23 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Рост ВИЧ в Узбекистане: Какие мигранты виноваты, или О чем молчат чиновники

В начале июля текущего года в интернете появились сообщения о том, что в окрестностях столицы Узбекистана местных жителей принудительно проверяют на ВИЧ. Если быть точнее, речь в новостях шла о Зангиатинском районе Ташкентской области, где в последнее время число вирусоносителей, по некоторым данным, существенно выросло. На эту ситуацию не могли не обратить внимания местные власти, по распоряжению которых «кровь на ВИЧ берут у всех жителей Зангиатинского района в возрасте от 17 до 50 лет», в первую очередь, у тех, кто вернулся с заработков из России и Казахстана. Хотя порядок прохождения медицинских осмотров для лиц, вернувшихся из-за границы, в Узбекистане установлен еще в 2008 году, проведение подобных массовых мероприятий наблюдается впервые.

Как отмечается в национальном докладе о ходе выполнения Узбекистаном взятых на себя обязательств по борьбе с ВИЧ/СПИД за 2014 год, статистика свидетельствует о «стабильном росте эпидемии ВИЧ-инфекции» в республике. Чиновники утверждают, что опасный вирус мигранты завозят в Узбекистан из стран ближнего зарубежья, в частности, из России. Однако с таким утверждением, как выяснилось, согласны не все. Как говорит в интервью «Фергане» экс-сотрудник органов правопорядка Ташкента, пожелавший остаться анонимным, среди молодежи из Зангиатинского и других районов, действительно, может быть немало носителей ВИЧ-инфекции. Однако далеко не все из них – вернувшиеся с заработков мигранты. Источник уверен, что главными распространителями инфекции (причем, не только ВИЧ) в Ташкентской области и столице выступают не внешние, а именно внутренние мигранты, съезжающиеся сюда из всех уголков республики в поисках лучшей доли.

«Люкс»-номера на «Ипподроме»

- Есть секретные данные, согласно которым, «эпицентром» распространения ВИЧ считается именно Узбекистан, а не Россия или Казахстан, как хотят представить должностные лица, называя трудовых мигрантов «рассадниками» инфекции. Еще в 2009-ом, помнится, на «Ипподроме» был громкий случай, связанный с выявлением трех мужчин с ВИЧ-статусом. Все они были из Ташкентской области и никуда никогда не выезжали, - рассказывает нам бывший сотрудник Чиланзарского РУВД города Ташкента, еще недавно курировавший территорию вещевого рынка «Ипподром» (ныне ОАО «Чилонзор буюм бозори» - прим. «Ферганы»).

На гигантской территории на окраине Ташкента расположено восемь крупнейших рынков, три из которых – «Посудный базар», «Абу-Сахий» и «Бек-Барака» – относятся к Зангиатинскому району, а остальные пять через дорогу – к территории столичного вещевого рынка «Ипподром».


На рынке «Абу-Сахий» работает множество приезжих. Где же они живут?

- На этом громадном участке функционирует порядка пяти тысяч торговых точек, в которых занято огромное количество областной молодежи от восемнадцати и старше (считай, в каждом магазине в среднем по 4-6 человек). Нетрудно посчитать общее количество задействованной здесь рабочей силы. А где, думаете, проживают эти молодые люди с «кипящими» гормонами? - рассуждает анонимный собеседник, не понаслышке знающий места, в которых обитает большое количество внутренних мигрантов из регионов.

По его словам, тысячи молодых людей, занятых на столичных рынках, живут в многочисленных времянках и складских помещениях. Такие пугающие своим внешним видом деревянные лачуги, построенные еще в середине прошлого века, сотнями разбросаны вокруг территории «Ипподрома». Стоимость месячного проживания в этих «номерах» колеблется от 50-ти до ста тысяч сумов и выше – в зависимости от «комфортабельности» жилища. Имеются и такие, где в одной комнате на кроватях-нарах могут вместиться на ночлег до 10-20 работяг – за 30-50 тысяч сумов за место. Про антисанитарию, отсутствие коммунальных благ и прочие издержки существования в подобных условиях здесь говорить не принято.


Съемное жилье на окраине Ташкента — для не слишком требовательного внутреннего трудового мигранта

Понятное дело, постояльцы – молодые мужчины и женщины – целыми днями заняты на работе, а по ночам они могут ходить друг к другу в гости, приглашать к себе друзей и подруг со стороны. Разумеется, за любовные утехи с посторонними лицами хозяевам арендованных помещений нужно платить отдельно.

