16 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Кому выгодна гибель Умарали Кувватова?

Размышляет эксперт Центра изучения современного Афганистана Андрей Серенко.

За два часа до гибели Умарали Кувватова мы разговаривали с ним по Skype. Среди прочих тем обсуждали итоги парламентских выборов, прошедших в Таджикистане 1 марта. «Рахмон переходит на новую фазу борьбы с оппозицией. Он больше не хочет идти ни на какие компромиссы и готовит жесткую и полную зачистку оппозиционного поля. По некоторым признакам уже видно, что Рахмон будет пытаться спровоцировать оппозицию на открытый конфликт, надеясь перехватить инициативу и одержать в этом конфликте победу, так как оппозиция к серьезному противостоянию сейчас не готова. Я думаю, что Рахмон готовится к гражданской войне», - сказал Кувватов.

Спустя два часа после этого разговора прогноз лидера общественного движения «Группа 24» насчет грядущей жесткой зачистки таджикского оппозиционного поля подтвердился со смертельной убедительностью.

В том, что за убийством Умарали Кувватова стоит если не сам президент Таджикистана Эмомали Рахмон, то люди из его ближайшего окружения, сейчас уверены не только сторонники системной и несистемной таджикской оппозиции. Сам Кувватов неоднократно говорил об угрозах, поступающих в его адрес со стороны таджикских спецслужб и близких к президенту Таджикистана людей.

Кстати, свой арест в декабре прошлого года и более чем 40-дневное содержание под стражей в турецкой «зоне» - как наказание за нарушение режима пребывания на территории Турции - Кувватов объяснял происками рахмоновской дипломатии (на помощь которой, по его предположениям, пришла Москва). По версии Умарали Кувватова, таджикские спецслужбы при российском содействии и непротивлении турецкой стороны рассчитывали в декабре 2014 года выкрасть его из Стамбула и вывезти в Душанбе. «Однако, они (турецкий полицейский и сопровождавшие его лица в штатском – прим. автора) пришли ко мне слишком поздно, - рассказывал Кувватов. – Было уже ранее утро, а я дома был не один, вместе с товарищами. Похищение без шума и свидетелей осуществить было невозможно. Поэтому им пришлось ограничиться моим арестом и последующим содержанием под стражей в Турции».

Сегодня версия причастности к гибели лидера «Группы 24» официального Душанбе остается приоритетной. Прежде всего, потому, что именно Эмомали Рахмону более всего выгодна смерть Умарали Кувватова. Действующий таджикский президент уже несколько месяцев ведет беспощадную борьбу с «Группой 24», добиваясь арестов и депортации из России в Душанбе ее активистов, а также многолетних тюремных сроков для сторонников Кувватова внутри республики. «Умарали превратился в личного врага Эмомали Рахмона, после того, как стал открыто говорить о необходимости свергнуть его режим силовым путем. Никто, кроме Кувватова, не делал таких жестких заявлений, и это резко отличало его от остальных оппозиционных лидеров. Хотя он понимал, что быть личным врагом Рахмона – это смертельно опасно», - заметил один из сторонников «Группы 24».

Время для покушения на Кувватова было тщательно просчитано. Убийство было хорошо организовано, а, значит, готовилось очень тщательно. Примечательно, что смертельный выстрел в лидера «Группы 24» прозвучал после парламентских выборов – случись это покушение до 1 марта, возможно, административный ресурс президента Рахмона не смог бы выполнить задачу обвала системных оппозиционных партий и их отлучения от Национального собрания страны. В то же время, затягивать с покушением его заказчикам также было опасно: как рассказывал Кувватов, после освобождения их турецкой «зоны» он получил предписание местных властей покинуть Турцию. «Я подал апелляцию, однако понимаю, что мне, вероятно, придется поискать другое место жительства, - говорил во время очередного «сеанса связи» по Skype в начале февраля лидер «Группы 24». – Возможно, это будет Германия, Швеция или Норвегия». Не думаю, что эти планы Кувватова были тайной для его личных врагов и таджикских спецслужб. Очевидно, что убить Кувватова с относительным для себя комфортом (без лишнего организационного шума и при нейтралитете местных силовиков) они могли только до его отъезда в Евросоюз.

«Если это необходимо для счастья моего народа, я готов умереть с оружием в руках», - сказал Умарали Кувватов вскоре после 10 октября 2014 года. В тот осенний день в центре Душанбе должен был состояться митинг оппозиции, организованный «Группой 24». По словам самого Кувватова, митинг отменили после того, как источники в республиканских силовых структурах предупредили оппозиционеров о присутствии нескольких сотен китайских спецназовцев, якобы прибывших в Душанбе для подавления возможного антирахмоновского мятежа, и готовых вести огонь на поражение. Однако, для самой «Группы 24» несостоявшаяся «октябрьская революция» стала прекрасной разведкой боем, выявившей не только технологию реагирования республиканских силовиков на угрозу вооруженного восстания (пусть и виртуальную), но и обнаружившей страх душанбинской бюрократии перед такой угрозой. «До 10 октября народ боялся власть, после 10 октября – власть стала бояться народа», - сказал Кувватов.

Андрей Серенко
После того, как Умарали Кувватов не только начал открыто угрожать Эмомали Рахмону революцией, но и занял жесткую антикитайскую позицию, Пекин также казался в числе стратегических недоброжелателей лидера «Группы 24». Так что, у мартовского убийства в Стамбуле может оказаться не только «рахмоновский», но и «китайский след». Кстати, по словам Кувватова, сказанным им за два часа до гибели, «ограниченный контингент китайских войск» из 200 спецназовцев до сих пор размещен на таджикских военных базах в Варзобском ущелье. И эту информацию лидер «Группы 24» достаточно активно распространял на встречах со своими сторонниками и в комментариях для журналистов.

Говоря о том, кому могла быть выгодна смерть Умарали Кувватова, следует, наряду с Эмомали Рахмоном и китайскими товарищами, назвать также таджикскую фракцию в «Исламском государстве» («ИГ»). По словам самого Кувватова, пару месяцев назад таджикские боевики «ИГ» записали видеообращение к жителям Таджикистана, в котором, среди прочего, критически отозвались о лидере «Группы 24». Сам Кувватов рассматривал этот выпад со стороны джихадистов, как проявление конкуренции двух революционных проектов. «Нынешний режим в Таджикистане делает невозможной мирную смену власти. Революции в стране не избежать. Остается открытым вопрос лишь о том, какой будет эта революция – «цветной», то есть демократической и светской, или же «зеленой», джихадистской. Мы предлагаем первый вариант, «ИГ» - второй», - говорил Кувватов.

Смерть лидера «Группы 24» объективно выгодна сторонникам проекта джихадистской революции для Таджикистана. Сотни, а по другим данным – уже несколько тысяч этих сторонников из числа таджикской молодежи, сегодня воюют под знаменами «халифата» в Сирии и Ираке, но намереваются в скором времени вернуться на родину. И теперь их планам не сможет помешать яростный и харизматичный Умарали Кувватов. А вот сможет ли это сделать Эмомали Рахмон – мы, вероятно, скоро увидим.

Андрей Серенко, эксперт Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА, Москва).

Международное информационное агентство «Фергана»




Новости партнеров