14 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Уйгурские организации в Казахстане: настоящие террористы или разменная монета спецслужб?

04.05.2006 17:55 msk, Ринат Сайдуллин (Алма-Ата)

Китай Анализ

УЙГУРСКИЙ РЕЦИДИВ

Сенсационное заявление Комитета Национальной Безопасности (КНБ) Казахстана о раскрытии террористического заговора против Казахстана, озвученное в дни проведения в Алматы очередного Евразийского медиафорума, не получило никакого логического продолжения. Общественности так и не представили задержанных десять человек, не сообщили, какие цели, помимо традиционного "построения халифата", они преследовали, и зачем им для этого, по версии КНБ, надо было взрывать здания КНБ и финполиции.

Многие местные издания расценили это заявление как очевидную pr-акцию спецслужб, чья репутация оказалась окончательно подпорченной участием сотрудников подразделения КНБ "Арыстан" в расправе над оппозиционным политиком Алтынбеком Сарсенбаевым. Однако, Комитет нацбезопасности, сообщив о победе, не стал акцентировать внимание на том, что группа "террористов" состоит из этнических уйгуров, хотя поведал о достаточно благополучном социальном статусе участников группы, об их связях с зарубежьем и интересе, проявляемом к деятельности оппозиционных партий и настроениям в среде этнических меньшинств.

Один из тех, кто проходил по делу, обратился в Казахстанское бюро по правам человека, рассказав, как его пытались "включить" в состав террористической организации, по делу которой уже проходит более сорока человек. "Планы объектов подрыва (КНБ и ГУВД)", фигурирующие в деле, оказались весьма условной схемой расположения соответствующих зданий, накидать которую можно за десять секунд. Еще одним "доказательством" причастности к международному терроризму оказались несколько листовок с призывами расправляться с русскими и евреями, что для уйгуров (которые, возможно, испытывают некоторые антипатии к Китаю), совершенно нелогично. Этот гражданин, владеющий вполне успешным бизнесом, был освобожден. Но другие его "подельники", оказавшиеся связанными всего лишь знакомством с неким Амурлаевым, объявленным руководителем террористической группы, до сих пор находятся в тюрьме КНБ. Причем доказательства их вины те же - "листовки плюс план объектов".

Надо сказать, что тема уйгурского экстремизма, долгое время не всплывавшая в казахстанском обществе, в течение месяца дала о себе знать несколько раз. И показательно, что во всех случаях правоохранительные органы пытались замолчать происшедшее или отделаться наиболее обтекаемыми формулировками, поскольку все, что касается проблем уйгурской диаспоры в Казахстане, и, тем более, их взаимоотношений с Китаем - более чем неоднозначно.

Первой такой "ласточкой" после длительного периода тишины стало задержание 8 марта в Алматы троих граждан КНР уйгурской национальности, которые проживали в Казахстане по фальшивым документам.

Никаких официальных подтверждений или опровержений этому дано не было. Тем не менее, в уйгурской диаспоре факт задержания подтвердили. Одновременно схожая информация появилась и у международной правозащитной организации Amnesty International. Памятуя о том, что Казахстан в нарушение подписанной Конвенции о статусе беженцев уже практиковал негласную выдачу китайской стороне политических эмигрантов, различные иностранные СМИ и организации постарались придать этому вопросу максимальную огласку. Примерно через месяц на официальном сайте городского управления внутренних дел южной столицы Казахстана появляется скудная информация, что в Алматы задержано двое граждан, обладающих поддельными паспортами КНР и Турции. Также у них изъяты "дискеты с информацией предположительно экстремистского характера". Нетрудно было догадаться, что речь идет о задержанных ранее Юсуфе Кадыре (согласно другим источникам Юсуфе Кари) и Абдукадире Сыдыке, которых, видимо, дальше просто не имело смысла прятать. Известно, что оба жителя Китая скрываются за пределами страны с 1996 и 1999 года соответственно в силу их политических расхождений с китайским режимом. В каких-либо экстремистских деяниях ни один из них замечен не был, что, впрочем, не помешало в КНР навесить на обоих ярлык "сепаратистов", достаточный для приговора к длительному тюремному заключению. В настоящее время опять же нет никаких дополнительных известий: подозревают ли их в чем-то конкретно и насколько велика вероятность их депортации из Казахстана.

И, наконец, десять дней спустя после "официального" задержания Кадыра и Сыдыка Комитет Национальной Безопасности выступает уже со своим сообщением, что позволяет считать уйгурскую тему вновь открытой для Казахстана, даже при условии, что все эти события не связаны друг с другом.

Проблема уйгуров, проживающих на территории Китая, уже неоднократно перемещалась на территорию сопредельного Казахстана и других центрально-азиатских республик. Двойственная позиция, когда страны Запада считают таких беглецов политическими диссидентами, а соседний Китай безоговорочно называет их террористами и сепаратистами, поставили власти РК в достаточно затруднительную ситуацию. Договора, заключенные в рамках ШОС, противоречат международным соглашениям, и поэтому Казахстан пытается лавировать между обеими сторонами, что чаще всего не удается и приводит к критике, как со стороны КНР, так и стран западной демократии. И неудивительно теперь, что каждый случай с уйгурами по возможности окружен завесой повышенной секретности.

Не исключено, что несколько китайских уйгуров, переместивших арену боевых действий в Казахстан, сами спровоцировали дальнейшее отношение властей ко всей диаспоре в целом, за что теперь расплачиваются политические беженцы.

В 2000 году, когда трое подозреваемых в принадлежности к группировке "Уйгур азатлык ташлахтасы" (застреливших ранее двух алматинских полицейских) были обнаружены в съемной квартире в сотне метров от резиденции президента в Алма-Атые, в продолжительном бою оказалось задействовано до пятисот полицейских и военных. Все трое подозреваемых, случайно или намеренно, были убиты во время перестрелки. Двоих малолетних детей (а один из повстанцев перемещался вместе с семьей) взяла на воспитание Дильбирим Самсакова, руководитель одной из уйгурских благотворительных организаций. Позже она была убита при загадочных обстоятельствах, что внутри уйгурской диаспоры было расценено как месть китайских спецслужб при возможном потворстве их казахстанских коллег.

В 2001 году возле посольства США произошло дерзкое ограбление инкассаторской машины банка "Туран-Алем" - вновь с перестрелками и взрывами. Один из участников налета оказался европейцем по национальности, принявшим ислам. Вскоре он скончался от ран, полученных во время перестрелки с охранниками. Двое его подельников оказались вроде как уйгурами, что дало новый повод для СМИ развернуть тему проникновения в Казахстан экстремизма, берущего начало в Китае.

Эти и еще несколько не столь громких событий, связанных с деятельностью китайских уйгуров в Казахстане, вызвали в итоге жесткую ответную реакцию. В местах компактного проживания уйгуров в Алматы прошли массированные обыски, причем без санкции прокурора, что в свою очередь заставило уйгурскую диаспору обратится с жалобами на расистские противозаконные действия правоохранительных органов. Сами беженцы из КНР, если они не успевали добраться до офиса УВКБ ООН, могли быть перехвачены полицейскими и по-тихому депортированы в Китай. И даже получение мандата ООН еще не гарантировало безопасности: несколько раз возникали подозрения в отношении казахстанских или китайских спецслужб, могущих быть причастными к исчезновению нескольких беглецов.

И все же волна реальной активизации нескольких сепаратистских организаций, нашедших временный приют в Казахстане, и ответных депортаций в 2000-2002 годах, пошла на спад. В последнее время никаких проблем ни с уйгурскими повстанцами, ни с беженцами не возникало.

С чем связаны последние сообщения, сказать трудно. Возможно, будучи не самой спокойной этнической группой в Китае, уйгуры по определению стали удобной разменной монетой для спецслужб. В Казахстане уже практиковалось задержание "террористической" уйгурской организации, состоящей из трех человек, руководителем которой оказался двойной агент КНБ и Главного разведывательного управления Министерства обороны Казахстана. Тогда в 2003 г. всех троих задержанных обвинили в членстве в Исламской партии Туркестана (которая была признана Верховным судом РК террористической лишь в 2005 г.). Обезвреживание террористической группировки оказалось очень кстати приурочено к дружественному визиту в главы Китая в Казахстан. А "агенту-многостаночнику" таким образом могла отомстить какая-либо из спецслужб. На сей раз КНБ запятнан политическим убийством, при том, что комитетчики никогда особо не скрывали своей причастности к провокациям в отношении оппозиционных активистов или подготовке силовых акций против наиболее рьяных критиков режима. По этой причине террористы любой национальной принадлежности могли бы оказаться тем самым спасательным кругом для репутации казахстанских спецслужб.

Конечно, не исключено что случившиеся события имеют совсем другую подоплеку. Однако одно то, что КНБ, выдав сенсационное сообщение, теперь хранит молчание (а с официального веб-сайта Комитета Национальной Безопасности информация о недавнем задержании "террористов" вообще исчезла), заставляет усомниться в представленной официальной версии.

Ведь исключительные способности казахстанских спецслужб искать врагов государства в нужное время в нужном месте известны.






  • РЕКЛАМА