24 Ноябрь 2017

Новости Центральной Азии

Мигранты из Таджикистана включаются в русское культурное пространство задолго до их приезда в Россию

13.02.2007 11:26 msk, В.Дубовицкий

Миграция  Россия

Открытый разговор о проблеме - это начало ее решения. Нет ничего хуже, когда проблему замалчивают: в этом случае ее «загоняют вовнутрь» и решать (а скорее всего - лечить) ее придется позже и с гораздо большими затратами, проливая не только пот, но и кровь. Поэтому откровенный разговор о проблемах миграции в Россию, а, вместе с тем, и о проблемах формирующихся диаспор - весьма полезный и своевременный. И очень хорошо, что проблемы среднеазиатской миграции поднимаются на страницах одного из самых авторитетных «среднеазиатских» сайтов - «Фергана.Ру».

Статья независимого московского журналиста Михаила Калишевского «Адаптация среднеазиатских мигрантов в России. О чем говорит французский опыт» Часть первая и часть вторая) не могла не заинтересовать массу читателей в Таджикистане: миграция из республики в Россию - самая массовая среди стран региона. По разным оценкам она достигает от 400 тыс. до 1,5 млн. человек в год. Во всяком случае, можно ориентироваться на цифры 800 и 600 тысяч человек: первая цифра - квота на мигрантов в нынешнем году, которую запросил у ФМС России Таджикистан, вторая- число мигрантов, на которое Россия уже согласилась.

Радует то, что М.Калишевский не остановился только на проблеме миграции, а неразрывно связал ее с формированием диаспор, выйдя на проблемы межцивилизационного диалога. Согласен с автором, что России нужен свой механизм адаптации для мигрантов, особенно тех, которые остаются в стране, вливаясь в диаспору. Пример американского «плавильного котла» для России примером служить не может: США изначально создавалась как эмигрантская страна (остатки индейцев - не в счет: они давно стали лишь этнографической экзотикой страны), мигранты, съезжавшиеся сюда со всего света, представляли собой совокупность диаспор, на уровне государства нивелируемую англо-саксонской культурой. В итоге страна вполне определенно стала принадлежать к «западной», «протестантско-католической цивилизации».

В отличие от США, на территории любого государства «Старого света» проживают народы, имеющие свою многовековую историю, помнящие ее, и руководствующиеся ею в отношениях с титульной нацией. Переплавлять их в «плавильном котле» СССР в «советский народ» оказалось делом бесполезным – появились, правда, десятки миллионов так называемых «русскоязычных», которые последние шестнадцать лет находятся в положении национальных и цивилизационных апатридов, раздираемых противоречием между «пятой графой» в своем паспорте и незнанием языка и культуры народа, к которому документально декларирована их принадлежность. Из этого следует однозначный вывод о том, что ассимилировать миллионы мигрантов Россия не сможет. И даже пытаться не нужно этого делать: естественная, добровольная национальная и цивилизационная ассимиляция всегда существовала в истории, но происходило это, когда ассимилирующий народ доказывал мощь своей культуры и у окружающих его этносов появлялось желание слиться с ним. Так растворились в Китае волны завоевавших его в разное время гуннов, тюрков, монголов, манджуров, ставших через два-три поколения после победы китайцами; так растворились в единой германской нации десятки германских и славянских племен. Эти процессы всегда были и будут происходить и в России, и именно в этом, в частности, объяснение наличия одной трети татар и калмыков среди русского дворянства. Одним словом, с миграцией в России нужно ориентироваться не на ассимиляцию, а на культурное взаимодействие.

Вернемся к таджикским мигрантам. Нельзя упускать из виду, что именно Таджикистан, формируя свою национальную идею, пытается организационно встроить в нее национальную идеологию, внутри которой существует арийский аспект. Таджики, с того момента, когда они, избавленные советской властью от тюркских мангитских и мингских династий, осознали свою автохтонность и одновременно одиночество в тюркском мире Средней Азии, где они являются крайним, «северо-восточным крылом» обширного Иранского мира, пытаются отстоять свою этнокультурную идентичность. И это всегда необходимо иметь в виду, общаясь с таджиком-мусульманином. Особенно важно, на мой взгляд, об этом помнить в условиях активного поиска арийских корней в русской национально-патриотической среде, где это связано с естественным стремлением не мифологизированного, а научно-обоснованного удревления своих исторических корней.

Россия вполне способна вобрать в себя еще один мусульманский этнос в виде многочисленной диаспоры, имея его в качестве «моста» в отношениях с государством - стратегическим партнером в Средней Азии, и в качестве очень своеобразного мусульманского субстрата, выступающего противовесом экстремистским исламским кругам тюркского и кавказского происхождения внутри России.

Теперь об утверждении М.Калишевского относительно неотложных мер в области образования мигрантов, что должно послужить их полноценной адаптации. Очень радует планируемое с 1 сентября 2007 года в московских школах начало специализированных занятий для детей мигрантов, плохо владеющих русским языком: это действительно - шаг в верном направлении. Однако давайте не будем забывать о том, что мигранты прибывают из стран, где русскому языку обучали и в школе, и в вузе целых семьдесят лет, и что эта система образования еще продолжает здесь действовать! В том же Таджикистане тысячи детей в средних школах республики продолжают обучаться на русском языке. «Русские классы», в которых часто нет ни одного русского ребенка, переполнены и достигают численности 40-45 учеников: родители всеми правдами и неправдами стараются «затолкать» свое чадо именно в эти классы - для них это гарантия качественного образования.

Только на русском языке обучаются около четырех тысяч студентов Российско-Таджикского (славянского) университета (РТСУ) в Душанбе. Учителей русского языка и литературы выпускает и Таджикский институт языков, группы с русским языком обучения существуют в большинстве вузов республики. В прошлом, 2006 году, в вузах России обучалось 700 граждан Таджикистана. Вряд ли подобным образом обстояло дело с обучением французскому языку местного населения в 1950-1960 гг. в Сенегале, Тунисе и Мали.

У России в этом явное преимущество, которое просто грех терять. И именно в Таджикистане благодаря усилиям как правительства этой страны, так и правительства России, делается очень многое. В 2004 году Президентом Таджикистана Э.Ш.Рахмоновым подписан Указ «О совершенствовании преподавания русского и английского языков», на основе которого в том же году принята Государственная программа с тем же названием, рассчитанная на 2004-2014 годы. Согласно ей, в школах с таджикским и узбекским языками обучения русский язык проходят все учащиеся со 2 по 11 классы. Конечно, в школах существует дефицит учителей русского языка и литературы; их требуется четыре тысячи человек, однако усилия к широкому изучению русского языка прилагаются немалые. И одним из главных доводов для правительства в этом деле служит именно трудовая миграция в Россию.

Нельзя не упомянуть здесь и об усилиях самой России. Правовым документом, на основе которого базируется взаимодействие России и Таджикистана в сфере образования, является Соглашение между правительствами двух стран от 10 мая 1995 года. Только в 2005 году в рамках федеральной целевой программы «Поддержка Российской Федерацией интеграционных процессов в области образования в государствах-участниках СНГ» по линии Рособразования Министерству образования Таджикистана направлено 150 тысяч экземпляров учебников и художественной литературы на русском языке, гимназии №21 поставлено оборудование и осуществлено подключение к учебно-познавательной программе «Школьник-ТВ», в РТСУ создан Центр дистанционного образования, оснащенный самым современным мультимедийным оборудованием. Кроме того, библиотека университета получила более 23 тысяч экземпляров учебной и справочной литературы, предоставлено более 150 стипендий для обучения в вузах, аспирантуре и для научно-практической стажировки.

Кроме того, в течение 2005 года по линии Правительственной комиссии по делам соотечественников за рубежом, и по линии Правительства Москвы, школам, вузам и библиотекам Таджикистана передано 59,3 тысяч экземпляров учебно-методической и художественной литературы. Российское Посольство в Таджикистане на постоянной основе оказывает помощь курсам повышения квалификации учителе русского языка и литературы, организованным при РТСУ. В 2006 году при финансовой поддержке российской стороны, помимо Душанбе, были проведены выездные курсы в Кулябе, Ходженте, Хороге, а также районах республиканского подчинения, на которые было потрачено в общей сложности 9300 долларов США. При поддержке Посольства проводятся олимпиады и конкурсы по русскому языку для школьников республики и масса других мероприятий.

Так что работа с таджикскими мигрантами по их включению в русское культурное пространство начинается задолго до их приезда в Россию. И именно этот компонент работы должен превалировать, дабы не повторять французского примера.

* * *

Об авторе: Виктор Дубовицкий, доктор исторических наук, председатель Правления Совета российских соотечественников Таджикистана, эксперт ИА «Фергана.Ру».




РЕКЛАМА