19 Ноябрь 2018



Новости Центральной Азии

Наталья Анурова-Шабунц: «Туркменская «оттепель» закончилась на пике туркменской жары»

14.10.2009 16:19 msk, Наталья Анурова-Шабунц

Туркмения Письма читателей

Фото из альбома Солнечный Туркменистан

Гражданка Туркмении и России Наталья Анурова-Шабунц прислала в редакцию «Ферганы.Ру» статью, в которой написала о порядках в сегодняшнем Туркменистане: о невозможности выехать за границу, о введенной униформе для школьников, студентов и педагогов, о требованиях чиновников отказаться от двойного гражданства… И об отстраненном пренебрежении, с которым относятся к российским гражданам сотрудники российского посольства в Ашхабаде. Уникальность этой статьи в том, что ее автор, постоянно проживающая в Туркмении, не прячется под псевдонимом, открыто выступая в защиту прав «счастливого туркменского народа».

* * *

«Под либеральные заверения, демократические лозунги, декоративно-показательные международные тусовки в роскошных дворцах, под восторженные аплодисменты международных экономических и прочих структур, при полном бездействии и отстраненном попустительстве местных представительств ООН и ОБСС Туркменистан вновь лихо «закручивает гайки», стремительно сокращая свое и без того скромное правовое пространство, где должны присутствовать элементарные права человека из «счастливого туркменского народа», и ограничивает все возможные контакты рядовых граждан с внешним миром.

Студенты и учителя, сидеть дома!

Тот кошмар, который пережили в июле-августе тысячи студентов, приехавшие на каникулы домой, их родители и родные, вызвал шок у всех «гомо сапиенс» страны, которые с ужасом осознали, что надежды на реальную демократизацию и нормальное существование окончательно рухнули. Туркменская «оттепель» закончилась на пике туркменской жары, и Туркменистан вновь стремительно скатывается к полному уничтожению прав личности. И это при наличии превосходных законов и подписи Туркменистана под многими международными правовыми документами. Но как цинично, но честно говорят чиновники на всех уровнях, эти документы существуют только на бумаге для международных правовых организаций, а не для жителей страны.

Так что же случилось со студентами? Их массово стали снимать с рейсов, так как вдруг потребовалось разрешение на выезд на учебу за рубеж, которое получили, в результате, далеко не все. В каком воспаленном мозгу представителей высшего эшелона власти возникла мысль о праве чиновников страны, объявившей себя демократической, решать, можно ли простым смертным выбирать место учебы своих детей?!

Ошарашенных людей, многие из которых, отказывая себе во всем, собрали деньги на учебу детей, заставили бегать по разным инстанциям за разрешительной печатью на выезд. При этом указания, какой именно должна быть печать, и в каком учреждении ее можно поставить, постоянно менялись. Над людьми целенаправленно издевались, заставляя выстаивать километровые двухнедельные очереди. Оказалось, что существуют списки дозволенных и запретных вузов. В числе запретных главным оказался Американский Университет Центральной Азии (АУЦА) в Бишкеке и другие частные заведения. Отчаявшиеся родители стали объединяться в очередях и писать групповые обращения к президенту, но ответа, как это у нас принято, не получили. Хотя главным ответом должна была стать отмена этого уродливого и репрессивного запрета на учебу. Но либо президент полностью изолирован от своих граждан чиновниками, либо…

Это была массовая атака властей на права молодежи, у которой нет ни желания, ни возможности платить астрономические суммы за некачественное образование в своей стране, где во главу угла ставится не знания, а обязательная работа статистами на всех праздничных мероприятиях, открытиях эпохальных объектов или на спортивных состязаниях.

К тому же прослеживается и «экономическая» подоплека этого противоестественного запрета на учебу за рубежом: некоторые чиновники от образования высказывались, что «непатриотично учиться в других странах и там платить деньги, а лучше еще подсобрать и платить за учебу у себя на Родине». А одной матери «зарубежного студента», которая работает в детсаду, заявили: «А, у вас есть деньги обучать ребенка за границей? Тогда освобождайте бюджетное место для других!»

По всему Туркменистану от родителей студентов, которых не выпустили из страны и тех, кто не приехал домой на каникулы, требовали отказаться от учебы за рубежом, не делать попыток выехать или требовали вернуть детей в Туркмению. Родителям, работающим в госструктурах, грозили увольнением. Родители студентов АУЦА попали в особый черный список.

К началу сентября многим – хотя и далеко не всем - удалось получить разрешение выехать на учебу, преодолев множество преград и еще более облегчив свой кошелек. Так, разрешили выехать заочникам, которые «вернутся домой».

