23 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Потеря времени, бизнеса и личной свободы, или Что ждет иностранных инвесторов в Узбекистане

Власти Узбекистана вновь стремятся улучшить подпорченную репутацию: нужно привлекать новых иностранных инвесторов взамен «использованных» прежних. Декларативные указы и постановления, волна акций по приведению имиджа страны в божеский вид - все направлено на поиск институтов и людей с деньгами, готовых в очередной рискнуть капиталами и испытать острые ощущения.

Впрочем, пропагандистские статьи о фантастических успехах молодого независимого государства давно набили оскомину, и им мало кто верит. Не зря современный Узбекистан с иронией называют «Успехистаном». Возможно, именно поэтому в последнее время Ташкент сделал ставку на проведение массовых PR-акций: всевозможных форумов, симпозиумов и даже Art Fashion Week в Ташкенте. В прошлогодних осенних мероприятиях, посвященных искусству и моде Узбекистана, приняли участие известные российские представители попсы и ангажированной журналистики. Впрочем, на эти мероприятия, которые устраивала Гульнара Каримова и ее Фонд «Форум культуры и искусства Узбекистана», прилетели и западные «звезды», например, итальянский певец Эрос Рамацотти. По возвращении из Узбекистана он был подвергнут беспощадной критике в итальянской прессе. Бойкот показа коллекции GULI в Нью-Йорке, бойкотирование узбекского хлопка ведущими западными производителями и целый шквал публикаций, посвященных пыткам в Узбекистане, показывает, что западное сообщество не испытывает иллюзий по поводу настоящего положения дел в Узбекистане.

И что думать инвесторам, которые, с одной стороны, слышат официальные уверения о перспективах экономического сотрудничества, а с другой, догадываются о жесткости и непрозрачности правил, установленных в Узбекистане? В этом мы постараемся разобраться.

Проблемы инвесторов и бизнеса

Деятельность иностранных инвесторов в Узбекистане подвержена огромным рискам, и в первую очередь это связано с беспрецедентным вмешательством государства в экономику. Конечно, есть так называемые приоритетные инвесторы, наподобие General Motors, однако объем реальных денежных вливаний в экономику Узбекистана с их стороны крайне невелик. Не является большим секретом тот факт, что основными вложениями этой корпорации являются нематериальные активы, проще говоря, право на использование товарного знака Chevrolet. Реальные денежные и материальные вливания со стороны General Motors в недавно построенный моторный завод GM POWER TRAIN также не впечатляют. Фактически, GM использует в Узбекистане технологию SKD, когда в страну ввозятся крупные блоки, из которых на месте уже собираются автомобили. Делается это для того, чтобы обойти высокие акцизные и таможенные пошлины. GM использует свое монопольное положение, которое ей предоставило правительство Узбекистана, и получает серьезное преимущество за счет исключительно высоких заградительных таможенных пошлин, установленных в Узбекистане на импортируемые автомобили. Впрочем, в отношении GM и его особых отношений с Узбекистаном речь пойдет в следующей статье, специально посвященной этому предприятию. Но есть проблемы и риски, с которыми могут столкнуться все без исключения иностранные инвесторы.

Невозможно конвертировать сумы в валюту

Первая и самая основная проблема – отсутствие конвертации и возможности произвести оплату в иностранной валюте для закупки сырья и материалов, необходимых для производства, или как в случаях с розничными торговыми сетями – товаров для перепродажи на розничном рынке.

Проблема конвертации тесно связана с нелепым порядком регулирования внешнеэкономической деятельности. Любой контракт на поставку товаров в Узбекистан подлежит регистрации в таможенных органах и банке, обслуживающем импортера. Процедура регистрации контракта тесно увязана с его содержанием. Узбекское правительство предъявляет особые требования к контрактам на ввоз товаров, то есть, фактически, правительство Узбекистана пытается устанавливать свои правила и диктовать условия производителям и поставщикам на внешнем рынке, что само по себе является абсурдом. Естественно, крупные поставщики и производители продукции не будут подстраиваться под условия, диктуемые отдельно взятым государством. И импортеры-резиденты Узбекистана вынуждены производить закупки товаров через оффшорные компании, которые руководство таких компаний-импортеров регистрирует на имена доверенных лиц. У импортера возникает весьма сложная и многоступенчатая задача, которая состоит из нескольких звеньев:

1. Зарегистрировать контракт на таможне и в банке;

2. Добиться конвертации и «вытащить» деньги на свою оффшорную компанию (фактически на счет в банке, находящийся под своим собственным контролем);

3. Ввезти товар и подвергнуть его таможенной очистке;

4. Снять контракт с регистрации в банке и таможенных органах.

Самые тяжелые этапы этой многоходовой комбинации связаны с отсутствием конвертации и серьезными проблемами с таможенной очисткой. Несмотря на то, что конвертация декларативно существует, конвертировать безналичную узбекскую валюту в иностранную мало кому удается. Для этого, как минимум, необходимо иметь устойчивые связи на самом верху и, разумеется, необходимо выплатить вознаграждение ответственному должностному лицу за содействие. Таким образом, через открытие или закрытие доступа к конвертации любой бизнес подвешивается на крючок. Перекрытие конвертации означает конец любого крупного бизнеса, тем более торгового. А понятный механизм принятия решения о предоставлении конвертации отсутствует. Проще говоря, захотят - откроют доступ к конвертации, захотят – закроют, без объяснения причин.

Но даже если у отдельного бизнеса и имеется некий доступ к конвертации – это еще не значит, что этот доступ носит постоянный характер и потребности данного бизнеса удовлетворяются в полном объеме. Например, турецким предпринимателям, работающим в Узбекистане, конвертацию предоставляли далеко не в полном объеме. Если определенная бизнес-группа инвестировала средства в приобретение недвижимости (или долгосрочную аренду) и создание больших торговых площадей (как, например, TURKUAZ), то она должна, как минимум, заполнить торговые площади товаром. Товаров узбекского производства довольно мало, большинство из них настолько сомнительного качества, что выставлять их на продажу в хорошем супермаркете или гипермаркете невозможно. И бизнесмены на свой страх и риск вынуждены производить закупку импортных товаров, минуя механизмы официальной конвертации. Единственный способ приобрести иностранную валюту – это обмен наличных узбекских денег на «черном рынке» на доллары США и дальнейший вывоз наличной валюты для того, чтобы рассчитаться за поставленный товар, что является нарушением действующего законодательства Узбекистана.

Но, предположим, под закупку части товаров или другой продукции некоему бизнесу удалось получить конвертацию, поставить деньги на аккредитив и доставить товары или продукцию до Узбекистана. Здесь начинается второй круг ада – ад с таможней.

Таможенный произвол

Правила таможенной идентификации и определения таможенной стоимости товара в Узбекистане весьма сложны и запутаны. Общий смысл заключается в том, что даже если вам удалось приобрести и закупить товар, скажем, за один доллар, таможня может произвольно определить его стоимость в два доллара, и вам придется платить таможенные пошлины и налоги, исходя из таможенной стоимости. Или - «договариваться» с таможенниками, что обычно и делают большинство импортеров.

Но самое неприятное даже не в этом, а в том, что нередко таможня отказывается проводить таможенную очистку по указанию сверху. Если представители правительства Узбекистана устанавливают, что в данном конкретном месяце импорт превысил какие-то нормативы по отношению к экспорту, - таможенным властям дается негласное указание прекратить процедуры по таможенной очистке. Крупным предприятиям (имеющим особые связи или так называемым «стратегическим») таможня разрешает получить и использовать продукцию до таможенной очистки (выпуск в режиме временного обращения), а вот розничной торговле (ритейлерам) товар могут «придержать».

Таким образом, система в Узбекистане устроена так, что бизнесменам в обязательном порядке приходится идти на нарушения и завышение цен. Об этих нарушениях власти Узбекистана прекрасно осведомлены и в любой момент могут дернуть за ниточку. Ловушка состоит в том, что негласные указания и произвол властей в сфере внешнеэкономического регулирования вынуждают любой бизнес идти на нарушения узбекского законодательства. В этом смысле, организатором любого экономического правонарушения в сфере внешней торговли являются сами власти Узбекистана в лице правительства и центрального банка.

Добровольно-принудительные указания властей

Второй большой проблемой любого, более-менее крупного и даже среднего бизнеса в Узбекистане, включая и предприятия с иностранным участием, является непосредственное и прямое вмешательство властей в вопросы хозяйственной деятельности и бизнеса в форме обязательных для исполнения указаний. Почему мы это называем «обязательными указаниями», хотя они даются, как правило, в виде просьб и пожеланий? Обязательность их состоит в том, что никто не может отказаться от их выполнения. Более того, за невыполнение этих указаний следуют вполне конкретные и весьма чувствительные санкции. Как говорил Дон Корлеоне в «Крестном Отце»: «Я сделал ему предложение, от которого он не сможет отказаться».

