24 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Узбекская «резервация» корейской компании, или Против несогласных все средства хороши?

Старое и ветхое жилье надо сносить, а на его месте следует строить новое, современное. С таким утверждением не поспорит никто. Однако власти Ташкента, освобождая пространство для проектов иностранного застройщика, сносят жилые дома, совершенно не заботясь о жителях, чью недвижимость разрушают. Людям предоставляют совершенно неадекватные, непригодные для жизни квартиры на окраине города. В спорах и трениях, длящихся годами, местная милиция и суды неизменно занимают позицию власти, отказывая гражданам в удовлетворении их претензий.

* * *

Южно-корейская компания «Somang Development Korea» (в недавнем прошлом ООО ИП «He Development Korea»), инвестировавшая в узбекский строительный бизнес, в сентябре обратилась в Яккасарайское РУВД узбекской столицы с заявлением о возбуждении уголовного дела против матери-одиночки из Ташкента Наили Шарафутдиновой, которая якобы занимается распространением «заведомо ложной и порочащей имидж компании информации». Об этом женщина узнала совершенно случайно в прошлый понедельник, 16 сентября, будучи в райуправлении милиции по следам заявления о факте кражи в собственной квартире. На самом деле квартиру в отсутствие хозяев 29 августа вскрыли не бандиты и воры, а члены так называемой «комиссии по выселению», намеревавшиеся вывезти (без согласия на то пострадавших Шарафутдиновых) содержимое жилья по другому адресу. Часть вещей при этом оказалась на мусорке, часть ко времени приезда хозяев уже разобрали бомжи, а драгоценности и деньги из квартиры просто-напросто исчезли в неизвестном направлении (полную опись своих вещей от организаторов насильственного «переселения» владелица не может получить до сих пор).


Дом №18 по ул. Баходыра, который сносят

«Узбекская резервация» корейцев?

Обращение пострадавшей Наили Шарафутдиновой в Яккасарайское РУВД с требованием возбудить уголовное дело по фактам незаконного вторжения в чужое жилище и кражи драгоценностей и денег так и не было услышано правоохранителями. Пятого сентября заявительница получила официальный ответ-отказ с формулировкой «в связи с отсутствием состава преступления».

Для взломщиков с госстатусом, удобно расположившихся под крылом вольно чувствующих себя в Узбекистане иностранцев, все оказалось предельно просто, а посему женщину с ребенком-школьником на руках играючи выдворили из их неприкосновенной частной жилой собственности в центре города и теперь во что бы то ни стало пытаются загнать в лишенный нормальной инфраструктуры район. Для людей, знающих географию Ташкента, отметим, что это - район Сергелей близ дороги от задней стороны аэропорта в сторону Куйлюка, где нет ни одной русскоязычной школы, а до ближайшей автобусной остановки идти не менее двадцати минут.

«В моем теперь уже бывшем доме №18, кв. 2 по ул. Баходыра, несмотря на преднамеренно выбитые стекла и полуразрушенные коммуникации, до сих пор проживает семь семей, которым, видимо, не могут подобрать квартиры «по статусу», - устало рассказывает Наиля Аббасовна. – Меня с дочкой приютила наша правозащитница Татьяна Довлатова, спасибо ей огромное. В преддверии холодов бесправные люди с выселяемого участка (а их на «красной зоне» сотни) живут как на пороховой бочке, младенцев здесь последние шесть с лишним лет не прописывают, родные с грустью называют их «детьми космоса». У пожилых не выдерживает сердце, за годы кошмара немало стариков ушло из жизни; участился суицид…».

По словам Наили Шарафутдиновой, сегодня зона предполагаемой застройки напоминает самую настоящую резервацию – со всеми вытекающими отсюда запретами-табу для простых смертных. Очевидцы вспоминают, как сразу же после принятия Ташгорхокимиятом решения о выделении гигантских 5.1 гектаров земли под элитную застройку, у входа в махаллинский комитет «Урикзор» был установлен внушительных размеров плакат с устрашающим текстом о том, что в отношении «нарушителей» предписанного режима нахождения на «запретной» зоне будут предприняты карательные меры. Потом его сняли – видимо, подействовали критические интернет-публикации.

К слову заметить, в непосредственной близости к месту массовой «очистки» возвышается свежевыстроенный трехэтажный особняк с подвальным помещением и приусадебными пристройками главы местной махалли «Урикзор» Убайдуллы Асадова, выросший за рекордно короткий срок – год с небольшим. Ровно столько времени руководит махаллинским сходом граждан и сам новый назначенец-пенсионер Асадов, в прошлом сотрудник правоохранительных органов, один из сыновей которого имеет высокую должность в ГУВД. Как ни странно, «красная линия» обошла его хозяйство стороной…

Кому живется вольготно в Узбекистане?

Так что же «обидело» главу «Somang Development Korea» господина Шин Йонгмуна, что он даже решил прибегнуть к безотказному в узбекских реалиях инструменту давления на несогласных – суду? Причина банальна - действия по защите собственных прав имущественника Шарафутдиновой, рассказавшей в одном из своих недавних интервью независимой информационной службе Uznews.netо произволе «штабников» южно-корейской компании совместно с чиновниками госвласти, что с позиции «всесильных» квалифицируется не иначе как «умышленные преступные деяния», направленные на подрыв имиджа иностранной компании.

Хотелось бы спросить у местных чиновников и судей: с каких это пор у нас в стране выдворение из неприкасаемого жилища беззащитной женщины, вашей соотечественницы, с несовершеннолетним ребенком вопреки ее воле (причем, в отсутствие хозяев и в нарушение закона), считается менее опасным преступлением, нежели «причинение вреда имиджу» иностранной компании, не желающей уважительно относиться к законам чужой страны и к конституционным правам ее граждан?!

«Этим людям, включая юриста иностранной строительной компании Джульетту Нуруллаеву, наша с дочкой история выживания, разумеется, не интересна, - в сердцах сетует Наиля Аббасовна. – Поэтому они закрыли глаза и на тот факт, что нам с дочкой пришлось некоторое время провести на больничной койке – после того, как обвалилась часть отсыревшей стены и потолка – результат не понятно каким образом прорвавшихся труб в пустующей квартире над нами (нас сильно затапливали дважды). Моя Диана и по сей день нуждается во врачебном уходе после сильнейшего сотрясения мозга».


Шарафутдинова с дочерью

Не мытьем, так катаньем

Шарафутдинова была одной из немногих, кто до последнего не соглашался с неправомочным решением властей (под диктовку южно-корейской компании) покинуть место своего постоянного жительства и добровольно переехать в новое жилище, не равноценное прежнему. Куда она только ни обращалась, чтобы отстоять свои гражданско-конституционные права, но все безрезультатно. Суды разных инстанций, надзорные органы и прочие-прочие, как и следовало ожидать, выдавали отчаявшейся, но не сломленной женщине продублированные ответы-отписки, напрочь игнорируя жилищные нормативы и доводы пострадавших. Почему-то чиновники различных мастей предпочитали верить «крутому» корейскому бизнесмену Йонгмуну, утверждавшему, что семье Шарафутдиновых для переселения из сносимого дома были созданы наиблагоприятнейшие условия, и никаких фактов грабежа, дескать, у них в квартире выявлено не было.

Дошло до того, что со стороны организаторов акции в ход пошли даже откровенные факты подделок документов и личной подписи выселяемой…

«Находясь в прошлый понедельник в кабинете у следователя Алиева, которому поручено вести мое дело об ограблении, среди прочих документов я с удивлением обнаружила ксерокопию уведомительного листа о принудительном выселении с… моей личной подписью, - возмущается Шарафутдинова, - которая мастерски перенесена посредством компьютерных уловок с другого документа. Рядом значатся приписанные чужой рукой слова «карор» (с узбекского - «решение») и «получила», а для пущей убедительности именно это место листа, прежде чем его копировать, предусмотрительно как бы загнули вовнутрь». Таким способом, как считает пострадавшая женщина, хитроумные «кулибины» хотели выдать желаемое за действительное – любыми махинациями заручиться якобы ее собственноручной подписью.

«Поскольку я изначально категорически отказалась ставить свою подпись в уведомлении (что автоматически означало бы мое согласие с условиями застройщиков), пока те не удовлетворят мои конституционные права и не ответят перед законом за содеянный произвол, они не побрезговали даже таким уголовно наказуемым деянием, как подделка чужой подписи, - продолжает Наиля Аббасовна. – Видимо, надеясь, что этот документ, предназначенный для сугубо внутренней отчетности «команды по выселению», никогда не попадется мне на глаза».

