15 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

Кто и как будет блокировать веб-сайты в Кыргызстане?

Спецслужбы Кыргызстана совместно с министерством транспорта и коммуникаций лоббируют поправки в законы «Об информатизации» и «О противодействии экстремистской деятельности», позволяющие этим ведомствам блокировать интернет-сайты без решения суда. Инициаторы поправок обосновывают необходимость их принятия усилением мер по противодействию экстремизму. Эксперты же видят в этом угрозу свободе слова, тем более что прецеденты незаконной блокировки информационных сайтов, в том числе и нашего, уже были. В начале 2012 года постановлением Жогорку Кенеша (парламента Кыргызстана) доступ к «Фергане» был заблокирован более чем на год. А в конце 2014 года блокировке подвергся сайт Kloop.kg. «Фергана» попыталась разобраться, насколько обосновано принятие таких мер по обеспечению информационной безопасности и не повлечет ли оно за собой устранение с информационного поля «нежелательных» СМИ.

Кому закон не писан

Согласно действующему законодательству Кыргызстана, блокировка тех или иных сайтов возможна только после соответствующего решения суда. Но вопреки этому, в феврале 2012 года доступ к «Фергане» в республике был заблокирован – соответствующее постановление ранее вынес парламент страны. Несмотря на неправомерность данного постановления, «Фергана» проиграла суд о незаконной блокировке. Однако в марте 2013 года Национальное агентство связи великодушно разрешило провайдерам открыть доступ к сайту.

Аналогичная участь постигла интернет-портал Kloop.kg. 10 декабря 2014 года Государственное агентство связи (ГАС) Кыргызстана по требованию Генеральной прокуратуры разослало провайдерам страны предписание закрыть доступ к видеозаписи в материале «Видео «Исламского государства»: дети из Казахстана угрожают убивать неверных», который был дан со ссылкой на сайт британской газеты Daily Mail. Провайдеры тогда заявили, что не у всех компаний есть оборудование для блокировки отдельно взятого материала и что они могут выполнить предписанное, только закрыв доступ ко всему сайту, что и было сделано. Однако спустя неделю предписание Генпрокуратуры было отозвано, и сайт стал доступен.

Обычно практика оперативного блокирования сайтов действует в отношении тех интернет-ресурсов, которые выкладывают в сеть материалы организаций, официально признанных судом террористическими и экстремистскими. Занимается этим 10-е главное управление МВД. Как сказали «Фергане» в этом подразделении, в Кыргызстане решением суда террористическими и экстремистскими признаны 17 организаций, и если их публикации появляются на каких-то сайтах, то они автоматически блокируются. Например, это касается всех материалов «Хизб ут-Тахрир», которая входит в этот список с 2003 года. Если же 10-е управление МВД находит признаки экстремизма в публикациях, не имеющих отношения к этим организациям, то оно вносит предложение в Генпрокуратуру об ограничении доступа, и затем уже через суд решается, действительно ли материал содержит запрещенный контент.

Но вот случаи внесудебной блокировки «Ферганы» и Kloop.kg больше соответствуют попытке введения цензуры, но никак не борьбе с экстремизмом. Вопрос еще и в том, кто и по каким критериям будет оценивать материалы СМИ на наличие в них признаков экстремизма. Например, «Фергана» так и не получила официальную экспертную оценку своих статей, которые якобы способствовали разжиганию межнациональной розни (отзывы независимых экспертов можно прочитать здесь). Википедия трактует экстремизм как «приверженность к крайним взглядам, мерам (обычно в политике)». Определение же грани между крайними и не крайними – вопрос довольно субъективный.

Без суда и следствия

Вернемся к инициативе властей. Аппаратом правительства Кыргызстана 22 декабря 2014 года было дано поручение разработать законопроект, который будет регулировать порядок ограничения доступа к информации, содержащей призывы к осуществлению экстремистской деятельности, в случае обнаружения ее в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе на Интернет-сайтах.

Уже 9 февраля 2015 года на заседании парламентского комитета по международным делам заместитель председателя Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) Кыргызстана Рустам Мамасадыков заявил о том, что в его ведомстве намерены внедрять практику внесудебной блокировки сайтов, потому что именно через сайты происходит пропаганда терроризма и вербовка граждан. По его словам, в ГКНБ разрабатывается соответствующее положение и ведутся переговоры с ГАС.

Последний раз вопрос о внесудебной блокировке сайтов был поднят 19 мая. Тогда на заседании парламентского комитета по образованию, науке, культуре и спорту первый заместитель Генерального прокурора Кыргызстана Кылычбек Токтогулов сообщил, что по инициативе его ведомства была создана рабочая группа, которая разрабатывает проект нормативно-правового акта о блокировании материалов экстремистского характера в интернете без решения суда. В состав группы вошли представители Минтранса, ГКНБ, Минюста и других госорганов. В тот же день на заседании Совета по обеспечению безопасности и правопорядка при правительстве Кыргызстана председатель ГКНБ Бусурманкул Табалдиев заявил, что в целях «пресечения фактов привлечения к деятельности религиозных и международных террористических организаций в качестве первоочередных мер планируется внедрить практику внесудебной блокировки сайтов, содержащих материалы террористического и религиозно-экстремистского характера».

Согласно предоставленным Минтрансом Кыргызстана данным, изменения планируется внести в законы «Об информатизации» и «О противодействии экстремистской деятельности». В первый будут внесены только технические изменения: текст закона пополнится такими понятиями, как «Интернет», «Интернет-ресурс», «сетевой адрес», «доменное имя (домен)», «страница сайта в Интернете», «владелец сайта в Интернете».

В справке-обосновании ко второму закону говорится, что «анализ складывающейся ситуации в Интернет-пространстве Кыргызской Республики показывает, что информационное пространство остается уязвимым в плане деструктивно-пропагандистского и психологического воздействия на население страны. Неограниченные возможности Интернета, выраженные в оперативности доведения больших объемов информации до пользователей и общественности, с учетом простоты доступа, анонимности и отсутствия цензуры, тенденциозно наращивает угрозу распространения террористической и религиозно-экстремистской идеологии. В настоящее время одним из способов ограничения распространения запрещенных информационных материалов на территории КР является блокировка сайта в судебном порядке. Вместе с тем, даже при наличии судебного решения заблокировать нежелательный контент не представляется возможным из-за нахождения сайтов за пределами республики, несовершенства законодательства в сфере информации и отсутствия технических возможностей». В ходе заседания рабочей группы было принято решение разработать проект нормативно-правового акта о досудебной блокировке сайтов, содержащих материалы террористического и религиозно-экстремистского характера, в том числе отдельных контентов (конкретных пользователей, IP-адресов, видео-, аудио- и других информационных материалов на сайтах), в виде временного положения, утверждаемого постановлением правительства Кыргызстана.

Как выяснила «Фергана», рабочая группа по разработке данной инициативы создана в министерстве транспорта и коммуникаций Кыргызстана. Предлагаемые изменения в законы «Фергане» прокомментировал глава рабочей группы, заместитель министра транспорта и коммуникаций Кыргызстана Эрнис Мамырканов:

- Почему этим вопросом занимается Минтранс?

- Да, этим должны были заниматься силовые ведомства, но Минтранс выступил с инициативой, потому что поправки вносятся в Закон «Об информатизации». Но основные регулятивные моменты будут внесены в Закон «О противодействии экстремистской деятельности». Поправки касаются, в основном, Интернета, а наше министерство в целом определяет политику связи, поэтому нам было важно отстоять эти решения. В законы будут внесены нормы о том, как блокировать сети, и мы будем следить, чтобы не были нарушены права наших операторов, да и операторам выгоднее, чтобы этот вопрос курировал Минтранс. Силовые органы не знают, как работают сети. Мы уже два варианта поправок забраковали, и операторы были довольны, что их интересы учитываются.

- Зачем нужна норма о возможности внесудебного закрытия?

- Потому что речь идет не о сайтах, а о страницах. Например, в «Фэйсбуке» появился пост с призывом к экстремизму. Мы не будем блокировать весь ресурс, а закроем одну страницу.

- Ситуация с Kloop.kg показала, что наши операторы не могут блокировать только один материал…

- Технически это возможно. Видимо, какое-то недопонимание было у операторов. В дальнейшем, когда появится инструкция, все будут знать, как это делать правильно.

- Что мешает дождаться решения суда?

- Однажды на одном из совещаний я показал материал, который месяц висел на Youtube, и на него не могли наложить запрет. Материал содержал экстремистские призывы и даже имел логотип «Хизб ут-Тахрир», а рычагов удаления его не было. Ежедневно видя материалы с призывами, с вербовкой людей, мы решили, что должны быть приняты кардинальные меры, но при этом они не должны нарушать чьи-то права.

- То есть вы считаете, что недостаточно работы МВД по блокировке экстремистских сайтов?

- Они закрывают только запрещенные сайты. А если это экстремистский призыв физического лица, а не тех, кто есть в специальном списке МВД?

- Не получится ли так, что в нашей стране появится возможность просто без суда и следствия блокировать неугодные СМИ?

- Эти поправки не будут приняты без общественного обсуждения, все стороны смогут высказать свои опасения, и их интересы будут учтены. Самый главный игрок здесь – Ассоциация операторов связи, и, если они решат, что эти нормы могут создать проблемы не только тем, кто подпадает под понятие экстремизма, мы будем их менять.