Такого рода обязательные (и нигде в законодательстве не прописанные) указания властей можно условно разделить на пять основных групп:

Первая группа - это обязательные указания о перечислении денежных средств определенным организациям или благотворительным фондам. Например, большинство крупных и средних предприятий получают «письма счастья» с просьбами перечислить некие суммы во всевозможные Фонды, начиная от Фонда «Махалля» и заканчивая «Фондом поддержки детского спорта». Указания о таких перечислениях поступают от ответственных должностных лиц, работающих в местных и центральных органах власти.

Вторая группа – это обязательные указания о выполнении обязанностей по сбору вторичного сырья. Почти каждому работающему предприятию крупного и среднего бизнеса устанавливается обязательный для выполнения план по сбору макулатуры и сдаче металлолома. При этом предприятие должно самостоятельно доставлять металлом до баз «Вторчермета», на своем транспорте. Оплата металлолома осуществляется по расценкам, устанавливаемым государством, как и размер компенсации транспортных расходов по его доставке. Фокус в том, что планы даются не маленькие, и их невыполнение грозит серьезными неприятностями. Да и металл в Узбекистане взять особо неоткуда, железных руд пока не найдено.

Многие бизнесмены предпочитают за наличный расчет «покупать» во «Вторчермете» справку и счет-фактуру о сданном металлоломе. Это проще, чем купить сам металлолом: наличная цена металлолома на рынке куда выше расценок «Вторчермета». Разумеется, перечисление денежных средств за сданный металлолом происходит эпизодически и настолько редко, что, по сути дела, это одна из форм дополнительной дани с бизнеса.

Третья группа – это обязательные указания о предоставлении персонала для сельскохозяйственных работ и для участия в иных формах принудительного труда. Когда начинается сезон сбора хлопка, многие предприятия обязаны предоставлять людей для сбора урожая, количество работников устанавливается местными органами власти. При этом предприятия выплачивают заработную плату людям, находящимся на сборе хлопка, в размере среднего заработка. Что интересно, в Налоговом Кодексе Узбекистана данная статья расходов тоже прописана - видимо, для тех, кто «добровольно» отправляет своих работников на сбор урожая.

Некоторые крупные предприятия, даже находящиеся в Ташкенте, не избегают такой повинности. А предприятия, находящиеся не в Ташкенте, участвуют в хлопковой программе в обязательном порядке, включая предприятия с участием иностранного капитала. Например, GM UZ, автомобильный завод, находящийся в Асаке (Андижанская область), регулярно отправляет своих людей на сбор хлопка, тем самым «отдавая дань», как образно выразился американский посол.

Кроме сбора хлопка, существует еще целый ряд трудовых повинностей, возлагаемых на предприятия любой формы собственности. Это проведение всевозможных субботников, участие в городских мероприятиях по благоустройству территории и так далее.

Четвертая группа – обязательные указания вести определенную убыточную деятельность. В пример можно привести обязательное указание властей каждому промышленному предприятию заняться производством сельскохозяйственной продукции. На основе этого указания промышленным предприятиям пришлось создавать рыбоводческие хозяйства, выращивать крупный и мелкий скот, птицу, пшеницу или овощи. Масштаб такой деятельности регламентировался путем установления определенных показателей. Вся эта навязанная властями деятельность наносит колоссальные убытки промышленным предприятиям.

Пятая группа – это обязательные указания, относящиеся к основной деятельности предприятий. Почти каждому крупному и среднему предприятию властями Узбекистана устанавливаются обязательные плановые показатели «темпов роста», которые отслеживаются через ежемесячную статистическую отчетность, которую предприятия обязаны предоставлять властям. Как в Узбекистане понимают рост ВВП? Как показатель, частично фальсифицируемый, а частично подгоняемый «палками». Вне зависимости от спроса на свою продукцию, каждое крупное и среднее предприятие обязано производить продукцию (или выполнять работы, оказывать услуги) в установленном властями объеме, например, с приростом в 7% по отношению к прошлому году. Невыполнение заданных показателей приводит к крупным проблемам и неприятностям. Руководителя такого предприятия «на ковер» вызывает хоким (мэр, губернатор или глава районной управы, в зависимости от масштаба предприятия). Иногда при этом присутствуют представители правоохранительных органов.