Именно по этой причине следователь районной милиции категорически отказался выдать женщине его копию, а тем паче запретил его фотографировать, ссылаясь на распоряжение своего начальника. Впрочем, по данному вопиющему факту Шарафутдинова собирается обратиться с заявлением о проведении почерковедческой экспертизы. Хотя и здесь шансы на непредвзятость и неподкупность соответствующих специалистов у нее невелики…

Еще одна любопытная деталь, имеющая отношение к нечистоплотности «переселенческого штаба», касается фальсификации срока постройки ее родного дома № 18 по ул. Баходыра, отныне приговоренного к сносу. Согласно свидетельствам очевидцев-старожилов, вселившихся в него с первых дней сдачи в эксплуатацию, он был построен в 1961 году. То же самое подтверждает и «Техническая характеристика», предоставленная ТЧСЖ «Авлоний-коммуналчи», куда входит упомянутое домостроение, для произведения оценочных работ. Однако в исследованиях, проведенных Центром судебной экспертизы им. Х. Сулаймоновой, в графе «Описание объекта исследования» указана иная дата постройки – 1950-й. Мог ли многоопытный эксперт Э. Хаялиев из ЦСЭ ошибочно не принять во внимание столь существенную разницу дат? Вряд ли.

Странность в расхождении дат, со слов Наили Аббасовны, объясняется просто: дом «состарили» сознательно, так как начисляемый на него износ завышается на целых 11 лет, при этом фатально снижая рыночную стоимость данной недвижимости. Итог - затратный подход эксперта Хаялиева (можно перечислить еще ряд пунктов дурно пахнущих нарушений с его стороны) к оценке жилого дома № 18 вступает в явное противоречие с требованиями закона «Об оценочной деятельности».


Местные жители свидетельствуют: в 1954 году строительство этого дома даже не начиналось

«Мое требование о назначении повторной судебной строительно-технической экспертизы всеми правдами и неправдами было отклонено, хотя круговую поруку всех этих горе-специалистов видно было невооруженным глазом», - женщина в оцепенении от противоправных действий тех, кто по долгу службы обязан не допускать посягательства на частную собственность и не навязывать собственнику заведомо неприемлемых условий проживания.

Спорное место под солнцем

Невиданная по своему произволу акция компании «Somang Development Korea» по принудительному выселению рядового населения из «элитной зоны» при завидной поддержке со стороны местной власти продолжается уже без малого 6 с половиной лет. Конфликт то разгорается, то затухает, но о примирении сторон не может быть и речи. Беззащитные граждане большей частью вынуждены проигрывать перед мощью иностранного капитала: таковы законы «дикого» рынка с правилами игры на современный узбекский лад.

За эти годы оказались неисповедимы пути бывших хокимов, затеявших в мае 2007-го эту финансовоемкую игру с человеческими судьбами в угоду иностранному капиталу. Экс-хозяйственник Ташкента Абдукаххар Тухтаев и его экс-подчиненный из Яккасарайского района Валижон Мулладжанов за крупные экономические преступления и многочисленные аферы с недвижимостью и строительством отстранены от занимаемых должностей, однако, благополучно доживают свой век на свободе. Буквально недавно, по следам одной из интернет-публикаций о беспределе вокруг сноса и выселения задержан силовиками грозный судоисполнитель Яккасарайского района Бекзод Азимов, которого семья Шарафутдиновых считает едва ли не самым главным участником взлома своей квартиры и свалившихся на их головы бед.

В некогда жизнерадостном минводхозовском доме № 18, в настоящее время напоминающем дом-призрак с выщербленными глазницами окон, жизнь едва теплится. Оставшиеся немногочисленные жильцы ждут, когда и главное – куда - их в приказном порядке скоро выселят, уповая успеть переехать на новое место до наступления холодов.

А Шарафутдиновы не спешат за ключами от ненавистной им квартиры в Сергелях, куда «заинтересованные лица» пытаются вселить их путем шантажа и угроз.

Международное информационное агентство «Фергана»




  • РЕКЛАМА