14 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

В Канаде права женщин важнее прав мужчин?

21.01.2014 18:28 msk, Бахтияр Шахназаров

Миграция  Права человека Криминал Турция Общество

Я с большим интересом прочел на «Фергане» статью «Узбекистан: В гендерном вопросе царит закон силы, а не сила закона». И решил показать, как гендерный вопрос решается в Канаде, где я живу и работаю.

Каждая страна имеет свое законодательство, которое во многом создается с учетом образа жизни, культуры, религии и даже экономического благополучия большей части населения. Однако истина в том, что ни один закон не является совершенным. На практике можно проследить, какие изъяны имеет каждый из нормативных актов. Поэтому не следует проникаться «продвинутостью» какого-либо закона в отдельно взятом государстве.

О каждой стране есть сложившиеся стереотипы. Например, Канаду некоторые люди обозначают тремя буквами W: Weather, work, women, что означает «погоду» - из-за холодных климатических условий, «работу», иметь которую очень важно, чтобы жить в материальном благополучии и, как ни странно, «женщины», которые, согласно стереотипу, в Канаде имеют больше прав, чем мужчины, хотя конституционная Хартия прав и свобод заявляет, что все люди имеют равные права.

Как же эти права соблюдаются на практике? Приведу подробности уголовного дела, возбужденного в отношении одного из моих клиентов, а читатели смогут сделать вывод сами.

В 2001 году мой клиент Седат Яйлачам эмигрировал из Турции в Канаду, позже привез туда и жену с двумя детьми, которые через несколько лет из-за семейных проблем возвратились на родину. Сам Седат снова оказался в Канаде в 2010 году.

В 2011-м, когда дело о разводе Седата с женой рассматривалось турецким судом, мой клиент познакомился в интернете с красивой женщиной по имени Сара. Они стали встречаться. Вскоре Седат сделал Саре предложение и подарил ей кольцо стоимостью 800 долларов. Несмотря на серьезные намерения молодого человека, Сара по какой-то причине продолжала скрывать от него свое настоящее имя – Санья.

Санья была очень замкнутой женщиной, у нее не было подруг. Седату она сообщила, что была изнасилована в бывшей Югославии во время гражданской войны. Седат старался всячески поддерживать ее, с пониманием относился к ее капризам. Временами у Саньи происходили нервные срывы, но Седат старался не отвечать ей агрессией. Он молчал даже тогда, когда из-за ее побоев на его теле появлялись синяки и раны. Хотя, действия Саньи квалифицируются как уголовно наказуемое преступление, Седат даже и не думал звонить в полицию с жалобой на Санью: по национальной традиции, в Турции мужчины не жалуются полицейским на женщин.

Но однажды терпению Седата пришел конец. 25 февраля 2012 года на своей машине он вез Санью в больницу. По дороге Санье показалось, что они не свернули с трассы в нужном месте. У нее началась истерика, она стала бить баклажкой находящегося за рулем Седата, пинать его ногой, сломала две кнопки на передней панели автомобиля. В результате побоев Седат потерял двадцать процентов слуха на правом ухе, у него возникли и другие проблемы со здоровьем.

После инцидента Седат решил порвать отношения с Саньей и попросил ее вернуть ему лэптоп, мобильный телефон и кольцо. Однако женщина не только отказалась выполнить эту просьбу, но и пригрозила Седату расправой, призвав на помощь брата. Когда Седат заявил, что подаст на нее в суд, если она не вернет его вещи до 8 марта, Санья ответила, что он ничего не добьется, так как Канада является «страной женских прав», а она не желает больше его видеть.

Если бы Седат знал, к каким последствиям могли привести угрозы Саньи, он бы сразу отказался от идеи вернуть свои вещи...

Поздним вечером 8 марта 2012 года Санья собрала все вещи Седата в узелок и отправилась в полицию, где попросила полицейских передать узелок Седату. Полицейский стал расспрашивать Санью о причине ее просьбы. Женщина заявила, что Седат плохо к ней относился и однажды дал ей пощечину. Тут-то и запустилась правовая система, поскольку, согласно Уголовному кодексу Канады, пощечина является уголовно наказуемым деянием.

В полночь двое полицейских пригласили Санью в комнату для дачи видео-показаний. Женщина-детектив всячески пыталась убедить Санью дать показания, неустанно называя Седата преступником, который понесет наказание за содеянное, но предупредила посетительницу об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Санья испугалась ответственности и призналась, что когда Седат вез ее в больницу, у нее был нервный срыв, и она ударила его. Затем женщина наотрез отказалась давать показания против Седата.

Несмотря на это признание, детектив не приняла никаких мер в отношении Саньи и выписала ордер на арест Седата.

Полвторого ночи двое полицейских приехали к Седату, надели на него наручники и доставили в полицейский участок.

Выслушав информацию о причине своего задержания и узнав настоящее имя Саньи, Седат стал категорически отрицать предъявленные ему обвинения. Но женщина-детектив, которая допрашивала Седата, упорствовала и даже придумала дату, в которую, якобы, он и шлепнул «потерпевшую» по лицу.

Между тем, учитывая, что «потерпевшая» отказалась давать дальнейшие показания, не смогла назвать дату, когда она якобы подверглась насилию (пощечина) и, тем более, призналась в избиении обвиняемого, Седата можно было отпустить домой под расписку или закрыть дело за недостаточностью фактов. Однако, чтобы показать, кто же на самом деле является хозяином положения, женщина-детектив назначила Седату обыск нагишом, хотя его уже обыскивали и ничего противозаконного не нашли. Согласно Хартии прав и свобод, безосновательный обыск нагишом является грубейшим нарушением прав человека.

Седату предъявили обвинение по ст.266 («применение насилия») Уголовного кодекса Канады и отправили его в камеру. Утром привезли в суд, где прокурор предложил сделку: за признание несовершенного им насилия Седату предлагалось «мировое соглашение» (peace bond). Но Седат отказался от сделки и заявил мировому судье о своей невиновности.

Здесь надо отметить, что уголовные суды провинции Онтарио очень загружены, а услуги адвокатов стоят очень дорого. Поэтому почти 90 процентов уголовных дел не доходят до судебного разбирательства и завершаются сделкой с прокурором независимо от того, совершил обвиняемый уголовно наказуемое деяние или нет. Наверное, детектив, допрашивавшая Седата, надеялась, что он признает вину и дело быстро закроется.

Для обывателя ведение уголовного дела без адвоката или паралегала является почти непосильным из-за сложности самого процесса. Поэтому, Седат решил нанять представителя и поговорил с несколькими адвокатами. Но все они дружно посоветовали пойти на мировую и отказались вести его дело.

Первоначально, слушание по делу Седата было назначено на 1 ноября 2012 года. Его выпустили из-под стражи под поручительство друга. При этом Седату было выставлено пять ограничивавших его права условий. К примеру, он не должен вступать в какую-либо связь с «потерпевшей» и приближаться к ней ближе, чем на 200 метров, но обязан жить по месту жительства своего поручителя.

В апреле Седат подал в суд заявление с требованием к Санье вернуть его вещи. В своем ответе в суд Санья признает, что указанные вещи находятся у нее, и пишет о своей готовности вернуть их. Данный судебный процесс приостанавливается до завершения уголовного дела.

Месяц спустя Седат, знавший, что Санья незаконно получала пособие по безработице, сообщил об этом в соответствующую инстанцию. В отместку или нет, но в июне Санья заявила в полицию о том, что Седат докучает ей телефонными звонками и что она записала телефонные разговоры с ним.

Не проверив факты, полиция опять арестовала Седата. На этот раз ему были предъявлены дополнительные обвинения в нарушении условий его освобождения.

За три дня до своего второго ареста Седат нанял меня в качестве своего законного представителя (в провинции Онтарио лицензированные паралегалы могут представлять интересы лиц, в отношении которых возбуждены легкие уголовные дела, summary offences. – Прим. авт.).