- Молодость берет свое, но выезжать в город в поисках развлечений редко кто из этих ребят имеет возможность – прежде всего, чтобы не привлекать к своей персоне излишнее внимание органов правопорядка, поскольку большинство из них не состоят на официальном регистрационном учете. А на работе и в ночлежках у них – свои блюстители порядка, налоговики и санитарные инспекторы, закрывающие, в случае чего, глаза на проблемы, - продолжает наш собеседник.

Наряду с рассыпающимися на глазах времянками к услугам приезжего люда здесь имеются и отстроенные специально гостиничные, по местным меркам, почти «люкс»-номера более приличного вида, ушлые владельцы которых снимают с постояльцев хорошую прибыль. Как правило, весь этот неучтенный доходный бизнес находится под покровительствующей «крышей» серьезных «авторитетов», о которых осведомлены все без исключения местные чиновники.

Свистать всех приезжих!

Можно предположить, что появление информации о зангиатинских ВИЧ-инфицированных косвенно послужило своеобразным сигналом и для властей Ташкента, которые приступили к масштабным проверкам частного жилья и других объектов недвижимости.

На основании принятого главой столичной администрации решения от 9 июля текущего года «Об организации в Ташкенте мониторинга объектов жилой и нежилой недвижимости, а также оплаты за оказанные коммунальные услуги» в городе сегодня пытаются установить тотальный контроль за передвижением внутренних и внешних мигрантов, определением количества непрописанных лиц. Под бдительным оком госконтролеров находятся также жилые и нежилые объекты, включая заброшенные строения и частные гаражи граждан.

По сведениям, полученным «Ферганой» от источников, близких к столичной администрации, это — вполне традиционная очистка города в преддверии очередной годовщины независимости от «нежелательных элементов», особенно выходцев из регионов, представляющих опасность для правительственной верхушки. Согласно распоряжению городского хокима Рахмонбека Усманова, мониторинг жилья будет проводиться до 20 августа этого года включительно.

Однако ужесточение контроля вряд ли затронет внутренних мигрантов, тысячами обосновавшихся на рыночных площадках Зангиатинского района и «Ипподрома» – у здешних торговых владык с властью особые отношения. К тому же, нет сомнения, что нувориши местного разлива, контролирующие «гостиничный» бизнес, сделают все возможное и невозможное, чтобы чужие проверяющие не совали носа на эту территорию, приносящую им огромные теневые доходы.

«Откатываем» пальчики. А смысл?

Между тем, для официального трудоустройства в Ташкенте приезжему из области надо обязательно иметь временную прописку, которая выдается на срок от трех до шести месяцев. Процедура эта для иногородних граждан довольно хлопотная: драгоценное время теряется как на беготню за сбором необходимых бумаг, так и простаивание в очередях в городской Центр занятости (биржа труда), что в Мирабадском районе, неподалеку от вещевого рынка «Куйлюк». Там организована служба, которая занимается фотографированием клиентов и… фиксированием отпечатков их пальцев. Происходит это «дедовским способом» – путем макания пальцев в чернила и прикладывания их к специальной бумаге, а не методом электронного сканирования, как это делается в развитых странах мира. Полученные сведения будут обрабатываться в течение 15-20 дней и затем в обязательном порядке внесены в электронную базу данных, а оригинал в виде карты должен храниться у владельца.

- Насколько мне известно, «откатывание пальчиков» - прерогатива исключительно органов дознания и расследования, поэтому предложение участкового инспектора, занимающегося решением вопросов временной прописки, посетить городскую биржу труда с целью дактилоскопии, вызвало у меня недоумение. При этом инспектор даже не сумел внятно объяснить, откуда растут ноги такого абсурдного распоряжения, - рассказывает молодой человек из города Бахт Сырдарьинской области, попросивший называть его Эркином. Он прибыл в столицу попытать счастья, не найдя его в своем родном городе (в переводе с узбекского слово «бахт» означает «счастье» - прим. «Ферганы»).

По официальной версии, временная прописка нужна для того, чтобы вести учет иногородних с целью профилактики преступлений. Те же, кто не понаслышке знают, что такое простоять в многочасовых очередях в Центре занятости, предполагают, что данная мера, с одной стороны, введена с целью держать мигрирующее население под контролем (причем, двойным, поскольку отпечатки пальцев граждан уже хранятся на микросхемах биометрических паспортов), а с другой – это еще один узаконенный источник сбора денег с населения. Для того чтобы оформить временную регистрацию, соискателю придется выложить около 30 тысяч сумов (порядка $11). Процесс же ее продления оказывается еще мучительнее – во второй раз этим вопросом занимается уже МВД. При этом претендент на прописку обязан предоставить пакет документов за месяц до окончания срока предыдущей регистрации.

Однако, как явствует из практики, меры, предпринимаемые властями для урегулирования миграционных потоков внутри страны, пока ни к чему не привели. Если в очередях на регистрацию легального пребывания в столице практически каждый день можно увидеть в среднем 20-30 человек, то точное количество незарегистрированных внутренне перемещенных лих неизвестно даже правоохранительным органам. Этим людям по ряду причин проще жить, прячась в неприметных времянках за высокими заборами, решая возникающие проблемы через «своих» проверяющих из госструктур, нежели надеяться на милость органов власти. А ташкентские милиционеры для выполнения плана ежедневно рапортуют об «отлове» на городских улицах одного-двух десятков нарушителей режима временного проживания.

Рост ВИЧ: внешние и внутренние факторы

Когда государство загоняет людей в вынужденное подполье, оно само себя лишает возможности контролировать ситуацию в той или иной сфере. Обременительные процедуры учета внутренней миграции приводят к тому, что граждане пытаются эти самые процедуры всячески обойти. Таким образом, внутренняя миграция в Узбекистане по большей части остается неподконтрольным властям процессом. Мужчины и женщины, приезжающие со всей страны на заработки на большие околостоличные рынки, проживают в непригодных для жизни антисанитарных условиях, куда власти и носа не кажут. И что там, за стенами этих трущоб, делается – остается только догадываться. По свидетельствам самих торговцев, проституция и наркомания – неотъемлемые спутники таких мест.

Именно внутренняя миграция в Узбекистане может стать одним из главных факторов распространения ВИЧ-инфекции и других заболеваний, передающихся половым путем. Однако вместо признания этого факта власти Узбекистана пытаются снять с себя ответственность за ситуацию с распространением ВИЧ внутри страны, переложив ее на возвращающихся извне трудовых мигрантов.

Чтобы скрыть реальное положение вещей, статистические данные по ВИЧ/СПИДу сильно занижаются и скрываются. По данным Республиканского центра (РЦ) по борьбе со СПИДом, всего в Узбекистане с населением 31 миллион человек по состоянию на 1 января 2014 года было зарегистрировано 28.250 ВИЧ-инфицированных, однако эти скромные цифры, по мнению экспертов, не отражают реальной картины, так как в стране работа по предупреждению и выявлению ВИЧ ведется в большей степени ради демонстрации этой деятельности. Истинное же количество людей с ВИЧ-статусом может в несколько раз превышать официальные показатели.

Согласно официальной статистике, в 2014 году в Узбекистане было зарегистрировано 4236 новых случаев ВИЧ, из которых 2347 (55,4 процентов) составляют мужчины и 1889 (44,6 процентов) – женщины. При этом РЦ по борьбе со СПИДом делает акцент на увеличении числа случаев выявления ВИЧ-инфицированных у трудовых мигрантов. Так, за 10 месяцев 2014 года среди вернувшихся на родину трудовых мигрантов был выявлен 531 новый случай ВИЧ-инфекции, тогда как в 2013 году таких случаев было 418, а еще годом ранее, в 2012-ом году, было зарегистрировано 272 новых случая ВИЧ среди приехавших с заработков узбекистанцев. Из числа вновь зарегистрированных ВИЧ-инфицированных мигрантов половым путем были заражены 88,5 процентов, парентеральным (через кровь) – только 5,6 процентов. В то же время исследования, проведенные среди мигрантов в 2013 году, показали, что 17,4 процентов из них имели половые контакты с работницами коммерческого секса во время миграции, а 6,5 процентов – уже вне, то есть на родине. При этом порядка 60 процентов из них пренебрегают средствами защиты при половых контактах.

Ни в коем случае не ставя под сомнение актуальность проблемы заражения ВИЧ-инфекцией граждан, находящихся длительное время в миграции за пределами страны, необходимо также без лукавства признать, что многие внутренние факторы, такие как низкий уровень жизни, безработица, рост проституции на фоне коррупции, закрытия глаз и замалчивания социальных проблем, способствуют росту эпидемии. Говоря о плохих условиях жизни узбекских мигрантов в России, стоит обратить внимание и на трущобы, в которых живут внутренние мигранты в своей собственной стране.

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА