16 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Убийство в Стамбуле: Политический террор в СНГ в действии

Вслед за Борисом Немцовым в Москве убит таджикский оппозиционер Умарали Кувватов в Стамбуле

Убийство в Стамбуле (Турция) таджикского оппозиционера Умарали Кувватова (другое написание - Куватова), лидера так называемой «Группы 24», выглядит крайним проявлением политического террора против противников правящего в Таджикистане режима.

Разумеется, в Душанбе постараются как можно скорее отмежеваться от этого преступления, утверждая, что гибель Кувватова не выгодна власти, поскольку она нанесет удар по ее имиджу. Так же реагировала на убийство Бориса Немцова и российская власть.

Но если среди возможных версий убийства Немцова нет серьезных ссылок на возможные бизнес-разборки, то в МВД Таджикистана уже озвучена подобная версия. Исключать связи убийства Кувватова с его бизнесом нельзя, но уж слишком быстро таджикскими силовиками вброшено такое объяснение. Выглядит это неловко, если не сказать - подозрительно.

Кувватова, как, впрочем, и других откровенных несистемных противников режима, в Душанбе боятся. Лидер «Группы 24» - не первый таджикский оппозиционер, на которого покушались. В январе 2012 года в Москве едва не убили Дододжона Атовуллоева, он чудом выжил благодаря оперативному вмешательству российских хирургов. В России оставаться ему было небезопасно, и он вынужден был эмигрировать в Европу.

Кувватову в Стамбуле повезло меньше, он вел себя по отношению к таджикскому режиму вызывающе брутально, и объяснить его действия иногда было невозможно. Похоже, это и стоило ему жизни. Точно так же, как его сторонникам в Таджикистане – свободы. Буквально на днях, 4 марта, Умеджон Салихов был приговорен к 17,5 годам тюрьмы за якобы принадлежность к «Группе 24», которая признана в Таджикистане экстремистской, и следовательно, за экстремистскую деятельность. Основным доказательством его преступной деятельности стало размещение в социальных сетях текстов Кувватова и Атовуллоева. Однако еще более опасным преступлением суд счел «публичные оскорбления» главы таджикского государства, допущенные Салиховым в своих сетевых аккаунтах.

Куватов стал беженцем за несколько дней до убийства
Накануне убийства Куватов получил мандат УВКБ ООН

Буквально накануне убийства, 2-го марта текущего года, Умарали Куватов получил в Турции удостоверение лица, ищущего убежище, по линии офиса Верховного Комиссара ООН по делам беженцев. С этого дня, по сути, он находился под официальным покровительством УВКБ ООН сроком до марта 2016 года.
Разумеется, все это выглядит как акции устрашения, произведенные властью. И на первых порах, разумеется, они будут иметь эффект, но окажется ли он долгосрочным? Ведь подобной же целью руководствовались в Душанбе, добиваясь ошеломительно неожиданных итогов недавних парламентских выборов в стране, устранения из легального политического поля Партии исламского возрождения (ПИВТ). Единственная на территории СНГ партия, созданная на конфессиональной основе, лишилась представительства в таджикском парламенте, где у нее было два места.

Официоз в Душанбе поспешил объяснить неудачу партии падением популярности в обществе исламистских идей на фоне угроз, исходящих от Исламского государства (ИГИЛ). Однако нет ни одного серьезного социологического исследования, проведенного в Таджикистане - стране, где подавляющая часть населения придерживается традиционной суфийской ветви ислама, отнюдь не предполагающей радикальные настроения, - которое бы указывало на разочарование таджиков в своей религии.

И подобная «удача» ручного управления внутренней политикой, производимого таджикским госаппаратом, в отличие от стамбульского расстрела Кувватова, «авторство» которого остается еще под вопросом (как бы сторонники убитого оппозиционера ни обвиняли таджикские власти), может оказаться пирровой победой режима Рахмона.

Оскорбленные и униженные приверженцы исламских традиций в Таджикистане со временем могут ответить на притеснения со стороны властей уходом в радикализм. Такие прецеденты - не редкость в странах, где ограничивается возможность для проявления протестных настроений внутри действующей политической системы (ПИВТ представляла собой именно системный предохранительный клапан в Таджикистане), что приводит к маргинализации «энергии несогласия» и способствует реальной, а не мнимой угрозе стабильности в стране.

Уже приходится слышать версии, согласно которым наступление на формальное представительство даже умеренных исламистов в системе власти в Таджикистане может являться условием потепления межгосударственных отношений между Ташкентом и Душанбе, которое выдвигается узбекской стороной. Ведь уже не раз в последнее время проправительственные таджикские источники давали понять, что подобная «оттепель» наступит после проведения парламентских выборов в Таджикистане. Косвенно об этом свидетельствует поздравление, направленное Эмомали Рахмону его узбекским коллегой Исламом Каримовым в связи с успешным проведением состоявшихся 1 марта выборов.


Умарали Кувватов с ребенком. Это фото из архива Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» (Париж) было сделано за несколько часов до трагедии.

При этом надо отметить, что наступление официального Душанбе на позиции своих противников вполне укладывается в русло пропагандистских усилий российского руководства, сделавших чуть ли не своей новой идеологией борьбу против угрозы цветных революций по всему постсоветскому пространству. Противостоять распространению «кровавого украинского майдана», подпитываемого «печеньками госдепа», ставшими уже любимым мемом в устах ведущих российских телеканалов, - политический императив, которым руководствуется уже и российская дипломатия. Вот уже глава МИД России Сергей Лавров предлагает принять в ООН резолюцию, признающую незаконными государственные перевороты… Впрочем, инициативы эти выглядят не согласованными с российскими силовиками, которые призывают отказаться от закрепленного в российской Конституции верховенства международных законов на российскими законами. Ведь в таком случае, какой нам смысл оглядываться на международное право, если мы сами себе указ…

Страх ведь испытывают не только в Душанбе, где нынешний режим властвует уже почти четверть века, в Москве тоже не чувствуют себя комфортно. Возможно, столь брутального давления на недовольных, как в Таджикистане, российская власть себе не позволяет, чудовищные тюремные сроки в 15-20-25 лет Москва еще не практикует. Однако после убийства Бориса Немцова подобная относительно «вегетарианская» характеристика правящего в России режима оказывается поколебленной. Черта, казавшаяся невозможной, перейдена.

Что же касается расследования убийства Умарали Кувватова в Стамбуле, то шансов у этого преступления быть раскрытым существенно больше, чем у показательного расстрела Бориса Немцова у стен Кремля. Турецкие власти, как представляется, меньше всего заинтересованы, чтобы тень от этого преступления пала на них.

Аркадий Дубнов, эксперт по Центральной Азии, - специально для «Ферганы»

Международное информационное агентство «Фергана»