12 Декабрь 2017

Новости Центральной Азии

Культура власти. Академия художеств Узбекистана vs Фонд «Форум культуры и искусства»

22.04.2011 15:01 msk, Инга Имамова

Узбекистан Культура и искусство 

Топ-менеджеры официальной культуры Узбекистана: Гульнара Каримова и Турсунали Кузиев

Художественно–культурная жизнь Узбекистана находится под непрерывным диктатом двух противоборствующих организаций: Академии художеств Республики Узбекистан, продвигающей директивы государства относительно развития искусства, и Фонда «Форум культуры и искусства Узбекистана», который патронирует Гульнара Каримова, старшая дочь президента. Формально две эти организации следуют одной важной цели развивать и пропагандировать искусство Узбекистана в рамках идеологических приоритетов нации, но, с другой стороны, существует некая скрытая конкуренция между ними в борьбе за влияние на художественном рынке. Причем, каждая из этих структур стремится контролировать как можно больше сфер художественной культуры Узбекистана. Но каждой из них отведена своя роль. Насколько способны эти организации изменить состояние художественной культуры Узбекистана в позитивном или негативном плане? Как отражается их деятельность на развитии изобразительного искусства страны.

Казалось бы, они делают благое дело, помогая художникам в их карьере и образовании в эти сложные времена, когда именно культура более всего испытывает на себе все тяготы смены политико-социально-экономического направления развития страны. Но каковы основные линии и результаты деятельности этих двух структур, по сути, монополизировавших управление художественной культурой? Может ли самостоятельная творческая единица реализоваться вне этих структур?

Рассмотрим поближе, что же представляют собой эти «флагманы», ведущие за собой новое искусство Узбекистана.

Фонд «Форум культуры и искусства Узбекистана»

Начнем с Фонда «Форум культуры и искусства Узбекистана». Деньги на его деятельность выделяет лично старшая дочь президента, поскольку Фонд, собственно, является ее детищем. Фонд появился относительно недавно, в середине 2000-х. За короткий срок своего существования Фонд реализовал множество проектов, направленных на поддержание художников, музыкантов, хореографов, дизайнеров, педагогов, студентов и т.д. В своем распоряжении Фонд имеет ряд лучших выставочных залов Ташкента: Центр национальных искусств Заркайнар, новый дом Стиля, Дворец творчества молодежи и др.

Фигура Г.Каримовой является знаковой в Узбекистане. Она считается крупнейшим меценатом в стране. На ее счету многочисленные проекты, поддерживающие искусство: от декоративно-прикладного до современных концептуальных проектов и мероприятий массовой культуры. С ее подачи проведение в Ташкенте недели моды и искусства «Art Week», с привлечением звезд западной эстрады, стало хорошей традицией. Но у этой респектабельной деятельности есть свои подводные камни.

Г.Каримова является также крупнейшим и влиятельным (и, пожалуй, единственным) олигархом в стране. Не секрет, что значительную часть бизнеса в Узбекистане курирует именно она. Она имеет свой бизнес и за пределами Узбекистана. Но мало кому известно, что на заре своей карьеры Гульнара начинала с арт-бизнеса. Она скупала картины у художников в свою частную коллекцию. У госпожи Каримовой с художниками были тесные и не всегда гладкие отношения. В середине 1990-х она выкупает целый район в Ташкенте по направлению к поселку Дурмень для аренды художественных мастерских. Эти мастерские были превращены в своего рода «секретный объект», бдительно охраняемый агентами личной охраны – случайно забредшего туда гостя могли грубо, с угрозами физической расправы выпихнуть на улицу здоровенные секьюрити. Это были лихие девяностые, и не привыкшие к такому обращению люди советской эпохи понуро уходили, проглотив обиду.

