16 Август 2017

Новости Центральной Азии

«Сетевой фотограф» Анзор Бухарский: «Документальная фотография сегодня нигде не востребована»

Фотографии Анзора Бухарского — в Галерее.Ферганы.Ру

Известность к узбекскому фотографу Анзору Бухарскому (Салиджанову) пришла благодаря «всемирной паутине»: все свои фотографии он размещает в интернете, в том числе знаменитую серию о жизни среднеазиатских цыган-люли. Недолго занимаясь фотографией, Бухарский стремительно обрел многочисленных поклонников. И это не удивительно – работы автора из древней Бухары, в недавнем прошлом профессионального художника, отличают неповторимая игра цвета, света и тени. Бухарский, по его признанию, ищет «рембрандтовский свет», наверное, поэтому многие его «полотна» палитрой напоминают картины «старых голландцев»…

Из досье фотографа:

Салиджанов Анзор Анварович, родился в 1968 году в Ташкенте. С 1975 года постоянно проживает в Бухаре. Фотографией интересуется со школы. Первым фотоаппаратом был «Смена 8М». После окончания училища искусств в Бухаре учился в Ташкентском театрально-художественном институте на факультете «театральной декорации». Работал художником-декоратором в ГАБТ имени А.Навои в Ташкенте, участвовал в выставках молодых художников в республике. С 2006 г. увлечение фотографией перерастает в основную профессию. Студия «Фото на документы» в свободное время становится творческой лабораторией. Постепенно фотоколлажи вытесняются документальной и жанровой фотографией. Салиджанов публиковался в узбекистанских и зарубежных изданиях. Участник многих фотоконкурсов, проектов, международных биеннале, в том числе 53-й Венецианской биеннале актуального искусства

- Так получилось, что азиатские цыгане стали главной темой моего творчества, - рассказывает Анзор Бухарский. - К этому я пришел осознанно, когда стал увлекаться жанровой фотографией, отражающей повседневную жизнь. Но то, что я снимаю только цыган, - несколько ошибочное представление. Я снимаю все, в том числе уличную фотографию, натюрморты, свадьбы, с любовью делаю портреты моих близких.

В интернете есть замечательные работы Ляли Кузнецовой, Йозефа Куделки, Себастио Сальгадо, посвященные «цыганской» теме. И здесь, когда тебя повсюду окружают эти люди, - большое сообщество азиатских цыган живет отдельными селами под Бухарой, - понимаешь, что эту чудесную тему можно разрабатывать неторопливо, годами.


Первые мои визиты, естественно, не были встречены цыганами с особым радушием. Всем известно, что они представляют собой маргинальное и достаточно закрытое сообщество, не пускающее чужаков. И какие бы мы ни говорили красивые слова в отношении этого замечательного народа, во всем мире к цыганам относятся настороженно, если не сказать – отрицательно. Бытует мнение, будто наши цыгане - как и российские, и молдавские - воруют, занимаются мошенничеством, гаданием и прочим незаконным отъемом денег у населения. Но здешние оседлые цыгане, принявшие ислам, порой более законопослушны, нежели коренное население. Их жизнь нелегка, и они зарабатывают, как могут, например, сбором вторсырья, но это отдельная тема.

- Но и вы зарабатываете на них?

- Да, пожалуй, я единственный в Бухаре человек, который зарабатывает на цыганах (смеется). Моих цыган печатают в журналах, книгах, за что я получаю гонорары, езжу с «цыганскими» выставками в Россию – первую страну, которая стала выставлять мои работы. Именно благодаря российской аудитории я получил известность в фотографических кругах. В российской печати появились и первые публикации с моим портфолио, первые статьи обо мне, а также мои статьи – о фотографии, о цыганах.

Россияне организовывают мои выставки, мастер-классы, и я очень благодарен моим российским друзьям.

- Сегодня вы известный фотограф, но начинали как художник, отдав этому делу большую часть жизни. О себе вы говорите, как о фотографе-самоучке, при этом немаловажную роль в вашем творчестве всё же играет видение художника. Это прослеживается в ваших работах, представляющих, по мнению российских коллег, «более цветопись, чем светопись», которая ассоциируется с «густым, напряженным, «модулированным» локальным цветом Сезанна»…

- Как профессиональный художник, я получил хорошее образование в Бухарском училище искусств, где мне довелось быть учеником замечательных педагогов, окончивших Киевскую и Ленинградскую академии художеств. Они учили нас не только мастерству рисунка, живописи, но и истории искусств – западноевропейского, русского. Я вырос на этом. Потом была учеба в Ташкентском театрально-художественном институте на факультете «театральной декорации», работа в оперном театре.

Вернувшись в Бухару, я занялся своим любимым делом – графикой. И когда обратился к фотографии, меня не нужно было учить законам композиции, которые в фотографии работают почти так же, как и в изобразительном искусстве. Другое дело, что сам переход к фотографии был для меня мучительным. Ведь раньше я продавал свою графику туристам и неплохо зарабатывал, а когда в 2006 году у меня появился хороший, по тем временам, цифровой фотоаппарат и я серьезно увлекся фотографией, то стремительно обнищал. Источник дохода, за счет которого держалась моя семья, в одночасье иссяк. Друзья, семья, мама - все умоляли: «Вернись, пусть фотография существует как хобби, но продолжай рисовать!» Но когда я погрузился в фотографию, я понял, что абсолютно не хочу рисовать.