- Как будут определяться признаки экстремизма в контенте?

- Это будет определённый перечень формулировок, полностью исчерпывающий понятие экстремизма, без дополнений, типа «тому подобное». Если материал содержит признаки из этого перечня, то он будет подлежать блокированию. И это будет вопрос временного блокирования до решения суда. Как в МВД есть практика задержания подозреваемых на 48 часов, так и у нас будет подобная мера. Пока мы определили срок в пять суток. После этого инициатор блокировки, то есть силовые органы, должны будут принести нам решение суда, что ресурс должен блокироваться дальше. В противном случае произойдет автоматическая разблокировка. Это делается для того, чтобы инициатор блокировки в суде доказал, что контент страницы действительно противоречит закону.

- Есть ли у нас специалисты, которые готовы дать адекватную оценку контенту сайтов?

- Если будет составлен исчерпывающий список, где будут прописаны все признаки экстремизма, то какой еще специалист нужен? Наоборот, все упрощаем и не оставляем лазеек для субъективизма. Еще раз повторю, эту инициативу еще ждут общественные обсуждения, все материалы будут висеть на госсайтах в течение месяца и все заинтересованные стороны могут высказать свое мнение, которое также будет учтено.

Ловушка в законе

Другого мнения придерживается Директор Общественного фонда «Институт медиа полиси» Бегаим Усенова, которая в интервью «Фергане» отметила, что закон «О противодействии экстремистской деятельности» уже предусматривает меры для распространителей информации. Согласно этим мерам, вначале распространителям информации Генпрокуратурой выносится предписание об устранении материалов, которые нарушают законы страны. Если же со стороны распространителей не последует реакции в течение десяти дней, то затем уже суд решает вопрос о блокировке ресурса:

- Возможно, период в 10 дней – слишком длинный. Но тогда давайте сократим его, а не отменим суд. Он нужен как раз для того, чтобы сторона, которую обвиняют в распространении недопустимого контента, могла доказать свою невиновность. А то, что данный закон работает достаточно эффективно, доказывает деятельность МВД по блокировке сайтов через суд, о которой министерство ежегодно отчитывается в СМИ. Раз на блокировку со стороны МВД никто не жалуется, значит, закон работает.

По мнению Усеновой, внесудебная блокировка несет риск того, что за ограничением доступа к информации «по необходимости» может последовать блокировка того или иного ресурса по произвольному желанию чиновника:

- Законом уже установлено, что ограничение доступа к информации может быть осуществлено только через суд, однако инициаторы изменений в закон хотят дать полномочия правительству устанавливать «иной» порядок блокировки. То есть в законе закладывается ловушка, которая позволит правительству в дальнейшем менять правила игры по своему усмотрению. Мне часто приходится слышать от чиновников их озабоченность тем, что они не в силах повлиять на контент, распространяемый отдельными пользователями популярных соцсетей. Возможно, в таких случаях стоит пользоваться службами по удалению недопустимого контента, которые сегодня имеются у всех популярных и уважающих себя социальных сетей? Например, на Youtube удаляют ролики с наличием вредного или опасного контента, нарушающие правила сообщества. Там не допускаются к показу материалы, провоцирующие насилие, а также совершение опасных или незаконных действий, способных привести к серьезным травмам или смертельному исходу. Почему бы нам не пользоваться такими простыми механизмами, как написание жалобы на тот или иной недопустимый контент на Youtube, ведь это уже апробированный и зарекомендовавший себя способ? И если опубликованное видео содержит призыв к насилию или угрозы в адрес других людей, оно будет немедленно удалено. Конечно, мы понимаем, что бывают ситуации, требующие оперативного вмешательства, но считаем, что для такого вмешательства важно иметь исчерпывающий список критериев, который не будет носить двусмысленный характер. Эти критерии должны разрабатываться в ходе широких общественных слушаний для получения согласия со стороны СМИ как основных распространителей информации. Пока же критерии, которые мы видели в проектах, разработанных рабочей группой, нельзя назвать исчерпывающими, поскольку они оставляют государству большое поле для маневров, в том числе в части цензуры и ограничения свободы слова. Мы также входим в рабочую группу и надеемся, что наше мнение и замечания будут услышаны.

Невозможное возможно?

Напомним, что во время процесса по незаконной блокировке «Ферганы» киргизские провайдеры признавали, что решение о блокировке было незаконным, но не исполнить его не могли, поскольку оно исходило от вышестоящего органа. Так, на одном из судебных слушаний юрист провайдера «Акнет» отмечал, что его компания выступает на стороне истца: «Первое: письмо ГАС лицензиатам носит репрессивно-административный характер. ГАС не имело права выносить решение о блокировке сайта. Второе: выдача рекомендаций по блокировке не входит в полномочия ГАС. Решение о блокировании ГАС должен был принимать с помощью закона об экстремистской деятельности, то есть через суд». Таким образом, провайдеры признавали, что не могут блокировать «Фергану» без решения суда, но в то же время не могут пойти против вышестоящего органа – Госагентства связи.

Общую позицию всех провайдеров по инициируемым поправкам в законодательство выразила Ассоциация операторов связи (АОС) Кыргызстана. В ответ на наши вопросы нам был прислан релиз АОС, в котором, в частности, говорится, что АОС выражает озабоченность в связи с участившимися фактами «опубликования материалов экстремистского характера на сайтах Интернет». Ассоциация «всячески поддерживает деятельность как государственных структур, так и общественных организаций» по борьбе с экстремизмом. В то же время АОС считает, что предложение спецслужб Кыргызстана о внесудебной блокировке сайтов «должно быть реализовано со строгим учетом как законодательства Кыргызстана, так и международных договоров, к которым присоединилась республика, так как блокирование материалов затрагивает фундаментальные права граждан на свободу слова и волеизъявления». В связи с этим ОАС «выражает озабоченность несколькими моментами реализации вышеуказанной инициативы:

- Требование о блокировании должно быть оформлено документально конкретным уполномоченном органом. Если не будет легального основания (документа) для блокирования, операторы связи окажутся виноватыми в ущемлении прав граждан на свободу слова и волеизъявления;

- В требовании должны быть указаны конкретные адреса для блокирования (доменное имя сайта, IP-адрес, необходимый для блокировки, указатели страниц сайта в Интернете, позволяющие идентифицировать такую информацию».

В заявлении ОАС также отмечено, что «операторы связи не имеют технической возможности блокировать URL-адрес страницы сайта, они имеют возможность блокировать IP-адрес, то есть весь сайт. Поэтому требование о блокировании должно содержать конкретный IP-адрес». Также говорится о том, что блокировка всего IP-адреса таких сервисов, как Youtube, Facebook, Mail.ru и подобных, «может принести к неработоспособности всего сервиса, что нарушит права других пользователей интернет».

«Ассоциация считает, что внесудебное блокирование интернет ресурсов, содержащих материалы экстремистского характера, необходимо для полноценного и безопасного развития общества, но с учетом строгого соблюдения законодательства, в данном случае – закона «О противодействии экстремистской деятельности», где конкретно указаны виды деятельности, являющиеся экстремистскими, и порядка – как и кем информация должна признаваться экстремистской», - заключает ОАС.

Налицо противоречие: Эрнис Мамырканов утверждает, что провайдеры смогут блокировать одну страницу, а провайдеры пишут, что заблокировать могут только весь сайт целиком. Директор Общественного фонда «Гражданская инициатива интернет-политики» Татту Мамбеталиева в интервью «Фергане» также отметила, что ее Фонд с опаской относится к данной инициативе:

- Мы считаем, что это очередная реакция нашего правительства на единичный прецедент, который предлагается решать путем запретных, карательных действий, а не комплексом каких-то кардинальных мер, направленных на борьбу с экстремизмом. Такая точечная избирательная мера не может дать положительного результата и эффективно влиять на борьбу с экстремизмом в целом. В той редакции, в которой инициаторы проекта нам его представили, существует опасность излишней цензуры, поскольку такие понятия, как «экстремизм», «терроризм» в законодательстве разъяснены настолько расплывчато, что нет четких критериев определения того, какая информация может являться экстремистской. В связи с этим возникает большой риск того, что при исполнении решений о временной блокировке могут возникнуть различные толкования. В данном случае не исключено, что такие механизмы могут быть применены и для цензуры. С технической же точки зрения, чтобы точечно осуществлять блокировку небольших участков информации, потребуется дорогостоящее оборудование и большие финансовые вложения, что опять же неприемлемо для операторов связи. Поэтому, скорее всего, будет происходить блокирование всего ресурса, так как у большинства операторов связи не имеется соответствующего технического оборудования для точечной блокировки конкретного контента. В ситуации с блокировкой контента, например, на Youtube мы получим неработоспособность всех ресурсов Google: поисковика, почты, переводчика и других. Аналогичная ситуация с Mail.ru, ВКонтакте. В России, например, по некоторым данным, только треть операторов связи имеют соответствующее оборудование, позволяющее точечно блокировать конкретный контент, без блокировки всего ресурса. У нас и того меньше. В этой связи мы считаем, что выполнение таких указаний технически будет весьма сложным, а в некоторых случаях – даже невозможным.

Екатерина Иващенко

Международное информационное агентство «Фергана»