19 Август 2018

Новости Центральной Азии

Уилл Смит и религиозные сосиски - снова враги государства. Как «Узбеккино» мешает телезрителям

Иллюстрация с сайта Graycell.ru

В Узбекистане закрывают и наказывают телеканалы за трансляции зарубежных художественных фильмов, входящих в некий «стоп-лист». Также с эфира исчезнут передачи религиозной направленности.

Так, в Самарканде остановили вещание местного телеканала STV на неопределенный срок, а телеканал Sevimli («Любимый») был вынужден уволить сотрудников. По мнению экспертной комиссии «Узбеккино», каналы нарушили требования законов «О СМИ», «О государственной молодежной политике», «О защите детей от информации, наносящей вред их здоровью» и «О принципах и гарантиях свободы информации». STV пустил в эфир голливудский блокбастер «Я – легенда» и мультипликационный фильм «Полный расколбас», а Sevimli – комедию «Красотка на всю голову». В то же время на других местных каналах запретили выпуск в эфир несколько религиозных передач, посвященных исламу. Очевидно, что такие действия чиновников только подогревают интерес зрителей к запретному.

Раньше было лучше

В 1990-е годы в Узбекистане существовало лишь несколько национальных телеканалов, а народ в основном смотрел российские федеральные каналы. Трансляции местных телевизионщиков были ограничены отцензурированными выпусками новостей, футбольными матчами и концертами. Было кабельное телевидение, за которое платили несколько долларов в месяц и наслаждались голливудскими фильмами в гнусавом переводе Володарского. По ночам можно было посмотреть эротику, причем очень раскрепощенную. По каким-то причинам «кабельщиков», как их называли, не трогали, они были уважаемыми людьми, видимо, кто-то из руководства был заинтересован в том, чтобы их бизнес развивался.

О цензурировании кинопроката тогда речи не шло, поскольку в кинотеатрах не показывали голливудские новинки, а крутили узбекские картины и заезженную индийскую классику типа «Зиты и Гиты», где ни на какой разврат даже и намека не было.

В 2000-х все изменилось. Исчезло кабельное телевидение. Стали вырезать неугодные передачи уже российских каналов, заполняя эфирное время инструментальной узбекской музыкой. В период дружбы с турецким бизнесом в стране появились турецкие телеканалы. Любая критика цензуры расценивалась как подрывная деятельность против самого Каримова.

Журналист Ильмира Хасанова в 2003 году рассказывала, что передачи на узбекском ТВ проходили многократную цензуру на всех этапах, от подготовки сценария до выхода в эфир. Даже после утверждения телепередачи она вновь отправлялась на перемонтаж, в основном из-за несоответствия идейным критериям. Главное, что определяло эти критерии: нельзя ставить то, что может не понравиться президентскому аппарату, а значит, и самому президенту. В частности, российская информационная программа «Вести» каждый день записывалась в полдень. До выхода в эфир в 17 часов дня она проходила тщательную цензуру. Из нее вырезалось все об Узбекистане и все, что, по мнению руководства государственного ТВ, узбекистанцам слышать было не положено.

В то время интернет в стране широко развит не был, потому оставались прокаты видеокассет, благо в начале нулевых видеомагнитофоны не являлись дефицитом, при желании можно было найти любой фильм на VHS. Позже кассеты сменились DVD-дисками, но суть не изменилась и по сей день. До сих пор на рынке Янгиабада можно приобрести любой фильм, в том числе киноленты с порнографическим содержанием.


Кадр из запрещенного фильма «Я, легенда»

Черный список

В 2005 году в Узбекистане впервые появился перечень фильмов, «запрещенных к показу». К 2010 году в него вошли более 700 кинолент, в том числе шедевры мирового кинематографа «С широко закрытыми глазами», «Багровые реки», «Плохой парень». В список попали «Троя» и «300 спартанцев», мультфильмы «Шрек» и «Мадагаскар». Был наверняка в том перечне и фильм «Я – легенда».

В 2012 году власти Узбекистана настоятельно рекомендовали всем телеканалам страны ограничить упоминание в новогодних программах таких сказочных персонажей, как Дед Мороз, Снегурочка и Баба Яга. Еще за восемь лет до этого, в 2004 году глава отдела народного образования Ташкента Анвар Закиров запретил праздновать Новый год в школах. Свою позицию он пояснил тем, что население страны должно отмечать только один новогодний праздник — Навруз. В 2009–2010 годы министерство дошкольного образования распространило запрет на проведение новогодних утренников, а также сбор средств на подарки детям. Ослушавшимся грозило увольнение либо строгий выговор.

Из фильмов вырезали сцены со взрывами, а с 2011 года из художественных фильмов и передач начали убирать сцены, где люди курят, пьют и носят чалмы.

Мнения жителей страны в этом вопросе расходятся. Одни считают правильным ограничивать детей от эротических сцен, шуток ниже пояса и намеков на существование в реальной жизни алкоголя и наркотиков. Другие против запретов на фильмы, которые мало кого в мире смущают своей откровенностью. Например, картина «Я – легенда» с Уиллом Смитом, за показ которого закрыли телеканал STV. Нашумевший постапокалиптический боевик, где сюжет держит зрителя в напряжении и где все, что смущает узбекистанских цензоров (эротические сцены, сцены жестокости и насилия, алкоголь или демонстрация курения), является органической и неотъемлемой частью режиссерского и сценарного замысла.

Мультфильм «Полный расколбас» - второй фильм, из-за которого закрыли STV, - в России маркирован 18+. Это такая комедия для взрослых о кровавых приключениях религиозных сосисок и другой еды из супермаркета.


Кадр из анимационного фильма «Полный расколбас»

После нашей эры

С приходом к власти Шавката Мирзиёева появилась надежда на то, что цензура канет в лету за своей ненужностью, однако в июле прошлого года в Узбекистане был утвержден новый список из более чем двухсот нежелательных кинолент, которые не рекомендуются к ввозу, копированию и распространению на территории республики. Как выясняется, эти фильмы лишь дополнили старый перечень.

Список запретного составлен крайне небрежно. Почему запрещен тот или иной фильм, не указывается, дается лишь описание картины, по всей видимости, просто скопированное из интернета.

Так, первый в узбекистанском списке фильм «Болото» («Venom») описан теми же словами, что на сайте «Кинопоиск», причем без указания источника. Тут «Узбеккино» не позволяет себе никакой цензуры и перепечатывает то, что давно уже считается неприличным для государственных организаций: «Когда Рей помогал пожилой негритянке в дорожном происшествии на мосту, его покусали змеи, которые были у нее в чемодане…» Как «Узбеккино» позволило дать в официальном запретном перечне эту непозволительную вольную лексику («негритянка», «спасенная бабуля» и т.д.), большой вопрос.

Большинство запретных фильмов - низкобюджетные фильмы ужасов, которые не берут для проката кинотеатры и уж тем более телеканалы.

В 2014 году начальник Отдела по лицензированию, экспертной оценке аудиовизуальной продукции и развитию международных связей НА «Узбеккино» Рустам Шарипов на вопрос о самовольной трансляции в узбекистанских кинотеатрах фильма «Ной» заявил, что рекомендация по показу на территории Узбекистана любой аудиовизуальной продукции, произведенной за рубежом, дается на основании заключения экспертно-оценочной комиссии при художественном совете НА «Узбеккино», состоящей из ведущих киноведов и кинокритиков Узбекистана. Это значит, что перед тем, как составить запретный список, все эти эксперты смотрели такие фильмы, как «Бобры-зомби», «Бойся или умри», «Осажденные упырями» и так далее.

Обидно, что даже посмотрев этот трэш, эксперты вместо объяснения, почему фильм смотреть не рекомендуется, внесли в список лишь рекламный афишный анонс.

Выходит, запрещенных фильмов в Узбекистане уже больше тысячи. Видимо, руководство наказанных каналов об этом не знало. Да и как можно было об этом узнать, когда на официальном сайте «Узбеккино» отсутствует этот злополучный список, как и многие правовые документы. Поэтому о том, запрещен фильм к показу или нет, может подсказать только интуиция.

Google в помощь

Главе Мининфокома Азиму Ахмедходжаеву следовало бы напомнить своим соратникам в правительстве, что Узбекистан в ближайшее время планирует обеспечить большую часть населения страны высокоскоростным интернетом.

В стране прокладывают километры оптоволокна и собираются к 2020 году догнать по скорости интернета партнеров по СНГ, а это значит, что доступ в мировую сеть получит большинство узбекистанцев. Местное телевидение столкнется не только с жесткой цензурой, но и с серьезной конкуренцией, как это происходит сейчас в России. Запрет на телевидении сцен с курением приводит к тому, что телеканал «замазывает» сигарету в зубах киногероя, который несколько секунд назад подробно потрошил на экране своих врагов с помощью топора или ножа.

Так же нелепо в августе 2016 года узбекский канал «Спорт» вырезал из речи тяжелоатлета Руслана Нуриддинова, завоевавшего золотую медаль на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро, фразу «слава моему Аллаху», произнесенную спортсменом в прямом эфире.

Неужели список запрещенных фильмов и передач составлялся методом так нынче популярного в Узбекистане опроса общественного мнения? Нет, такого не было. Зато мы пообщались с продавцом дисков, который рассказал, что самый ходовой товар среди узбекистанцев – популярные во многих странах сериалы «Викинги» и «Игра престолов», где вдоволь «запрещенки», начиная от тонн пролитой крови и заканчивая откровенными эротическими сценами между персонажами разной степени родства.

Цензурные запреты никогда не мешали людям увидеть то, что хочется: мало того, цензура всегда подогревает интерес. Поэтому бездумный запрет - и уж тем более закрытие телеканала или скандальные увольнения, - приведет к тому, что запрещенные фильмы теперь посмотрит гораздо большее количество людей, чем те, что могли в этот момент случайно оказаться возле экранов.

Ишонкул Нуртоджибоев

Международное информационное агентство «Фергана»




Реклама от партнеров

РЕКЛАМА