент Каримов, который 31 мая посетил три города Андижанской области - Ханабад, Андижан и Карасу (спецрепортаж об этом показало узбекское телевидение). Во время встречи с пожилыми жителями Андижана он сообщил, что «определенные силы хотели бы повторить события 2005 года, нарушить стабильность в стране» и что и за событиями 26 мая стоят лица, «ненавидящие успехи и жизненный рост» в Андижане, а также зарубежные спонсоры. По его словам, следственная группа ведет активную работу по выявлению всех лиц, причастных к этим событиям, и все они будут выявлены и наказаны. «Мы обязательно дойдем до корней произошедшего, найдем их спонсоров, выявим, какие ими ставились цели», - пообещал Каримов.

Находясь в Андижанской области, президент также выразил большое неудовольствие тем, что народ регулярно пересекает государственную границу. Беседуя с пограничниками в городе Карасу, он сказал, что отныне нужно строго контролировать проход граждан через границу, фиксировать количество переходов, а затем пытаться выяснить, с какой целью совершается переход. Президент пояснил, что постоянный переход через границу – действие уже подозрительное, и оно должно пресекаться, потому что просто так по нескольку раз границу никто не переходит. «Почему люди должны посещать их рынок, зачем? Давайте мы у себя здесь откроем рынок для наших торговцев, у нас есть и вагоны и машины, всё, чтобы создать у себя такой рынок», - предложил он.

Вечером того же дня президент вернулся в Ташкент, а на следующий день, 1 июня, подписал указ о награждении группы сотрудников правоохранительных органов, отразивших нападение неизвестных. Четверо сотрудников милиции Андижанской области «за проявленные самоотверженность и мужество в ходе обеспечения национальной безопасности республики» были награждены орденами и медалями, причем один из них, старший инспектор дорожно-патрульной службы УВД Андижанской области Бахтиёр Холмирзаев - посмертно. Так стало известно имя сотрудника милиции, погибшего в Андижане 26 мая во время взрыва на улице Фитрата.

А 3 июня Ислам Каримов подписал распоряжение о создании комиссии во главе с Генеральным прокурором Узбекистана Рашидом Кадыровым по подготовке и проведению открытого судебного процесса по фактам террористических актов в Андижане и Ханабаде. Официальные узбекские СМИ сообщили, что на комиссию возложена задача по оказанию необходимого содействия в подготовке и проведении этого процесса, создании условий для его широкого освещения зарубежными и местными средствами массовой информации. При этом о задержании каких-либо подозреваемых, несмотря на обещание открытого суда над ними, не сообщалось.

ВЛАСТИ ПРЕУМЕНЬШАЮТ МАСШТАБЫ СЛУЧИВШЕГОСЯ

С самого начала майских событий 2009 года в Андижанской области представители официальной власти подчеркивали, что их масштаб невелик. «Если бы ситуация была столь серьезной, как представляют некоторые СМИ, президент Узбекистана вполне мог бы отложить визит на другой срок», - заявил источник в правительстве Узбекистана корреспонденту агентства Regnum.

Однако во второй половине дня, после серии терактов в Андижане, всякие там источники в правительстве заткнулись и перестали выдавать благостно-успокоительные объяснения. Обозреватели отметили, что ради «двух-трех бандитов» вряд ли в приграничные районы стали бы стягивать бронетехнику, перекрывать дороги, глушить мобильную связь, изолировать Ферганскую долину, закрывать государственную границу с Киргизией и так далее.

Имеющаяся информация свидетельствует о том, что масштабы событий были больше, чем это признают власти. И если пока нельзя точно сказать, были ли перестрелки в других местах Андижанской области помимо Ханабада и Андижана, то данные о нападении на здание РОВД и СНБ в Ханабаде находят подтверждение.

«В Ханабаде было всего одно нападение, со взрывом и перестрелкой, - передал источник «Ферганы.Ру», специально съездивший в этот город для уточнения деталей происшествия. - Но дело в том, что ОВД (отдел внутренних дел) и ханабадский городской отдел СНБ - обе конторы расположены в одном здании. Поэтому можно сказать, было нападение и на СНБ. Но основное нападение было на ОВД. По рассказам жителей, был один мощный взрыв возле КПП (блокпоста). Затем перестрелка - минут 15-20. Ранен один милиционер. Из нападавших тоже есть раненые, но сколько их - неизвестно. Остались только следы их крови. Трупов нет».

Что касается Андижана, то это крупный город, областной центр, и информацию о взрывах в нем утаить значительно труднее. Итак, что случилось в тот день в Андижане?

По данным независимых СМИ, ссылавшихся на собственные источники, в Андижане произошли не только взрывы, но и как минимум одна перестрелка, да и самих взрывов было больше, чем один (источники этих СМИ локализовали их примерно в одних и тех же местах – на улице Фитрата и в районе масложиркомбината, а некоторые – еще и в пригороде Боги-Шамол). Таким образом, все эти источники указывали на то, что возле масложиркомбината произошел еще один взрыв, о чем не могла не знать Генпрокуратура, распространившая свое сообщение гораздо позже. То, что взрывов было два, впоследствии на неофициальном уровне признавали и некоторые представители силовых структур.

Между тем по информации Uznews.net, общее количество погибших в ходе событий 25-26 мая существенно превысило официальные данные. Со ссылкой на сотрудника одного из медицинских учреждений Андижана сайт сообщил, что в морги Андижанской области были доставлены 16 погибших во время взрывов и перестрелок в Ханабаде и Андижане. «Областной морг в Андижане получил на медицинскую экспертизу тела пятерых убитых, и их коллеги в Кургантепинском районе, расположенном рядом с Ханабадским районом, - тела одиннадцати погибших», - сообщил Uznews.net 27 мая.

После этого пресс-служба Генеральной прокуратуры Узбекистана на некоторое время вышла из состояния прострации и опровергла информацию о большом количестве жертв событий в Андижанской области. Глава пресс-службы этого ведомства Светлана Артыкова в беседе с корреспондентом «Би-би-си» заверила, что эти сведения далеки от действительности и повторила, что в ходе нападений в Андижане и Ханабаде был убит сотрудник правоохранительных органов и несколько человек получили ранения. По ее словам, задержанных в связи с инцидентами нет («Би-би-си», 28 мая.).

Вслед за этим отпор зловредному интернет-изданию появился на сайте Press-uz.info, контролируемом советом безопасности при президенте Узбекистана и традиционно используемом для обливания грязью критиков режима, в виде статьи с ярким названием «Вонь, распространяемая «Узньюсом», или как сотрудники сайта дискредитируют Интернет-журналистику».

«События 26 мая в узбекских городах Ханабад и Андижан опять возбудил зуд у недружелюбных к Узбекистану СМИ, - писал укрывшийся за псевдонимом автор статьи (орфография сохранена). – Несмотря на официальное сообщение пресс-службы Генеральной прокуратуры республики, наблюдаются попытки отдельных сайтов представить картину иначе. …Мне - простому жителю г.Андижана - непонятны эти потуги журналистов. Чего они добиваются, что кликушествуют? Из каких «осведомленных» источников они черпают информацию? Ведь в Андижане эти события даже остались незамеченными большинством из 2,5 миллионного населения. Жители районов, да и самого областного центра, узнали о происшедшем по сообщению Генпрокуратуры Узбекистана».

Текст этой отповеди говорит сам за себя, так что комментарии тут, как говорится, излишни.

Что касается того, что взрывов в Андижане было как минимум два, то что бы там ни утверждала Генеральная прокуратура Узбекистана вкупе с Press-uz.info, через некоторое время эта информация подтвердилась.