Обычно художники презрительно отзываются о фотографии. Когда мы учились, нам говорили: ну, фотограф делает картинку одним нажатием кнопки, тогда как мы, художники, сначала создаем ее в сердце, потом в мозгу, а затем уже творим. Неправда! У фотографа совершенно другое видение, другая реакция и другой образ мыслей. Я имею право так говорить, потому что, будучи художником, занимаюсь творческой фотографией.

Снимая повседневную жизнь, придя к жанровой фотографии, я нуждался в векторе, дающем направление. Я учился на русской фотографии, перемолотив огромную массу снимков в интернете и, прежде всего, выделяю Георгия Пинхасова, которого считаю своим учителем в цвете; Сергея Максимишина, на фотографии которого я опирался в его умении выстраивать кадр, создавать фотоистории. Но если говорить об учителе, который давал советы и учил примером, - это Сергей Анатольевич Осьмачкин, старейший российский фотограф, известный фотожурналист, мой близкий друг. Кстати, он подарил мне мою первую цифровую «зеркалку», которой я пользуюсь по сей день.

- И вас совсем не тянет рисовать?

- Я храню свои старые живописные и графические работы, фотоколлажи, иногда с ностальгией их перебираю, бывает, руки чешутся взяться за кисть, карандаш, но какой-то внутренний барьер меня останавливает. Видимо, чтобы вернуться к изобразительному творчеству, нужно вновь пережить что-то очень сильное…

- Чем, по-вашему, живет сегодня узбекская фотография?

- Повторюсь, как в других интервью: я не стал бы говорить об узбекской фотографии как о явлении. Скорее, это массовое увлечение фотолюбителей. Многие занимаются коммерческой фотографией: свадебной, студийной, всякого рода «love story». Людей же, снимающих документальную, стрит-фотографию, можно пересчитать по пальцам. Я говорю не о тех, кто выходит с фотокамерой по выходным или праздникам и делает несколько фотографий для себя, а о тех, кто работает постоянно. Среди них, кого знаю лично, – старейший ташкентский мастер Виктор Иванович Ан, Михаил Головачев, Ленур Ахметов, Умида Ахмедова. Ну и, слава Богу, есть я, Анзор Бухарский, который покорно служит этому искусству и надеется никогда не свернуть с выбранного пути. Не ошибусь, если скажу, что являюсь лицом узбекской фотографии (смеется).

- Но у нас есть еще и так называемое актуальное искусство?

- В Центральной Азии существует костяк «современных художников» из Казахстана, Киргизии, Узбекистана и Таджикистана, занимающихся концептуальным искусством, которые хорошо знают, где и как дают гранты. Под эти гранты они предлагают проекты, как правило, высосанные из пальца – на основе информации из книг, интернета, которую они слегка перерабатывают, меняют название и выдают за «свое».

В этот «круг» невозможно попасть человеку со стороны. И когда в 2009 году я оказался в числе «молодых художников» на 53-й Венецианской биеннале, они все удивленно на меня смотрели, мол, откуда ты такой взялся. А я их и знать не знал, поскольку никогда не занимался «современным искусством», и на биеннале попал благодаря интернету: куратор Центральноазиатского павильона случайно наткнулась на мои фотоколлажи, и организаторы пригласили меня в Венецию.

Позже я понял причину недоумения по поводу моего участия в биеннале. Дело в том, что это устоявшаяся региональная группа (три-четыре человека из Ташкента, семь-восемь – из Казахстана, столько же – из Кыргызстана, человека три – из Таджикистана), и все они по очереди ездят на ту или иную выставку, показывая свои «проекты», и следят за тем, где мелькнет тот или иной грант. И если я вдруг на «халяву» захочу куда-нибудь «прокатиться», то я более чем уверен, что мне туда дорога заказана.

Причем так называемые современные художники не пошевелят и пальцем, чтобы сделать что-то для истории, работая в жанре «однодневного искусства». И такая тенденция характерна для современного искусства во всем мире, когда даже бывшие домохозяйки, беря в руки фотогаджет, становятся «концептуальными художниками». Скажем, автор снимает в разных местах унитазы, потом пишет «концепцию», где по цвету следов испражнений на фаянсе, по их оттенку можно судить о том, что едят люди в той или иной стране. Дарю эту тему, если вдруг решите заняться концептуальным искусством (смеется). Главное, чтобы все было аккуратно выстроено в хронологическом, смысловом или каком еще порядке, приправлено «концептуальным соусом». Многое потом очень даже хорошо продаётся. И это при том что поистине высокопрофессиональные художники с большой буквы, порой никому не известные, прозябают в нищете, пока аферисты от искусства возят по миру свои проекты-однодневки.

- Анзор, вы называете себя «сетевым фотографом». Собственно, известность пришла к вам благодаря интернету: начав практически с нуля, вы за короткий срок стали узнаваемым фотографом. Прямо «феномен Бухарского» какой-то!

- В узких фотографических кругах (смеется). Выставляясь на фотосайтах, я решил придумать себе псевдоним и поначалу был «Бэтманом» – простенько и со вкусом. А поскольку публиковал фотографии с характерными для Средней Азии национальными типажами: в тюбетейках, чапанах, на ишачках - то, чтобы обозначить место, где живу, со временем добавил – Бухарский. Позже я вернулся к своему настоящему имени и с 2008 года решил, что во всех публикациях и на выставках буду Анзором Бухарским. И сетевым фотографом я стал благодаря интернету. На мой взгляд, это новый, зарождающийся жанр фотографии. Уверен, что со временем все фотографы станут сетевыми, как полностью сетевой станет и журналистика.

Так получилось, что интернет не просто часть моей жизни, а ее огромная составляющая. Это и моя библиотека, и моя аудитория, и круг моих знакомых, друзей. Интернет занимает две трети моей жизни. Я не из тех людей, которые плачут по старым временам, говоря, «как раньше было замечательно общаться вживую, чего мы лишены сегодня». В Бухаре общаться стало не с кем – девяносто процентов моих друзей уехали в Россию, остальные разъехались по всему миру, единственное средство общения с ними – интернет. При этом я обрел множество новых друзей и поклонников своего творчества.

- А социальные сети раскрыли еще одну грань вашего таланта – дар рассказчика. Теперь ваши друзья в «Фейсбуке» ежедневно читают зарисовки Анзора Бухарского о Бухаре и ее жителях, которые «тянут» на небольшие рассказы. Нет ли желания попробовать себя в литературе?

- На самом деле, это всего лишь попытка диалога с моими друзьями, которых у меня на «Фейсбуке» более четырех тысяч, включая подписчиков. Со многими из них я состою в личной переписке. И когда я делаю эти зарисовки, то во мне, наверное, играет восточная кровь некоего азиатского акына, который описывает все, что видит вокруг.

Бегая по утрам или просто прогуливаясь, я вижу массу забавных маленьких происшествий, которые большинство людей не замечает, но мне, как художнику, они бросаются в глаза и врезаются в память. Чтобы не забыть, я быстренько, прибежав домой, записываю эти впечатления на компьютер, а наиболее, на мой взгляд, интересные зарисовки выкладываю в сеть.

Расскажу одну историю. Я давно мечтал о сенсорном телефоне с фотокамерой хорошего разрешения, чтобы всегда иметь его при себе и фотографировать всё замечательное, что тебя окружает, поскольку невозможно всюду носить с собой огромную «зеркалку». Однажды я просто написал, как мечтаю об «айфоне». Господа, вы не поверите, мои поклонники из Кузбасса прислали мне на днях вот этот телефон (показывает). Андрей, Виталий, спасибо вам!

Получается, что виртуальное общение вдруг материализуется! Многие недооценивают могущество интернета. А в интернете постоянно зарождаются какие-то идеи, на первый взгляд, совершенно бредовые, которые при большом желании воплощаются в жизнь. Благодаря интернету получились мои чудесные выставки в Москве в галерее ИТАР-ТАСС, в Новосибирске, Барнауле и других городах. Почти вся моя фототехника – штатив, фотокамеры, объективы – подарена мне друзьями, сам бы я не смог все это приобрести.

- Как сегодня живется Анзору Бухарскому в благословенной Бухаре?

- Я как марсианин, не состою ни в каких творческих сообществах. Есть у меня пара друзей-фотографов, занимающихся свадебной и студийной фотографией. Кстати, я и сам с удовольствием снимаю свадьбы и детские утренники. На сегодняшний день это, пожалуй, единственный для меня реальный доход. Документальная фотография сегодня не востребована не только в Бухаре или Ташкенте, но и, пожалуй, нигде в мире. Я нахожу подтверждение этому, общаясь со своими российскими коллегами. Если в начале девяностых на волне бума, поднятого падением «железного занавеса», документальное фото, подогреваемое интересом к доселе «чуждым» и неизвестным культурам, было востребовано, то сегодня, с упадком журналистики во всем мире, оно теряет свое значение. А фотографы-документалисты снимают, большей частью, для себя и своих друзей, радуясь от осознания того, что сделали хорошие фотографии…

- Традиционный вопрос: ваши планы на будущее?

- В октябре и ноябре меня приглашают в Россию – членом жюри двух больших фотоконкурсов. Есть и грандиозные долгосрочные планы. Хочу накопить денег на фотоаппарат моей мечты. Путешествовать по миру, устраивать выставки. Что касается личной жизни, хотелось бы встретить женщину, которая будет относиться с пониманием к тому, чем я занимаюсь, ибо быть спутницей жизни творческого человека непросто…

Павел Кравец, Бухара - Ташкент

Фотографии Анзора Бухарского — в Галерее.Ферганы.Ру

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА

Паблик «Ферганы» в Фейсбуке