11 Декабрь 2017

Новости Центральной Азии

Узбекистан: Кто доводит до суицида обитателей дома престарелых Ферганы?

Это фото было сделано в Доме престарелых и инвалидов «Саховат» в Фергане; источник - сайт «Ферганское благочиние». Сколько в Узбекистане домов престарелых и сколько там жителей, неизвестно.

21 августа нынешнего года 83-летняя жительница Ферганы (Узбекистан) Клавдия Карбушева, проживавшая в местном Доме-интернате для престарелых, повесилась в своей квартире, куда пришла за пару дней до этого за продуктами. А раньше, выйдя из того же дома престарелых за едой, под колесами автомобиля погиб еще один его жилец, рассказывает Елена Карбушева, дочь покончившей с собой женщины. Елена уверена, что мужчина сам бросился под машину от безысходности, и во всем виновато руководство интерната. Что же происходит в этом Доме-интернате для престарелых, - в материале корреспондента «Ферганы».

Причина – в квартире?

По убеждению Елены Карбушевой, которая проживает в США, ее мать была доведена до самоубийства директором дома престарелых Абдуллой Ташалиевым, который вымогал у нее квартиру: у директора дочь недавно вышла замуж, и он хотел, видимо, обеспечить ее жильем.

Клавдия Карбушева проживала в Доме-интернате с февраля 2014 года, деля комнату с женщиной по имени Валентина. Соседка была не ходячей, и администрация заставляла Клавдию ухаживать за ней.

Когда Карбушева, у которой и так сил было не слишком много, обратилась к директору с просьбой предоставить ей отдельную комнату, тот стал настаивать на продаже ее квартиры. Половина денег уйдет на ремонт в этой одноместной комнате, а вторая половина суммы, по мнению директора, должна была уйти в кассу Дома-интерната.

Как выяснилось, в ферганском Доме-интернате это нормальная практика: почти все его обитатели живут в двухместных комнатах, а одноместные могут получить только за деньги.

В постоянном страхе голода и холода…

Как выясняется, причина добровольного ухода из жизни Клавдии Карбушевой гораздо глубже. Перед смертью она рассказывала своей дочери о том, что отношение к жителям Дома-интерната со стороны обслуживающего персонала просто хамское: так, старшая медсестра во время обхода может позволить себе разбрасывать вещи пожилых, немощных людей и потом заставлять их убираться в комнатах.

Врачи проводят обход людей, большинство из которых больны, один раз в неделю, но эффективность этих обходов мизерная. Например, в интернате проживает женщина, страдающая сахарным диабетом. Ее кожа покрыта гнойниками, но ее не лечат. Медсестра - одна на 120 человек, и если у кого-то поднимается давление, то ждать укола приходится по несколько часов. Как говорят жильцы Дома-интерната, «не допросишься».

Как рассказывала дочери Карбушева-старшая, условия содержания в Доме-интернате «хуже тюремных»: помещение «разбитое», мебель вся поломана, пенсионеры, проживая в комнатах по два человека, постоянно между собой грызутся: многие так слабы, что «ходят под себя», и в комнатах стоит тяжелый запах.

Зимой отопление включают лишь с восьми утра до пяти вечера, когда сотрудники интерната находятся на работе, то есть на ночь его выключают. Ежедневные отключения электричества – также норма.

Но самое страшное - в питании: оно настолько некачественное, что зачастую еду, особенно в обед и ужин, есть невозможно, и обитатели Дома-интерната остаются голодные. Мяса пенсионерам почти не дают, и за все минувшее лето им ни разу не были предложены свежие овощи: помидоры и огурцы.

От некачественной еды все обитатели интерната периодически страдают поносами, при этом никаких анализов у них не берут, а лечат всех подряд дешевым тетрациклином.

Нехватка еды особенно была невыносима для Клавдии Карбушевой. Уроженка Брянской области России, она во время Великой Отечественной войны три года прожила на оккупированной территории, перенесла страшный голод и всю последующую жизнь очень его боялась.

Дочь Клавдии Карбушевой ежемесячно присылала для матери на адрес хороших знакомых деньги, продукты питания, лекарства и витамины, и те дважды в месяц забирали женщину на пару дней из интерната, чтобы накормить - мясом, творогом и овощами.

Суицид или убийство?

- Мама мне по телефону говорила, что не выдержит больше этих издевательств, - рассказывает Елена Карбушева, - но про намерение уйти из жизни молчала. Тем более что 9 сентября она планировала лечь в больницу на операцию по удалению катаракты, в связи с чем в кассе интерната лежали ее 500 тысяч сумов, отложенные на операцию. Правда, теперь директор утверждает, что мама их забрала…

19-го августа пенсионерка приехала в свою квартиру, а 21-го соседка Катя написала Елене, что мать на телефонные звонки и стук в дверь не отвечает, хотя дверь закрыта изнутри на цепочку. После этого соседи вызвали сотрудников милиции, те вскрыли дверь и обнаружили пожилую женщину в петле.

- Узнав об этом, я позвонила директору дома престарелых, - продолжает Елена, - но он мне начал говорить, что это я довела мать до самоубийства, и жители Дома-интерната это подтвердят.

Незадолго до смерти матери Карбушева-младшая в отправленной на адрес ташкентской правозащитницы Елены Урлаевой жалобе предполагала, что с ее матерью может произойти самое худшее.

«14 августа я позвонила в Министерство труда и социального обеспечения Баходыру Шарапову и, рассказав ему о происходящем в доме престарелых, попросила его перевести мою мать, ветерана труда с 42-летним стажем, в Республиканский пансионат ветеранов войны и труда города Ташкента, - писала Урлаевой 18 августа Елена Карбушева. - После этого директор ферганского дома престарелых полтора часа орал на мать (хотя она у меня после инсульта очень плохо видит) и угрожал ей, что расправится с нею, а мне - за то, что я пожаловалась в вышестоящую инстанцию, - будет еще хуже.

Угрозы могут привести к уничтожению паспорта матери, рейдерскому захвату нашей квартиры, оставлению ее без еды, медицинской помощи, принудительному помещению в психиатрическую клинику или убийству. Ее жизнь и здоровье в опасности. У нас нет родственников в Узбекистане, и я даже не смогу узнать, что с ней, и не смогу ничем помочь».

На днях Елена отправила соседке Екатерине доверенность на продажу квартиры, однако, как выяснилось, ее дверь опечатана, а ключи находятся у домкома, который теперь их соседке не отдает. Сама Елена приехать в Узбекистан не может, поскольку предполагает, что против нее в прокуратуре заведено уголовное дело…

Как всё начиналось…

51-летняя Елена Карбушева вынужденно покинула Узбекистан в 2007 году и, получив статус беженца, с 2010 года проживает в США.

Выпускница Андижанского медицинского института, Елена работала в Фергане врачом одной из местных больниц. В 1995 году она заработала микроинсульт по причине хронической ртутной интоксикации, полученной в результате обработки перед операциями рук раствором диоцида (ртутный антисептик).

Из-за нехватки кадров Елене не дали возможность оформить инвалидность, и она продолжила работать в больнице. Поскольку она продолжала настаивать на получении профессиональной инвалидности (полученной в результате профессионального заболевания, отравления или производственной травмы), то вскоре была попросту уволена.

Затем Елена начала борьбу с Товариществом частных собственников жилья (ТЧСЖ, в прошлом - ЖЭК) из-за регулярного отсутствия в ее квартире отопления и горячей воды (проблемы с отоплением и горячей водой в Фергане начались сразу после развала СССР и являются актуальными до сих пор).

Когда услышала слова инженера ТЧСЖ, что «пока узбеки не заплатят задолженность по отоплению, воде, газу и электричеству, русским будем отключать всё, несмотря на то, что они платят, и если хотят что-то иметь, пусть платят за узбеков», - Елена публично возмутилась, за что гражданским судом была обвинена в разжигании социальной розни.

По словам Елены, начиная с 1999 года в Фергане начались массовые увольнения этнических русских на всех местных предприятиях, а потом против них начали фабриковать уголовные дела, чтобы отнять квартиры. Елена обратилась с жалобой в женевский Комитет по правам человека, за что вновь подвергалась многочисленным преследованиям со стороны местных властей.

После андижанских событий 2005 года, в которых Елена не участвовала, она опять была привлечена к суду и вынуждена бежать из страны.

Карбушева была дважды замужем, детей нет.

Ее мать Клавдия Карбушева, за отсутствием других родственников, временно решила перебраться в дом престарелых, а когда дочь получит гражданство США (это должно произойти в 2015 году), планировала переехать жить к ней…

Соб.инф.

Международное информационное агентство «Фергана»






  • РЕКЛАМА