Вы находитесь в архивной версии сайта информагентства "Фергана.Ру"

Для доступа на актуальный сайт перейдите по любой из ссылок:

Или закройте это окно, чтобы остаться в архиве



Новости Центральной Азии

Дододжон Атовуллоев: «Я ушел из Склифа - там было небезопасно»

31.01.2012 15:39 msk, Мария Яновская

Таджикистан
Дододжон Атовуллоев: «Я ушел из Склифа - там было небезопасно»

Таджикский оппозиционер и журналист Дододжон Атовуллоев, на которого 12 января 2012 года было совершено покушение, ушел из московского НИИ Скорой помощи им.Склифософского, где ему спасли жизнь. Он рассказал «Фергане», как себя чувствует, почему не хочет поселиться в маленьком домике у моря и вообще - что собирается делать дальше.

- Как ты себя чувствуешь?

- Шика-а-арно.

- Врачи тоже так считают? Почему тебя отпустили из Склифа?

- Я сейчас нахожусь в другой клинике, восстанавливаюсь. Но скоро уеду в Европу, нужно будет продолжить лечение. Из Склифа я ушел из соображений безопасности.

Когда я попал в НИИ им.Склифософского, полиция тут же вспомнила о том, что я нахожусь в розыске, и меня взяли под арест. Первые шесть дней меня охраняли двое полицейских, даже в процедурную со мной ходили. Но потом, наверное, догадались, что разыскивать меня не надо, и арест был снят. Полицейские исчезли. И хотя возле палаты, внизу, у всех входов продолжали дежурить таджики - мои друзья и сторонники, - мы заметили, что в Склифе появились какие-то странные люди, сомнительные личности.

- После снятия ареста?

- Да. И мы решили, что мне нужно перебираться из Института Скорой помощи.

Я до конца жизни буду благодарен всем врачам, медсестрам, всему персоналу Склифа, я буду помнить о врачах «Скорой помощи», которые меня спасли в ту ночь, - если бы они не приехали так быстро, я бы не дожил до операционной. Я благодарен всем, кто дежурил возле Института все эти дни и ночи, кто молился за меня, - всем, кто меня спас, поддерживал и охранял, - но я не называю имен, потому что не знаю всех - и боюсь пропустить хотя бы одно.

Знаешь, вчера я встречался с людьми, приехавшими из Душанбе. Мне рассказали, что в первые два дня после покушения, - у многих было состояние шока, так люди переживали и сожалели о случившемся. Но когда выяснилось, что операция прошла успешно, что я буду жить, после того, как у вас на «Фергане» появилось видео с моим интервью, - люди - и мои родные, и друзья, и даже незнакомые, - устраивали в своих домах «худои». Это такой обряд: когда человека минует страшная беда, люди режут барана или корову, накрывают стол и угощают друг друга, соседей, неимущих, бедных… В сотне домов было худои, и меня это тронуло - до слез…

Люди ходили по Душанбе и поздравляли друг друга. Они говорили просто: «Поздравляю!» - не называя ни моего имени, ни того, с чем поздравляют…

Ты не представляешь, сколько писем и сообщений мне пришло и в почту, и на фейсбук, люди находили мои телефоны, звонили, поддерживали… Я не ожидал. Один человек мне написал: «Дододжон, ваш случай показывает, насколько Рахмон вас боится, и самое важное, что вы двигаетесь в правильном направлении. Ваши оппоненты не могут ничего сделать цивилизованным путем, доказать свою правоту на дебатах, в спорах и т.д. Они могут только исподтишка, по-крысиному, напасть на безоружного человека. Аллах оставил Вас в живых для того, чтобы вы доделали свое дело, выполнили свою миссию на этой земле. У каждого человека «на лбу написано», что он должен выполнить на этом свете. Значит, вы еще не сделали то, ради чего родились. Вы не принадлежите самому себе, за вами люди, и вы просто обязаны себя беречь ради тех кто вас поддерживает».

Я двадцать лет живу в эмиграции без надежды вернуться, это очень тяжело. Но когда столько людей вдруг откликнулись, я вдруг понял, что все не зря, я на правильном пути - и ни о чем не жалею.

- То есть удар ножом тебя не остановил? Ты не поселишься в маленьком домике у моря? Жизнь ведь внезапно заканчивается, ты теперь это лучше меня знаешь… И в жизни, кроме революции, есть много другого счастья…

- Я уже не могу. После этого удара ножом каждый день, каждый миг моей жизни будет посвящен борьбе. Мы начинаем настоящую битву за демократию.

- Додо, ну какую битву? «Ватандор», который ты возглавляешь, - организация незарегистрированная, ты даже не можешь открыть ни одного имени. Вы не можете участвовать в парламентских выборах, если вдруг захотите прийти к власти легитимно… У вас один путь - немирный, через кровь. Но и для этого в стране должно быть много молодых мужчин, но они все на заработках.

- Раскрою секрет: уже в большинстве таджикских городов и районов работают штабы «Ватандора». Они все автономные, схема работы «от человека к человеку». В «час Икс» каждый штаб сможет собрать несколько сотен человек. Штабы - это третий эшелон. Второй эшелон - люди, которые имеют авторитет в районе, городе или среди определенной группы. Эти люди - а среди них учителя. Бизнесмены, священники, - общаются между собой, ведут работу среди населения и руководят «штабами». Первый эшелон «Ватандора» - элита. Бывшие министры, члены парламента, генералы и успешные бизнесмены. Есть и большая группа нынешних членов правительства и представителей спецслужб.

Наши сторонники сидят в тюрьмах, многие живут в изгнании, кто-то из них в розыске и в любую минуту может быть пойман. Есть люди, которые прячутся в горах. Я не имею морального права думать только о себе.

Я буду продолжать то, что делал. Я буду встречаться с людьми и разговаривать с ними, говорить, что у нас нет другой альтернативы. Я не могу позволить себе тихо жить в маленьком домике у моря, потому что я знаю, как плохо живется людям у меня на родине. Там дети недоедают - а я буду спокойно сидеть?

Рахмон придумал такую сказку: мол, есть он - и есть Партия исламского возрождения Таджикистана, другой альтернативы нет. Говорит: если не я, то придут исламисты. Но есть ведь и наше движение. Мы с огромным уважением относимся к религиозным убеждениям людей, мы живем в мусульманской стране и уважаем свою религию, - но мы хотим, чтобы Таджикистан был свободной, светской, справедливой и демократической страной.

Да, Рахмон добровольно не уйдет, он будет цепляться за трон. И единственный путь - организовать у нас свой таджикский «Тахрир». У нас есть серьезный опыт организации митингов, еще с довоенных времен.

Мы не просим поддержки ни у одной страны, единственное, чего мы хотим - дайте нам шанс самим выбрать свою власть. Рахмон сейчас готов в ноги упасть любому, кто продаст ему оружие и поможет бороться с оппозицией. Но рано или поздно его режиму придет конец - никто не сможет спасти этот гнилой дом, который он выстроил на нашей земле.

- Ты постоянно говоришь, что тебя заказал Рахмон. Но может, это был не заказ, а подарок «Его величеству»?

- Когда освободили сына Хукумова, его родственники устроили большой «туй» (праздник). (Рустам Хукумов, сын главы Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова (Хукуматулло), осужденный в России на длительный срок за контрабанду 9 килограммов героина, был оправдан и освобожден «в связи с непричастностью к преступлению». Оправдание Хукумова произошло вскоре после освобождения российского и эстонского летчиков, и Д.Атовуллоев был первым, кто заявил о связи «дела летчиков» с освобождением сына высокопоставленного таджикского чиновника - ред.) На туй был приглашен и Рахмон, его семья. И тогда Рахмон сказал: «Я ради вашего сына, чтобы его освободили, чуть ли не на весь мир выставил себя посмешищем, испортил отношения с Россией, - а вы не можете решить вопрос с одним человеком». И закрутилось.

- Он говорил о тебе?

- Да. Мне об этом несколько человек рассказали. Я «достал» Рахмона. Они пытались добиться моего ареста, подкупали меня, торговались, чтобы я вернулся, - но это ничего не дало, и они пошли ва-банк.

Я никогда до этого не праздновал день рождения, исчезал в этот день. А теперь буду отмечать 12 января как второй день рождения.

- Но ведь если ты так их «достал», - они не остановятся. Тем более, ты хочешь продолжать…

- Любой человек, который борется против колхозной диктатуры, должен быть готов к такому. У меня нет страха.

- Этого не может быть. Ты живой человек.

- Я не боюсь. Но я буду больше заботиться о своей безопасности, это урок и предостережение всем нам - врагам Рахмона, кто ходит без охраны. У нас в «Ватандоре» есть супер-профессионалы, которые работали в спецслужбах, они меня предупреждали о правилах безопасности, - но я не слушал. Зря. Теперь буду умнее.

Я очень надеюсь, что покушение на меня будет раскрыто. И мне кажется, следователи уже вышли на правильный след.

Фрагмент видео-интервью, которое Дододжон Атовуллоев дал «Фергане» 19 января 2012 года

Мария Яновская

Международное информационное агентство «Фергана»