Интересно, что в прошлом году из-за колоссального перепроизводства неликвидной отечественной электротехнической продукции, Кабинет министров Узбекистана в приказном порядке заставил коммерческие банки и крупные промышленные предприятия закупить эту технику в огромных количествах. Была установлена разнарядка, сколько холодильников, телевизоров и прочей электротехники, произведенной в Узбекистане, обязано закупить каждое крупное предприятие или коммерческий банк.

Еще одним примером такого рода является обязательное указание о так называемой экономии. Считающий себя выдающимся идеологом мировой экономической мысли, президент Узбекистана, выпустил ряд опусов, якобы раскрывающих причины мирового экономического кризиса. Не желая вдаваться в путаные рассуждения Ислама Каримова по поводу причин и следствий глобальных экономических потрясений (оставим это Комитету по нобелевским премиям в области экономики), заметим лишь, что из всей его теории узбекские власти вывели один универсальный рецепт. И этот рецепт – «экономия».

Казалось бы, в условиях рыночной экономики бизнес заинтересован в снижении издержек. Ан нет. Ретивые чиновники немедленно разослали всем предприятиям, независимо от формы собственности, обязательные предписания об экономии, выполнение которых впоследствии стало контролироваться. Для этой программы власти постоянно истребуют у предприятий отчеты, не предусмотренные законодательством. Вызывает недоумение тот факт, что власти Узбекистана дают рекомендации о снижении в два раза норм амортизации основных средств для предприятий-экспортеров. Такое средство «экономии» вызывает недоумение. Получается, что власти Узбекистана рекомендуют предприятиям манипулировать учетной политикой, лишь бы улучшить показатели прибыльности и рентабельности. Но в мире уже давно обращают внимание на показатель EBITDA, который не учитывает амортизацию и больше нацелен на денежный поток.

Кого узбекские власти хотят этим обмануть? Самих себя?

Вызывает вопросы и разрешение на реализацию экспортной продукции за свободно-конвертируемую валюту по ценам ниже фактической себестоимости. Получается, что узбекские власти разрешают своим предприятиям демпинг на внешнем рынке.

Государственное манипулирование рынком

Третьей проблемой бизнеса Узбекистана является непосредственное вмешательство властей в политику ценообразования и манипулирование рынком со стороны государства. В Узбекистане существует оставшееся с советских времен понятие о «высоколиквидных видах» продукции. За счет ограничения конвертации и закрытия доступа товаров на внутренний рынок власти Узбекистана создают искусственный дефицит. Искусственный дефицит касается не только потребительских товаров, то есть тех товаров, которые должны продаваться в розницу. Искусственный дефицит создан и в отношении продукции технического назначения, в отношении сырья и материалов, которые используются в любом производстве. Например, это касается металлопроката. То же самое можно сказать и о меди, нефтепродуктах, портландцементе и целому ряду других товаров.

Производителям дефицитной продукции предписано производить реализацию только через товарную биржу (ОАО УзРТСБ). При этом Министерство экономики Узбекистана устанавливает квоты по реализации этой продукции по «прямым» договорам поставки. И получается, что «свой» проект получает цемент напрямую по сниженным ценам, «чужой» – через УзРТСБ по завышенным.

Интересны манипуляции властей с ценами на цемент. В отличие от большинства нормальных стран с рыночной экономикой, цемент в Узбекистане реализуется по особым правилам, только через Товарно-сырьевую биржу, в соответствии с «Положением о порядке реализации цемента на биржевых торгах» (является нормативно-правовым актом (sic!) и зарегистрирован Министерством юстиции Узбекистана за № 1677 от 02.05.2007 года). Несмотря на то, что заводы по производству цемента принадлежат частному бизнесу, правительство Узбекистана распоряжается им как своей собственностью, в частности, устанавливает правила продажи и даже назначает цену. Все, что выше расчетной цены, изымается в пользу Фонда Реконструкции Республики Узбекистан.

Согласно постановлению президента, расчетная цена одной тонны цемента на 2012 год определена в 95 тыс.сум (биржевая цена одной тонны цемента составляет около 200 тыс.сум). Все, что продано по цене выше «президентской», облагается налогом на сверхприбыль в размере 50% от разницы между расчетной и биржевой ценой. А остаток сверхприбыли, то есть 50% разницы между расчетной и биржевой ценой, предприятие обязано зачислить на банковский счет, находящийся под контролем Минфина. Деньги из этого Фонда Реконструкции Республики Узбекистан направляются, преимущественно, на осуществление дорогостоящих и бессмысленных проектов, таких как строительство помпезного Дворца Форумов (стоимость около миллиарда долларов) или Дворца Симпозиумов.

Таким образом, искусственно раздувая цены, власти пополняют Фонд Реконструкции Республики, контролируемый непонятно кем. Такой ловкой схеме изъятия прибыли позавидовал бы сам Владимир Ильич Ленин. Вот и выходит, что предприятия по производству цемента, принадлежащие частным собственникам, не могут распоряжаться своей продукцией. Манипулирование рынком и обман исходят от власти, а они обвиняют в этом бизнес.

Пыточный комплекс для бизнесменов

Четвертой проблемой бизнеса в Узбекистане являются противозаконные действия властей, в том числе коррупция, широко распространенная практика физического давления на бизнес, вплоть до превентивного заключения и применения пыток к предпринимателям. К противозаконным и негуманным методам можно отнести и фабрикацию заведомо ложных дел в отношении предпринимателей, силовые методы отъема бизнеса. Несколько лет назад власти решили привлечь Службу национальной безопасности к расследованию так называемых «экономических» преступлений. До той поры СНБ, конечно, тоже занималась расследованием экономических дел, но не в таком масштабе. Надо сказать, что представители СНБ весьма ответственно подошли к этой задаче. На бывшей улице Конногвардейской, что находится в Юнус-Абадском районе, для бизнесменов и прочих хозяйственников был сооружен (или приспособлен) грандиозный пыточный комплекс. Это комплекс зданий желтого цвета, обнесенных высоким забором с колючей проволокой и вышками наблюдения. Внешне он похож на устрашающую крепость.

Вызванные по повестке «клиенты» часами ожидают вызова, стоя рядом с разрушенным зданием, находящимся напротив входа в это СИЗО. Ожидающие часами уже немолодые люди вынуждены справлять естественные надобности прямо в разрушенном здании. Те, чье имя выкрикнул охранник, проходят через узкую железную дверь, проходят личный досмотр и следуют к зарешеченному зданию, где их допрашивают, пока в качестве свидетелей. Во дворе этого пыточного комплекса находится открытая стоянка дорогих авто, конфискованных у предпринимателей, как бы напоминая о бренности любого богатства в Узбекистане.

Ну, а захваченных, а не вызванных повесткой представителей бизнеса туда привозят и бросают в камеры. Если инвесторы посмотрят на этот комплекс, увидят людей приличного вида, избитых и закованных в наручники, услышат ужасающие крики пытаемых, у них, пожалуй, отпадут все сомнения в отношении безопасности инвестирования в Узбекистан.

Напомним только, что за последние несколько лет в Узбекистане были разгромлены торговые сети, принадлежащие турецким бизнесменам – «Демир» и «Туркуаз». Были отобраны золотодобывающие предприятия, принадлежащие британским и американским инвесторам. Был организован отъем «Бекабадцемента», в который были вложены значительные средства казахстанских и российских предпринимателей. Мы должны вспомнить о разгроме и разграблении молочного завода, в который были вложены значительные инвестиции, принадлежащие российскому бизнесу «Вимм-Билль-Данн». Погром, устроенный представителями СНБ в германском предприятии «Вкусный хлеб», в ходе которого в заложники был взят посол Германии. Сотни, если не тысячи замученных предпринимателей, среди которых есть и те, кто расстался с жизнью. Все это - аргументы против инвестирования в Узбекистан.

…И надо помнить, что жаловаться и апеллировать бесполезно. Власть в Узбекистане, по всей видимости, очень сильна. Она сильнее, чем власти США и стран-членов НАТО, сильнее, чем власть в России и в любых других ядерных державах. Власти в Узбекистане делают все, что захотят, - и никого не боятся. И если вы все-таки захотите делать бизнес в Узбекистане, знайте: ваши страны вам никогда не помогут, господа инвесторы и бизнесмены. Вы будете действовать исключительно на свой страх и риск. Удачи!

Максим Бейлис

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА