22 Ноябрь 2017

Новости Центральной Азии

Пётр Своик: Я и сам верил, и других убеждал…

Того, что произошло в Казахстане 20 августа 2015 года, многие ожидали, но верить в это не хотелось никому: тенге в одночасье потерял «руль и ветрила» и был брошен в свободное плавание. Казахстан обзавелся своим собственным «черным четвергом», когда курс нацвалюты по отношению к доллару США за сутки преодолел в обменниках расстояние от 188,38 до 255,26. А ведь еще месяц с небольшим назад глава Нацбанка республики Кайрат Калимбетов уверял, что «потолок» до конца текущего квартала – 190 тенге за доллар. Экономисты и журналисты, привыкшие сомневаться в словах госчиновников, подвергли слова главы НБ некоторой корректировке и убедили всех, что уж точно никак не выше двухсот. Именно такая цифра была указана в качестве предельной в номере алмаатинской газеты «Время», который увидел свет утром 20 августа…

Ошибаться свойственно всем, а делать прогнозы все равно, что играть на рулетке – «пан или пропал». Но как говаривал некий писатель из бессмертного «Золотого теленка» Ильфа и Петрова: «Раз у меня есть колени, то должен же кто-нибудь на них сидеть?» Так и прогнозы – в них есть постоянная потребность, а уж для журналистов, экономистов и политиков это хлеб насущный. Облачишься ли ты в тогу оракула или станешь объектом насмешек – выбор прост.

Пётр Своик, известный казахстанский экономист и политик, профессионально владеющий цифрами, и есть автор пресловутой заметки в газете «Время». Он с изрядной долей самоиронии отреагировал на вопрос «Ферганы» о том резонансе, который вызвала его публикация, но стоит повторить еще раз: Пётр Своик профессионально занимается своим делом, а кроме того, знает и методологию принятия важных решений, потому и слова его о ситуации в экономике Казахстана заслуживают самого пристального внимания.

- В вашем материале, опубликованном 25 декабря 2014 года, есть такое утверждение: «…власти постараются растянуть паузу и не предпринимать никаких содержательно новых мер ни в политике, ни в экономике. Расчет простой: дождаться хоть какой-то определенности в России, под которую уже можно будет подстроиться». Надо полагать, дождались?

- Ну, может быть и так, хотя особой определенности в России нет. В прошлом году, примерно в это же время, Набиуллина с Медведевым «ухнули» рубль – с тридцати до шестидесяти, и теперь, через год, можно подводить итоги. Они таковы: рубль по-прежнему находится под давлением и единственное, что его стабилизирует – это понижение общего уровня жизни в России, падение покупательной способности и сокращение импорта. Девальвация, на самом деле, дав небольшую передышку сырьевым экспортерам, опустила всю несырьевую, обслуживаемую в рублях экономику - и активность, и платежеспособность - на более низкий уровень, за счет чего и была достигнута стабилизация. Но это, мягко говоря, глупое решение, если не говорить более определенно.

- Только за последнюю неделю курс рубля к доллару упал c 65 до 68, а за три недели российская валюта потеряла целых десять рублей…

- Я тут лежу на пляже иссык-кульском и не очень слежу за этим, но это только подтверждает сказанное выше – ничего не получили, кроме проблем и неприятностей. И опять - начинай сначала.

А наши казахи, долго тянув, взяли и собезьянничали, наверняка, с тем же точно эффектом – мол, дадим передышку сырьевым экспортерам на три-четыре месяца, а дальше она не протянется. И фундаментально, навсегда, хочу это подчеркнуть, навсегда опустили несырьевую, недолларовую экономику. Там, естественно, уменьшится покупательная способность, подсократится импорт – и мы таким образом стабилизируемся. Будем отброшены на несколько лет назад – вот тебе и вся стабилизация.

- Во вчерашнем заявлении премьера Казахстана Карима Масимова прозвучало следующее: «Если бы правительство и Национальный банк <…> все проблемы решали за счет того, чтобы «пилить» Резервный национальный фонд, то в конечном итоге Казахстан ожидал бы дефолт». Не прозвучало ли это как некий выпад в сторону России, где именно так действовало правительство, и не следует ли это расценивать как отдаление от России, учитывая сохраняющиеся для Казахстана возможности, в отличие от соседа, получать долгосрочные кредиты на Западе?

- Конечно, это можно расценивать так, но, с другой стороны, это просто «фигура речи», а то, что произошло 20 августа – полная копия той глупости, я бы даже сказал диверсии, которая была сотворена в России, а теперь повторена их казахскими коллегами Масимовым и Калимбетовым с известным нынче всем результатом.

Теперь что касается их уверений, что они не собираются тратить средства из Нацфонда. Вы, скорее всего, этого не знали – еще в ноябре прошлого года президент Назарбаев выступил с посланием к народу на 2015 год, где провозгласил программу «Нурлы жол» (Светлый путь – прим. ред.) - программу массированных вложений в экономику. Впервые в истории Казахстана эта программа основывалась на привлечении средств из Национального фонда страны, и если вы поднимите статистику по золотовалютным резервам и запасам Нацфонда, а это легко сделать, то увидите, что, начиная с ноября прошлого года, динамика изменила вектор, превратившись из накопительной в расходную.

- Я читал ваш материал в «Форбс. Казахстан» от 9 февраля, там как раз об этом речь шла…

- Я рекомендую вам читать мои материалы в издании «Время», а с «Форбс» я разошелся во взглядах, они либералы, а я – уже не очень. Так вот, начиная с объема золотовалютных резервов, который был в прошлом ноябре, примерно 105,5 миллиардов долларов, сегодня, согласно отчету за июль, этот объем уменьшился до $97,2 млрд. Я запомнил точную цифру – 8,220 миллиардов долларов ушло на поддержание экономики и курса тенге в том числе. То есть, Нацфонд еще с ноября прошлого года работал стабилизатором курса тенге! Возникает вопрос – что будет с «Нурлы жол», с поддержанием экономической активности в стране? Ведь Масимов лихо заявляет, что больше тратить деньги из Нацфонда они не будут.

Правительство, на мой взгляд, находится в достаточно растерянном положении – жонглирует словами, не зная, как себя вести. Можно, конечно, уменьшать расходы за счет девальвации тенге, но это все равно, что опускаться в бездонный колодец.

- В России есть такие незаметные простому обывателю источники «стабилизации» как индексация зарплат и пенсий, которая раза в два отстает от показателей инфляции…

- У нас вполне аналогичная ситуация. Возможно, чуть-чуть выше индексируют, хотя этот показатель тоже отстает от уровня инфляции, чуть меньше ажиотажа, чуть больше уверений в том, что все нормально - до этой девальвации, которая есть некий рубеж. Я вам цифры назову объективные. ВВП прошлого года, если брать в долларах, поскольку в тенге он показал некоторый рост, был на 8,5% меньше, чем в 2013-м, округленно – 214 и 230 млрд. долларов соответственно. Я повторюсь – в тенге арифметика сошлась даже с некоторым плюсом, поскольку в начале 2014-го года была проведена девальвация. По этому году ситуация будет еще хуже. Прогнозировать цифры сейчас невозможно, но спад будет еще более сильным. А вот спад по экспорту/импорту за прошедшее полугодие уже известен, и он очень серьезен – около 15% по экспорту, и чуть ли не под 25% по импорту. Это – цифры из отчета за полугодие. Вообще-то, это падение гораздо более существенное по темпам, чем тот спад, который испытывали наши с вами экономики, разваливаясь в начале 90-х годов.

- Тут сам собой напрашивается вопрос о судьбе и перспективах ЕАЭС, учитывая и последние события с блокировкой грузовых железнодорожных составов, высказываниями Назарбаева и резкой критикой Лукашенко. Будет ЕАЭС существовать или нет?

- Я – убежденный сторонник ЕАЭС, поэтому ждать от меня…

- Но вы же экономист плюс ко всему…

- Да, но я вам говорил, что я - экономист запятая политик. Так вот, в нынешнем виде Евразийский экономический союз смысла не имеет, а для Казахстана он просто вреден. Ведь, если ставить только вопрос об улучшении взаимных торговых оборотов, то более неудобного и невыгодного партнера для Казахстана, чем Россия нет. У нас замечательный, плюсовой баланс с Европой, поскольку основное сырье мы гоним туда, а качественных и недорогих европейских товаров покупаем весьма мало, у нас неплохой, с небольшим плюсом в нашу пользу, баланс с Китаем, и просто катастрофический баланс с Россией, который достигал цифры в -13,5 млрд. долларов. Наше сырье вам не нужно, а для нас, хотя вы и сами теперь являетесь сырьевой провинцией Запада, остаетесь товарной метрополией. Сейчас это отрицательное сальдо уменьшается, по этому году будет, возможно, даже ниже -$10 млрд., но это только за счет сворачивания экономической активности.

Вот и получается, что если рассуждать о ЕАЭС как о торговом союзе, то, повторяю, в нем никакого смысла нет. А вот если рассматривать его важность с точки зрения геополитики, как об историческом феномене, то он абсолютно логичен, и, разумеется, будет иметь свое продолжение. Скорее всего, «кривое», конфликтное, с разными «левыми» неверными движениями и замалчиваниями, но все, что происходит в последние три года – это Таможенный – Евразийский союз. В том числе и свержение Януковича, санкции-контрсанкции, Крым, Донецк, Луганск – это все результат попытки Украины избежать вступления в Евразийский союз. Который и сейчас, кстати, вразумительно не сформулирован, у него нет даже субъектности собственной – есть три президента трех разных государств и есть секретарь, Христенко, который и внутри-то страны ничего не решает. А между тем, Евразийский союз сегодня важнейший субъект мировой политики, но он никак не представлен на международной арене – ни персонально, ни институционально. Это очень неприятное промежуточное положение. Но я уверен, что дело будет двигаться вперед, и исхожу из того, что даже, при всех российских катаклизмах и неприятностях, если Владимир Владимирович и будет сменен кем-то, то отнюдь не Ходорковским или Кудриным – возврат в ельцинские времена невозможен по определению. Экономическая часть евразийской идеи будет однозначно дополняться политической составляющей. Кстати, причины, по которым «загибается» и наша, и российская экономика, лежат в том, что исчерпала себя внешне-ориентированная парадигма, а, следовательно, надо формулировать и реализовывать парадигму внутреннего совместного национального развития. Это достаточно очевидно, а то, что этого не делают ни в Москве, ни в Астане…, впрочем, Астана всегда была игроком «второго хода», которая только повторяет то, что делает Москва. А поскольку Москва сейчас «зависла», вот Астана и повторяет эту набиуллинско-медведевскую глупость.

- Но на взгляд не экономиста и не политика, тем более находящегося далеко от «эпицентра», Астана, став ведущим игроком в Центральной Азии, уверенно двинулась в сторону Китая, все больше отдаляясь от России.

- Надо хорошо понимать, что Казахстан - уже часть китайской экономики, почти такая же, как и российской – экономическая зависимость Казахстана от России лишь чуть-чуть больше, чем от Китая. Вместе с тем надо понимать, что однополярный мир сегодня переформатируется в многополярный, и большую роль будут играть не только экономические основы взаимодействия, но и политические, культурные, исторические. Очевидно, что Китай никак не может быть полноценной метрополией Казахстана, только торговой, а Россия – исторически играет эту роль, а сегодня с этой ролью справляется очень плохо, можно сказать, отвратительно. Но, в конце концов, никуда не деться от общего русскоязычного пространства и исторической традиции, тот же ЕАЭС, который не на пустом месте возник – все это будет требовать евразийского самоопределения, и Китай никак не сможет править ни Россией, ни даже Казахстаном, да ему этого и не надо, Китаю достаточно сохранять дружественные отношения.

- В последнее время все чаще приходят сигналы вот какого рода – поколение живших и воспитывавшихся вместе уходит, на смену ему приходит поколение, которое ориентировано скорее не на русскую речь.

- Дело в том, что все национальные элиты в республиках Центральной Азии, при том, что капитально перешли на собственные языки, овладевают английским, а их дети активно учат китайский, все равно остаются русскоязычными. Население в массе – да, они в некоторых республиках теряют знание русского языка, да и то все это весьма относительно. Элиты – русскоязычные, и это воспроизводится. В Казахстане весь бизнес и вся власть, которая заполнена преимущественно казахами, русскоязычная, а казахский язык используется для важных, но, все-таки, ритуальных действий. Рабочим языком является русский и это воспроизводится.

- Можете ли вы дать прогноз – как экономическая ситуация изменится в Казахстане к концу года?

- Мало изменится. Правительство сейчас заняло круговую оборону - девальвация, кстати, сугубо оборонительное мероприятие, не наступательное - и они постараются экономить во всем, как-то пытаться индексировать, удерживать ситуацию, говорить какие-то слова о том, что, мол, переживем и все будет хорошо. Никаких активных действий не предвидится, поскольку следующим этапом активизации может быть только смена парадигмы, а это штука не экономическая, а политическая, и она должна быть сформулирована, после чего только и возможно развитие. В Москве этим не пахнет, а уж тем более здесь.

- Вы предлагали знакомиться с вашими материалами в газете «Время» и тут я не могу удержаться. Вчера весь день на московских радиоволнах ерничали по поводу вашего призыва к населению, с которым вышел номер газеты ровно 20 августа, а на сайте этот текст появился поздним вечером 19 августа. Первая строчка текста гласит: «Спокойно, граждане, только без паники, никакого обрушения тенге не будет!»

- К сожалению, это я написал накануне с утра. В завтрашнем номере выйдет продолжение, которое начинается так: «Мне стыдно и обидно, я и сам верил, и других убеждал…».

Беседовал Сергей Мец

От редакции: Обещанная статья Петра Своика уже доступна читателям газеты «Время». Она называется «Понт платежом красен».

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА