20 Сентябрь 2017

Новости Центральной Азии

Попав в СИЗО на юге Киргизии, можно забеременеть, родить, похоронить ребенка и быть подвергнутым пыткам

04.04.2006 00:36 msk, Барно Анвар

Права человека

Условия содержания подследственных в изоляторах временного содержания как в Киргизии, так во многих других постсоветских странах оставляют желать лучшего. Из многочисленных рассказов побывавших в этих учреждениях людей нам известно о тесных, темных и сырых помещениях, в которых, прислонившись к бетонным стенам или лежа на холодном полу, подозреваемые в преступлениях ждут окончания расследования. Но, если учесть, что в следственный изолятор не всегда попадают одни только преступники, то возникает резонный вопрос: насколько такое обхождение справедливо?

Именно в таких условиях целых восемь месяцев прожила двадцатидвухлетняя девушка, причем в течение семи месяцев она была беременна. В родильный дом ее повезли прямо из изолятора, а через три дня после родов и через два после смерти несчастного малыша снова вернули в изолятор, на грязный, холодный пол. Вы думаете, эта женщина обвинялась в тяжком преступлении?..

Наша героиня, Зулхумор Тухтаназарова, родилась в 1980 году в селе Базаркоргон Ошской (ныне Джалалабадской) области, в крестьянской семье. Окончив восемь классов, она начала работать с родителями.

В марте 2003 года, в один из обычных рабочих дней, Зулхумор отправилась в поле. По дороге на нее напали несколько парней, изнасиловали, избили и скрылись. Сколько ни горевали родители, как ни поднимали шум, милиция «не смогла» найти насильников. Именно тогда, затоптанная несправедливостью сотрудников правоохранительных органов, началась бесправная жизнь нашей героини.

«Эти проклятые милиционеры упустили негодяев и закрыли дело, - рассказывает убитая горем мать Зулхумор. - Мало того, что напавшие изнасиловали мою дочь, они, как оказалось, сильно ударили ее по голове. После этого она стала больной психически. Я бегала по больницам и лечила ее, но полностью она не выздоровела. Стала часто уходить в неизвестном направлении и пропадать надолго. Однажды она попала в руки проституток и воров».

В тот день Зулхумор оказалась в компании двух ранее судимых парней и женщин легкого поведения. Компании не хватило денег на спиртное, и они отправились «на дело», взяв с собой и Зулхумор. Злоумышленники украли белье и старый палас, висевшие во дворе многоэтажного дома. Общая стоимость вещей составила порядка 25 долларов США.

Сотрудники отдела внутренних дел Базаркоргонского района поймали воришек на месте преступления. В первую очередь была допрошена наша Зулхумор, которая из-за своего слабоумия толком-то и не понимала, что происходит.

«После двух-трех вопросов женщина-следователь начала на меня кричать и угрожать», - рассказала Зулхумор. По словам девушки, следователь спросила: «Эти вещи украла ты?». «Нет, я не брала. Их взяли мои приятели, которых я плохо знаю, - ответила Зулхумор. - Эти ребята просили меня покараулить и дать знак, если кого-то увижу. Об этом я сказала несколько раз, но следователь не стала меня слушать и начала бить. Я разозлилась и тоже сильно ударила ее. После этого меня долго били дубинками и закрыли в изоляторе временного содержания».

Зулхумор, привыкшая к унижениям и побоям с детства, и сейчас с радостью вспоминает, как она ударила следователя. Тогда умственно отсталая девушка не осознавала, чем обернется для нее этот удар. Однако содержание в течение восьми месяцев в ИВС - это не все, что испытали на себе Зулхумор и ее случайные подельники.

«Нас каждый день пытали и оскорбляли. Они заходили к нам и били - просто так, безо всяких причин. Меня продавали за 100 сомов (2,5 доллара США. - прим. ред.): впускали в камеры к мужчинам и выводили оттуда только утром. Они унижали нас, говоря при этом, что мы проститутки», - говорит говорит Зулхумор.

В отличие от профессиональных проституток Зулхумор была неопытна и вскоре забеременела. 22-летняя беременная женщина спала в тесной, темной и сырой камере, неделями оставалась голодной.

«Иногда они мне не давали даже воду, иногда – хлеб, - рассказала Зулхумор. - То, что приносили из дому, часто не передавали в камеру. Однажды у меня заболел живот и начался понос. Не вытерпев, я умоляла милиционеров дать мне лекарства. После того как они дали какие-то таблетки, у меня начались сильные боли. Я не догадывалась, что это были схватки, и лежала, согнувшись».

Через некоторое время сокамерники девушки начали кричать и звать надзирателей. Ее повезли прямо в родильный дом. Ребенок родился живым, однако из-за слабости малыш погиб на второй день своей короткой жизни. Несмотря на то, что после тяжелых родов она сильно ослабла, на Зулхумор сразу надели наручники и отвезли обратно в ИВС.

К счастью, на следующий день состоялся суд. Зулхумор, пережившая за восемь месяцев множество мучительных допросов, всю вину взяла на себя. Всем подельникам Зулхумор, даже рецидивисту, отсидевшему двенадцать лет, дали по одному году условно и освободили прямо в зале суда. В ходе судебного разбирательства не было сказано ни слова ни об избиениях Зулхумор, ни об ее погибшем ребенке, который был зачат в следственном изоляторе.

Мать Зулхумор узнала о беременности дочери только тогда, когда молодая женщина оказалась на кушетке родильного дома. «Встретиться с дочерью мне разрешили всего один раз, и то я не смогла поговорить с ней, - сказала мать Зулхумор. - А потом вообще перестали меня пускать туда. Иногда выносили от нее письма, но они были написаны не ее почерком, и там повторялись одни и те же слова: "Со мной все хорошо, не беспокойтесь". Однажды я понесла дочери передачу и, когда мне сказали, что она в родильном доме, я чуть не потеряла сознание».

Униженные и оскорбленные, мать и дочь ходили по многим инстанциям, но нигде не нашли человека, который бы выслушал их. Тогда они обратились в правозащитную организацию «Воздух» Базаркоргонского района. Руководитель организации Азимжан Аскаров прошел с Тухтаназаровыми по всем кабинетам еще раз, и, казалось, ему удалось добиться каких-то результатов: двух следователей, которые избивали Зулхумор и ее приятелей, уволили с работы, а против четырех сотрудников милиции возбудили уголовные дела. «Однако все знают, как у нас работает судебная система, - рассказывает Азимжан Аскаров. - Дело сотрудников милиции рассматривает военный суд, а он находится в городе Ош, в 130 километрах от нашего села. Пострадавшие, которые еле сводят концы с концами, не смогли поехать в суд. А милиционеров отпустили, определив условные наказания».

Казалось бы, на этом история должна была завершиться. Однако спустя три года, когда горе начало забываться, а жизнь Зулхумор стала налаживаться, ее снова задержали по обвинению в краже и бросили в тот же изолятор временного содержания, причем пытки по своей жестокости превзошли все предыдущие. «Когда она вышла из изолятора и пришла к нам в офис, мы обнаружили, что ей под ногти вводили иглы, - рассказал Азимжан Аскаров. - На теле есть следы от сильных побоев. Мы сняли все это на видео и сохранили. Теперь и семья Тухтаназаровых, и мы стоим на своем, стараемся восстановить справедливость до конца».

Зулхумор Тухтаназарову выпустили из ИВС через два дня, однако теперь она обвиняется в более крупной краже. Следствие закончено и передано в суд. Несколько дней назад состоялось первое заседание суда по этому делу, однако затем слушания были перенесены на неопределенный срок без каких-либо комментариев.

Прокурор района Расулбек Умаров отказался отвечать на вопросы о пытках, примененных к Тухтаназаровой в изоляторе временного содержания. Его заместитель Эрмамат Кожоакматов, ограничившись коротким ответом, что обращение Тухтаназаровых рассматривается, и официальное заключение пока не готово, скрылся за дверью своего кабинета.

Может быть, и не стоило рассчитывать на большее? А какова, собственно, может быть реакция следователей, которые и унижали психически больную, беспомощную девушку?.. Чего можно ожидать, когда те, кто должен стоять на стороне закона, нарушают его?

Проблема насилия в изоляторах временного содержания в Киргизии не нова. В частности, этот вопрос обсуждался в ходе круглого стола «Консолидация здоровых сил общества по предупреждению пыток», который прошел в январе 2006 года в рамках общереспубликанской кампании «Помоги остановить пытку!». Благодаря усилиям правозащитников и других организаций, в 2003 году в Уголовном кодексе страны появилось дополнение к статье 305, предусматривающее ответственность за применение пыток.

Однако до сих пор ни одного случая наказания по этой статье не было, и заключенные ИВС, как и раньше, становятся жертвами сотрудников правоохранительных органов.




РЕКЛАМА