13 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Магический треугольник Байсуна – история, ландшафты и лица (фото)

01.06.2007 10:56 msk, Андрей Кудряшов (Ташкент)

История Узбекистан Туризм

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру
См. также другие фотографии Андрея Кудряшова в Галерее Ферганы.Ру

Байсун - особая географическая, историческая и культурная территория на юге Узбекистана, в 2001 году получившая от ЮНЕСКО титул Шедевра нематериального наследия человечества. Окаймленная неприступными вершинами западных отрогов Памира благодатная горная страна, занимая площадь в четыре тысячи квадратных километров, вмещает в себя отдельный мир с параллельным течением времени. Удаленность от крупных городов и суровая красота природы сохранили здесь самобытный уклад жизни людей с нестираемыми следами уникальной культуры, некогда возникшей на стыке древнейших оседлых цивилизаций Бактрии и Согдианы с караванными тропами и магистральным движением кочевых племен, тысячелетиями устремлявшихся с севера на юг по пространствам Центральной Азии.

Античные и средневековые историки неоднократно упоминали об узком проходе в горах к северу от Амударьи, по которому пролегал кратчайший путь из Персии и Индии в азиатские степи до Монголии и Китая. Этот проход, называвшийся Дар и Аханин, Бактрийский Дарбанд или Баб ал хадид, защищала каменная стена с железными воротами, сооружение которой приписывали еще Александру Македонскому - легендарному Искандеру Зулкарнайну. В суре Корана «Пещера» говорится о том, что Зулкарнайн, дошедший с войсками до места, «где восходит солнце», соорудил стену, чтобы преградить путь бесчинствовавшим на севере безбожным племенам Йаджуджей и Маджуджей (Гогов и Магогов). Всевышний предупредил устами Пророка, что когда настанет конец времен, он сравняет эту стену с землей, и племена смешаются перед Судом.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

Во времена Македонского, «гогами и магогами» были степные кочевники, угрожавшие постоянными набегами давно обжитым культурным оазисам. На рубеже нашей эры кочевые племена юэчжей или кушан, пришедшие из монгольских степей, завоевали всю Согдиану и греко-бактрийские государства в верховьях Амударьи, Афганистане и Северной Индии. Но конец времен не настал. Горные теснины и скальные щиты Байсуна в этот период обросли укреплениями, защищавшими северные границы Кушанской империи. Археологи отождествляют с ними остатки древних сооружений вблизи кишлака Дарбанд по дороге в Байсун. Через тысячу лет через Баб ал хадид пронеслись орды Чингисхана, угрожавшие уничтожить исламский мир. Однако упоминания о Железных воротах - Темир-калиг и стене Искандера продолжали встречаться в восточной литературе до XVI века, когда в горный край «Кухистан» из северных степей пришли его нынешние обитатели - кочевые узбеки племени конграт.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

По некоторым данным, племя конграт имеет исконно монгольское происхождение. Изначально входившее в состав основных войск Чингисхана, после победоносных походов оно избрало местом своих кочевий Дашт-и-Кипчакскую степь и впоследствии активно участвовало в этногенезе разных народов Центральной Азии - казахов, каракалпаков и узбеков Хорезма, где Хивинские ханы из рода Кунгратов правили до 1920 года. Но в горах Байсуна, за пять веков тесного соседства с другими узбекскими родами, таджиками и локальными этническими группами восточно-иранского корня, конграты до наших дней сохранили свою идентичность и культурную самобытность. Героический эпос конгратов «Алпомыш», называет эти места их исторической родиной, а само легендарное имя народа «байсин» - «племя прямодушных», предположительно дало название всей местности.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

В современном районном центре Байсун в Сурхандарьинской области Узбекистана, где проживает около 30 тысяч человек, есть магазины, больницы и учебные заведения. Но даже в городе не встретишь здания выше трех этажей. Основу быта, как и в прежние времена, составляет патриархальный уклад, скрытый за глинобитными стенами, огораживающими просторные дворы с обязательным садом и загонами для скота. Здесь ложатся спать с наступлением темноты и встают на рассвете. Из-за перебоев с подачей газа пищу часто готовят на дровяных очагах. Лепешки пекут в глиняных печах - тандырах. Кузнецы в кустарных кузницах куют необходимые для хозяйства изделия. Днем жизнь кипит вокруг городского рынка, контрастно стихая к окраинам, до которых легко добрести за десяток минут.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

Дальше начинаются необозримые, почти первозданные просторы с потрясающими ландшафтами и разбросанными по ним маленькими поселками, находящимися на большом удалении друг от друга. Основным повседневным занятием конгратов, как и пять веков назад, является пастбищное животноводство, для которого необходимы большие свободные пространства. Этому соответствует и весь жизненный уклад, сохраняющий многие черты глубокой старины. Например, в кишлаке Туды много домов, сложенных из камней без применения даже глиняного раствора. Они выдерживают сейсмические толчки, хотя порывы ветра не редко срывают с них соломенные крыши. В других местах строения карабкаются по горным склонам ступенчатыми террасами так тесно, что крыша нижнего дома может служить двором верхнего. Часто жилые постройки опираются на деревянные колонны, переходящие в большие карнизы с фигурной резьбой, что в других регионах можно увидеть только на охраняемых памятниках старинного зодчества.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

Старшее поколение в конгратских семьях до сих пор носит традиционную одежду. У мужчин это тюбетейки или чалмы, кожаные сапоги, рубашки из тонкой ткани с рисунком в мелкую голубую полоску и стеганые халаты. Женский костюм включает халат, шаровары и платья простого покроя, но часто из хан-аталаса и обязательно очень яркой расцветки. Но самая интересная и отличительная деталь, которую не увидишь в других регионах Узбекистана - особенные головные уборы бош, состоящие из множества слоев ткани.

Сначала конгратская женщина надевает на голову матерчатую шапочку култа, под которую прячет волосы. Поверх нее, как чалму, наматывает четыре метра яркой, чаще красной или бордовой ткани - пута. Потом поверх путы повязывает еще несколько, до семи, пестрых платков в форме елочки. Наконец, на получившееся сооружение, сверху набрасывается большой платок, поверх которого может быть накинуто еще и длинное покрывало - курта.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

У кочевников конгратов роль женщины была иной, чем у оседлых народов Центральной Азии. Конгратские женщины не скрывали лиц, и им редко приходилось сидеть дома. Вместе с мужьями, отцами и братьями они странствовали по бескрайним просторам, проводя большую часть жизни в дороге и под открытым небом. Бош защищал их от летнего зноя, зимних стуж и свирепых ветров. Кроме этого, вид головного убора отражал социальное положение его хозяйки. Девушки начинали носить бош, вступая во взрослую жизнь. Вдовам предписывались платки из белой ткани. Обладательниц самых богатых уборов, называли бойбош, что обычно свидетельствовало и о достатке в их семьях. В наши дни самые украшенные и сложные боши носят пожилые женщины, являющиеся хранительницами старинных обычаев и «распорядительницами» ритуалов на традиционных торжествах - помолвках, свадьбах, поминках.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру

До недавних времен конграты носили одежды из тканей местного производства - «алача» и «жанда», изготовлявшихся кустарными мастерами. В XX веке народное ремесленничество пошло на спад, но в 70-80-е годы старинные материи стали заменять яркими изделиями, завозимыми в Узбекистан из Японии и России. В ход пошли даже вологодские цветастые платки. Ведь эстетика и философия убора заключена не столько в материале, сколько в традиционном подборе цветов, который «рифмуется» с оттенками окружающих пейзажей. Ткань «жанда» была раскрашена чередованием мелких оранжевых, красных, черных и белых полосок. Точно так же в комбинации цветов сегодняшних одеяний конгратских женщин, как в зеркале, отражаются краски окрестной природы. Багровые каньоны, оранжевые пустыни, охристые известняковые бастионы, густая зелень арчевых лесов и вечная белизна снежных пиков. Европейскому глазу такое сочетание цветов может показаться пугающе пестрым. Но на фоне ландшафтов Байсуна оно выглядит более чем органичным. В нем, как и в прежние времена, воплощается весь этот край, где до сих пор пашут землю плугом, на праздниках поют гортанные песни, похожие на шаманские камлания, проводят ритуал вызывания дождя и лечат детей магией слова «кушнос».




РЕКЛАМА