14 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Роман «Камила»: Болливудские страсти в Ферганской долине. Ни грамма искренности, ни слова правды

Слева — обложка книги «Камила»

В конце августа 2013 года в Бишкеке прошла презентация романа Рахима Каримова «Камила», проведенная издательским домом Silk Road Media и Hertfordshire Press при поддержке HELVETAS Swiss Intercooperation (полный текст романа представлен здесь). Как следует из сообщения для прессы, роман стал победителем в конкурсе «Книжное Искусство -2005», проводившимся в Бишкеке. В том же году кыргызстанская Книжная палата признала роман национальным бестселлером. Книга была выдвинута на государственную премию Токтогула. Роман участвовал в российских конкурсах «Заветная мечта», «Большая книга» и был награжден литературной премией Молдо Нияза. Сообщается, что роман «Камила» издан на узбекском, киргизском и русском языках. В 2012 году роман Рахима Каримова завоевал почетное второе место на международном литературном фестивале Open Central Asia Book Forum & Literature  Festival  2012.

Член Национального союза писателей Украины, член ПЕН-клуба, доктор философских наук Рустем Джангужин прочел роман и написал на него рецензию, которую «Фергана» предлагает своим читателям.


Роман узбекско-киргизского автора Рахима Карима вызвал у меня интерес особый. Надо ли говорить о том, что интерес этот связан для меня, прежде всего, с хроническим обострением межэтнических отношений между основными группами, населяющими Ферганскую долину. Как представляется, художественный текст может выполнить в сложившейся конфронтационной ситуации миротворческую функцию, примирив противоположные стороны посредством художественного слова – извечного медиатора и коммуникатора отношений между различными культурами, традициями и экзистенциальными предпочтениями.

Кроме того, поскольку роман участвует в номинации международного конкурса, он вызывает к себе особый интерес. В том числе, особой философией восприятия мира и персональной экзистенцией людей, живущих в необыкновенно интересном регионе евразийского континента, помнящего различные историко-культурные пласты сменяющих друг друга, смешивающихся друг с другом цивилизационных дискурсов.

Ферганская долина, расположенная в самом центре Великого Шелкового пути, представляет собой контактную зону цивилизаций Востока и Запада, ее демографическая структура может рассматриваться в качестве модельного объекта для анализа процессов, протекающих в глобализационном пространстве современного мира.

На основании сказанного можно было бы предположить, что автор «Камилы» попытается выстроить «тело» своего романа, исходя из реального социально-культурного контекста жизни тех людей, о которых он пишет. Кроме того, обратило на себя внимание название романа, обозначенное именем женщины. Подобный гендерный подход к художественному тексту давал надежду, что сага о жизни девочки-девушки-женщины может стать определяющим фактором при написании и интерпретации романа, как развернутой панорамы жизни и судьбы женщины в условиях традиционных приоритетов, связанных с мужским восприятием жизни и его ценностными ориентирами.

Увы! Рецензируемый роман таковым не стал. Прежде всего, по причине снижения автором действительного уровня реальных экономических, социально-политических и иных проблем. Выйдя за пределы этого круга проблем, автор сознательно пошел по пути народного лубка, использовав соответствующие художественные и речевые фигуры-клише.

Допустим, это право самого автора выбирать жанр и формат своего произведения. В конце концов, в подобном подходе может быть заложена своя эстетика, адресованная совершенно конкретной категории читателей. Создал ведь индийский Болливуд индустрию кинематографического «слезоточивого» видеоряда особой «эстетики сказки», подчеркнуто отличной от жестких реалий людей.

В этом жанре свои закономерности и правила построения сюжета, свои жизненные коллизии, жестко закрепленные сюжетной линией, свои «эмоциональные ниточки», дергая за которые, автор вызывает слезы отчаяния или восторга, гнев и несбыточные надежды у своего читателя. Говоря иначе, в каждом сложившемся жанре имеется свой арсенал выразительных средств и сюжетных линий, благодаря которым автор воздействует на эмоции и разум своего читателя.

Однако разговор об эстетической «системе координат» с перечислением арсенала композиционных приемов и выразительных средств не входит в задачи нашей рецензии на роман Рахима Карима «Камила». Задача автора скромнее – попытаться реконструировать основные сюжетные линии и художественные средства, использованные автором в своем романе, и на этой основе осуществить попытку оценить роман в качестве художественного произведения.

Как представляется, сюжет романа калькирует традиционный и универсальный сюжет о Золушке. Бедной сиротке, которую спасла добрая женщина - сестра Золушки-Камилы - и которая попадает под неусыпное преследование злой мачехи, которая строит всевозможные козни.

К счастью для Камилы, все усилия злой мачехи –Дильфуз – отравить ей жизнь проваливаются. Справедливость торжествует!..

Другой, пересекающийся, сюжет романа – несчастная любовь матери Камилы – Гуландом и ее возлюбленного Масуда выступает системообразующим макро-сюжетом разыгранной автором драмы. Родители Масуда женят его на нелюбимой – Дильфуз. Реакция Гуландом на предательство Масуда оказалась в высшей мере трагичной – она умирает во время родов, которые проходили одновременно со свадьбой ее несостоявшегося жениха.

Камила воспитывается одинокой сестрой своей матери Айбаршин в постоянной нужде. Однако трудолюбие и неприхотливость тетушки и девочки-сиротки спасает их от жизненных невзгод, и Камила, благополучно закончив учебу в школе, едет поступать в областной центр, чтобы получить высшее образование.

Дальнейшие события происходят в полном соответствие с болливудским сюжетом. Поссорившись с женой, местный олигарх Масуд мчит на бешеной скорости на своем роскошном «лимузине» и сбивает девушку. Разумеется, прозорливый читатель и почитатель индийских мелодрам без труда догадывается, что Масуд сбивает на своей машине собственную дочь. Обе стороны – и пострадавшая, и виновник аварии – проявляют себя в высшей степени благородно: Айбаршин не заявляет на виновника аварии в правоохранительные службы, а Масуд берет на себя тяжелое материальное бремя по лечению своей жертвы. В последующем он узнает о том, что Камила является его родной дочерью от брошенной им безутешной Гуландом.

Это узнавание радикально меняет жизнь Камилы. Из бедной Золушки она превращается в яркую красавицу, получившую от обретенного вновь отца более чем приличный пансион.

Хэппи энд?!! Ничего подобного! По закону жанра, на сцену выходит злая мачеха Дильфуз, и жизнь Камилы превращается в кошмар.

Однако читатель, прошедший школу фильмов Болливуда, следя за перипетиями, не теряет надежду на то, что все образуется наилучшим образом.

И читатель прав - так и происходит. Камила выходит замуж за достойного молодого человека Кабыла и становится счастливой матерью троих детей и директрисой кишлачной школы. В свою очередь, злая мачеха Дильфуз после душевного кризиса, связанного с гибелью непутевого сына, перерождается в кающуюся и нежнейшую женщину…

Определяя жанровую принадлежность романа, можно говорить о том, что это – бытовая мелодрама, построенная на отработанных, второсортных клише.

Чего стоят описания чувств влюбленных героев романа – это ни что иное, как стандартные фразеологические фигуры-виньетки, в искренность которых как-то не очень верится. И которые уж тем более не хочется цитировать.

То же относится к авторским характеристикам героев. Представляя Кабыла, автор утверждает, что он материалист, но тут же пишет о духовном богатстве своего героя, нимало не заботясь об обосновании своего комплиментарного определения.

При этом, текст романа грешит множеством неточностей. Не буду компрометировать автора их перечислением и укажу только на одну из них. Завязка любовных отношений Камилы и Кабыла началась с того, что влюбленный юноша приглашает девушку на… «белый танец»...

Издавая русскоязычную версию романа, автор и издатель просто обязаны учитывать семантику русского языка. Хорошее, на слух узбека или киргиза, имя Кабыл по-русски звучит отнюдь не благозвучно и невольно ассоциируется с «кобылой». Публикуя роман на русском языке, этот нюанс следует учитывать. Иначе русскоязычный читатель воспримет приглашение Кабыла на «белый танец» буквально.

В другом месте автор пишет о своей героине, что она выросла «в недостатке». Это как?..

Автор мог несколько улучшить ткань романа, когда попытался ввести анималистическую метафору, связанную с метафизическими размышлениями осла о смысле жизни. Но и в этой части тезисы автора оказались скудными и банальными (и в самом деле - ослиными). В другом месте автор попытался использовать сюжет древней легенды о расколотом камне, спасающем девушку от насильственного замужества. Но и здесь автор не смог связать глубинный философский смысл легенды с сюжетом своего романа.

Подводя краткий итог сказанному, приходится констатировать, что роман «Камила» - несостоявшееся произведение. Как с точки зрения художественных средств, использованных автором, так и с точки зрения мировоззренческих позиций, которые у автора выражены (выражены ли?) крайне слабо.

Более менее осведомленный читатель не может не обратить внимание на явные натяжки. Известно ведь, что плотность населения в Ферганской долине - почти 600 человек на квадратный километр. Что в России вынужденно работают на самых унизительных условиях несколько миллионов гастарбайтеров - этнических узбеков. Что Ферганская долина является транзитной зоной наркотрафика. Что в регионе сохраняется высокая степень межэтнической ксенофобии, приводящей к межэтническим столкновениям.

И на фоне этих проблем предпринимательская успешность Масуда вызывает определенные вопросы об источниках его доходов, на которые у автора, похоже, нет вразумительных ответов. Откуда у него сверх-прибыль? Столь же подозрительны успехи фермера Кабыла, сумевшего за относительно короткое время войти в число местных олигархов.

Отнюдь не уверен, что сторонний читатель примет на веру заверения автора в легитимности их бизнеса. Ну, а местный читатель все поймет и без посторонней подсказки… Как говорят в тех краях: «Знающий – промолчит. Умный догадается»…

Рустем Джангужин, член национального Союза писателей Украины, член ПЕН-клуба, доктор философских наук.

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА