13 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Италия: Узбекского плова в Милане нет, зато есть «казахский русский» магазин

Журналист из Узбекистана побывал в Милане, где не только отдохнул, но и попытался найти ответы на такие вопросы, как: чем занимаются трудовые мигранты из постсоветских стран Центральной Азии, почему в этом городе нет ни одной мечети и в каком миланском кафе или ресторане можно попробовать узбекский плов. Свои впечатления журналист оформил в фото-рассказ, который предложил вниманию читателей «Ферганы».

* * *

Прилетев в Милан, первым делом интересуюсь у своей племянницы Ольги, где в этом огромном промышленном центре можно найти наших, среднеазиатских, гастарбайтеров и чем они здесь занимаются. Ольга живет в Милане уже три года, поэтому быстро выдает нужную справочку.

Вышибалы и проститутки - из Африки и Украины

Гастарбайтеров здесь, действительно, хоть пруд пруди. Значительную их часть составляют жители Африки. Африканки, в основном, работают уборщицами, африканцы - вышибалами или смотрят в магазинах за тем, чтобы кто-нибудь чего-нибудь не стащил, некоторые спекулируют сувенирами и всякой мелочевкой в местах скопления туристов, откуда их время от времени гоняет местная полиция.

Не меньше здесь и жительниц Украины, которые зарабатывают на хлеб насущный, работая, в своем большинстве, сиделками или проститутками. Стоимость услуг последних племянница не знает, а сиделкам платят неплохо - до полутора тысяч евро в месяц плюс бесплатные еда и проживание. Однако местные пенсионеры весьма взыскательны, и можно смело сказать, что эти деньги достаются украинским сиделкам большой кровью.

Что же касается гастарбайтеров из Средней Азии, то привычных для Москвы узбеков и таджиков с метлами и мастерками в руках здесь нет: мои соотечественники еще не успели освоить этот перспективный рынок труда.


В Милане привычных для России гастарбайтеров из Узбекистана и Таджикистана заменяют вот такие ребята. Торговцы сувенирами

Помолиться мусульманину негде…

Огорчившись отсутствием земляков-гастарбайтеров, прошу племянницу рассказать о местной духовной жизни. Меня интересовало, в частности, наличие в Милане мечетей, в которых выходцы из Средней Азии - живущие здесь или заехавшие в качестве туристов - могли бы помолиться Аллаху.

На помощь Ольге пришел ее муж - итальянец Даниэле. По его словам, мусульман в Милане много, но все они - выходцы из разных стран и единства между ними нет. Постоянно выясняют между собой отношения по поводу того, кто правильнее молится Аллаху, и на основе этого спорят, кто настоящий мусульманин, а кто нет. В результате в Милане нет ни одной мечети, а периодически появляющиеся нелегальные места молений, которые организует то одна, то другая группа мусульман, местные власти сразу же ликвидируют.

В то же время жителям Средней Азии, исповедующим православие, в Милане повезло гораздо больше: здесь есть православные церкви, и Ольга обещает отвести меня в одну из них.


Так одна из православных церквей в Милане выглядит с улицы

Православная митрополия Западной Европы

Церковь, куда меня привела племянница, находится почти в центре города - на улице Сан-Григорио возле станции метро «Порто-Венеция». Привычных очертаний православного храма здесь нет – это приземистое, старинной постройки одноэтажное здание из красного кирпича. Впрочем, обязательный элемент церкви присутствует - золотистый купол с крестом вырезан в виде большого щита, прикрепленного к забору. Из надписи на щите следует, что это православная митрополия Западной Европы.

Хотя на стене висят объявления лишь на итальянском и румынском языках, но не на русском, попав внутрь уютного дворика, утопающего в цветах, сразу ощущаешь привычную, радостную атмосферу православного храма. Помещение, где проходят богослужения, сделано из дерева и отделано им же. Церковь по сравнению с местными католическими храмами менее величественна, зато в ней светло, ярко и даже, если так не грешно выразиться, веселее.

Как поясняет батюшка, отец Виктор, среди прихожан этой церкви много выходцев из Румынии, немало итальянцев. Поэтому богослужения идут на трех языках - румынском, итальянском и русском.


Отец Виктор

Служительницы митрополии, которых мне удается увидеть, - матушки Нектария и Текла - по происхождению румынки. А сам отец Виктор - выходец из города Черновцы в Западной Украине. По-русски говорит правильнее, чем многие русские, разве что подбирает слова, как многие русскоязычные граждане, долгое время прожившие за границей.

Церковь и отголоски конфликта на Украине

Обращаю внимание отца Виктора на то, что одна из каменных стен митрополии, выходящих в дворик, представляет собой молитву, высеченную на латыни, а в находящуюся в ее середине нишу вставлена православная икона, - очень трогательно, на взгляд православных жителей Средней Азии, многие из которых с удовольствием отмечают и мусульманские праздники: что-то вроде единства религий и, следовательно, дружбы народов.


Католическая молитва и православная икона

Мое восхищение почему-то смущает отца Виктора. Он начинает объяснять, что это здание они арендуют, раньше там находился лазарет, а латинская молитва на стене высечена в незапамятные времена. После чего начинает убеждать меня в том, что православная религия стоит за мир и дружбу, не агрессивна, а, наоборот, выступает против всякой агрессии.

Слова отца Виктора меня немножко удивляют - объясняет мне прописные истины. Но потом я понимаю его мотивы. Ключ для понимания заключается в первом вопросе, который задал мне отец Виктор: «Откуда вы приехали - из Москвы или из Украины?» Видимо, ему гораздо чаще, чем с уроженцами Средней Азии, приходится общаться с гражданами стран, где в связи с российско-украинским конфликтом религиозные понятия вывернулись, Бог знает, в какую сторону. А с такой публикой надо говорить очень осторожно.


Во дворе церкви

Какой православный храм «правильнее»?

У отца Виктора узнаю, что храм при митрополии называется Церковью Святого Иоанна Максимовича, Святого Николая и Святой Матроны. Церковь небольшая, но прихожане здесь есть - на воскресные и праздничные службы собирается до двухсот, а то и трехсот человек.

Матушка Нектария с гордостью показывает находящиеся в одном из помещений святыни, а моя племянница Ольга, закутавшаяся по случаю посещения храма в платок, приобретает в церковной лавке у матушки Теклы восковую свечку за один евро и ставит ее за здравие ныне живущих родственников.


Прихожанка покупает у матушки Теклы свечи

Затем открывает в серебристом чане краник, набирает оттуда в баклажку святой воды и, получив от отца Виктора благословение, с чувством выполненного долга покидает церковь.

Вместе с нами в церковь ходили и знакомые Ольги, тоже исповедующие православие. Спустя некоторое время они приходят к мысли, что, хотя были в православном храме, но все-таки не совсем в обычном, и хотят посетить русскую православную церковь. Вариантов у них много - как сказал отец Виктор, в Милане десять православных церквей.

В других я не побывал, а эта мне, честно говоря, понравилась. По моему мнению, православие едино и нет разницы, в какую церковь ходить, лишь бы люди здесь служили хорошие.

Настоящий плов в Милане не поешь

В Милане вижу множество кафе и магазинчиков, предлагающих национальные блюда и продукты всевозможных стран и народов. Набредаю даже на магазин, где продаются продукты из Африки. А вот магазина или кафе, специализирующихся на товарах или еде из Средней Азии, найти не могу.

Ольга огорчает меня сообщением, что поесть настоящего шашлыка или плова в Милане мне не удастся. Нет здесь и специализированных магазинчиков, где продают продукты или товары из Средней Азии.

По оценкам Ольги, русскоязычных граждан, к коим она относит всех выходцев из стран бывшего Советского Союза, в Милане - около пяти процентов. Больше всего тут украинцев. Что касается жителей Средней Азии, они составляют примерно одну двадцатую часть русскоязычных жителей города.

При этом выходцы из Средней Азии, осевшие в Милане, относятся к публике аристократичной - с высшим образованием и честолюбием. Ольга, например, окончила два института - один в Ташкенте, другой в Италии, в совершенстве знает узбекский, итальянский, английский и испанский языки и рассчитывает устроиться на весьма высокооплачиваемую офисную работу.

Ее подруга узбечка Лола учится в фармацевтическом вузе и мечтает открыть собственную аптеку. Муж Лолы – Марк, тоже выходец из Ташкента, уже освоил маленький, но доходный бизнес - разъезжает на пикапе по деревням, покупает у крестьян овощи и фрукты, которые потом продает в городе.

- Нет в Милане спроса на национальную кухню и национальные и товары из Средней Азии, - разводит руками Ольга. - Кому надо - готовит плов или шашлык дома, а все необходимые специи может заказать на родине.

Хотя, на мой взгляд, куда ближе было бы везти в Милан грецкие орехи из Средней Азии, нежели из Аргентины, которая их сегодня поставляет. Что же касается узбекских дынь и винограда, то вряд ли кто в Милане может себе представить, что на свете могут быть столь сладкие дары полей.

«Русский» магазин из Казахстана

Чтобы компенсировать мне отсутствие родной среднеазиатской кухни племянница ведет меня в магазин, где торгуют «русскими» товарами.


Магазин «Калинка» занимает часть первого этажа в здании в центре города. Здесь по-европейски элегантно и красиво, в ряды выстроились книжки на русском языке, на полках многочисленные сувениры, центральное место среди которых занимают матрешки.

Есть в магазине, разумеется, и русские продукты. Меня интересует черная икра, но хозяйка - высокая светловолосая женщина – остужает мой пыл ценой: «178 евро». И тут же кратко добавляет: «За сто граммов».


В русском магазине в Милане для жителей Средней Азии наиболее доступна «икра» подсолнуха

Впрочем, цены на другие продукты по европейским меркам вполне приемлемые. Племянница, чтобы не морить меня вечером малокалорийной итальянской кухней, приобретает здесь русские пельмени, сметану, бородинский хлеб и кильку в томатном соусе.

Одна из родственниц, составившая нам компанию, интересуется у хозяйки магазина, откуда она родом. Хозяйка сообщает, что из Алма-Аты. Но, узнав, что мы почти земляки - из Ташкента - особого интереса к этому факту не проявляет.

Прошу разрешения фотографировать в магазине, хозяйка согласно кивает головой. Но сама фотографироваться категорически отказывается и уходит в сторону от камеры.

Это, кстати, какая-то странная особенность торговых работников на севере Италии - кому не предложи сфотографироваться, тут же шарахается. Зато местные полицейские охотно и весело позируют перед объективом.

Вот бы у нас в Ташкенте была такая милиция! Нет, там запросто загребут в отделение только по одному подозрению, что ты попытался сфотографировать какого-то служителя правопорядка.


Итальянские полицейские очень любят фотографироваться

Но вернемся в «Калинку». Немногословность продавцов напоминает советские времена, когда на покупателей смотрели как на назойливых мух - хочется прихлопнуть мухобойкой, да нельзя. Племянница тоже жалуется, что персонал здесь не очень приветливый, и в будущем собирается ходить в другой магазин, торгующий русскими продуктами: хотя там работают не русские, а молдаване, зато все очень улыбчивы, говорливы и под этим соусом спихнут тебе даже сырок «Янтарь», который ты в последний раз ел в студенческие времена.

Я успокаиваю племянницу тем, что магазин русских продуктов, в котором мы были, предназначен для тех, кто испытывает ностальгию, а, значит, и обслуживание должно быть соответствующим, с советским оттенком. И, в конце концов, не должны же в русском магазине перед тобой плясать «калинку» только потому, что ты тоже русская?


Немного отдает ностальгией по советским временам...

Казахский флаг и ностальгические пельмени

Вечером за ужином племянница возвращается к теме черствости многих наших земляков. Рассказывает историю о том, как недавно в соседней с ее домом многоэтажке кто-то вывесил флаг Казахстана. Племянница по интернету быстро нашла хозяина, точнее хозяйку флага - казашку из Алма-Аты. Выразила вместе с мужем в Facebook свое восхищение, предложила встретиться. Но реакция девушки ошеломила.

- Ответа нам не прислала, зато тут же удалила со своей странички в Интернете все фотографии, на которых был флаг Казахстана, - жалуется племянница. - А мы думали, что встретимся в кафе, которое находится между нашими домами, вспомним родную Среднюю Азию.

Как резюмирует Ольга, по душам она в Милане может поговорить только с друзьями, с которыми познакомилась еще в Ташкенте. И все. Даже русскоязычные туристы, с которыми пытаешься здесь заговорить, встречают тебя неприветливо – «мол, я хочу забыть то болото, из которого выбрался хоть на время, не напоминай мне о нем».

За этим разговором едим пельмени, купленные в «Калинке». В Ташкенте пельмени выпускает много солидных предприятий, между ними сильная конкуренция, пельмени практически не отличаются от домашних и в результате многие уже забыли о том, как лепить эти изделия кулинарного искусства в домашних условиях.

Российские пельмени мне неожиданно опять напоминают советские времена - сделанные машиной, с давно забытой мелкомолотой начинкой. Непроизвольно возникает мысль: надо было назвать их «Ностальгия» и продавать по вдвое большей цене. Но вкус пельменей мне очень нравится, съедаю две порции.

…Все-таки хороший город Милан. Но если бы в Ташкенте журналистам платили по полторы тысячи евро, как украинским сиделкам, дома было бы еще лучше.

Виктор Крымзалов

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА