11 Декабрь 2017

Новости Центральной Азии

Кыргызстан: Чёрные списки июня

16.12.2010 12:39 msk, Екатерина Иващенко

Кыргызстан Ферганская долина

Сотрудники правозащитного центра «Кылым Шамы»« (Кыргызстан) провели серьезную работу и составили уточненный список погибших во время трагических июньских событий на юге Кыргызстана. Список пока не окончательный, в нем не все фамилии погибших, но активисты «Кылым Шамы» приняли решение опубликовать его, так как власть свои официальные данные не озвучила до сих пор. Глава «Кылым Шамы» Азиза Абдирасулова рассказала корреспонденту «Ферганы», как проходила работа, как составлялись списки, чем они отличаются от официальных.

Дома, вещи, машины, документы

Как объяснила Азиза Абдирасулова, основная работа «Кылым Шамы» по составлению списков шла по двум направлениям: документирование ущерба и составление списков погибших. Правозащитники проводили анкетирование среди жителей юга страны. Документируя ущерб, они обследовали 1759 дворов (всего пострадало около двух тысяч домов), и оценили ущерб по двум направлениям: имущественный ущерб (разрушение жилья, автотранспорта, утрата вещей) и уничтожение или повреждение документов.

Документы: Список погибших во время июньских событий в городах Ош и Джалал-Абад (Кыргызстан). Таблицы 1, 2, 3 и 4 (разбивка по датам смерти, национальной принадлежности, половому признаку, возрасту и характеру ранения).

«Мы смотрели, насколько разрушено жилье, как сами хозяева оценивают ущерб и что делается для восстановления имущества со стороны государства, - рассказала А.Абдирасулова. - Далее был оценен имущественный ущерб, ведь тогда многие дома были разграблены мародерами и подожжены. В-третьих, у многих людей были разбиты, сожжены или угнаны машины, всего 374 авто. Из опрошенных 1759 хозяев 1755 человек указали, что у них было уничтожено и жилье, и имущество, 1721 дом был подожжен. В Ошской области 592 дома, в Оше - 673 дома, в Джалал-Абадской области 176 домов, в самом Джалал-Абаде - 177, а в Базар-Коргоне 137 домов», - привела цифры правозащитница.

В результате анкетирования стало известно, что было уничтожено или повреждено 7517 документов, 15 видов официальных бумаг.

В целом, по данным «Кылым Шамы», ущерб на юге составляет почти 9 миллиардов сомов. По Ошской области более пяти миллиардов, по Ошу – более двух, по Джалал-Абадской области более 713 миллионов, по городу – более 293 миллионов сомов.

«Первое анкетирование было проведено в августе, - говорит А.Абдирасулова. - Повторное 10-процентное выборочное анкетирование мы провели в ноябре: была произведена выборка 150 пострадавших граждан, из них 122 человека из Ошской области и 28 - из Джалал-Абада.

Результаты повторного анкетирования показали, что из 150 пострадавших 89 получили помощь от государства в виде денег и стройматериалов, и 100 процентов опрошенных получили помощь от доноров. Только 30 семей указали, что их дома были восстановлены на 100 процентов, из них 22 по Ошской области и 8 – по Джалал-Абадской. 78 человек указали, что их жилье восстановлено на 70 процентов (72 по Ошской области, 6 по Джалал-Абаду). Про условия, невозможные для проживания, написали 32 человека, 19 в Оше и 13 по Джалал-Абаду. Когда мы спрашивали жителей юга, в чем они нуждаются, многие ответили, что в продуктах питания и теплой одежде, 23 человека указали, что в дополнительной бытовой технике, 32 человека сказали, что в дополнительном жилье (в некоторых дворах живет несколько семей), а 16 человек сообщили, что нуждаются в безопасности и защите, причем все они из Ошской области. Многие указывали, что сами восстанавливали документы и сами за это платили», - рассказала А.Абдирасулова.

Правозащитница отметила, что в ходе повторного анкетирования активисты Центра выявили людей, которые сразу боялись заявить об ущербе, и в результате несколько семей не попали в список пострадавших и не получили вообще никакой помощи. Одно из таких дел было направлено на имя правозащитницы, и сейчас она его изучает.

Списки погибших

Информацию о погибших на юге активисты «Кылым Шамы» собирали как из официальных, так и из неофициальных источников.

«Мы получили официальную информацию от Генеральной прокуратуры и Министерства здравоохранения Кыргызстана, - говорит А.Абдирасулова. - Самое интересное, что наши и официальные данные значительно различаются. Так, в Минздраве на 1 декабря зарегистрировано 418 погибших (по Ошу и Ошской области 348, по Джалал-Абадской области 70 погибших), но из этих 418 человек личности сорока трех не установлены. Если говорить о национальностях погибших, то среди них 266 узбеков, 104 киргиза и 5 человек других национальностей. 264 человека погибли от огнестрельных ранений, 56 - от черепно-мозговых травм, 45 человек получили колото-резаные раны, 32 - термические ожоги. Детей до 20 лет погибло 47 человек», - рассказала Абдирасулова.

«Согласно нашим данным, погибших 423 человека, по Ошской области 355 человек, по Джала-Абадской - 68 человек. Разница с официальными данными в пять человек. Но в официальных списках 43 человека не установлены, а у нас все установлены пофамильно. Откуда эта разница в 48 человек? Я не исключаю, что мы установили имена тех, кого не смогли идентифицировать властные структуры. Мы получали списки погибших из больниц юга, и каждый раз восстанавливали и дополняли списки пофамильно, в алфавитном порядке. Это была очень тяжелая работа.

Например, в официальном списке указаны три погибших человека по фамилии Пайзуллаевы, а согласно нашим спискам, есть некие Файзуллаевы, где в одной семье погибло семь человек. Когда мы сверяли данные, оказалось, что в списке Минздрава фамилии людей написаны неправильно. Для уточнения информации мы по два-три раза ходили в каждую айыл-окмоту (сельскую управу). Также разнились данные по районам, и там были погибшие, не вошедшие в списки Минздрава. Например, в Сулайман-Тоо мы в августе получили данные, согласно которым погибло 36 человек. В ноябре мы еще раз запросили данные, и уже оказалось, что погибших 39 человек. В микрорайоне Амир-Тимур нам официально дали информацию о 42 погибших, а неофициально мы получили данные о более пятидесяти погибших, и начали перекрестно сверять списки. Оказалось, что в официальном списке два человека повторялись. Одной из проблемных зон стал ошский район Черемушки. Есть данные, что в некоторых семьях погибло два человека и больше. Когда мы начали сверять списки, получилось, что только из района Черемушки в список Минздрава не было включено 17 человек, из Наримана - 7 человек, района Амир-Тимур – 7 человек, из Сулайман-Тоо – 9 человек, потом мы их включали в списки. Также мы нашли 20 людей, погибших в больницах, имена которых тоже отсутствовали в официальных списках. Потом мы эти списки отправляли обратно администрациям районов, чтобы власти посмотрели, знакомы ли им эти люди, и затем только обновляли свои списки», - рассказала Азиза Абдирасулова.

«Согласно последним официальным данным, - продолжила Абдирасулова, - в селе Шарк погибло 49 человек, а предыдущая информация была о 43 погибших, а еще ранее говорили о 42 погибших. Чтобы не ошибиться, кого-то не упустить, мы с одной и той же сельской управой работали по несколько раз. Например, по Джалал-Абадской области в трех документах один и тот же человек проходил то как Пашахуджаев, то как Тишахуджаев, но имена были разные, а где-то год рождения совпадал… В результате это оказался один человек. Таких случаев было несколько. Также в некоторые списки были включены не сами погибшие, а раненые или родственники, с некоторыми из них я разговаривала лично».

Организация «Кылым Шамы» подала запрос в Генпрокуратуру относительно без вести пропавших. Согласно данным на 8 декабря, всего было заявлено о 120 людях, из которых 71 человек из Оша, 44 - из Ошской области, а 5 человек - их Джалал-Абадской. На данный момент обнаружено 84 человека: 54 человека в Оше, 29 - в Ошской области и один в Джалал-Абадской. До сих пор не найдены 36 человек, из них 17 по Ошу, 15 по Ошской области и по Джалал-Абадской - 4 человека.

По данным «Кылым Шамы», в Ошской области погибло 270 узбеков, 82 киргиза и три человека других национальностей. В Джалал-Абадской области погибло 25 киргизов, 42 узбека и один человек другой национальности.

Правозащитники оценили, сколько человек погибло в каждый из дней июньских событий. Больше всего жертв было 11-12 июня: 11 числа -109 человек (22 киргиза, 85 узбеков и 2 человека другой национальности, все в Ошской области); 12 июня - 137 погибших (114 узбеков и 16 киргизов в Ошской области, 6 киргизов и 1 узбек в Джалал-Абадской). 13 июня ситуация пошла на спад, были убиты 13 киргизов, 16 узбеков в Ошской области, 9 киргизов и 29 узбеков в Джалал-Абадской; 14 июня – 4 узбека, 4 киргиза и 1 русский (Ошская область, 4 киргиза и 6 узбеков в Джалал-Абадской).

«К сожалению,15 июня и после потери продолжались: это были и новые убийства, и начали находить тела убитых ранее, которые считались без вести пропавшими. Так как даты смерти не были установлены ни нами, ни правоохранительными органами, мы этих людей включили среди погибших 15 июня и позже. По Ошу это 78 человек, а по Джалал-Абаду - 10.

Но эта цифра может колебаться, потому что, как я говорила, есть 36 человек, пропавших без вести, есть 43 неопознанных трупа, - продолжает Абдирасулова. - Мы подготовили данные, сколько погибло мужчин, женщин и детей. Так вот, в Ошской области погибло 38 женщин, в Джалал-Абадской - 6 женщин. Детей до 20 лет – 46 человек из Ошской области и 4 из Джала-Абадской, всего 50 детей».

Азиза Абдирасулова рассказал: «В наших списках есть женщина, Айгуль Шамурзаева, 1964 года рождения, которая погибла 8 августа. Тогда на юге еще действовал комендантский час, а она торговала в контейнере и после наступления комендантского часа закрылась и легла спать. В это время кто-то начал стрелять, и пуля прошла через стенки контейнера, женщину убило. Это произошло после конфликта, и в списке Минздрава этой женщины нет. Почему ее не включили в списки? Все-таки причина смерти - огнестрельное ранение, и я считаю, что ее можно считать жертвой тех событий. Еще один человек, Акылбек Маматов, погиб 16 июня. Он работал сторожем, утром ушел на работу и был там убит. Жена его рассказала, что вроде бы он умер от удушения, но эксгумацию не проводили. У него осталось четверо детей. Этого человека тоже не включили в официальный список погибших, а его жена теперь задается вопросом, как ей содержать детей, найдутся ли виновники смерти мужа? Вопросов очень много», - говорит Абдирасулова.

«Это вопрос об ответственности государства»

«Многие спрашивают, зачем нам, правозащитникам, нужны списки погибших, зачем мы устанавливаем причины смерти людей и все прочее. Я уверена, что восстановление этих списков – это только начало нашей работы, потому что после восстановления списков нам предстоит защищать права членов семей этих жертв: у многих остались семьи, многие погибли, сами будучи детьми. Это трагедия.

Но главное, на что я хочу обратить внимание, – это на ответственность государства за обеспечение безопасности своих граждан. Если государство не смогло обеспечить безопасность граждан, то оно обязано выплатить компенсации. Я не говорю, что всем поголовно, я допускаю, что среди погибших есть и виновники трагедии. Но читая этот список, я вижу там детей, которые не могли совершить никакие преступления, женщин… Там есть женщина, которая с детьми полутора и четырех лет спряталась в подвале, и они живьем сгорели во время пожара. Меня беспокоит судьба одного парня, Бегалы Файзуллаева: вся его семья, семь человек, сгорела, он один сумел выбраться из горящего дома через окно. 15 июня я навестила его в сельской больнице, он был полностью забинтован, практически не мог говорить, но все-таки с трудом рассказал, что случилось. Он остался совершенно один, ему чуть более 20 лет, он страдает и морально, и физически - но его семья тоже не числится в официальном списке. Я считаю, что государство просто обязано помочь этому парню», - говорит Абдирасулова.

«Речь даже не идет о том, сколько людей и какой национальности погибло, - подчеркивает правозащитница. - Речь о том, что именно сегодня делает государство, какую ответственность оно несет. Возможно, наши данные у кого-то вызовут возмущение, но я уверена, что это необходимо. После июньских событий я побывала в пяти странах на собраниях правозащитников, и основным вопросом и у тех, кто занимается этими событиями, и у тех, кто не связан с ними, является именно количество погибших. Называют разные цифры, даже говорят о двух, шести или даже десяти тысячах погибших. Чтобы исключить подобные высказывания, нужно открыть реальные цифры, поименно назвать людей. Пусть в истории останутся имена тех, кто погиб в эти дни.

После 7 апреля говорили о нескольких сотнях, чуть ли не о тысяче убитых, - продолжает Абдирасулова. - Но после того как вывесили список погибших, 87 фамилий, эти данные никто не стал оспаривать, вопрос исчерпан. Ошские события - это другое, до сих пор остаются пропавшие без вести, неопознанные трупы, что усложняет задачу, но я думаю, что со временем все поименные списки будут восстановлены. Проделывая эту работу, мы по многу раз переписывали списки. Когда приходилось писать имя, фамилию, год рождения, было очень больно, особенно когда погибшие - люди 1980-х, 1990-х, 2000-х годов рождения. Это трагедия. В наших списках отмечено, где человек жил, от какого ранения или травмы погиб, мы даже вносили данные о том, где человек похоронен. Краткое описание человеческой жизни. Возможно, через некоторое время мы издадим книгу с полным списком погибших, и пусть люди, читая или пролистывая ее, будут знать, кого мы потеряли. Чтобы не смели впредь допускать подобного».

Открывается в отдельных окнах: Список погибших во время июньских событий в городах Ош и Джалал-Абад (Кыргызстан). Таблицы 1, 2, 3 и 4 (разбивка по датам смерти, национальной принадлежности, половому признаку, возрасту и характеру ранения).

Екатерина Иващенко

Международное информационное агентство «Фергана»






  • РЕКЛАМА