23 Август 2017

Новости Центральной Азии

Страсти по Анфисе. Как менялись версии изнасилования в резиденции главы Павлодарской области

Многоэпизодное дело в Павлодаре (Казахстан) не поддается исчерпывающему определению ни как «дело об изнасиловании», ни как «дело о вымогательстве», ни как «дело Голышкина», поскольку включает в себя все эти компоненты одновременно, причем каждый из них развивается в собственном направлении, не теряя связи с остальными частями громкой истории.

Для удобства восприятия, ввиду переизбытка информации, его лучше разделить на смысловые половины. Во-первых, всё, связанное с изнасилованием в резиденции акима (главы администрации) Павлодарской области Казахстана, во-вторых – всё, что имеет отношение к вымогательству у него денег и к замешанным в этом людям.

Напомню, что в ночь с 19 на 20 февраля в охраняемой загородной резиденции руководителя Павлодарской области Каната Бозумбаева произошло изнасилование. Дело вскоре закрыли «за примирением сторон», а жертва преступления - 20-летняя девушка - получила 5.000 долларов.

Вскоре после того несколько вымогателей (в том числе следователь, занимавшийся этим делом) начали требовать у акима 500 тысяч долларов за видеозапись, на которой пострадавшая заявляла о причастности к произошедшему его сына – 22-летнего студента Павлодарского университета Даурена Алдабергена. При передаче части денег они были задержаны. Позже арестовали и главного редактора местной газеты «Версия» Ярослава Голышкина, снимавшего на видео рассказ изнасилованной девушки. Всем им грозят большие сроки лишения свободы.

Подробно об этом рассказывается в статьях «История с изнасилованием. Как сын главы Павлодарской области стал «свидетелем», а журналист – «организатором преступления», «Казахстан: новые подробности дела о вымогательстве и изнасиловании» и «Беспредел в Павлодаре: свидетелей по «делу об изнасиловании» запугивают, арестовывают и заставляют менять показания».

Сам факт преступления в резиденции главы области был признан лишь в середине мая. Однако официальная версия событий постоянно трансформируется, единственной устойчивой ее частью остается повторяемое, как мантра, утверждение о том, что сын акима Бозумбаева совершенно невиновен. Это очень хорошо заметно на примере ряда статей и сообщений.

«Я знаю, что вы сделали…»

Первой о случившемся стала писать газета «Версия». В разделе «Согласно инсайдерской информации…» на протяжении всего марта начали появляться короткие тексты в несколько строк: «Девушка А., 1994 г.р., заявила о том, что в ночь с 19 на 20 февраля на известной охраняемой территории она стала жертвой изнасилования, участником которого был сын одного чиновника. С помощью 5000 долларов и обвинений в ложном доносе девчонку «переубедили». Однако копии кое-каких спешно уничтоженных бумаг утекли». И т.д.

Впоследствии стало известно, что отец Ярослава - учредитель газеты Василий Голышкин, - узнав об имеющейся у его сына видеозаписи, категорически запретил публиковать ее. Тогда журналист принялся печатать вот такие отрывки. В дальнейшем это дало повод обвинить его в том, что они служили отчетливыми намеками акиму области.

После того как по городу пошли слухи о преступлении в резиденции, павлодарские журналисты направили ряд запросов о случившемся в полицию и прокуратуру. Но ответов так и не дождались. По словам Дмитрия Куряченко, бывшего адвоката Ярослава Голышкина, его подзащитный рассказал ему, что обращался с запросом в Южный отдел УВД Павлодара (тот, где проводились допросы и «обработка» пострадавшей. – Прим. «Ферганы») и получил ответ, что в их районе зафиксировано только одно изнасилование – какой-то женщины 1963 года рождения.

Просто свидетель

Ответ от надзорного ведомства был получен лишь через три месяца после инцидента. 14 мая по подозрению в вымогательстве был задержан, а затем арестован Ярослав Голышкин, и в этот же день прокурор Павлодарской области Мухтар Жоргенбаев направил письмо в интернет-издание Ratel.kz с изложением официальной версии событий.

«20 февраля 2015 года потерпевшая Х. обратилась в органы полиции Павлодарской области с заявлением об изнасиловании, которое незамедлительно зарегистрировано в Единый реестр досудебного расследования. Следствие по уголовному делу осуществлялось следственным управлением ДВД Павлодарской области, в ходе которого установлен гражданин Г., совершивший это преступление, который не отрицает своих отношений с заявительницей и признает вину. Местом преступления является коттедж в поселке Кенжеколь», - говорилось в нем.

«В этом уголовном деле сын акима области проходил свидетелем, показания потерпевшей и других участников уголовного процесса, а также заключения ряда экспертиз, свидетельствуют о непричастности его в данном преступлении. 16 апреля 2015 года уголовное дело по факту изнасилования гражданки Х. прекращено производством в связи с примирением сторон, поскольку гражданин Г. (приятель сына акима, которого тоже зовут Даурен. – Прим. «Ферганы») полностью загладил ей причиненный вред», - оповещал прокурор.

М.Жоргенбаев пояснил, что рассматриваемое преступление относится к категории средней тяжести, и уголовное преследование по нему, в соответствии с требованиями статьи 68 УК, при примирении с потерпевшим и заглаживании причиненного вреда, подлежит прекращению.

Следует уточнить, что в соответствии с Уголовным кодексом Казахстана, преступления, предусматривающие заключение на срок от 3 до 5 лет, допускают возможность «примирения сторон». Сюда же относится и изнасилование без отягчающих обстоятельств, за что почему-то установлено крайне мягкое наказание – от 3 до 5 лет. Зато изнасилование, «совершенное группой лиц», уже считается тяжелым преступлением, карается сроком от 5 до 10 лет, и никакого примирения тут быть не может.

В статье, где приводился ответ прокурора, сообщалось и о некоторых других подробностях происшествия в резиденции, о которых Жоргенбаев не упоминал. Ее автор, Джамиля Маричева, писала, что пострадавшая (в статье она была названа студенткой местного университета) обратилась в полицию наутро после случившегося и заявила, что над ней надругался Даурен Бозумбаев (сын акима, однако его настоящая фамилия – Алдаберген. – Прим. «Ферганы»). По ее словам, все произошло в коттедже, расположенном неподалеку от президентской резиденции, где проживает семья Бозумбаевых с момента их приезда в область после назначения.

«По понятным причинам в региональном Департаменте внутренних дел не афишировали, что проверяют сына высокопоставленного чиновника на причастность к тяжкому преступлению», - пояснила Маричева. «В полиции подтвердили, что местом преступления был коттедж на территории президентской резиденции, где проживает семья Бозумбаевых», - добавила она.

Далее в статье повествовалось о шантаже руководителя области и попытке «раскрутить» его на полмиллиона долларов, а также давалось своеобразное объяснение записанному на видео рассказу пострадавшей: «В областной прокуратуре настаивают на том, что обвинения против Даурена Бозумбаева были сфальсифицированы для шантажа Каната Бозумбаева».

Через несколько дней, 19 мая, по редакциям был разослан новый текст облпрокурора Жоргенбаева. В нем уточнялось, что сын главы региона «не был прямым участником и очевидцем произошедшего». Другими словами, он был таким свидетелем, который ничего не видел, ничего не слышал и ничего не знал.


Сын акима, Даурен Алдаберген, в светлом пиджаке. С друзьями.
 

В тот же день, 19 мая, в павлодарском издании «Время» вышла статья еще одной журналистки, по словам ее коллег, представляющей интересы павлодарского акимата, - Ольги Воронько.

В статье говорилось, что 20 февраля в полицию с заявлением об изнасиловании обратилась 20-летняя девушка. По ее словам, она стала жертвой 22-летнего парня, по имени Даурен, который привез ее на своем «лексусе» с шофером в резиденцию, занимаемую акимом области, и там надругался.