Тогда среди художников стало зреть недовольство тем, как вела бизнес дочь президента. Одна художница, живущая ныне в России, в лицо назвала Гульнару бесчестным и непорядочным человеком. Сегодня, несмотря на различные мнения, меценатство является неотъемлемой и важной частью деятельности Гульнары Каримовой. Какие же области арт-культуры представляют для нее наибольший интерес?

В 2001 году в Ташкенте впервые был проведен первый Международный Фестиваль Фольклорной Моды (International Folk Fashion Festival), организованный ныне несуществующим культурным центром «Зумрад» Ассоциации деловых женщин Узбекистана. Это было яркое зрелище - модный бизнес Узбекистана переживал свое становление. Спонсорами фестиваля выступили международные организации (которые тогда еще функционировали в Узбекистане) и дипломатические представительства различных стран. Участниками фестиваля стали молодые дизайнеры из стран СНГ, Прибалтики, Малайзии, Индии, Скандинавии и пр. Концепцией фестиваля была фольклорная мода с использованием элементов традиционного народного искусства. Принимали участие в фестивале также и многочисленные молодые дизайнеры из Узбекистана. Действительно, получилось неплохо и оригинально, а главное, фестиваль имел четкую перспективу стать традиционным. Но он вспыхнул и погас, как короткий фейерверк. Постепенно дизайнеры, что роем кружились возле организаторов фестиваля, полные надежд на будущее, стали исчезать из поля зрения. Оказалось, что большинство из них попали под «крыло» Гульнары, которая стала проявлять глубокий интерес к развитию узбекской моды, а особенно к handmade (сделанным вручную) тканям, ювелирным украшениям, аксессуарам.

Художников, работающих «под заказ», можно понять – культура не способна выжить без инвестиций в нее. К тому же сотрудничество с такой фигурой, как Г.Каримова, сулило «промоушн» в осуществлении творческих проектов. Но постепенно за кулисами модных показов послышался настороженный шепот. До ушей молодых модельеров дошел слух, что в Узбекистане невозможно попасть в мир моды без ведома Гульнары. Путь дизайнера на подиум к показу своей коллекции проходит только через нее и ее представителей, и другой альтернативы нет. Первый международный фестиваль фольклорной моды благополучно почил, а его место заняли многочисленные модные «ивенты» (события), осуществляемые Фондом «Форум культуры и искусства». Наиболее известным из них стал уже традиционный фестиваль «Art Week» - международная неделя моды и искусств. Отбор на участие проходят лишь те, кто представляет интерес для попечительского совета Фонда. С одной стороны, нужно отдать должное Г.Каримовой - она развивает глянцевую культуру Узбекистана. До нее узбекский гламур находился в перманентно-пубертатном состоянии. Ею создан первый глянцевый журнал «Bella Terra», открыта телекомпания «Марказ», освещающая события массовой культуры Узбекистана, компания «Terra Group», занимающаяся популярными «ивентами» в столице и за ее пределами. Но, с другой стороны, путь в этот самый гламурный мир невозможен вне тесных связей с Г.Каримовой.

Есть еще одно «но»: что же делать «аутсайдерам»? Тем, кто олицетворяет некоммерческую культуру, непризнанную гламурной тусовкой Фонда? Получается, что художественная культура Узбекистана вынуждена развиваться весьма однобоко, да и то, все тенденции в ней четко регулируются извне, в соответствии с чьими-то вкусовыми приоритетами. Возможно дело в том, что текстиль, ювелирка, декоративно-прикладное искусство - это элементы художественной культуры Узбекистана, имеющие известность на Западе, и соответственно, составляющие то пресловуто положительное экзотическое «лицо» Узбекистана в мире. А это значит, что эти сферы являются рычагами, поднимающими рейтинг первых лиц за границей. Таким образом, если какой-нибудь независимый продюсер моды, или ювелирного искусства, или того же самого декоративно-прикладного искусства захочет провести какое-либо дефиле, либо выставку вне поля зрения Фонда, курирующего эти сферы культуры, не факт, что это ему удастся. Можно привести пример – ежегодные ярмарки декоративно-прикладного искусства Узбекистана, организованные тем же самым «Зумрадом», которые загадочным образом исчезли с арт-рынка, а также периодически проводимый международный фестиваль «Ювелирия» в Ташкенте под эгидой Академии художеств и ряда профессиональных организаций Узбекистана и России. Этот фестиваль тоже ушел в небытие. Данные мероприятия зачастую спонсировались международными гуманитарными организациями, которые одна за другой были выдворены из Узбекистана. Возможно, это и послужило причиной обвинения их организаторов в незаконной для Узбекистана деятельности. Оставшуюся пустоту заполнил Фонд «Форум культуры и искусства». Теперь сложно узнать, было ли сделано кому-то «предложение, от которого невозможно отказаться», но правда такова, что Фонд-Форум буквально «подгреб» под себя большую часть художественной культуры Узбекистана, ее мейнстрим, скажем так.

Академия художеств

А что же остается Академии художеств? У этой сложной и большой структуры есть своя часть «пирога» от искусства.

Как было сказано в начале, две эти структуры, Фонд и Академия художеств, находятся в постоянной, но неафишируемой конкуренции. Так, под эгидой Фонда создана, например, своя Гильдия художников, которая является прямой альтернативой Союза художников Узбекистана - подструктуры Академии художеств. Также между Академией и Фондом ведется война за выставочные территории: Фонду принадлежит ряд лучших, оборудованных по последнему слову современной техники выставочных залов, но долгое время не утихали слухи, что кто-то из дочерей президента хочет отнять здание Центрального выставочного зала, являющегося альма-матер и штаб-квартирой Академии. В свою очередь, Академия билась за получение Галереи Национального Банка, но проиграла. Проиграла Академия также и свой прима-проект, называемый «Ташкентская Биеннале Современного Искусства». Это был проект, которым Академия могла по праву гордиться. Но в последние годы Ташкентская биеннале перешла под протекторат Фонда, и теперь ее кураторами и организаторами стали искусствоведы, приближенные к Г.Каримовой. Роль же Академии является вторичной – это больше предоставление выставочных залов и менеджмент второго уровня под присмотром боссов с Фонда.

В этой боевой схватке в выигрыше находится, конечно, Фонд, так как у него, по сути, неисчерпаемая кредитная линия, позволяющая вкладывать в проекты культуры и искусства, а также солидная поддержка. Академия такими ресурсами не обладает - ей приходится довольствоваться государственным бюджетом. Но при всех этих проблемах Академия художеств имеет не последнее слово в развитии художественной культуры Узбекистана. Только в каком русле происходит это развитие под патронажем Академии?

Рассмотрим поближе этот институт идеологической обработки посредством искусства, которому подчиняются несколько десятков художественных и образовательных учреждений страны.

Академии художеств Узбекистана была создана на базе Союза Художников СССР, тогда она подчинялась Академии художеств СССР. Во времена Советского Союза функции СХ были весьма ограничены: задача его состояла в том, чтобы курировать деятельность художников в Узбекской ССР, готовить республиканские и союзные выставки, осуществлять прием художников в СХ и предоставлять им работу на главных социалистических стройках страны (в лице ныне почившего художественного комбината). В независимом Узбекистане функции Академии как правопреемницы СХ Узбекистана гораздо шире. Академия имеет статус министерства, а ее бессменный руководитель Турсунали Кузиев – статус министра.

Академия художеств Узбекистана является на сегодняшний день мощной государственной структурой, следующей всем директивам правительства относительно развития нового искусства независимого Узбекистана. АХ принадлежат ряд подопечных организаций по всей реcпублике, выставочные залы в крупных городах. АХ курирует все республиканские учебные заведения в области искусства: художественные колледжи, школы, институт художеств и дизайна, научно-исследовательский институт искусствознания, ряд музеев и т.д.

Турсунали Кузиев, который прибыл в Ташкент из равнин Сурхандарьи и которому в этом году исполняется 60, уже второй десяток лет цепко держит в своих руках власть в АХ. По-сути, методы его управления и сама структура в Академии – это мини-модель высшего управления страной: авторитарная власть, которую узурпировал один человек вопреки всем статьям о выборах и сроках правления Председателя АХ РУз, обозначенных в Уставе Академии. Раздутый штат неквалифицированных работников преимущественно титульной нации (не говорящих ни на каком языке, кроме национального), не имеющих профессиональных знаний о развитии художественной культуры не то что мира, но даже Узбекистана, отпугивает продвинутых специалистов и всех желающих от самой идеи сотрудничать с Академией. Косность мышления менеджерского состава, бюрократия, жесткая иерархия и чинопочитание в узбекской манере, а главное, коррупция невиданных масштабов отодвинула развитие изобразительного искусства Узбекистана в дальние закоулки мировых тенденций, придав ей сладенький местечковый оттенок. Республиканские съезды АХ РУз отличаются своей формальностью, безликостью, неактуальностью обсуждаемых задач и проблем, выливающиеся в перечет достижений и заслуг Академии перед страной. А выборы и перевыборы Председателя - в очередной фарс с неизменным концом: бессменным руководителем избирается господин Кузиев, чувствующий себя японским императором, воздвигнутым на престол пожизненно. Это напрямую противоречит действующему уставу Академии. Что ж, ему есть с кого брать пример.

А сейчас хотелось бы сказать несколько слов о качестве работы Академии в плане выполнения задач по развитию изобразительного искусства в Узбекистане.

Под эгидой Академии проводятся мероприятия в сфере искусства, одобренные высшими инстанциями страны. Данные мероприятия должны строго соответствовать правительственной линии, выражающейся во фразе «Искусство на службе идеологии независимости и национального возрождения Узбекистана». Эта линия сильно попахивает устаревшим советским «искусство принадлежит народу». А это значит, что чиновники из Академии сами решают, каким быть искусству Узбекистана, в каком русле и в каких направлениях стоит ему развиваться. По мнению идеологов Академии, опирающихся на научно-литературные труды первого лица страны, искусство должно отражать национальный дух, соответствовать менталитету народа, способствовать духовному возрождению нации, воспитывать молодое поколение в духе уважения к родине и т.д. А то, что не соответствует, не возрождает и не воспитывает – такое искусство Узбекистану не нужно.

Этот довод можно взять за основу деятельности Академии. Запретными темами, провозглашенными Академией (или государством), стали любые проявления политического и социального искусства (данные направления в узбекском искусстве не развиты вообще); слишком субъективное, западно-ориентированное искусство, не содержащее рационального зерна и не понятное узбекскому народу. Самое забавное - на выставках, проводимых Академией, на изображения обнаженных женских и мужских тел наложено табу. Официально в Узбекистане секса нет. Классическая тема женского эротизма, воспетая мастерами кисти в различные эпохи, не соответствует менталитету узбекского народа. И темы большинства официальных выставок сужены до воспевания родной природы, возвеличивания великих просветителей, прославления достижений независимости, образов представителей нового Узбекистана. Из года в год, с выставки на выставку кочуют работы одних и тех же художников на одни и те же темы. Чтобы завуалировать угасающий интерес художников к мероприятиям Академии и недостаток интересных работ, зачастую на выставки вытаскиваются работы из фондов, созданные еще в советский период.

Здесь нет духа искусства и творчества, только затхлый запах нафталина и напыщенной официальщины. На любой выставке мы видим одно и то же, меняются только темы: Независимость, Навруз, 8 Марта, Природа Узбекистана, молодежь Узбекистана и т.д. Рядом с затхлостью мероприятий Академии феерические шоу Фонда «Форум культуры и искусства Узбекистана» смотрятся куда свежей и праздничней. При этом качество организации выставок в Академии оставляет желать лучшего, и это неудивительно - здесь тяжелый недостаток кадров и текучка персонала. К тому же бюджет, выделяемый на каждую выставку, урезается до минимума, большая его часть утекает в неизвестном (вернее, в довольно известном) направлении. Главными лицами в организации выставок являются бухгалтеры, составляющие сметы и трудовые договора для сотрудников.

Профессионалы не желают идти в штат Академии по причине оскорбительных зарплат и утомительных условий труда: господин Кузиев постарался ранжировать зарплаты сотрудников по самым низким тарифам. Месячная зарплата среднего сотрудника Академии не превышает 120-140 тысяч сум, что составляет не более 60 долларов США. При этом руководство требует стопроцентной выкладки, добавляет огромное количество внеурочных часов. Правда в некоторых структурах Академии существуют свои так называемые «спецфонды», за счет которых выплачивается зарплата топ-менеджменту. За счет чего попадают средства в этот спецфонд, можно лишь предполагать.

Несколько лет назад прокурорская проверка выявила огромную недостачу в Академии, директор Центрального выставочного зала Татьяна Рогова лишилась должности и отсидела в тюрьме за экономические преступления. Но ни сам Кузиев, ни его заместитель по финансово-экономической части, ни главный бухгалтер Академии или главбух ЦВЗ не пострадали и не лишились постов.

Академия получает солидный государственный бюджет для осуществления своих проектов, но проследить, на что идут эти деньги, возможности нет. Так, когда был достроен Международный Караван-сарай культуры, детище Кузиева, он начал срочно собирать из других залов Академии, из институтов, музеев инвентарь, оргтехнику, мебель - и отправлять все это в только что выстроенное здание «Караван-Сарая». Сотрудники Академии были уверены: их залы «оголили» ради того, чтобы продемонстрировать принимающим: все выделенные на «Караван-Сарай» деньги потрачены по назначению.

Злые языки связывают имя Кузиева и с коррупцией, существующей в приемных комиссиях колледжей и институтов искусств. Состав приемных комиссий утверждается лично Кузиевым.

Кадровая политика Кузиева - отдельная тема. Он назначает своих фаворитов (точнее, фавориток) на должности, которые не подходят им ни по уровню образования, ни по профессиональному опыту.

Академия художеств – это первая организация, представляющая искусство Узбекистана на государственном уровне. Она является, по сути, единственным мостом, соединяющим мировое и узбекское искусство. От деятельности Академии зависит развитие и реализация многих международных проектов, проектов по выявлению проблемных вопросов на местах. Академия художеств Узбекистана сотрудничает со многими признанными организациями, такими как ЮНЕСКО, посольства зарубежных стран, международные фонды в Японии, России, США, Германии, Швейцарии и т.д. Наконец, Академия Художеств – это возможность для художников и искусствоведов, не обладающих спонсорской поддержкой, заявить о себе хотя бы на республиканском уровне. Но все это находится в руках одного человека и его фаворитов.

Таким образом, у творческой единицы, захотевшей реализоваться в Узбекистане и сделать себе карьеру, выбор, собственно, небольшой. Можно попытаться пробиться к синдикату, называемому Фонд «Форум культуры и искусства», и стать частью узбекского гламурного мейнстрима (если повезет), или же идти на поклон в обветшалую империю Академии художеств. Обе структуры предложат свои условия для выживания. Того, кто не желает играть в эти игры, прогибаясь под чьи-то условия, ждет прозябание в безвестности.

Художественная культура - это та область социальной деятельности, которая первой страдает от экономических кризисов и тоталитарных систем. В то же время состояние культуры – прямое отражение процессов, происходящих в стране. Искусство должно быть свободным, его нельзя использовать в собственных целях, ему нельзя диктовать и устанавливать догмы, оно никому не принадлежит. Только тогда его ожидает гармоничное развитие и процветание.

Инга Имамова, независимый журналист






  • РЕКЛАМА