11 Декабрь 2017

Новости Центральной Азии

Правозащитник Абдулло Тоджибой-угли: «Я все равно стану кандидатом в президенты Узбекистана»

Ташкентский правозащитник и оппозиционер Абдулло Тоджибой-угли после своей неудачи в президентской гонке 2007 года создал общественное объединение «За честные и справедливые выборы в Узбекистане». Он хотел добиться того, чтобы его кандидатура была выдвинута и на выборах в марте 2015 года, но на улицах нет баннеров с его фотографиями. А сам Тоджибой-угли, хотя считает нынешнюю избирательную кампанию скучным и неинтересным шоу, полон оптимизма и не оставляет надежд когда-нибудь принять участие «в честных, справедливых и демократических выборах президента».

Абдулло Мирсоатов гордится тем, что первым в Узбекистане изменил свою фамилию согласно национальным традициям и был записан в паспорте как Тоджибой-угли. Сам он по профессии фотограф, в советские времена 22 года проработал в Ташкентском городском комбинате фоторекламы.

При этом, будучи потомком богачей, всю жизнь мечтал создать хлеб для бедных - необычайно вкусный и одновременно по своим пищевым качествам восполняющий недостаток на столе мясных продуктов. Для этого Тоджибой-угли закончил вечернее отделение торгового техникума по специальности технолог, консультировался с учеными, даже изучал древние рукописи, где рассказывалось о старинных способах выпечки хлеба.

Но всерьез он приблизился к своей мечте только после получения Узбекистаном независимости, когда занялся бизнесом. Сначала опробовал на практике свое изобретение - производство протеина из шрота. Затем на основе такого протеина разработал высокопитательный хлеб «Муаттар», который одно время даже выпекался в частной пекарне в соседней Киргизии, его быстро раскупали.

Правда, изобретение так и не дошло до широкого потребителя - в Киргизии начались хищения компонентов хлеба, и Тоджибой-угли настоял на закрытии проекта, а в Узбекистане попросили вписать в патент на «Муаттар» имя высокого «хлебного» начальника, на что принципиальный изобретатель ответил категорическим отказом.

Разочаровавшись в партнерах по бизнесу, Тоджибой-угли окончательно ушел в правозащиту и политическую деятельность. После неудачи на президентских выборах 2007 года стал постоянно выходить на одиночные пикеты, в результате чего поставил своеобразный рекорд - больше полусотни проведенных акций протеста и свыше 70 миллионов сумов (приблизительно $290 тысяч по государственному курсу) в виде штрафов за эти акции. Деньги государство забирает в виде 50 процентов пенсии правозащитника, и так символической, в результате чего на руки он получает всего 57 тысяч сумов (около $14 по нынешнему «черном» курсу).

Впрочем, Абдулло-ака скромен в запросах, и скудность финансовых средств не мешает ему заниматься активной общественной деятельностью. В частности, он является председателем незарегистрированного профсоюза мардикоров – поденных рабочих.

Тоджибою-угли 64 года, но выглядит он моложавым веселым человеком, не теряющим надежды на лучшее. О том, почему нынешние президентские выборы не вызывают у него уныния, - он рассказал корреспонденту «Ферганы».

- Абдулло-ака, начнем с президентских выборов 2007 года, в которых вы принимали участие. Чем они отличаются от тех, что предстоят 29 марта?

- Я бы сказал так: отличаются принципиально. В 2007 году в выборах принимали - а точнее, пытались принять участие - много независимых кандидатов. И к ним было приковано внимание всего мира. У меня просили интервью радиостанции ВВС и «Озодлик», различные международные сайты. Звонили из посольств многих стран, интересовались моим мнением о выборах. Даже в ряде зарубежных печатных изданиях выходили обо мне статьи. Я уже не говорю о простых гражданах, которые звонили мне по телефону из-за границы, выражали свою поддержку. Кстати, такие звонки были и от различных организаций Узбекистана, например от Ферганского нефтеперерабатывающего завода. Целые коллективы хотели встретиться со мной. А сейчас такого ажиотажа нет.

- Почему?

- Все очень просто. Тогда, в 2007-ом году, нам, независимым кандидатам, удалось встряхнуть государственную систему, заставить весь мир поверить в то, что на президентских выборах в Узбекистане может победить кто-то, кроме Ислама Каримова. А теперь никто не верит, что это возможно, все знают, что Каримов останется президентом - хотя выставление его кандидатуры на выборах 2015 года явно противоречит Конституции. Это знают и за рубежом, и у нас в стране. Поэтому, видимо, в этом году даже для проформы не стали проводить обычный в таких случаях референдум о внесении изменений в Закон «О выборах».

- В чем, на ваш взгляд, причина такого успеха бессменного президентства Каримова?

- После того, как на выборах 2007-го года независимые кандидаты в президенты устроили властям нервотрепку, показав, что не все в стране хотят голосовать за действующего президента, этим же президентом было найдено противоядие. В декабре 2008 года в Закон «О выборах» были внесены изменения, в соответствии с которыми теперь кандидатов в президенты могут выдвигать только официально зарегистрированные политические партии. Что, собственно, и перекрыло кислород независимым кандидатам. Теперь против них всей своей мощью выступает огромная государственная машина, которая не дает ни малейшего шанса не только попасть в руководители государства, но и как-то заявить о себе.

- Но вы все-таки создали движение «За честные и справедливые выборы в Узбекистане» и еще в начале прошлого года заявляли о своей решимости стать президентом. Что вам помешало? Почему ваших портретов нет на уличных баннерах, рекламирующих избирательную кампанию?

- Я строго следую законодательству Узбекистана, даже если не согласен с некоторыми его положениями. Поэтому еще в январе 2014-года общественное движение «За честные и справедливые выборы в Узбекистане» на собрании активистов было преобразовано в политическую партию. От этой партии я и собирался выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах в марте 2015-го года. Дело оставалось за малым - эту партию зарегистрировать. Но вот тут-то государственная машина и показала всю свою мощь противодействия.

- В чем, конкретно, это проявилось?

- Внешне процедура создания и регистрации партии по законам Узбекистана выглядит достаточно простой. Надо только провести собрание, создать инициативную группу, собрать подписи из Ташкента и регионов, а потом обратиться с соответствующим заявлением и документами в Министерство юстиции. Однако на пути этого процесса стоит такое препятствие, как статья 201 Кодекса об административной ответственности, которая карает за нарушение правил проведения массовых мероприятий. Точнее, не сама статья, а нынешняя практика применения ее в Узбекистане. По ней сейчас хватают и штрафуют даже за одиночные пикеты, о которых в законодательстве нет ни слова. А органы власти, даже если ты туда обращаешься за официальным разрешением на проведение какого-то мероприятия, - традиционно отмалчиваются.

Поэтому, чтобы я и мои сторонники, выполняя требования Закона «О выборах», не стали правонарушителями, я еще в апреле 2014-го года письменно обратился к президенту Исламу Каримову с просьбой разрешить мне беспрепятственно зарегистрировать свою партию. Но никакого ответа не получил. Тогда в сентябре я подал обращение в Верховный суд, чтобы он вынес решение о свободной регистрации неправительственных организаций и партий.

8 сентября Верховный суд передал мое обращение в Министерство юстиции. Не получив из Минюста ответа, я 15 октября подал на него жалобу в Юнусабадский районный суд по уголовным делам. Там мою жалобу отклонили, сообщив, что такие вопросы находятся в компетенции гражданского суда. Я с этим не согласился, потому что чиновники Минюста, нарушив Закон «Об обращении граждан», а также статью 208 Уголовного кодекса «Бездействие власти», попадают в список нарушений, которые находятся под юрисдикцией судов по уголовным делам.

12 ноября я подал жалобу в Ташкентский городской суд по уголовным делам. Но уже в октябре я ощутил давление со стороны органов внутренних дел. В частности, 25 октября, в воскресенье вечером меня вызвали в городской отдел по борьбе с терроризмом , где потребовали прекратить попытки судиться с Минюстом. В ином случае намекали на то, что создадут неприятности моим родственникам.

А городской суд передал мою жалобу в ту организацию, на которую я жаловался - в Министерство юстиции. Минюст мне опять ничего не ответил. Тогда 11 декабря я подал жалобу в Верховный суд. И тоже до сих пор не получил никакого ответа.

- Получается, вы впустую потратили время?

- Нет, безуспешная попытка зарегистрировать политическую партию отнюдь не говорит о том, что мои действия прошли впустую. Я заявил властям о себе, напомнил о том, что я есть на этом свете. Все мои жалобы, наверняка, рассматривались на самом «верху», высокие чиновники решали, давать мне ответ или нет. А, значит, несмотря на все препоны, я не опустил руки и буду действовать дальше. И это, на мой взгляд, уже хоть какая-то, но победа.


Абдулло Таджибой-угли и Шухрат Рустамов, который решил участвовать в виртуальных выборах президента Узбекистана

- Абдулло-ака, ваш друг и коллега Шухрат Рустамов, не имея возможности так же, как и вы, участвовать в официальной президентской гонке, зарегистрировал свою кандидатуру на виртуальных выборах, организованных оппозицией. Почему этого не сделали вы?

- Я считаю, что избираться надо только законным путем - на демократических выборах внутри страны. А виртуальные выборы не воспринимаю всерьез. Это тоже своеобразное шоу, только устроенное оппозицией, которая живет за рубежом.

- Ваши политические планы на будущее?

- Добиться официальной регистрации своей партии «За честные и справедливые выборы в Узбекистане». И принять участие в следующих честных, справедливых и демократических выборах президента, которые, надеюсь, все-таки состоятся в нашей стране.

Соб.инф.

Международное информационное агентство «Фергана»






  • РЕКЛАМА