11 Декабрь 2017

Новости Центральной Азии

Экспедиция в «Город пери» к подножию Мраморной горы

16.11.2005 10:25 msk, Андрей Кудряшов (Самарканд - Аксай)

Фото © А.Кудряшов (Фергана.Ру)

Среди легендарных, традиционно посещаемых паломниками и туристами мест в Узбекистане встречаются места, не связанные с выдающимися событиями истории или деяниями мусульманских святых, основателей или последователей орденов суфизма. Например, в сорока километрах к югу от Самарканда, где расположено весьма популярное место паломничества трех религий - знаменитая пещера царя Давида - находится и другой, куда менее известный, но удивительный памятник природы и мифологии. Урочище, скрытое в труднодоступных отрогах Зарафшанского хребта, носит название «Пари шахарчаси», что в переводе с узбекского значит «Город пери». Если другие «святые места», где издревле почитались целительные источники, озера, большие деревья, средневековый суфизм примерил с исламом, основав возле них пристанища дервишей или гробницы учителей, то эта дикая местность сохранила до наших дней ореол древнего культа, возможно, предшествовавшего не только исламу, но и зороастризму.

«НЕЧИСТАЯ СИЛА»

Вообще-то, ни о каком настоящем культе пери в любом из регионов Средней Азии не может быть и речи. Еще в Авесте - священной книге зороастризма, созданной, по мнению ученых, более чем за пятьсот лет до нашей эры, о пери упоминается как о низших духах, враждебных человеку демонах. Согласно зороастризму, до утверждения в мире добродетели божественных законов, дэвы и пери - порождения Князя Тьмы Аримана - жили рядом с людьми и причиняли им неисчислимые бедствия.

Дэвы были настоящими людоедами, способными иногда прикидываться безобидными животными или даже камнями, чтобы заманить в ловушку. А пери - их женские ипостаси - могли вредить всем стихиям: земле, огню и воде. Превращаясь в падающие звезды, они нарушали порядок на небе, вызывая ливни или засуху, неурожаи и гибель скота, землетрясения, селевые потоки и наводнения, сбивали путешественников с правильной дороги, заманивая их в непролазные дебри, пески или пропасти. Пророк Заратуштра, явившись на Землю, загнал этих демонов в преисподнюю, сделав обитателями подземных пещер и глубоких колодцев, откуда они лишь изредка появлялись, да и то в виде оборотней. По-видимому, так зороастризм - первая из мировых религий - утверждался в Азии, подавляя культы местных божков и богинь, низведенных его мировоззрением в ранг «нечистой силы». Но, позже, укоренившиеся первобытные представления вновь проросли в мифологии, и культ женских духов пери воскрес в фольклоре и восточных сказках в образах добрых волшебниц, прекрасных фей, помогавших героям.

В большинстве сказок Востока пери - бесплотные фантастические существа, обитающие в горных пещерах или в пустыне. К озерам, родникам и ручьям они прилетали купаться в облике белых голубок, и, «разоблачаясь», обращались в юных девушек. Если сказочным героям в момент купания пери удавалось незаметно украсть магическую «одежду», стыдливые пери становились их служанками и даже женами, заодно исполняя любые чудеса - исцеляя болезни и тяжелые раны, раскрывая тайны, предсказывая будущее, находя волшебные клады, мгновенно перенося богатырей по воздуху на огромные расстояния. Иногда, в сказках, пери помогали людям из сострадания, или просто следуя своим капризам. Но нередко они могли быть коварными, злыми и мстительными.

ТАИНСТВЕННОЕ УЩЕЛЬЕ

Предания, сохранившиеся в кишлаке Аксай, что в окрестностях святыни Хазрат Дауд - пещеры царя Давида - отражают двойственное представление местных жителей о пери. Согласно здешней легенде, однажды на закате пастух в поисках лучших пастбищ забрел в уединенное ущелье у подножия Мраморной горы и заснул под кустом на берегу ручья. Среди ночи, когда взошла полная луна, его разбудили звуки девичьего смеха. Осторожно пробравшись к ручью, он увидел там купающихся и расчесывающих волосы обнаженных пери. И не одну, а целую стайку.

Но он не рискнул последовать примеру сказочных героев и даже не пытался украсть их одежду. По местным поверьям, если пери заметит, что смертный человек наблюдает за ее наготой, она навсегда лишит наглеца рассудка, а может и навести порчу и иные несчастья на весь его дом, род, селение. Пастух убежал, не оглядываясь, а потом запретил своим сыновьям и внукам даже издали приближаться к ущелью, где пери живут в своем «городе». Оттого, дескать, урочище оставалось нетронутым и безлюдным до наших дней.

И только совсем недавно в нем поселились люди, хотя и они избегают посещать его дальние уголки, поскольку у водопада, спадающего с Мраморной горы, в полнолунные ночи будто бы слышны странные звуки, похожие на смех, и мелькают среди мраморных скал призрачные силуэты.

ПУТЕШЕСТВИЕ В ПОИСКАХ РАЗГАДКИ

Для разгадки тайны «Города пери» корреспонденты агентства «Фергана.Ру» и специалисты туристической фирмы «Uzbekistan for You» организовали специальную экспедицию, отправившись пешком по горным тропам из кишлака Аксай в сторону «Куи Сафед», что в переводе с таджикского языка и означает Белая, то есть Мраморная гора.

В начале маршрута проводники уверяли, что до урочища рукой подать. Нужно, мол, только преодолеть небольшой подъем, начинающийся прямо от автомобильной дороги, а там свернуть за вершину горы и дальше уже спускаться вниз. Дескать, паломники в «Город пери» проходят этот путь за полтора часа с утра и к обеду могут вернуться назад, если, конечно, не рискнут остановиться на ночь в домике лесника, чтобы при луне сходить к водопаду. Но водитель экспедиционного микроавтобуса, как видно имевший опыт подобных восхождений, не захотел дожидаться в машине возвращения пассажиров, а, отправляясь в путь и предчувствуя нелегкую дорогу, заказал себе личный транспорт - ишака. И оказался прав. После двухчасового подъема по сыпучему склону экспедиции пришлось еще долго брести узкими тропами вдоль скал и обрывов, огибая одну вершину за другой…

С точки зрения горцев, с раннего детства привыкших к ходьбе по теснинам и кручам, понятие «уч километр» - три километра, часто «смешивается» в уме с «ун уч километр» - тринадцать километров. Да и ишак один раз крупно подвел, сбросив седока на крутом спуске, а остальную дорогу плелся как черепаха, набирая ход только в том случае, если место в его седле «пассажир» на особо опасных участках уступал «водителю». Словно то был не ишак, а настоящий горный дэв - оборотень со злым нравом и намерениями.

Зато поздняя осень в горах одарила красотами самых тончайших цветов земли и неба, отливающих металлом вершин и бронзово-рыжих древесных крон. Тут можно было увидеть, как доспевают и перезревают под вольным солнцем азиатского ноября экзотические приправы восточных базаров - ягоды барбариса и шиповника, орехи фисташки и миндаля, семена зиры на зонтичных кустиках, напоминающих дикий укроп. Правда участники экспедиции нигде на тропе не заметили так называемых вотивных предметов: лоскутов материи, традиционно повязываемых паломниками на ветки деревьев или кустарника. Так ведь и «святость» места паломничества довольно двусмысленна.

Лишь к концу дня экспедиция добралась до ущелья, и, нарушив даже непреложные законы восточного гостеприимства - отказавшись выпить чайник чая с лесником, на последнем дыхании преодолела подъем по склону горы «Куи Сафед» к водопаду, то есть к «Городу пери», в лучах заката мгновенно раскрывшему происхождение своего названия.

Осенью водопад почти пересох, обнажив широкое и ровное ложе отполированных водяными потоками известняковых напластований белого цвета различных оттенков. И эта поверхность, обрамленная крошкой скал, искрилась на солнце как ледяная корка, а окружение мраморных глыб быстро сплело в сумерках сети призрачных отражений, скользящих и ускользающих бликов, света и тени. В густой, оглушительной тишине самый малый шорох, звук падающих, бьющихся о мрамор «купален» капель или скатывающихся с обрыва камешков разносился аккордами эха, ломаясь в сложном лабиринте утесов, многократно дробясь, отражаясь, играя. Эти волшебные игры и, начинавшие уже сгущаться чары горных духов с мальчишеской непосредственностью дикаря разрушил проводник, со смехом скатившийся вниз по жерлу водопада верхом на пустой пластмассовой бутылке от «фанты», как это обычно делают в самый разгар зимы ташкентские обыватели на утрамбованных лыжниками склонах Чимгана.

В «Городе пери» обнаружились, наконец, и следы пребывания немногочисленных паломников, по утверждению проводника, приходящих иногда за многие сотни километров. Например, из Ферганской долины, где почитание уникальных объектов природы так же сильно и в наши дни. Лоскутки разноцветной материи повязаны на ветвях рядом с «купальнями пери» - глубокими колодцами идеально круглой формы, промытыми струями водопада в мраморном основании.

Но все же местность оказалась восхитительно не освоена и не тронута человеком, как только и должны выглядеть последние уголки планеты, где до сих пор еще могут рождаться мифы и сказки.




РЕКЛАМА