10 июля в Узбекистане было названо имя смертника, совершившего самоподрыв на улице Фитрата, в результате которого погиб сотрудник дорожно-патрульной службы Бахтиёр Холмирзаев. Им оказался житель Ходжаабадского района Андижанской области Камолжон Маткасымов, 1982 года рождения. А вскоре стало известно, что в качестве второго взорвавшегося в тот день в Андижане представителя этой группировки фигурирует гражданин Киргизии Тожиддин Сабиров, 1985 года рождения. Фотографии с именами и фамилиями террористов были распространены среди председателей махаллинских комитетов Андижана для разъяснительной работы (незадолго до этого фотографии голов этих смертников предъявлялись жителям для опознания).

Андижан, ул. Абдурауфа Фитрата, продовольственный магазин Ал-Мансур. Здесь, в 13:45, на тротуаре перед надписью «Сникерс», прогремел первый взрыв
Андижан, ул. Абдурауфа Фитрата, продовольственный магазин «Ал-Мансур». Здесь, в 13:45, на тротуаре перед надписью «Сникерс», прогремел первый взрыв

Вот что об этом сообщил нам андижанский правозащитник Саиджахон Зайнабиддинов: «В Андижане 26 мая однозначно прогремели два взрыва. Первый произошёл в 13.45 на улице Абдурауфа Фитрата, возле продовольственного магазина «Ал-Мансур». Здесь погиб один милиционер и самоподрывник. Второй взрыв произошёл через 15 минут, в 200-х метрах (250 шагов), напротив кафе национальных блюд «Барокат», расположенного на стыке улиц Наби Ахунова и А.Фитрата. Здесь погиб только самоподрывник, так как после первого взрыва улица в радиусе 500 метров абсолютно опустела. Всего в результате перестрелки в Ханабаде и взрывов в Андижане погибли 3 человека (один милиционер и два самоподрывника), 14 человек получили ранения; все они выздоровели».

Андижан, ул. Наби Ахунова (стык с ул. А.Фитрата), кафе национальных блюд Барокат. Здесь, в центре прямой - от мальчика на деревце, до дверей кафе, в 14:00 прогремел второй взрыв
Андижан, ул. Наби Ахунова (стык с ул. А.Фитрата), кафе национальных блюд «Барокат». Здесь, в центре прямой - от мальчика на деревце, до дверей кафе, в 14:00 прогремел второй взрыв

Таким образом, очевидно, что власти, как и обычно, врали, преуменьшая масштабы событий.

Надо сказать, что врут они в подобных случаях всегда. Врали во время серии терактов весной 2004 года, когда МВД Республики Узбекистан, говоря о ликвидации группы террористов в ташкентском пригороде Салар, официально заявило, что «в процессе задержания террористы в количестве 20 человек подорвали себя посредством самодельных взрывных устройств». Через три дня власти признали, что взорвали себя в Саларе только трое, остальные были ликвидированы силами спецназа. Врали в 2005-м, когда Генпрокуратура заявила, что в ходе андижанских событий «погибли 187 человек, из них одна женщина и двое несовершеннолетних», врали в 2008-м, когда о количестве жертв в Кагане национальное информагентство «УзА» сообщило, что «по предварительным данным, в результате взрывов погибли три человека, пострадал двадцать один человек», хотя всем было прекрасно известно, что счет погибшим, как минимум, шел на десятки.

КТО БЫ ЭТО МОГ БЫТЬ? «ИСЛАМСКИЙ ДЖИХАД»

О том, кем были или могли быть нападавшие, в первые дни высказывались самые различные версии.

По информации «силового» источника Интерфакса, нападение на здание СНБ и ОВД в Ханабаде совершили боевики Исламского движения Узбекистана. Версия вполне правдоподобная, учитывая, что отряды ИДУ уже пытались вторгнуться в Узбекистан из Таджикистана через территорию Киргизии в 1999-2000 годах. Позднее версию о том, что это были идушники, пытался было поддержать и сайт Press-uz.info, однако ввиду своей репутации добился, скорее, обратного результата.

По мнению Генпрокуратуры, как мы помним, это была «группа из двух-трех бандитов», которые, по предварительным данным, пришли из Киргизии. Впрочем, после своего заявления от 26 мая Генпрокуратура к этой теме уже больше не возвращалась, как и прочие официальные ведомства и лица.

Придворный политолог Рафик Сайфулин в комментарии «Независимой газете» объяснил всё это криминальными разборками, не уточняя, кто с кем и из-за чего разбирался. «В пользу криминальной версии говорит тот факт, что президент Ислам Каримов вчера спокойно вылетел с официальным визитом в Бразилию», - уточнил политолог.

Сам президент Каримов не стал привычно валить всё ни на хизбутчиков, ни на кого-либо еще, а высказался чрезвычайно туманно, отметив, что за событиями 26 мая стоят «зарубежные спонсоры». Однако кого конкретно подозревают в этих преступлениях и кто эти таинственные спонсоры, он разъяснять не стал.

А 27 мая ответственность за события в Ханабаде и Андижане взяла на себя не очень известная группировка «Исламский джихад». «Заявление от человека, говорящего, по его утверждению, от организации «Исламский джихад», было получено некоторыми журналистскими редакциями под конец дня 26 мая, - оповестил сайт Uznews.net. - В заявлении говорится, что «одна группа моджахедов подразделения «Мавераннахр» организации «Исламский джихад» провела вооруженное нападение на отделения милиции и СНБ (Службы национальной безопасности) города Ханабада Андижанской области». «Моджахеды выполнили свои задания и благополучно, без потерь вернулись в свою ставку», - говорится в заявлении. В нем также указывается на ответственность организации за взрывы, прогремевшие в Андижанской области в этот день. Вооруженное нападение моджахедов, как утверждается в заявлении, было местью репрессивному режиму президента Каримова, повинному в убийствах невинных мусульман», - говорилось в статье.

Анализируя это послание, Uznews.net обратил внимание на то, что кроме общих слов и констатации уже известного факта взрыва и нападения на блок-пост в Ханабаде, в заявлении ничего нет, хотя подробности и детали ночных событий в Ханабаде могли бы придать достоверность присланному тексту. Без этих подробностей такое заявление мог бы с успехом выдумать и разослать любой пишущий на узбекском языке пользователь Интернета или же заинтересованные силовые структуры. Кроме того, на сайте самой организации «Исламский джихад» никакого сообщения или заявления о событиях в Андижанской области 25-26 мая опубликовано не было.

Однако после публикации статьи с выражением сомнения в том, что текст прислали представители этой группировки, журналисты получили ссылку на сайт «Исламского джихада», чтобы убедиться, что он обновлен. На сайте появилось видео-заявление человека в камуфляжной одежде, говорящего на узбекском языке. Подпись гласила, что это командир Абдулла Фатих (Ровшан), заместитель амира Союза «Исламского Джихада».

Кадр из видеообращения заместителя амира Союза Исламского Джихада
Кадр из видеообращения заместителя амира Союза «Исламского Джихада»

Вознеся хвалу всевышнему, он сообщил об успешно проведенных боевых действиях против врагов Аллаха и заявил, что группа моджахедов атаковала здания МВД и СНБ города Ханабад Андижанской области и провела несколько самоподрывов и минно-подрывных работ в Андижане (обратите внимание, что он тоже говорит о нескольких смертниках). Он заявил, что это только начало серьезных действий против «диктаторско-сионистского режима Каримова». Отмечу, что данный сайт зарегистрирован в Турции и основная часть его содержания выходит на турецком языке. IP-адрес отправителя письма тоже был зарегистрирован как стамбульский.

Между тем, о группировке «Исламский Джихад» уже собрано немало информации. По данным из открытых источников, она образовалась в 2002 году, отколовшись от ИДУ. Ее возглавили Наджмиддин Джалолов, 1972 года рождения, уроженец Андижанской области, и его заместитель Мансур Сохаил по прозвищу Абу Хузайфа, оба этнические узбеки. Они разошлись с Тахиром Юлдашевым, выражая недовольство отсутствием активных боевых действий на территории собственно Узбекистана.

По данным пакистанских спецслужб, группировка находится ближе к «Аль-Каиде», чем к ИДУ. Джалолов сумел заручиться поддержкой региональных руководителей «Аль-Каиды», пообещав им создать что-то вроде ее центральноазиатского структурного подразделения, и, в конце концов, преодолев сопротивление и угрозы со стороны Т.Юлдашева, оказался под их покровительством в качестве руководителя новой и самостоятельной организации - «Исламский джихад», известной и под другими названиями: «Джамаат аль джихад», «Исламский джихад Узбекистана», «Исламский джихад - Джамаат моджахедов», «Союз «Исламского джихада» и так далее.

Вскоре после возникновения новой группировки ее руководители начинают активную работу по созданию джихадистского подполья в Узбекистане, ведя параллельную работу в этом направлении и на территории Южно-Казахстанской области. Достаточно быстро в Ташкенте, населенных пунктах Ташкентской, Бухарской и Кашкадарьинской областях были созданы законспирированные подпольные ячейки этой организации.

Наибольшую активность «Исламский джихад» в Узбекистане развил в 2003-м и, особенно, весной 2004 года, когда в Ташкенте члены этой группировки совершили серию нападений на сотрудников милиции и ГАИ. Собственно говоря, начало террористических актов намечалось на апрель, а мишенями смертников были избраны центральные гостиницы и супермаркеты, ташкентская синагога и здания силовых структур. Однако все эти планы были перечеркнуты случайным взрывом в доме пенсионера Раззакова в Ромитанском районе Бухарской области вечером 28 марта во время изготовления взрывных устройств. Прибывшие на место происшествия представители МВД и СНБ обнаружили трупы десяти человек. Владелец дома и три члена его семьи получили легкие ранения и немедленно были задержаны. Узнав об этом по своим каналам, и понимая, что самоподрыв членов «бухарского джамаата» грозит ликвидацией всей структуры «Исламского джихада» в Узбекистане, руководитель «Исламского джихада» по Узбекистану Ахмат Бекмирзаев отдает команду о начале акций. В итоге всего этого, включая последующую серию взрывов и перестрелок в Ташкенте, погибло 47 человек, из них 37 – сами члены террористической группы, а 10 – милиционеры, гаишники и случайные прохожие. В одном из столкновений в Кибрайском районе Ташкентской области погиб и сам Бекмирзаев. Надо отметить, что если бы не роковая для джихадистов случайность, общее количество жертв было бы на порядок больше.

После этих событий, основываясь на добытых спецслужбами сведениях, власти Узбекистана заявили о наличии на территории Южно-Казахстанской области «вспомогательных лагерей» и баз по подготовке боевиков, давая понять, что при попустительстве спецслужб Казахстана международные террористические организации ведут подрывную деятельность против Узбекистана. Власти соседней страны немедленно отвергли все эти обвинения, заявив, что никаких «вспомогательных лагерей» а тем более баз на территории Южно-Казахстанской области не существует. Обе стороны задействовали подконтрольные им СМИ и разгорелась обоюдная перепалка. Однако вторая волна терактов, произошедшая 30 июля 2004 года в Ташкенте показала, что в данном случае власти Узбекистана были правы.

В этот раз атаке террористов-смертников подверглись здание Генеральной прокуратуры, а также посольства США и Израиля. Через несколько дней личности трех террористов были установлены. Все они оказались гражданами Казахстана. Тогда уже к расследованию подключились спецслужбы Казахстана и Киргизии. К осени 2004 года Комитет национальной безопасности Казахстана известил, что совместно со спецслужбами Узбекистана и Киргизии им удалось отследить и нейтрализовать «глубоко законспирированную международную группировку «Джамаата моджахедов Центральной Азии», являвшуюся структурным подразделением «Аль-Каиды» и ответственной за теракты в Ташкенте. В Казахстане были задержаны девять граждан этой республики и четверо граждан Узбекистана, региональных руководителей, членов и пособников этой организации. Спецслужбам Казахстана и Киргизии во время совместной операции удалось задержать и руководителя организации по Казахстану - Жакшыбека Биймурзаева. Что с ним потом произошло, неизвестно.

Что касается главы «Исламского Джихада» Наджмиддина Джалолова, то он остался недосягаем, базируясь где-то в Северном Вазиристане. В 2006 году о нем снова услышали. Поблизости от президентского дворца в Исламабаде, а также парламента и штаб-квартиры пакистанской разведки ИСИ были найдены ракеты. 11 участников готовящихся терактов были схвачены. После этого пакистанские СМИ писали, что за попыткой террористической атаки стоит «Группа Исламского джихада», а приказ об этом отдал лидер группировки Яхьё (Наджмиддин Джалолов).

И вот, буквально на днях, стало известно о его смерти. Западные СМИ сообщили, что 14 сентября возле пакистанского города Мир-Али в результате удара американского беспилотника погибли несколько боевиков. Один из них был опознан как Наджмиддин Джалолов, известный также как Яхъё и Ахмад, - лидер «Союза «Исламского джихада». Факт его гибели «Союз «Исламского джихада» подтвердил 26 сентября на своем турецкоязычном веб-сайте. Так погиб один из трех самых влиятельных руководителей узбекских боевиков, наряду с двумя лидерами «Исламского движения Узбекистана» Джумой Намангани и Тахиром Юлдашевым, включенный в «террористические» списки Интерпола и ООН.

В нашем же регионе в этом году название этой организации зазвучало вновь.

В июне-июле в Киргизии произошла целая серия столкновений с боевиками. 23 июня в Джалалабадской области была уничтожена группа из пяти человек, часть которых, по информации «Ферганы.Ру», не были гражданами Киргизии и имели отношение к ИДУ. Несколькими днями позже в Узгенском районе Ошской области Киргизии спецподразделение «Альфа» Госкомитета по национальной безопасности ликвидировало еще четверых боевиков. В общей сложности было уничтожено девять террористов, погиб один сотрудник ГКНБ. Так вот, после завершения спецопераций ГКНБ заявил, что убитые в Узгене боевики являются членами террористической организации «Группа исламского джихада», взявшей на себя ответственность за взрывы в Ханабаде в конце мая 2009 года.

В Узбекистане тем временем тоже появились свежие новости об «Исламском Джихаде».

28 июня «Голос Свободы», ссылаясь на данные правозащитников, сообщил, что в Кашкадарьинской области проводятся аресты верующих и в настоящий момент порядка пятнадцати молодых людей находятся в следственных изоляторах СНБ региона. Они обвиняются в принадлежности к организации «Исламский джихад». Позже Инициативная группа независимых правозащитников Узбекистана распространила информацию о том, что 3 августа в г. Карши начался судебный процесс по делу 11-ти жителей города Шахрисабза и Китабского района Кашкадарьинской области, обвиняемых в различных преступлениях, в том числе участии в запрещенных религиозных организациях. Согласно обвинению, они были причастны к «Исламскому движению Узбекистана», «Исламскому джихаду» и «Ливийскому джамоату». Чем закончился этот процесс (возможно, были и другие) неизвестно.

А в Ташкенте после серии громких преступлений, совершенных в июле-августе сего года (16 июля был убит заместитель директора медресе «Кукельдаш» по вопросам просвещения Аброр Аброров, 31 июля было совершено покушение на главного имам-хатыба Ташкента Анвара-кори Турсунова, который получил от неизвестных преступников девять ударов ножом, но выжил; 9 августа был застрелен сотрудник управления по борьбе с терроризмом и коррупцией МВД Узбекистана Хасан Асадов, входивший в комиссию по расследованию покушений на священнослужителей) прокатилась серия арестов, в результате которой были задержаны десятки подозреваемых.

«Голос Свободы», ссылаясь на оппозиционный сайт «Харакат», сообщил, что по подозрению в причастности к этим преступлениям задержаны 16 торговцев с Паркентского рынка столицы. По данным сайта «Харакат», силовики считают их членами радикальной религиозной группировки «Джихад», существующей за счет иностранного финансирования.

Фотографии пустившихся в бега торговцев с Паркентского рынка и еще каких-то лиц были развешаны по всем рынкам и общественным местам столицы с пояснением, что они разыскиваются «за экстремизм». А 29 августа в так называемом «старом городе», в районе Кукча-Дарбаза прошла спецоперация, в результате которой, по официальным данным, было уничтожено трое боевиков. Во время перестрелки случайно была убита хозяйка квартиры, где укрывались вооруженные люди – Шавкат и Шухрат Махмудовы, отец и сын, по данным сайта «EurasiaNet», полгода назад прибывшие в Ташкент из Кашкадарьинской области. Теперь их лица на вывешенных ориентировках перечеркнуты крест-накрест: из списка выбыли.

В сообщении Генпрокуратуры, опубликованном 3 сентября, говорилось о том, что была выявлена организованная преступная группа, причастная к ряду убийств и покушений на граждан республики (тут явно просматривается указание на нападения на имамов и Хасана Асадова), получены данные о том, что бандиты прошли боевую подготовку в зарубежных террористических центрах. В ходе спецоперации были уничтожены три террориста, в том числе находившийся ранее в розыске лидер этой группы Шавкат Махмудов. Задержаны и другие члены террористической группы, которые дают признательные показания.

Таким образом, наименование «Джихад» вновь оказалось на слуху, учитывая, что значительная часть арестованных и разыскиваемых имеет отношение к Паркентскому рынку, где, по версии спецслужб, этот самый «Джихад» («Исламский Джихад»?) и угнездился.

Рассматривая возможность причастности «Исламского Джихада» к майским событиям, следует обратить внимание на то, что отличительной особенностью этой группировки является использование смертников. Как раз это и произошло в Андижане.

Саиджахон Зайнабиддинов считает, что акции в Ханабаде и Андижане явились своего рода «шумовой шашкой», поскольку главной их целью было поднять шум, создать прецедент: «Мишени выбраны именно для этого. Второй взрыв в Андижане явно доказывает это. Кафе «Барокат» - место, где обедают, в основном, сотрудники милиции. Но в тот момент оно было пустым. Смертник, по всей видимости, получил приказ там подорваться, он это и сделал».

То есть, целью атаки было заявить о себе, подорвав кого-либо из представителей силовых структур (как в 2004 году) и продемонстрировав покровителям, что «джихад» идет. С учетом всех обстоятельств, представляется вероятным, что эта группировка, по-видимому, действительно причастна к майским событиям в Ханабаде и Андижане.

ВИНОВНИК - КИРГИЗИЯ

Последствия вооруженных выступлений неизвестных боевиков мгновенно отразились на отношениях с соседней Киргизией, которую узбекские власти не замедлили обвинить в их косвенной поддержке. Напомню, что первым на нее попытался «перевести стрелки» представитель ханабадского хокимията, уверявший, что взрыв произошел на территории Киргизии. Однако окончательно версия о «киргизском следе» оформилась после заявления узбекской Генпрокуратуры о том, что «по предварительным данным, группа бандитов проникла на территорию Андижанской области из соседнего Кыргызстана».

В этой связи невозможно избавиться от ощущения легкого дежа-вю. В 2005 году руководство Узбекистана тоже громко обвиняло Киргизию в том, что она развела на своей территории базы для подготовки боевиков-«акромистов», которых там будто бы натаскивал некий чеченец Мамед. Киргизы все отрицали, а через некоторое время версия о базах боевиков и о таинственном чеченце ввиду полного отсутствия фактов тихо и бесследно рассосалась, так что сегодня о ней в Узбекистане больше никто не вспоминает.

Так вот, официальный Бишкек немедленно опроверг заявление узбекской Генпрокуратуры. «Информация о том, что эти лица пересекли границу с территории Киргизии - это неправильно, это абсолютно неверно», - заявил заместитель председателя Погранслужбы Киргизии Чолпонбек Турусбеков ИА «24.kg» 27 мая. «Официально заявлять о том, что не соответствует действительности, тем более устами официальной власти, тем более такого органа, как Генеральная прокуратура страны, - это вызывает недоумение», - сказал он. «Это дезинформация», - присовокупил Турусбеков.

В свою очередь председатель Пограничной службы Киргизии генерал-лейтенант Токон Мамытов сообщил, что Погранслужба не располагает информацией о проникновении боевиков с территории Киргизии. «Но если узбекская сторона представит нам данные, мы приложим все усилия со своей стороны для расследования дела», - сказал он 27 мая в интервью агентству «АКИpress». (Как уже говорилось, позже стало известно, что одного из взорвавшихся узбекские власти считают гражданином Киргизии. Но официально это еще не подтверждено, к тому же он мог въехать в Узбекистан совершенно легально и задолго до этих событий).

Опровержения представителей Погранслужбы Киргизии, бесцеремонно назвавших заявление Генеральной прокуратуры Узбекистана дезинформацией, вызвали ярость официального Ташкента. Не отвечая на письменные уведомления и предложения киргизской стороны провести встречи и переговоры, узбекские власти развернули яростную антикиргизскую кампанию на подконтрольном им сайте Press-uz.info (статьи с которого по разнарядке спускались в местную прессу для обязательной перепечатки), тут же обвинившим Киргизию не только в потворстве, но и в предумышленном пособничестве террористам.

Так, 3 июня, укрывшийся за псевдонимом автор сайта (они пишут только под псевдонимами) в статье «Кто вчера соврал, тому и завтра не поверят» выразил огромное возмущение словами замглавы Погранслужбы Киргизии Турусбекова, посмевшего не согласиться с тем, что боевики пришли из Киргизии. «В желании расставить все точки над «i» и вывести на чистую воду настоящего лжеца я провел элементарный обзор публикаций в интернете на вышеобозначенную тематику», - многозначительно сообщил автор. Затем он процитировал ряд информагентств, писавших о майских событиях, и указал на то, что все они ссылаются на «собственные источники». «Так откуда «собственные источники» указанных сайтов в Кыргызстане (очевидно, что эти источники среди кыргызских силовиков) владели той информацией, которую немедленно публиковали в Интернете?» - задался он вопросом. И сам же на него ответил: «Вывод напрашивается один – да знали, как минимум, кыргызы о том, что должно было произойти в Андижанской области и, не выдержав зуда, организовали слив информации в электронные СМИ. …Все это достаточно серьезно подсказывает об их вероятном участии (пусть даже и косвенном) в преступлении».

В другой статье Press-uz.info от 4 июня - «Горячие кыргызские парни», умерьте свой пыл!» - автор утверждает, что о чем бы там ни кричали горячие головы в киргизском парламенте, укрепление охраны границы не выгодно как жителям приграничья, так и большинству из государственных мужей «кыргызского Олимпа»: «Слабая охрана границы позволяет кыргызам при покровительстве высокопоставленных чиновников завозить из Узбекистана продовольствие, сельхозпродукцию, минеральные удобрения, вывозить в Узбекистан китайские товары, заполонившие рынки Кыргызстана. …Кроме того, многочисленные родственные связи, наличие анклавных территорий, статус которых до настоящего времени не определен, вынуждает жителей приграничья с обеих сторон постоянно пересекать границу, двигаться по сопредельной территории, подвергаясь различным проверкам со стороны правоохранительных и пограничных структур, требующих за свои «услуги» соответствующего «вознаграждения». Таким образом, с границы кормятся большое количество народа и их покровителей, что волей-неволей снижает социальную напряженность в стране», - констатирует он (ого, вот как, оказывается, надо снижать социальную напряженность!).

«Так что, уважаемые «горячие парни» от политики, умерьте свой пыл и не рубите сук, на котором сидите, - заключает автор проправительственного издания. – А с узбекскими братьями следовало бы жить мирно, не надо их пугать, а то напугаются - введут визовый режим, закроют границы, вот тогда дышать станет действительно тяжело».

«Недавний инцидент, произошедший в приграничном Ханабаде Андижанской области, как нельзя лучше демонстрирует абсолютную недееспособность киргизских военных, - сообщает уже другой аналитик Press-uz.info в статье «До каких пор Узбекистану расплачиваться за киргизских военных?» от 4 июня. – Скорее всего, группа бандитов, которая сначала обстреляла милицейский блок-пост в Ханабаде, проникла в Узбекистан с территории Кыргызстана».

Любопытно, не правда ли? Проправительственный сайт уже не отстаивает официальную версию о проникновении боевиков с территории Киргизии, а смягчает тон – «скорее всего». А в подтверждение этой позиции напоминает, что во время баткенской войны и андижанских событий 2005 года в Узбекистан тоже проникали или пытались прорваться вооруженные боевики. Однако на серьезное доказательство это не тянет – если так было тогда, то это совершенно не значит, что так было и теперь.

5 июня Press-uz.info блеснул очередной яркой статьей с запоминающимся заголовком «Какая выгода Кыргызстану от Андижанских событий?». Ее автор окончательно разоблачил происки соседней республики. Отметив, что «26 мая текущего года терроризм снова показал свои клыки, но был вынужден с жалким воем спрятаться в свою «нору», он в который раз обратил внимание читателей на то, что все без исключения сообщения пестрили такими выражениями, как «по данным киргизских источников», «по данным киргизских СМИ», «по сведениям МВД Кыргызстана» и проницательно пояснил: «Тут можно сделать только один вывод: Кыргызстан преднамеренно открыл границы для террористов и знал, что они собираются предпринять. Даже тот факт, что после инцидента террористы исчезли в неизвестном направлении, говорит о том, что они ушли «в нору», т.е. на территорию соседней страны». Далее он поведал, что «официальный Кыргызстан преднамеренно вел информационную войну с Узбекистаном, не только являясь первоисточником данных, но и завышая факты в несколько раз», и, наконец, резюмировал, что грозящую опасность удалось ликвидировать, а «Кыргызстан остался с пустыми руками и утертым носом».

Собственно говоря, если утверждаешь, что соседняя страна причастна к поддержке террористов, то надо подкреплять это хотя бы минимальными доказательствами. Узбекская же сторона никаких доказательств того, что боевики проникли с территории с территории Киргизии, так и не предоставила. Зачем же в таком случае ей понадобилось развязывать антикиргизскую кампанию? Вероятнее всего тут переплелось сразу несколько мотивов: от действительной досады на Киргизию за недостаточную борьбу с экстремистами до стремления, воспользовавшись случаем, наглухо перекрыть границу с этой страной, чтобы укрепить монопольное право правящей «бизнес-группы» на поставки импорта. Сложно сказать, какой из этих мотивов здесь преобладает, однако факт остается фактом – виновной в произошедших событиях была назначена Киргизия.

ВЕЛИКАЯ УЗБЕКСКАЯ СТЕНА

Обострение ситуации в Андижанской области мгновенно сказалось на состоянии открытости границ. По сообщению Радио «Озодлик», закрыв границу с Киргизией, Узбекистан в одностороннем порядке закрыл ее и с Таджикистаном. Киргизия, в свою очередь, тоже на всякий случай закрыла границу с Таджикистаном («два-три бандита»?..).

1 июня Погранслужба Киргизии сообщила, что узбекские власти осуществляют пропуск через госграницу только граждан Узбекистана, являющихся жителями анклавов Сох и Шахимардан, причем на перемещение вглубь территории Ферганской области для них введено ограничение (из чего вытекает, что все они считаются потенциальными террористами). На следующий день, во время встречи представителей пограничных ведомств двух стран, договоренность о возобновлении работы пограничных пунктов пропуска на киргизско-узбекской границе в обычном режиме все же была достигнута.

Но это было только начало конфликта, разворачивающегося вокруг узбекско-киргизской границы. Вскоре после относительной нормализации пограничного режима стало известно о том, что Узбекистан без предварительного согласования с Киргизией начал сооружать вдоль границы бетонные стены, рыть рвы и траншеи. 9 июня радио «Озодлик» сообщило, что Узбекистан отгораживает граничащие с Киргизией части Андижанской области траншеями глубиной и шириной в три метра. По информации радиостанции, рытье траншей в Ханабаде началось после событий 25 мая. Рвы роют при помощи экскаваторов, а работой руководят не пограничники, а представители районной администрации. Источник радиостанции сообщил, что рвами будет окопана вся граничащая с Киргизией линия Андижанской области.

По сообщению «Голоса Свободы» от 9 июня, во всех приграничных районах Андижанской области на границе с Киргизией создаются рвы шириной примерно 6 метров, а в глубину - около 4-х. По всей видимости, эти рвы должны стать преградой для желающих обойти пограничные пункты в обход. Источники сайта сообщили, что рвы копают и по периметру узбекско-таджикской границы в Ферганской долине. В тот же день Пограничная служба Киргизии подтвердила, что Узбекистан без каких-либо уведомлений и согласований с киргизской стороной стал в одностороннем порядке возводить на государственной границе оградительные сооружения. По данным киргизской Погранслужбы, работы по прокладке траншей ведутся в Андижанской области Узбекистана, в местах, граничащих с Сузакским, Аксыйским и Ноокатским районами Джалал-Абадской и Ошской областей Киргизии.

Киргизские власти с беспокойством отметили, что возведение на границе глухих стен и рытье траншей существенным образом нарушает двусторонние договоренности о границе. «В соответствии с международными документами, пока граница между двумя государствами окончательно не оформлена, ни одна из сторон в одностороннем порядке не имеет права прокладывать траншеи или строить оградительные сооружения», - цитирует представителя Погранслужбы Киргизии Интерфакс. «Между Кыргызстаном и Узбекистаном есть договорные обязательства и ряд не аннулированных межгосударственных документов, согласно которым до завершения делимитации и демаркации киргизско-узбекской границы ни одна из сторон не имеет права предпринимать какие-то действия, в том числе строительные или оградительные. Мы вынуждены констатировать, что официальный Ташкент нарушает ранее принятые договоренности», - заявила 9 июня Погранслужба Киргизии.

Следует отметить, что ситуация на киргизско-узбекской границе остается напряженной вот уже много лет. По данным СМИ, в прошлом году здесь произошел 21 инцидент, в этом несколько конфликтов, в том числе со смертельным исходом. Приграничные проблемы между двумя странами усугубляются наличием на киргизско-узбекской границе 58 спорных участков, кроме того, на киргизской территории существуют пять узбекских анклавов. Есть трудности с определением ряда участков линии государственной границы.

10 июня стали поступать подробности. Радио «Озодлик» сообщило, что в Риштанском районе Ферганской области Узбекистана вдоль границы с Киргизией возводятся семиметровые бетонные стены. В беседе с корреспондентом радиостанции один из местных жителей сообщил, что строительство пограничных сооружений началось более месяца назад (то есть, до майских событий в Ханабаде и Андижане). По его словам, на строительстве стен задействованы даже заключенные, которых доставили сюда из колоний.

По сообщению АКИpress от 10 июня, жители приграничных сел Кадамжайского района крайне обеспокоены рытьем траншеи узбекскими пограничниками. Глава сельского округа Марказ Кадамжайского района Баткенской области Абдырасул Маматалиев рассказал агентству, что на участке границы с Ферганским районом Узбекистана, вот уже третий день продолжаются работы по рытью траншеи длиной три и глубиной два метра. «На сегодняшний день длина траншеи составляет около двух километров. Как нам стало известно, узбекская сторона роет эти траншеи для заполнения их водой», - пояснил А.Маматалиев.

А источники «Ферганы.Ру» в тот же день сообщили, что власти Узбекистана начали отселять граждан, живущих в непосредственной близости от линии границы с Киргизией. 12 июня киргизское агентство «24.kg» со ссылкой на источник в штабе Пограничной службы Киргизии передало, что Узбекистан в одностороннем порядке приступил к созданию буферной зоны. По сведениям киргизских пограничников, в Андижанской области узбекские власти начали процесс отселения жителей из домов вблизи киргизской границы. Их дома разбирают и сносят, создавая таким образом 50-метровую «буферную зону». Представитель Погранслужбы также заявил, что рабочие, копающие траншеи с узбекской стороны границы, увеличивают их размеры. В местностях Маданият и Бек-Абад глубина траншей уже достигает 5,5-6 метров, ширина – 3 метров.

В свою очередь агентство АКИpress сообщило, что в связи с тем, что узбекскими пограничниками в зоне Бегабадской (в узбекском написании - Бек-Абадской) таможни была вырыта траншея шириной и глубиной в три метра, с 26 мая прекратилось поступление воды из канала Туш Узбекистана на территорию Киргизии - во внутрихозяйственный канал села Бегабад Сузакского района Джалалабадской области (обратите внимание на дату – к 26 мая траншея была уже готова). Начальник Бегабадского водного хозяйства Сузакского района Айжигит Жусупов рассказал агентству, что в результате этого 70 семей киргизского села остались без поливной воды и пшеница, кукуруза, а также овощи, выращиваемые жителями села, засыхают, грозя оставить сельчан без урожая.

В общем, Узбекистан ответил на «киргизскую угрозу» попыткой сооружения Великой узбекской стены. Надо сказать, что для руководства этой республики подобные меры не являются чем-то экстраординарным. После попыток вторжения в нее отрядов ИДУ в 1999-2000 годах была заминирована граница с Таджикистаном. А после того как в 2004 году в Ташкенте возле американского и израильского посольств и в фойе здания Генпрокуратуры взорвали себя трое террористов-смертников, являвшихся гражданами Казахстана, узбекские власти обвинили соседнюю страну в том, что на ее территории действуют лагеря по подготовке террористов, и посносили дачные поселки вдоль узбекско-казахской границы, где затем были возведены заграждения из 16 рядов колючей проволоки (есть и другая версия их появления, не столь параноидальная, но об этом дальше).

В Киргизии действия Узбекистана вызвали резонный вопрос: против кого направлены все эти заграждения - против «двух-трех бандитов» или крупных формирований религиозных экстремистов? И не станет ли в таком случае следующим шагом минирование границы с Киргизией по примеру узбекско-таджикской границы?

Но официальный Ташкент продолжил хранить молчание. Погранслужба Киргизии заявила, что на все письменные уведомления и предложения провести переговоры узбекские коллеги не отвечают.

Подобное строительство не на шутку переполошило соседнюю страну. Высказывались опасения, что власти Узбекистана под предлогом борьбы с экстремистами решили провести одностороннюю делимитацию границы, разделив спорные участки в свою пользу. Официальные ведомства Кыргызстана и депутаты парламента стали активно выступать с заявлениями протеста. Президент Бакиев на встрече в Москве 14 июня во время саммита глав-государств ОДКБ тоже поинтересовался у Каримова, что всё это означает.

И, похоже, что в какой-то степени это сыграло свою роль. Во всяком случае, со второй половины июня информации о том, что узбекская сторона продолжает возводить стены и рыть противотанковые рвы, до последних дней не поступало, то есть, строительство заграждений, по-видимому, было временно приостановлено. Создание же «буферной зоны» в Андижанской области продолжилось и продолжается поныне.

«При въезде в Ханабад сразу бросается в глаза массовое строительство частных домов, имеющее прямое отношение к произошедшим событиям, - сообщает собственный источник «Ферганы.Ру». - Около двухсот семей, дома которых оказались в приграничной полосе, принуждаются к вынужденному переселению. Такая же картина наблюдается и в других граничащих с Киргизией районах области. Идут разговоры, о том, что вдоль границ будут построены военные городки».

Что касается версии о «киргизском следе», то о ней сегодня предпочитают публично не вспоминать, как не вспоминают про «чеченский след» в событиях 2005 года.

Тем не менее, все эти действия чрезвычайно встревожили Киргизию. И ее согласие на появление российской военной базы под эгидой Коллективных сил оперативного реагирования ОДКБ на границе с Узбекистаном можно считать своеобразным ответом на угрозы, исходящие со стороны непредсказуемого соседа.

Контрабандисты на узбекско-киргизской границе
Контрабандисты на узбекско-киргизской границе. Фото У.Бабакулова, 2008 г.
Другие фото с киргизско-узбекской границы 2004 года смотрите в Галерее.Ферганы.Ру

О НЕКОТОРЫХ ЛЮБОПЫТНЫХ ЗАКОНОМЕРНОСТЯХ

Между тем, хорошо знакомые с ситуацией журналисты и политологи усмотрели в эскалации пограничного конфликта с Киргизией не что иное, как проталкивание корыстных интересов сращенной с властью «бизнес-группы» с целью закрепить ее монопольное положение в области поставок импорта в Узбекистан и под благовидным предлогом опустить шлагбаум для назойливой массы мелких торговцев-импортеров.

Дело в том, что право на поставки крупных партий товаров и продуктов в Узбекистан практически полностью присвоено узким кругом лиц, имеющих отношение к окружению Каримова, и их стремление любой ценой сохранить эту ситуацию вот уже много лет определяет государственную политику в области границ. Именно эта «бизнес-группа» поставляет в огороженную решетками и колючей проволокой страну большую часть продуктов и значительную часть товаров народного потребления (ТНП), которые затем реализуются в полтора-два раза дороже, чем «на воле» – в соседних странах. Поэтому избавление от тысяч мелких торговцев, неисчислимыми муравьиными тропами протаскивающих в страну небольшие партии товара и реализующих его по «демпинговым» ценам является наиглавнейшей заботой этих лиц. А основные потоки импорта просачиваются как раз из Киргизии, подрывая возможности правящей верхушки единолично поставлять в 27-миллионную страну продукты и ТНП с последующей их реализацией по максимально возможным ценам.

Напомню, что прибирать к рукам контроль над торговыми потоками власти начали в 2002 году. Под фальшивым предлогом борьбы с некачественными товарами правительство, которое тогда возглавлял сам Каримов, инициировало кампанию против частных предпринимателей-импортеров. С тех пор все принимаемые законы, указы и постановления президента в торговой сфере были направлены исключительно на то, чтобы предоставить неограниченные преференции крупным торговым компаниям и максимально затруднить или просто запретить этот бизнес для индивидуальных предпринимателей (подробности – здесь). Никаких объяснений подобной избирательности Каримов ни разу так и не дал. В результате этого права заниматься торговлей были лишены десятки тысяч человек, огромное количество предпринимателей искусственно было разорено. Зато «бизнес-группа» из президентского окружения получила возможность насыщать огромный рынок страны продуктами и ТНП без какой-либо конкуренции.

Поскольку население Узбекистана отнюдь не горело желанием переплачивать за товары вдвое, то вскоре после начала антиторговой кампании тысячи «челноков» наладили перевоз мелких партий товара через казахскую и киргизскую границы. Власти ответили на это запретом на выезд в сопредельные государства под предлогом некоего «карантина» (он продолжался с 2002 по 2007 год). Вдоль границы с Казахстаном на пути потоков «некачественного» импорта были установлены заграждения из колючей проволоки, а приграничные поселки под предлогом создания буферной зоны снесены. Так вот, борьба с «некачественным» импортом и является второй причиной появления заграждений на узбекско-казахской границе в Ташкентской области.

На границе с Киргизией тоже были предприняты попытки воспрепятствовать неконтролируемым потокам продуктов и ТНП. Так, по приказу узбекских властей был разрушен мост через реку Шахрихансай в приграничном городе Карасу, соединявший узбекскую часть единого в советское время города с его киргизской частью, на которой находится крупнейший оптовый рынок Средней Азии (тот самый, по поводу которого президент Каримов негодовал, что народ повадился туда таскаться). Однако массовая безработица в Ферганской долине и спрос на недорогие товары заставили людей, пренебрегая опасностью, перебираться с ношей через эту реку с обрывистыми берегами и ледяной водой по самодельным переправам, в железных корзинах, подвешенных к перекинутым через реку тросам. Это сразу же привело к множеству несчастных случаев.

Разрушенный мост в Карасу
Один из разрушенных мостов на границе Узбекистана и Кыргызстана. Карасу. Фото Алишера Саипова (2004 г.)

Вот что об этом писал британский Институт по освещению войны и мира (IWPR) в августе 2003-го: «В реке Шахрихансай, разделяющей Узбекистан и Кыргызстан, с начала года утонули 96 узбекских граждан, после того, как власти Узбекистана в январе разобрали мост, соединявший берега двух государств-соседей, сообщило в начале августа управление милиции Ошской области Кыргызстана. По информации хокима города Кара-суу Ошской области Абдусаттара Шоятова, за летние месяцы затонули 20 человек, все они граждане Узбекистана, пожелавшие сократить свой путь и вернуться на территорию Узбекистана по самодельным мостам. По утверждениям очевидцев, большинство утопленников составляют женщины, которые хотели попасть на рынок в Ошской области, некоторые из них занимались мелким торговым бизнесом, а некоторые хотели сделать покупки для собственных нужд. Но, несмотря на огромное количество смертных случаев на реке Шахрихансай среди узбекских граждан, власти Узбекистана хранят молчание и отказываются комментировать эти трагические случаи».

Река Шахрихансай
Такие сооружения через реку Шахрихансай были построены «контрабандистами» после разрушения мостов. Фото Алишера Саипова (2004 г.)

В общем, после 2002 года в Узбекистане всегда наблюдается удивительная закономерность: закрывают границы вроде бы по одному поводу, но почему-то тут же по удивительному стечению обстоятельств выходят указы или какие-нибудь подзаконные акты, направленные на ограничение поставок импорта частными лицами. То же произошло и в этот раз. Сенсационные известия о строительстве заграждений вдоль киргизской границы затмили собой другие сообщения, имеющие к происходящему самое прямое отношение.

Первое: по сообщению Радио «Озодлик», как минимум на одном участке (там, где начали возводить семиметровые стены) строительство стен началось до событий в Ханабаде и Андижане. То же следует из сообщения АКИpress о том, что узбекскими пограничниками в зоне Бегабадской таможни вырыта траншея и с 26 мая во внутрихозяйственный канал села Бегабад Сузакского района Джалалабадской области Киргизии прекратилось поступление воды из канала Туш в Узбекистане.

Второе: на следующий день после поездки Ислама Каримова в Андижанскую область и его слов о том, что, мол, рынок у нас можно построить как в Кара-Суу, 1 июня (разумеется, по чистому совпадению), вышло президентское постановление «О мерах по упорядочению ввоза потребительских товаров физическими лицами», согласно которому со 2 июня норма беспошлинного ввоза физическими лицами потребительских товаров для личного пользования из сопредельных государств сокращалась в 2,5 раза - до $10. За последний год эта норма снижается уже второй раз: с июля 2008 года можно было беспошлинно ввозить товары на общую сумму не более 25 долларов; ранее эта норма, введенная в 2002 году, составляла 50 долларов. Вдумайтесь в эту цифру – 10 долларов! Это два-три набора недорогого белья, и всё.

Предложение президента о строительстве собственного рынка тоже не осталось незамеченным, и вскоре по узбекскому телевидению приступили к обсуждению идеи строительства на территории Узбекистана вещевого рынка, подобного рынку в киргизском Кара-Суу, отмечая, что на реэкспорте китайских товаров Киргизия весьма неплохо зарабатывает. (Рынок, это, конечно, хорошо, но дело-то не в нем, а в экономической свободе, которая есть в Киргизии и которой нет в Узбекистане.)

То есть, мы видим, что возведение заслонов на пути импортных потоков (как в виде стен, так и в виде законодательных актов) началось задолго до событий в Ханабаде и Андижане и продолжается после них. В связи с чем можно сделать вывод, что заграждения на границе с Киргизией создавались не против террористов или же не только против террористов. (Как будто эти заграждения способны остановить отряды ИДУ!)

Тем временем Ислам Каримов преподнес очередную сенсацию.

14 июня во время саммита глав-государств ОДКБ в Москве прошла встреча президентов Бакиева и Каримова. А через два дня, 16 июня, в российской газете «Время новостей» появилась версия произошедших событий, исходящая от самого президента Узбекистана. Цитирую: «По информации «Времени новостей», лидерам соседних государств, граница между которыми оказалась в последние недели мощным источником раздражения и даже местом кровопролитных инцидентов, удалось объясниться. Президент Узбекистана пояснил своему соседу, что строительство фортификационных сооружений с узбекской стороны границы не направлено против киргизской стороны, а было исключительно внутриполитическим мероприятием. Таким образом одна из влиятельных ташкентских группировок, участвовавших в борьбе за власть в стране и имевших серьезный доход от приграничной торговли, получила серьезное предупреждение «выйти из игры».

Другими словами, события в Андижанской области, послужившие поводом для антикиргизской кампании, сооружения стен и рытья траншей, оказывается, были всего лишь конфликтом неких властных группировок, соперничающих за власть и доходы от приграничной торговли. Поскольку не верить президенту Бакиеву в данном случае вроде бы нет оснований, то выходит, что за пределами страны Каримов высказывает совершенно иную версию произошедшего, нежели в Узбекистане.

Как же «объяснение» двух президентов сказалось на отношениях между обеими странами? Продолжил ли Ташкент настаивать на том, что во всем виновата Киргизия? Продолжилось ли возведение стен и рвов?

Обратите внимание, что антикиргизская кампания в узбекских СМИ примерно в это же время прекратилась. Рупор узбекского официоза - сайт Press-uz.info - вдруг перестал ругать Киргизию в целом и переключился на «вконец зарвавшихся» киргизских пограничников. Судя по всему, власти либо неофициально отказались от «киргизской версии», либо дали указания ее не педалировать.

«РАСКАЯВШИСЬ В СОДЕЯННОМ, ДАЮТ ПОКАЗАНИЯ»

С тех пор никакой новой информации на эту тему не появлялось до 10 июля, когда на сайте Press-uz.info появилась статья о задержании десяти членов вооруженной группировки, совершившей нападения в Ханабаде и Андижане, и о личности террориста-смертника, взорвавшегося в Андижане на улице Фитрата.

Согласно этим сведениям террористом-камикадзе оказался Камолиддин Маткасымов, выходец из кишлака Курама Ходжаабадского района Андижанской области. Со ссылкой на Андижанскую областную прокуратуру сайт сообщил, что личность террориста-смертника окончательно установлена: результаты анализа его ДНК и его матери Матлюбы Назаровой подтвердили биологическое родство владельцев двух проб.

По данным сайта, в 1999 году Маткасымов выехал в Россию, позднее перебрался в Казахстан, в Астану. Попав под влияние религиозных экстремистов, он вступил в их ряды и на протяжении ряда лет проходил спецподготовку в лагерях террористов в Пакистане. Вернувшись в Астану, приступил к активной вербовке соотечественников, находящихся там на заработках. Он вызвал из Андижана своих сводных братьев Мадаминджана и Махаммаджана Сатаровых, а в 2007 году обещаниями хорошего заработка завлек еще десятерых молодых людей из родной махалли Ходжаабад. По приезду в Астану новоприбывших подвергли психологической обработке, заставили принять клятву, затем стали давать поручения, в том числе доставлять в Андижан различную запрещенную литературу на электронных носителях. Сайт сообщил, что те десять молодых людей в той или иной мере были вовлечены в преступную организацию религиозных фанатиков. Сейчас, раскаявшиеся в содеянном, они дают показания.

Press-uz.info также приводит слова школьного учителя из Ходжаабадского района Камолиддина Манасова о том, что его сыновья Фахриддин, Умарджан и Алиджан, поверив обещаниям Камолиддина Маткасымова, в 2007 году выехали в Астану. Старшему сыну Фахриддину под угрозой расправы над младшими братьями дали поручение, которое он был вынужден выполнить (что это было за поручение Press-uz.info не уточняет). «Следствие располагает множеством других данных, свидетельствующих о преступном характере деятельности Камолиддина Маткасымова в период его отсутствия на Родине», - сообщает автор статьи.

Впоследствии наиболее адекватные абзацы из этого текста (ну Press-uz.info – что с него возьмешь) воспроизвели российские информагентства, выдав их, однако, за сведения «источника в правоохранительных органах». Замечу, что если этот источник и был, то он нахально схалтурил, подсунув корреспондентам РИА Новости, ИА Регнум и Интерфакса не эксклюзив, а распечатки текста Press-uz.info.

Предоставленная информация не очень-то прояснила общую картину событий, зато породила много новых вопросов. Например, задержанные именуются «преступной организацией религиозных фанатиков». Какой же именно? Филиал ли это какой-нибудь известной организации вроде ИДУ или «Исламского джихада» или некая новая организация? Об этом опять-таки молчок. Кстати, любопытно, что сам сайт Press-uz.info, в начале лета проталкивавший обе эти версии одновременно, почему-то о них уже не вспоминает.

И если всю эту кашу заварили жители кишлака Курама под руководством Маткасымова, то как в таком случае быть с «киргизским следом»? Ведь если угроза пришла не из Киргизии, а из кишлака Курама, то выходит, что обвинения в адрес соседней страны были неправдой? Выходит, что зря ругали Киргизию, зря перекрывали с ней границу, рыли траншеи и возводили семиметровые стены, да и вообще осложняли людям жизнь? (Ну, рвы-то и траншеи, положим, зря не пропадут…) Но, может быть, во всем виноват Казахстан? Читаем текст: «По приезду в Астану новоприбывших подвергли психологической обработке, заставили принять клятву. Затем стали давать поручения». Выходит, базы террористов находятся в Астане? Выходит, стенами и противотанковыми траншеями надо было отгораживаться от Казахстана? Так это никогда не поздно, было бы указание…

В общем, вся эта ценная информация, странным образом обнародованная не пресс-службой Генеральной прокуратуры или каким-нибудь другим официальным ведомством, а одиозным сайтом Press-uz.info, сводится к тому, что «самоподрывник» Маткасымов вовлек в неназванную экстремистскую организацию десяток односельчан, которые «раскаиваются и дают показания».

После этого оставалось только ждать суда, который, по словам президента Каримова, должен был быть открытым – может, там что-то приоткроется. Правда, каримовские «открытые» суды довольно специфичны – в памяти еще свежи показательные процессы 2005 года, когда андижанские «акрамисты» дружно во всем признавались, заявляли, что дважды достойны смерти и что это они сами перестреляли себя и остальных, поскольку не умели обращаться с оружием и поэтому не знали, в какую сторону надо наводить стволы. Отчет же специальной парламентской комиссии и рабочей группы из представителей дипкорпуса по изучению тех событий никто так и не увидел, кроме, возможно, самих парламентариев, однако они молчат как рыбы.

«ОТКРЫТЫЙ И ГЛАСНЫЙ» ПРОЦЕСС

Девятого сентября в Андижанском областном суде в обстановке глубокой секретности наконец начался суд над двенадцатью обвиняемыми в организации терактов в Ханабаде и Андижане 25-26 мая. Вопреки обещанию президента Каримова о том, что процесс будет открытым и гласным, для чего даже создавалась комиссия во главе с Генпрокурором Узбекистана Рашидом Кадыровым, должная обеспечить «широкое освещение процесса зарубежными и местными средствами массовой информации», о начале суда не сообщило ни одно узбекское СМИ; ни одно государственное ведомство или должностное лицо не дает по этому поводу каких-либо комментариев.

Просочились сведения, что большая часть обвиняемых является жителями Джалакудукского района Андижанской области. (Напомню, что в сообщении Press-uz.info фигурировал только Ходжаабадский район.) Ни имен обвиняемых, ни предъявленных им обвинений выяснить и проверить невозможно.

По данным собственных источников «Ферганы.Ру» в Ташкенте, после майских событий в общей сложности процедуру так называемой «фильтрации» прошло около 120 человек. Примерно 70 человек были отпущены. Однако во избежание последующих жалоб на этих «счастливчиков» оформили административные дела, то есть, дни, проведённые ими под арестом, были узаконены административными наказаниями. В отношении примерно 50 человек возбудили уголовные дела.

Через некоторое время стало известно, что процесс не один. Радио «Озодлик» сообщило, что в Андижанской области идут как минимум три-четыре судебных процесса над разными группами людей, имеющими отношение к майским событиям. Кроме упомянутой группы из 12 человек есть группа из 11 человек, есть и другие группы, которых судят отдельно. Предположительно, их может быть пять или шесть, однако точно известно лишь о процессах над тремя группами обвиняемых - из Джалакудукского, Кургантепинского и Асакинского районов Андижанской области. С учетом сообщения Press-uz.info о задержаниях в Ходжаабадском районе, очевидно, что их будет не меньше четырех.

Содержание этих судов окутано тайной, поэтому невозможно сказать, в чем именно обвиняют подсудимых и имеют ли они отношение к упомянутому «Исламскому джихаду». Остается надеяться, что постепенно эта информация все-таки выплывет.

Алексей Волосевич, октябрь 2009 г.






  • РЕКЛАМА