Известны случаи, когда студентов трижды снимали с самолетов. Некоторые, не получив «заветную печать», пытались выехать по туристическим визам, но их имена уже были внесены в компьютерный черный список и бдительные стражи границы эти «вылазки» пресекали. Снимали не только тех, кто еще не отслужил в армии, но и отслуживших. И девушек. Находились разнообразные причины для издевательств и придирок.

Шестого сентября я выезжала из Ашхабада, среди отъезжающих было много молодежи. Всех тщательно проверяли на паспортном контроле, поэтому некоторые рейсы задержали с вылетом.

С некоторых пор, к радости международных организаций, из Туркменистана на стажировку, обучение, знакомство с работой различных демократических институтов начали выпускать чиновников. Но для остальных – это табу!

Учителям школ, например, в Дашогузе и Туркменабате, как и при Туркменбаши, грозит увольнение, если в их паспортах во время законного отпуска появится загранвиза. В ряде школ Туркменабата у учителей отбирают паспорта, если они берут отпуск без сохранения содержания или больничные листы.

Студентам Туркменистана категорически запрещается во время обучения выезжать за границу, за нарушение – отчисление.

Форма одежды - туркменская

Запрещено носить джинсы и свободную форму одежды. Студенты-юноши обязаны ходить в черных костюмах, белых рубашках, галстуках и в тюбетейках, девушки – в красных панбархатных платьях с вышивкой и тюбетейках с обязательными двумя длинными косами. А при отсутствии собственных кос полагаются искусственные.

Когда в студенческой аудитории девушки массово отстегивают и расчесывают фальшивые косы, то зрелище предстает сюрреалистическое.

Обязательное однообразие начинается с детского сада и школ. Все ученики, независимо от национальности, обязаны носить туркменские тюбетейки.

Еще более ужесточила национальный «дресс-код» в этом учебном году вице-премьер по культуре и образованию, энергичная Майса Язмухамедова. Она потребовала, чтобы женщины-преподаватели всех учебных заведений носили длинные туркменские платья с длинными рукавами до косточек кистей и туркменские платки. Никаких юбок, блузок, кофт и костюмов. Зеленые платья для будней, красные панбархатные – для праздников. Приталенность платья рассматривается как злостное нарушение национальных традиций. Никаких босоножек – только закрытые туфли. Кстати, в босоножках и брюках женщин уже года полтора не пускают в присутственные места, независимо от национальности.

В школах также ввели для девочек обязательные длинные зеленые платья (в последние годы поочередно вводили зеленые костюмы, затем – зеленые сарафаны). В ряде школ родителям навязывают «стеклянную» искусственную ткань и определенные ателье для пошива «спецодежды». Для очень многих это непосильная трата.

Если бы вице-премьер могла, то заставила бы всех женщин носить одинаковые зеленые платья по будням и красные панбархатные – по праздникам.

Майса Язмухамедова публично позволяет себе националистические выпады. Так, во время отбора музыкантов для выступления в Турции, она увидела на сцене талантливую русскую девочку–скрипачку и возмущенно заявила на туркменском языке: «А что здесь делает эта русская?!». Девочка в слезах убежала, получив горький урок пещерной ксенофобии от высокопоставленной выдвиженщины, не обремененной элементарными нормами человеческой порядочности и культуры.

Откажитесь от российского гражданства!

Хотя русский язык, сведенный к минимуму при Туркменбаши, немного расширил сферу дозволенного обитания, страна не торопится увеличить число его носителей. Количество «русских классов» не растет, хотя число желающих в них учиться во много раз превышает наличие мест.

Стране, которая вновь выстраивает своих граждан в стройные, единообразные управляемые колонны, очередной раз стали не нужны люди с двойным гражданством (русским и туркменским). Особенно раздражает их неподконтрольная возможность практически свободно покидать страну и возвращаться в нее.

В 2003 году президент Ниязов (Туркменбаши), целенаправленно и агрессивно вытесняющий из Туркменистана русскоязычных граждан, решил одним махом избавиться от раздражающей его наиболее образованной части населения – носителей двойного гражданства. При этом решение о возможности двойного гражданства было принято самим же Ниязовым в тендеме с президентом Российской Федерации Б.Ельциным.

Но люди, свободно пересекающие границы, очень раздражали президента, закрывшего страну железным занавесом «Золотого века». Тогда в панике, понеся душевные и материальные потери, в установленные издевательски короткие сроки страну покинули и те, кто не собирался уезжать, но боялся оказаться в ловушке тоталитарного режима, потерять связь с родными и близкими в России. А власть без жалости потеряла очередную часть своих квалифицированных специалистов. Результат политики государственного национализма и изоляции – низкий уровень образования и высокий – невежества у чиновников всех уровней.

Тогда оставшихся двойных граждан защитил Российский парламент, и они сохранили свое российское гражданство, право без нервотрепки посещать родных в России и других странах СНГ, оставаясь гражданами и патриотами Туркменистана.

Утвердив весной 2008 года новую редакцию Конституции Туркменистана с непризнанием двойного гражданства, власти страны хотят не просто аннулировать институт двойного гражданства, но и отнять одно из двух гражданств у его законных обладателей. Тем самым заставить последних русскоязычных покинуть Туркменистан, а остальных – не высовываться из строя покорного однообразия.

Закон не имеет обратной силы. И власти выбрали путь государственного шантажа.

С июля 2008 года Туркменистан вводит новые зарубежные паспорта с электронными носителями, которые станут обязательными с января 2013 года.

Вначале у двойных граждан принимали документы на оформление паспортов, но сами паспорта, за редким исключением, не выдавали. Затем и вовсе перестали принимать документы. Пока граждане, включая «двойных», могут пересекать границу по внутренним паспортам. Но уже дано негласное указание не менять паспорта двойным гражданам, если заканчиваются страницы для визовых штампов. Даже в фашистской Германии евреям в 1930-е годы выдавали унизительные, как клеймо, но все-таки паспорта…

Если двойные граждане обнаруживаются на госслужбе, им настойчиво «рекомендуют» написать заявление об отказе от российского гражданства. Туркменистан вновь выдавливает из своих стройных рядов «счастливого народа» своих «гадких утят».

Есть случаи, когда и туркменским гражданам отказывают в выдаче загранпаспортов за участие в международных конференциях, например, в Бишкеке. Выдача паспортов становится рычагом давления на неугодных. И это происходит в XXI веке, в стране с демократическими декларациями…

Весной из одного из паспортных столов со скандалом уволили сотрудников, выдавших туркменские зеленые внутренние паспорта гражданам, которые выехали из Туркменистана с советскими паспортами, а потом вернулись обратно. А у «виновников», «незаконно получившие туркменские паспорта», их отобрали.

Приглашение родственников и друзей из-за рубежа связано с большими трудностями. Без объяснения чиновники миграционной службы могут отказать. Максимальный срок пребывания россиян в Туркмении - 20 дней, даже если приглашаемые люди в Туркмении родились. Когда моя невестка, проживающая в России, захотела приехать с внуком на лето на родину, в Туркменском посольстве сочли свекровь не близкой родственницей и предложили выбрать гостиницу для проживания.

26 февраля этого года я отправила президенту Туркменистана телеграмму: «Прошу Вас лично выдать мне зарубежный паспорт, который мне не выдают с августа 2008 года, что нарушает мои права и права всех двойных граждан Туркменистана, что мешает нам влиться в ряды счастливого Туркменского народа».

Лишь в начале мая мне позвонил из миграционной службы некий Мерген, отказавшийся назвать фамилию, и вызвал меня для беседы, в ходе которой разъяснил мне, что Туркменистан отменил двойное гражданство, нужно выбирать одно из двух гражданств, поэтому двойным гражданам зарубежные паспорта не выдают. И попросил написать расписку, что я не имею претензий. Я претензии имела и попросила дать ответ в письменном виде за подписью официального лица. Через несколько часов Мерген вновь позвонил и сообщил мне, что начальство даст мне ответ в письменном виде и мне позвонят. Больше звонков не было.

Если на обращение лично к президенту страны я получила устный ответ от полуанонимного рядового сотрудника миграционной службы, то неужели для того, чтобы получить ответ от президента, я должна обратиться к Господу Богу?

Унижения и бесправие на каждом шагу

Честно говоря, я сдерживала себя, когда писала телеграмму, из-за элементарного оправданного страха. Немногие правозащитники страны остались один на один с репрессивной системой.

В первые годы нахождения в Туркменистане ОБСЕ сотрудником по человеческому измерению и правам человека был замечательный Петр Ивашкевич, который реально помогал жителям страны. Сейчас это место занимает Бегона Пинейро Костос, которая панически боится встречаться с гражданами, права которых нарушаются. На мое предложение опубликовать мои пособия о правах человека и демократических основах правового государства, которые в первом варианте ОБСЕ издавало по инициативе Ивашкевича (и которые вмиг разошлись), Бегона с испугом заявила, что ОБСЕ не работает с незарегистрированными организациями. Мое предложение рассматривать меня как независимую гражданскую единицу тоже не прошло.

Сотрудники ОБСЕ местного разлива избегают любых контактов с людьми, которые осмеливаются говорить о нарушениях прав человека в Туркменистане, а сотрудничают только с теми, кто абсолютно лоялен ко всем действиям властей. Письменный отказ мне тоже отказались дать. В среде пока еще не до конца «добитых» общественников этого правового специалиста с горькой иронией называют Бегона Хулиевна. «Ее отца зовут Хулио?» - «Нет, ей просто плевать на права человека в Туркмении».

Когда известный общественный активист, фермер, юрист Абдурахман Байрамов, поверив в изменения в стране, попытался выдвинуться кандидатом в депутаты меджлиса (парламента), то загремел в тюрьму по сфабрикованному уголовному делу. И никто не пришел ему на помощь ни внутри страны, ни извне. До сих пор тюрьмы заполнены невиновными людьми, посаженными при Туркменбаши. И никого не волнует их судьба. Они «списаны». А тюрьмы в Туркменистане – это особая тема…

Первые месяцы проявления нового президента Гурбангулы Бердымухамедова мы радовались каждому новому послаблению. Самым большим достижением стало расширение мобильной связи и относительная доступность Интернета. Но купить сим-карту без паспорта нельзя. Я лично на оппозиционные сайты «не хожу», чтобы не лишиться электронной связи с родными и друзьями.

Последней каплей, побудившей меня все-таки отважиться написать это заявление, стал мой отъезд из Ашхабада в Москву 6 сентября. И хотя последнее время перестали массово ковыряться в вещах на таможне, каждый раз при отъезде и возвращении в Туркменистан тебя привычно посещает мерзкое предчувствие унижения. На этот раз меня не просто досмотрели, а проверили «пищалкой», ощупали руками, пересмотрели все карманы сумок. Забрали на проверку флешку, фотоаппарат (заразив их вирусами), детские книги, что взяла внуку, личные письма, записки, адреса, рекламные газетные вырезки. При их возвращении таможенник извинился: «Было указание».

Мой отдых в Крыму с родными был испорчен послевкусием униженного человеческого достоинства.

Человек в Туркменистане не защищен от тотального произвола чиновников. То с центральных улиц насильственно снимают кондиционеры, заставив еще платить за «услугу», то заставляют владельцев подвальных магазинов снимать металлические ограждения и крыши, и заменять их стеклопакетами (кто-то из высокопоставленных делает бизнес).

На свой вопрос к соседскому пятикласснику, как он провел первый школьный сентябрьский день, получила ответ: «Устал». Оказалось, что с пяти до одиннадцати ученики изображали ликующую толпу на открытии новой школы в элитном районе.

А в ряде детских садиков пятилетние малыши вместе с воспитательницами ночевали в саду, чтобы 1 сентября открыть новый элитный садик в другом районе столицы. Но родители боятся возмущаться.

Когда я публично защищаю права человека, даже доброжелательно относящиеся ко мне люди считают, что таким образом я хочу «открыть себе путь на Запад». Но дело в том, что я действительно люблю Туркмению и не собираюсь уезжать. Я хочу жить в стране, где хорошие законы и реальность уживались бы на одном полюсе без сталинских «заморочек».

А пока Туркменистан, объявивший о «Новом Возрождении», опять стремительно скатывается в средневековье. А первая часть официального слогана: «Государство для человека, человек для государства» - также фальшива, как искусственные косы туркменских студенток.

Судьбы «двойных граждан» - ныне «двойных отверженных» - целиком зависят от позиции России. Уже год, как российское посольство в Туркмении повсюду развесило бланки для желающих отказаться от российского гражданства. К нам относятся с отстраненным пренебрежением. Российскую общину Туркменбаши раздавил в середине 1990-х. Когда несколько лет назад туркменская журналистка упрекнула российское посольство в отсутствии культурного центра для русских и русскоязычных, один сотрудник заметил: «А зачем? Все нормальные люди давно уехали. Осталась одна шваль…»

Во время весенних дней культуры России в Туркмении на спектакли и концерты могла попасть только чиновничья элита…»

Наталья Анурова-Шабунц

Многие «двойные» граждане надеялись, что их положение хоть немного прояснится после визита в Ашхабад российского президента Дмитрия Медведева в сентябре 2009 года. Однако эти надежды не сбылись. Москве нет дела до «двойных граждан», забытых в Туркменистане…