16 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Турция: К лидерству - через провокацию?

11.09.2011 15:50 msk, Михаил Калишевский (Москва)

Турция Анализ

Вот уже вторую неделю мир наблюдает за беспрецедентным обострением отношений между Турцией и Израилем. Еще совсем недавно эти страны считались едва ли не союзниками. И обе эти страны остаются главными региональными союзниками Соединенных Штатов Америки. И, тем не менее, наиболее нетерпеливые обозреватели уже прогнозируют чуть ли ни начало вооруженного конфликта между ними. О том, в чем причины данного конфликта, и как он может развиваться дальше – размышляет политический обозреватель Михаил Калишевский.

Получился «не тот» доклад

Как известно, весь сыр-бор разгорелся из-за прошлогоднего инцидента с перехватом израильским спецназом так называемой «Флотилии свободы», в результате которого погибли восемь турецких граждан и один этнический турок из США. С тех пор Анкара требует у израильтян извинений, выплаты компенсаций и наказания виновных. Израиль же согласен выразить только сожаление, что он и сделал.

В опубликованном на днях докладе ооновской «Комиссии Палмера», занимавшейся расследованием инцидента, Израилю было вынесено что-то вроде порицания за «чрезмерное применение силы», но в то же время были признаны правомерными его действия по перехвату флотилии и обеспечению блокады сектора Газа. Порицание было высказано и в адрес Турции, которая фактически попустительствовала действиям «Флотилии свободы».

Выводы доклада «Комиссии Палмера», а также отказ Израиля принести извинения, вызвали в Анкаре взрыв негодования. Кстати, турки всеми силами пытались отложить публикацию отчета и заставить Израиль извиниться до его официального обнародования. И это притом, что именно Турция инициировала обращение в ООН с требованием создать комиссию по расследованию. В итоге Анкара заявила, что не признает выводы комиссии. То есть выводы комиссии, с точки зрения Турции, были бы «правильными», только если бы полностью отражали турецкую позицию.

Затем турецкое правительство понизило статус дипломатических отношений с Израилем, объявило о прекращении турецко-израильского военного сотрудничества и пригрозило ввести торговые санкции. Кроме того, Анкара заявила о непризнании ею законности блокады Газы, о намерении направить туда правительственную делегацию, а также активизировать военное сотрудничество с Египтом. Кроме того, в целях «обеспечения свободы судоходства» Турция увеличила число своих военных кораблей в данном регионе, что, собственно, и навело некоторых на мысль о возможности военного столкновения Турции и Израиля.

То, что произошло в мае 2010 года с «Флотилией свободы», никакой тайной не является. Тем не менее, этот инцидент до сих пор обыгрывается «прогрессивными» и «правозащитными» кругами в Европе как «страшное преступление израильской военщины». Не говоря уже об антиизраильской пропагандистской кампании в арабских странах и собственно в Турции. Добавим, именно турецким властям задолго до самого инцидента прекрасно было известно, что должно было произойти.

Тем не менее, Анкара ничего не сделала, дабы предотвратить гибель собственных граждан, скорее, наоборот. Создается впечатление, что в Турции только и ждали, когда прольется кровь, чтобы обозначить резкий поворот в турецко-израильских отношениях. Стало быть, сам по себе инцидент с «Флотилией свободы» стал лишь поводом, а истинные причины произошедшего поворота коренятся в самом контексте турецкой внутренней и внешней политики.

«Израйская военщина известна всему свету…»

Но все-таки не обойтись без того, чтобы остановиться на самом инциденте. Тем более, что и Турция, и уже упомянутая «прогрессивная общественность» в лице главным образом левых кругов в той же Западной Европе, а также пропалестинских деятелей в других странах, включая Россию и ряд стран СНГ, с самого начала в упор не хотели видеть совершенно очевидных вещей и сосредоточили свои усилия исключительно на обличении Израиля.

Начать хотя бы с блокады сектора Газа, правомерность которой была подтверждена «Комиссией Палмера». Согласно резолюции ООН за номером 181 от 1947 года по разделу Палестины на арабское и еврейское государства, сектор Газа должен был войти в состав будущего арабского государства. Арабские страны не признали эту резолюцию и после провозглашения государства Израиль напали на него, намереваясь поделить всю территорию бывшего британского мандата между Египтом, Сирией, Трансиорданией и Ливаном. Ни о каком палестинском арабском государстве, ни о существовании самого народа – палестинцы, тогда в арабских столицах не говорили. А сектор Газа с 1948 по 1967 годы был оккупирован Египтом, причем номинальное и не признанное даже арабскими странами «правительство Палестины» в 1959 году было разогнано египетским президентом Насером.

По результатам Шестидневной войны 1967 года контроль над Газой перешел к Израилю. Нельзя сказать, что он так уж держался за эту неспокойную территорию. На переговорах 1978 года в Кемп-Дэвиде Израиль предлагал вернуть Газу Египту, но тот отказался – своих проблем хватало. Президент Садат в одном из своих выступлений как-то сказал: «До войны за права палестинского народа Египет был процветающей страной арабского мира. Теперь мы нищая страна, а палестинцы требуют от нас еще раз воевать за них до последнего египетского солдата».

В 1993 году в Осло между Израилем и Организацией освобождения Палестины были подписаны соглашения, в соответствии с которыми на Западном берегу реки Иордан и в секторе Газа была образована Палестинская национальная администрация. По этим соглашениям Израиль обеспечивал военный контроль над совместными сухопутными границами, воздушным пространством сектора Газа и его территориальными водами. В августе 2005 года Израиль вывел из сектора Газа все войска и ликвидировал все еврейские поселения. Все израильтяне ушли оттуда. Однако в июле 2007 года террористическая организация ХАМАС сначала в результате переворота, затем с помощью выборов, закрепилась в секторе Газа. Обстрелы южной части Израиля самодельными ракетами с территории Газы велись еще с 2001 года. После прихода к власти ХАМАС это стало государственной политикой (по Израилю выпущено свыше 10 тысяч ракет «Кассам», при этом программа ХАМАС открыто предполагает уничтожение государства Израиль).

В ситуации, когда сектор Газа устами своего руководства провозглашает уничтожение Израиля своей главной политической и военной задачей, блокада военных поставок в Газу становится насущной необходимостью. Список запрещенных к ввозу товаров включает не только оружие или его компоненты, но и товары двойного назначения, то есть, те, которые могут использоваться как в военных, так и в мирных целях. Какая страна поступила бы на месте Израиля иначе и стала бы спокойно смотреть на поставки оружия через границу, которую он уполномочен охранять? Тем более что это оружие против Израиля же и будет применяться.

Кроме того, Израиль осуществляет блокаду Газы не один - Египет тоже блокирует сектор со своей стороны. Совсем недавно уже новые египетские власти ужесточили режим блокады и провели очередную операцию по уничтожению туннелей, вырытых палестинцами под границей, чтобы протаскивать по ним в сектор контрабанду, включая, естественно, оружие. Египет почему-то никто не клеймит позором за беспощадную блокаду страдающих палестинцев. Не вспоминают также о том, что контроль над границами Газы возложен на Израиль соглашениями в Осло, которые ХАМАС, а отныне получается, что и Турция, решили не признавать.

Кстати, о туннелях: в мае прошлого года «борцы за мир» и «правозащитники», погрузившиеся на суда «Флотилии свободы», заявляли, что везут гуманитарную помощь бедным палестинским детишкам, голодающим из-за подлой политики кровавой израильской военщины. При этом как-то удивительно, что 90% груза «Флотилии свободы» составляли такие необходимые для голодающих детей продукты, как арматура и цемент. Цемент, как известно, кушать нельзя, но им можно укреплять стены тоннелей для переброски в Газу оружия.

Ладно, если так уж необходимо накормить детей, то совсем необязательно организовывать некий непонятный заплыв, чреватый последствиями, отнюдь не способствующими доставке груза адресату. Существуют самые различные и абсолютно надежные (потому что легальные) способы оказания гуманитарной помощи. Уже многие годы палестинцы живут исключительно за счет международной помощи. Ооновский фонд UNRWA практически всех палестинцев сектора Газа считает беженцами и поставляет им бесплатно еду, одежду и медикаменты. UNRWA финансируется США (31%), ЕС (около 50%). 7% средств поступает в фонд из исламских источников.

Другой вопрос, какой «образ жизни» формируется в секторе Газа с помощью всей этой «гуманитарки». Гуннар Хейнсон, глава Института Лемкина при Бременском университете, описывал в Wall Street Journal эту ситуацию так: «Запад платит за еду, школы, медицинское обслуживание и жилье, в то время как мусульманские страны помогают с оружием. Не скованная такой морокой, как необходимость зарабатывать себе на жизнь, молодежь имеет массу времени для рытья туннелей, контрабанды оружия, сборки ракет и пальбы».

Впрочем, это отдельная история. Главное, что никаких препятствий доставке гуманитарной помощи «преступная сионистская блокада» не создает. Вот и в мае прошлого года Израиль, который, кстати, беспрепятственно обеспечивает стреляющую «Кассамами» Газу электричеством, водой и работой, сразу же предложил перегрузить всю гуманитарную помощь в Ашдоде и доставить ее в сектор по суше. Не нравится израильский Ашдод – пожалуйста, можно было выгрузить помощь в египетском Эль-Арише и оттуда переправить ее в Газу. Так нет же, кормчие «Флотилии свободы» все это отвергли – им непременно нужно было прямо в Газу, сквозь израильскую блокаду. И это несмотря на то, что в Газе нет ни грузовых терминалов, ни вообще морского порта, в котором груз можно было бы разгрузить.

Еще одна «странность», плохо сочетающаяся с тем, что главной задачей «Флотилии» была «помощь несчастным детям»: весь гуманитарный груз насчитывал 10 тысяч тонн, то есть столько, сколько помещается в не самый большой сухогруз, и столько, сколько еженедельно идет из Израиля в Газу. Между тем, «Флотилия свободы» насчитывала шесть судов. При этом флагман флотилии (Mavi Marmara) - не грузовое судно, а круизный лайнер вместимостью 1080 пассажиров. Плыли на его борту 700 правозащитников, только на прокорм которых нужно было потратить больше, чем на весь «гуманитарный» цемент.

Что это за правозащитники, стало ясно, как только Mavi Marmara получила от израильского капитана приказ остановиться. В ответ было сказано буквально следующее: ««Убирайся в свой Освенцим!» А потом мирные правозащитники, среди которых оказалось порядка 100 еще более мирных защитников голодных детей, почему-то одетых в бронежилеты и снабженных очками ночного видения, стали лупить арматурой и пырять ножами израильских спецназовцев и даже пытались привязать вертолет за трос, по которому спускались солдаты (соответствующие кадры были показаны по всему миру, однако это лишь подтвердило верность пословицы насчет «божьей росы» для определенной категории политиков и опять же «правозащитников»).

Вполне можно представить, что могло бы произойти: ночь, неразбериха, три командира спецназа, первыми спустившиеся на палубу (кстати, с согласия капитана Mavi Marmara), ранены или захвачены в заложники, на израильтян со всех сторон нападают с ножами и арматурой боевики в касках и бронежилетах, вокруг сотни беснующихся активистов. В этих условиях спецназовцы, а также вертолет, которые пытались зацепить за трос, вполне могли открыть огонь по всем без разбору. Адмиралы «Флотилии свободы» этого и добивались – нужна была масштабная резня, в которой боевики с арматурой сыграли бы роль провокаторов, а «глупые кяфиры» из числа европейских пропалестинских активистов – роль обреченной на заклание массовки. То есть, примерно ту же роль, которую в Газе играют те самые палестинские дети, когда хамасовцы и прочие джихадисты устанавливают пусковые установки «Кассамов» на крышах школ и детских садов.