Нарушение условий освобождения считается серьезным преступлением. Седату пришлось провести пять дней в тюрьме вместе с настоящими уголовниками в очень тяжелых психологических условиях, пока я не нашел приемлемого поручителя. На этот раз к условиям освобождения добавились еще четыре пункта. Согласно одному из них, Седату пришлось сдать в полицию свои канадский и турецкий паспорта.

Когда я попросил женщину-прокурора предоставить защите записи телефонных разговоров Саньи и Седата, она долгое время не могла выполнить мою просьбу. В конце концов призналась, что никаких записей нет и в помине, хотя в официальной полицейской хронике писали, что они существуют.

Когда мы проверили четыре телефонных номера, которыми Седат якобы пользовался для контакта с «потерпевшей», выяснилось, что один из них принадлежал факсу, второй оказался вышедшим из пользования номером банка, остальные – таксофонные.

Мой клиент попросил меня поделиться с прокурором фактами, которые доказывали его невиновность по всем предъявленным обвинениям. Седат надеялся, что прокурор закроет дело. Но даже после ознакомления с неопровержимыми доказательствами невиновности моего клиента прокурор не согласилась закрыть дело во время досудебных подготовительных слушаний.

Назначенное на 1 ноября слушание дела в суде было отменено в связи с объединением обвинений в одно общее дело. Лишь 30-31 мая 2013 года в суде по криминальным делам Торонто прошли слушания по делу Седата. Уже в первый день процесса стало ясно, что мой клиент будет признан невиновным в применении насилия. Несмотря на это, перед началом второго дня слушаний прокурор попросила моего согласия встретиться с другим судьей и выслушать его мнение о степени вероятности того, что Седата осудят. Я согласился.

Во время трехсторонней встречи, на которой присутствовали я, прокурор и другой судья, мне пытались внушить, что моего клиента все-таки признают виновным и ему грозит тюремный срок. Прокурор предложила сделку, согласно которой Седат должен быть признать себя виновным по двум обвинениям, за которые не предусматривается наказание в виде лишения свободы, и тогда оставшиеся обвинения были бы сняты.

Когда я вышел из кабинета и рассказал обо всем своему клиенту, он заявил, что не намерен отступать. «Как же я могу признать вину в том, чего не совершил? Если нет справедливости, то я согласен и на тюремный срок», - сказал Седат.

В тот же день судья признал Седата Яйлачама невиновным по всем предъявленным обвинениям и оправдал его. Задуманная «потерпевшей» месть своему бывшему бойфренду за разрыв отношений, переросшая усилиями женщины-полицейского и женщины-прокурора в уголовное дело, получила ожидаемое нами завершение. Напрасно были израсходованы десятки тысяч долларов налогоплательщиков и десятки часов работников правоохранительных органов, которые могли бы заниматься поимкой настоящих преступников.

Мытарства Седата продолжились и после его оправдания. Он не смог своевременно получить сданные в полицию паспорта, что помешало ему съездить в Турцию для участия в выпускном вечере дочери и присутствовать на днях рождения своих детей. В связи с этим он даже подал в суд на полицейскую службу Торонто.

Кроме того, Седат считает, что был дискриминирован сотрудниками полиции из-за его национальности, пола и семейного положения. Его заявление было принято к производству Трибуналом Онтарио по Правам Человека.

По обоим вышеуказанным заявлениям интересы Седата представляю я.

Бахтияр Шахназаров
Об авторе: Бахтияр Шахназаров - лицензированный паралегал (помощник юриста, при наличии лицензии имеет право вести свою профессиональную деятельность наравне с адвокатами), член Ассоциации адвокатов провинции Онтарио, независимый журналист. Работает частным паралегалом и переводчиком в Торонто, Канада. Тел/факс: 1-416-422-4998, мобильный: 1-647-997-7667, емайл: sbakhtier@yahoo.com
Да, Канада действительно является страной равных прав как для женщин, так и для мужчин. Но чтобы убедиться в этом, мужчинам часто приходится пройти через тернии, набравшись терпения, и потратить приличные суммы денег.

Международное информационное агентство «Фергана»




  • РЕКЛАМА