А далее все должно было пойти, как в известной песне Галича: «Израйская военщина известна всему свету, как мать говорю и как женщина их требую к ответу…» Только вот израильтяне не стали стрелять по всем без разбору. Сержант, принявший командование, отдал приказ лишь на прицельный огонь с задачей вызволить из рук боевиков своих захваченных товарищей. Отсюда всего девять жертв.

Остается лишь добавить, что организатором чудовищного по своей провокационности заплыва с целью «спасения детей» являлся действующий в Турции фонд IHH (Фонд за права человека, свободу и гуманитарную помощь), который еще в 2006 году был квалифицирован Датским институтом международных исследований как ширма для финансирования террористов: да, собственно, они и сами никогда не скрывали, что вербовали «моджахедов» для Афгананистана, Боснии и Чечни. Лидер же IHH Ильдирим упоминался как «вербовщик джихадистов» на процессе Ахмеда Рессама, пытавшегося в 2000 году взорвать лос-анджелесский аэропорт.

Вероятно, вся эта информация не являлась и не является откровением для турецких властей. Тем не менее, если судить по заявлениям Анкары, в Турции грозят с помощью военных кораблей обеспечить «свободу судоходства» для «Флотилии свободы – 2», которая была сформирована этим летом для «прорыва незаконной израильской блокады Газы» (10 судов и 500 пропалестинских активистов из 40 стран). Отплытие флотилии пока застопорилось, в основном из-за позиции властей Греции. Но кто знает, возможно, последние турецкие демарши откроют для очередных спасителей палестинских детей новые перспективы.

Исламизация путем демократизации

Конечно же, «спасение детей» и тем более «обеспечение свободы судоходства» волнует Анкару не больше, чем провокаторов из IHH. Все дело как в изменении общей ситуации в регионе Ближнего и Среднего Востока, так и в особенностях внутриполитического развития Турции в последние годы.

С 2003 года у власти в Турции находится Партия справедливости и развития (ПСР) во главе с премьер-министром Реджепом Эрдоганом. За годы ее правления Турции удалось достигнуть заметных экономических успехов, что обеспечило партии значительную поддержку избирателей. Как известно, на последних парламентских выборах 12 июня 2011 года ПСР получила 49.91% голосов и вновь сформировала правительство.

Партию давно обвиняют в исламизме и отходе от принципов светского государства, заложенных Кемалем Ататюрком. Так, в частности, в 2007 году был принят закон, разрешающий ношение хиджаба в университетах. После этого Генеральный прокурор Турции Абдуррахман Ялчинкая подал в Конституционный суд Турции иск о запрете ПСР. В июле 2008 года иск был отклонен по большинству пунктов, хотя на партию был наложен денежный штраф.

Подспудная исламизация Турции имеет опаснейшего противника в лице армии, со времен Ататюрка являющейся гарантом светского характера государства. Поэтому все восемь лет своего нахождения у власти ПСР активно боролась с влиянием военных. И в этом, то есть, в постепенном лишении армии функции гаранта незыблемости светских устоев, правящим исламистам, как ни парадоксально, сильно помогают выдвигаемые ЕС требования соответствия Турции европейским демократическим стандартам – ведь правительство Эрдогана провозглашает своей целью присоединение к Европейскому Союзу.

Поэтому конституционные изменения, проведенные по инициативе ПСР на референдуме 12 сентября 2010 года, с одной стороны, вроде бы способствуют общей демократизации политической жизни (реформа законодательства, судебной системы, меры по обеспечению прав национальных и религиозных меньшинств), а с другой – ослабляют позиции военных (введение всенародного избрания президента республики, ограничение полномочий военных трибуналов, отмена юридической неприкосновенности организаторов военного переворота 1980 года), что естественным образом снимает все больше препятствий на пути дальнейшей исламизации. Добавим к этому прямые репрессии против отставных и действующих военных, начиная с «дела Бальоз» на процессе 2007 года и кончая недавними массовыми арестами, связанными с армейской тайной организацией «Эргенекон». К этому же ряду можно отнести и последнюю смену командующих родами войск, когда на пост командующего сухопутными войсками был назначен генерал жандармерии (жандармерия считается более лояльной исламистам, чем армейские части).

С каждым годом перспективы вступления Турции в ЕС становятся все более туманными. Похоже, в Анкаре все меньше верят в успех этого предприятия и продолжают демонстрировать свое усердие в деле приведения турецкой политической жизни в соответствие с европейскими стандартами лишь для виду. А вернее для того, чтобы под соусом «европеизации» переустроить политическую систему страны под свои нужды, прежде всего, ослабив позиции армии. А вот когда можно будет заявить, что «Европа окончательно отвергла Турцию», тогда, уже без опасений «загубить дело» со вступлением в ЕС, созданные демократические механизмы будут запущены для установления в Турции откровенно исламистских порядков, причем самым демократичным образом. Именно этого опасается турецкая демократическая оппозиция, и именно поэтому она столь жестко выступает против законодательных новаций ПСР. Хотя вроде бы должна их поддерживать…

Безусловно, острую политическую борьбу вокруг всех этих вопросов, включая противостояние с армией, нельзя считать законченной. В частности, у ПСР нет конституционного большинства в 2/3 из 550 мест, что не позволяет проводить конституционные изменения без референдума. Между тем, основной задачей Эрдогана являются изменения в конституции, окончательно превращающие Турцию в сильную президентскую республику. Ведь Эрдоган вступает в третью, последнюю каденцию своего премьерства (четвертая запрещена все той же конституцией). И, несмотря на то, что правительство Эрдогана пользуется поддержкой значительной части населения, проведение нового референдума может стать для ПСР значительной проблемой. Весьма возможен сценарий консолидации оппозиционных сил, который не позволит премьеру провести задуманную им конституционную реформу.

В этих условиях демонстративная поддержка палестинцев, в том числе и радикальных исламистов из ХАМАС, и вытекающее отсюда обострение отношений с Израилем серьезно укрепляют позиции Эрдогана в борьбе за голоса турецких избирателей, особенно традиционалистски настроенных жителей сельских районов.

А если опять – с центром в Стамбуле?

Нынешнее обострение турецко-израильских отношений, безусловно, имеет под собой и внешнеполитическую, даже геополитическую подоплеку. По существу, это серьезный симптом, говорящий не столько об отношениях Израиля и Турции, сколько о стремлении Анкары застолбить свое лидерство в исламском мире на фоне арабских революций и всеобщей нестабильности. Наличие такого противника, как шиитский Иран, может помочь ей занять лидирующие позиции в суннитском мире. Сейчас, после падения Мубарака, непонятно, когда Египет вернет себе свое положение в арабском мире. Поэтому, с одной стороны, Анкара ставит ультиматум Башару Асаду в Сирии, а с другой - разыгрывает палестинскую карту: прием, в общем, беспроигрышный в деле завоевания арабских симпатий.

Израиль в течение года после инцидента с «Флотилией свободы» пытался урегулировать скандал с Турцией. Как заявил недавно израильский министр по стратегическим вопросам Моше Яалон, что во время переговоров с турками он не почувствовал у них желания найти какой-то рациональный и устраивающий обе стороны выход из этой, в общем-то, дурацкой ситуации. Все, что интересовало Турцию - это когда и как Израиль будет громко извиняться. И тогда Турция сможет представить себя первой исламской страной, которой удалось заставить Израиль отступить. Возможно, Турция отчаянно стремится показать исламскому миру, что хотя она и член НАТО, но привержена мусульманским странам больше, чем Западу.

И все-таки риторики здесь больше, чем реальных дел. Это относится даже к прекращенному Турцией военному сотрудничеству с Израилем. Ведь на рассмотрении находилась всего лишь одна сделка по продаже оптики. Все существовавшие контракты по поставке беспилотников, модернизации танков и так далее уже давно были выполнены, и деньги за них выплачены. Турция отказалась от совместных учений ВМС еще полтора года назад, потом отказала Израилю в праве участвовать в военно-воздушных учениях «Анатолийский орел» — шаг, который вынудил США и еще нескольких стран НАТО также отказаться от участия в них. Теперь израильские ВВС упражняются в Греции и Румынии. То, что израильтяне делятся опытом и нарабатывают взаимодействие с греками и румынами, а не с турками, у турецкого военного командования, по некоторым данным, восторгов не вызывает.

Что же до обеспечения «свободы судоходства» с помощью турецких военных кораблей, то, по мнению большинства наблюдателей, оно направлено главным образом все-таки не против Израиля, а против Кипра, у берегов которого было обнаружено месторождение газа. Анкара заявила, что начало разработки этих ресурсов будет означать попрание «суверенных прав Турецкой Республики Северного Кипра» и пригрозила усилением патрулирования Восточного Средиземноморья. Что, кстати, сразу же вызвало энергичные протесты Греции.

Так что сопровождение турецкими кораблями флотилий с «гуманитарным» цементом маловероятно. А, стало быть, и гипотетическое военное столкновение Турции с Израилем тоже, скорее всего, можно отнести к числу фантазий. К тому же США и другие страны Запада вряд ли допустят военный конфликт между своими двумя основными союзниками в регионе. Соответствующий опыт у той же НАТО имеется – ведь удалось же не допустить прямого военного столкновения между Турцией и Грецией, хотя за последние полвека было немало моментов, когда, казалось бы, войны не избежать. Да, и вообще, кто бы не сидел у власти в Анкаре, пойти на серьезную ссору с США (а именно этим чреват конфликт с Израилем) в Турции никто не отважится, по крайней мере, пока. Недаром совсем недавно было достигнуто соглашение о размещении в Турции элементов американской ПРО, что, кстати, вызвало сильное негодование в Тегеране.

В целом же самым главным препятствием для перерастания нынешнего обострения в серьезный конфликт является объективная общность интересов Турции и Израиля. Турция, так же как и Израиль, не заинтересована в анархии в Сирии, поскольку тогда влияние Ирана и просто радикального ислама там моментально возрастет, а это - лишние проблемы еще на одной границе. Турция точно так же, как и Израиль, и Саудовская Аравия, и Иордания с Египтом, опасается появления у Тегерана ядерного оружия. А потому Анкара должна полагаться не только на суннитские страны, но и на Запад с его системой ПРО и ядерным оружием. Израиль, имея свою систему ПРО, тоже в немалой степени полагается в этом вопросе на Запад.

Другой дело, что рациональные соображения не всегда являются определяющими в политике, особенно на Востоке. У власти в Турции исламисты, хотя и «умеренные». А потому религиозные и культурные пристрастия и предпочтения в какой-то ситуации могут возобладать над разумом. Лично у того же Эрдогана время от времени, причем безо всякого рационального повода, «проскакивали» совершенно непотребные антиизраильские и вообще, антиеврейские выпады.

Далеко не исчерпан и националистический потенциал Турции, в том числе и в виде пантюркистских амбиций. Это, кстати, относится и к турецкой политике в Центральной Азии. Возможно, недавние меры против турецких образовательных программ и турецкого бизнеса в Узбекистане и Туркменистане отражают определенное беспокойство местных режимов этими тенденциями. Причем нынешний турецкий исламизм с пантюркизмом вполне гармонично сочетается. В этом, между прочим, одна из возможных точек соприкосновения между ПСР и турецкими военными, которым вообще импонирует любая демонстрация, скажем так, «великодержавности». И если перед нынешними правящими кругами Турции возникнет необходимость мобилизации общества, то принцип создания образа иноплеменного врага может представлять опасность для соседей Турции.

В общем, трудно не заметить, что на малоазийском полуострове формируется геополитическая сила, демонстрирующая потенциал для собственной политической игры. Кто знает, может быть, в случае радикализации исламского Востока после недавних арабских революций и дальнейшего упрочения власти исламистов в Турции идея «Мирового Халифата» (а если опять - с центром в Стамбуле?) обретет в Анкаре очень сильных сторонников.

Михаил Калишевский

Международное информационное агентство «Фергана»




Новости партнеров