«Но затем оказалось, что насильником является другой молодой человек, которого тоже зовут Даурен – сын павлодарского предпринимателя, с которым девушка состояла в близких отношениях, - писала О.Воронько. - Это он вечером 19 февраля на отцовском «лексусе», управляемом водителем, привез подругу в гости к приятелю – сыну акима, который, к слову, ездит за рулем «мерседеса». Что у них там произошло, и почему девушка решила написать на друга заявление, не уточняется. Сейчас молодые люди уже помирились, и уголовное дело в отношении сына бизнесмена прекращено за примирением сторон…».

Обратите внимание на деталь, которая больше никогда и нигде не всплывет: «привез девушку с шофером»

В другой статье, опубликованной через день, 21 мая, Ольга Воронько словно бы между делом вставляет фразу о том, что меченые деньги из первого транша были обнаружены у пострадавшей (жирный намек на ее участие в вымогательстве). Правда это или нет, неизвестно, но с тех пор об этом тоже никто не упоминал.

Жулдыз рассказывает

В это же время возник непредвиденный фактор – Жулдыз Кулиева, жительница города Курчатова в Восточно-Казахстанской области, мать пятерых детей, в том числе 18-летней Эльмиры, подруги изнасилованной девушки – Анфисы Хафизуллиной. (Сама Анфиса с семи лет воспитывалась старшей сестрой, других родственников в Казахстане у нее нет.)

21 мая Жулдыз обратилась в газету «Версия» и рассказала собравшимся журналистам из нескольких изданий, что обеих девушек вопреки их воле удерживают на оперативной квартире Комитета национальной безопасности (КНБ) (дело о вымогательстве расследовала специально прибывшая группа КНБ из Астаны. – Прим. «Ферганы»), и что сотрудники этого ведомства умышленно лишают их права на адвоката.

Такие действия были открытым попранием закона РК «О государственной защите лиц, участвующих в уголовном процессе», в соответствии с которым временное помещение защищаемых лиц в безопасное место может предприниматься ТОЛЬКО С ИХ СОГЛАСИЯ (статья 16). Поэтому неважно как именовалось задержание девушек в документах следствия, фактически это был арест. Например, Эльмиру выводили из охраняемого помещения в наручниках (!).

Жулдыз также привела некоторые подробности случившегося в резиденции, известные ей от дочери, близкой подруги Анфисы. После чего стало ясно, почему девушек держат в изоляции.

По ее словам, в тот день Анфиса и другая ее подруга (Жансая – Прим. «Ферганы») встретились с сыном акима и его товарищем, ездили по городу, пили пиво. Затем проехали на территорию охраняемой резиденции акима, оказавшись в одном из отдельно стоявших коттеджей. Здесь и произошло изнасилование. (Куда делась вторая девушка, неясно – Прим. «Ферганы»).

«Было их двое, один держал, другой насиловал, избили ее, телефон забрали и бросили на дороге», «бросили […] замерзать, это в феврале было». «Сын акима был на этом изнасиловании, он держал её, он плевал на неё, он оставил её на обочине дороги», - это фразы из нескольких высказываний Жулдыз.

Позже женщина уточнила, что девушку подобрал какой-то попутчик на машине и довез до ближайшей деревни, а там «участковый вызвал с Южной полиции (имеется в виду Южный отдел УВД Павлодара, тот, где потом Голышкину врали, что никаких изнасилований не было. – Прим. «Ферганы») полицию, и ее в тот [же] день забрали». (Адвокат Дмитрий Куряченко, со своей стороны, пояснил, что всё это девушка описывает в своих письменных показаниях, имеющихся в материалах дела о вымогательстве).

Если Анфиса сказала правду, то получается, что она изначально не имела шансов на справедливость. Полицейские (в том числе будущий шантажист акима – следователь Фархат Алиясов) подвели дело под статью 120 пункт 1 (изнасилование без отягчающих обстоятельств), позволяющую его прикрыть. А должны были под статью 120 пункт 2 («совершенное группой лиц»), поскольку если кто-то держал жертву, то он несомненный соучастник, само же изнасилование в таком случае считается групповым и относится к категории тяжелых преступлений.

13 июня Эльмиру Кулиеву из-за «излишней» активности её матери, то требующей для нее адвоката, то попытавшейся вызволить ее из кээнбэшного заключения, арестовали и перевели в изолятор временного содержания (ИВС). В постановлении судьи Айшат Тыртыкаевой говорилось, что Кулиева вступила в сговор с вымогателями и, «преследуя корыстные цели», сообщила ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЕ сведения о причастности Даурена Алдабергена к совершённому изнасилованию.

Судья имела в виду видеозапись, сделанную Голышкиным и Сулейменовым (по версии облпрокуратуры – сфабрикованную для шантажа главы региона). Анфиса рассказывала о том, что произошло лично с ней, а Эльмира – о том, что ей было известно со слов подруги, а также о том, как придя с ней в полицию, она требовала наказать насильников, но ее заперли в отдельном кабинете и продержали до вечера, за это время пострадавшую хорошенько обработали, уговорив взять деньги и отказаться от обвинений.

Вскоре мать Эльмиры Кулиевой вместе с адвокатом Ярослава Голышкина провели в Алма-Ате пресс-конференцию, во время которой женщина сказала, что Анфиса находится под большим прессом. «Сейчас ее запугивают так: «Если ты не будешь писать (давать «правильные» показания. – Прим. «Ферганы»), видишь – вот она «ушла» (Эльмира. – Прим. «Ферганы»), хотя никакого дела не имеет, и ты сядешь рядом», - пояснила Жулдыз.

После пресс-конференции она прекратила общение с журналистами, видя, что положение её дочери от этого только ухудшается.

И в той же середине июня Ratel.kz опубликовал предельно лживое интервью, которое дала старшая сестра Анфисы. Она, в частности, заявила, что ей не известны ни подробности изнасилования, ни то, кто является насильником, зато у нее вызывают возмущение поднимающие лишний шум журналисты, а также Жулдыз Кулиева, бьющая во все колокола ради спасения своей дочери. Упрекать молодую женщину сложно: очевидно, что она сделала это, пытаясь помочь младшей сестре.

Впоследствии стало известно, что на «интервью» ее привозили люди акима Бозумбаева, они же передали отснятую видеозапись в Ratel.kz.

«Бандитский Павлодар»

17 июня в издании Central Asia Monitor вышла еще одна знаковая статья, обозначающая то, как хотели бы видеть произошедшее аким Бозумбаев и стоящие за ним люди, - «Бандитский Павлодар, или Особенности региональной политики». Её автором значился Александр Топалов. Вот лишь некоторые выдержки из этого пасквиля:

«Итак, сын акима – молодой человек по имени Даурен. Фамилия может быть как у отца или другая, в СМИ нет определенности на сей счет. Он - студент, учится в местном вузе и параллельно трудится обычным рабочим на заводе. Хотя его отец является не просто большим чиновником, но и весьма состоятельным человеком…»

«Теперь о самой истории, которая началась в конце февраля этого года. Сын акима области, его друг и две их подруги решили побывать в резиденции во время отсутствия акима и остальных членов его семьи. В сам дом, где проживают Бозумбаевы, молодые люди не заходили – они веселились в гостевом домике. Но веселье длилось недолго: одна из девушек захотела к себе домой, и Даурен, будучи трезвым и за рулем, решил отвезти ее. Двое других остались. Спустя примерно 40 минут сын акима вернулся и увидел, что его гости не в настроении. На этом вечеринка закончилась. А наутро девушка, которая оставалась наедине с другом Даурена, обратилась с заявлением в полицию, где дело сразу приняли в производство».

«Да и вообще непонятно, было изнасилование на самом деле или же «это» произошло по обоюдному желанию? Ведь поговаривают, что между потерпевшей и ее обидчиком были вполне серьезные отношения, и они частенько кувыркались в машинах на заднем сиденье. Как бы то ни было, дело об этом инциденте сейчас закрыто по причине примирения сторон».

Облив потерпевшую грязью, автор статьи высказал предположение, что, возможно, заявление было подано с целью вымогательства: «А, может, и не было вовсе изнасилования? Может, девушка поддалась соблазну и решила немного заработать? Или ее к этому подтолкнули? Или все это было заранее спланировано? Ну как иначе объяснить действия журналиста, самой редакции и мотивы девушек, решивших поехать ночью за город в гости к парням?»

Практически сразу же выяснилось, что никакого журналиста Александра Топалова в реальной жизни не существует. В профиле у него оказалась только одна статья – та самая, в последний раз он заходил на сайт в тот же день, 17 июня. Остальные журналисты издания, в отличие от него, имели множество публикаций.

Власти поспешили откреститься от «Бандитского Павлодара». В ответ на запрос корреспондента газеты «Версия» руководитель пресс-службы акима Павлодарской области А.Джалдинов сообщил: «Сведения, опубликованные в этой статье, нам неизвестны, также нам неизвестно появление подобной информации. Ни один сотрудник акимата области автору статьи информацию передать не мог по причине неосведомленности. Что касается акима области, то, как и ранее, по этому поводу он комментариев представителям средств массовой информации не давал».

Тяжелая артиллерия

Своей вершины эволюция провластных версий достигла в спецрепортаже телеканала КТК. 28 июня зрителям программы «Главная редакция» представили сюжет, ради которого съемочная группа во главе с журналисткой Анной Яломенко съездила из Алматы в Павлодар.

«О том, что же произошло в резиденции акима, никто толком не знал, но история стала обрастать подробностями: сын акима области с другом якобы изнасиловал девушку прямо в загородном доме чиновника. В прокуратуре факт насилия подтвердили, но отвергли причастность к этому Бозумбаева-младшего, его статус в уголовном деле – свидетель», - бодро зазвучал голос ведущей.

«И вот, спустя полгода, та самая девушка согласилась на эксклюзивное интервью, правда, лицо попросила закрыть – не тот случай, когда хочется славы. На встречу она пришла в сопровождении двух охранников (точнее, они ее привели. – Прим. «Ферганы») и сестры. И кажется в хорошем настроении», - отметила журналистка.

«Бывшая бармен и ресторанный администратор, 20-летняя Анфиса Хафизуллина рассказала, как познакомилась с Дауреном, который простой парень (речь сначала идет о двух Дауренах, один – сын акима, второй – «простой парень». – Прим. «Ферганы»), и как через неделю согласилась встретиться (то есть, это была их первая встреча. – Прим. «Ферганы»). Анфиса была не одна, с подругой, а ее ухажер с другом. Тем самым, сыном акима».

На экране возникает размытое с помощью компьютера лицо какого-то парня. «Вот он, герой-любовник и приятель известного человека. Даурен-простой рассказал, как угостил девушек пивом и как после решили продолжить общение в уютном месте – дома у высокопоставленного друга. Хозяин апартаментов, Бозумбаев-младший, в вечеринке якобы не участвовал и ушел спать. Гости развлекались сами», - льется бойкая речь корреспондентки.


Кадр из репортажа КТК. Спиной – Даурен
 

«Она водку допила, у нас с ней еще раз, второй раз секс был, второй раз у нас с ней был секс, потом она, я говорю: «Чё, поехали домой», уже время шесть утра было или сколько. Я говорю: «Спать надо уже», и она давай там орать чё-то, я так и не понял, чё она от меня хотела», - рассказывает насильник.

И опять зажурчали слова ведущей: «Уже на следующий день Даурена-простого вызвали в полицию по заявлению девушки, с которой накануне он провел страстную ночь. (Интересно, если Анну Яломенко будут насиловать, назовет ли она это «страстной ночью»?.. ) Анфиса обвинила его в изнасиловании, но парень настаивает – всё было по любви».

Сама Анфиса ни о какой «страстной ночи» не упоминала. «Он взял меня силой. То есть, принудил», - пояснила она.

«В итоге парочка всё-таки пришла к мировому соглашению, и дело закрыли за примирением сторон», - вновь защебетала журналистка.

«Она мне сказала: «Заплати мне пять тысяч долларов за моральный ущерб», - поведал «Даурен-простой». - И всё забудем. Я ей отдал пять тысяч долларов».

«И казалось бы, в истории наступит хэппи-энд, Анфиса вернется в Россию, где живет ее муж, и шум, наконец, утихнет, но оказалось, что все только начинается, - жизнерадостно продолжила Анна Яломенко. - И вот тот самый неожиданный поворот: девушка рассказала, как некий бизнесмен вместе с полицейским уговаривали Анфису снова вспомнить историю об изнасиловании, но только теперь в интимный эпизод нужно было добавить еще одного злодея – сына акима Каната Бозумбаева».

«Чтобы на видео мы говорили, что насиловал не друг Даурена, а сам Даурен – сын акима области», - сказала Анфиса.

И снова бойко заворковала Анна Яломенко: «Главная героиня этого детектива – Анфиса Хафизуллина - по делу о вымогательстве проходит как свидетель, живет на конспиративной квартире под охраной и признается, что за это время даже поправилась на 10 килограммов. Жизнь наладилась, пришлось обновлять гардероб. Но услышать от нее хотят не то, что она ест на завтрак, а был ли мальчик».

«Сын акима меня не насиловал, это во-первых, к нему претензий никаких не имею», - произнесла девушка. Ее слова создатели сюжета немедленно прокрутили повторно. Очевидно, это и был кульминационный момент, ради которого задумывался весь репортаж. Того, что было «во-вторых», зрителям показывать не стали.

Общее впечатление от просмотренного – мерзость.

Паскудный игривый тон журналистки-ведущей. Сына акима она на полном серьезе именует «высокопоставленным», насильника – «героем-любовником». При этом слова последнего преподносятся как нечто более важное, чем слова девушки, над которой он надругался. Сама же пострадавшая ни разу не была названа жертвой насилия.

И если ранее провластные СМИ писали, что в это время Даурен Алдаберген уезжал из резиденции, то теперь сценарий меняется: доставив к себе гостей, он отправляется спать. Скорее всего, потому, что на территории резиденции есть охрана и журнал регистрации: сразу видно, кто приехал, кто уехал, кто и когда вернулся. А так, мол, моя хата с краю - ушел спать, ничего не знаю.

Вызывают сомнения и слова «Даурена-простого» о том, что «она водку допила» и о том, что «секс у них был дважды». Похоже, что его научили так сказать: чтобы создать видимость некой добровольности, взаимности, а заодно выставить девушку алкоголичкой.

Не менее показательно само его появление на съемках, как и Анфисы, которая немедленно была доставлена с оперативной квартиры КНБ, как ранее – ее сестра (павлодарским журналистам добиться встречи с ними так и не удалось). «Интервью» удалось избежать только «свидетелю» изнасилования – Даурену Алдабергену, очевидно, чтобы не сболтнул лишнего.

Кстати, о включении в видеозапись сына акима в качестве «злодея». Объявить, что это было сделано исключительно ради шантажа его папы - идея хорошая, креативная. Вот только о его участии в изнасиловании Анфиса и рассказывала подруге, и писала в своих первоначальных показаниях, пока ее еще не заставили взять деньги и пойти на мировую и пока она еще не была знакома ни с Сулейменовым, ни с Голышкиным. Эти показания, скорее всего, уже уничтожены, однако, к сожалению некоторых, Жулдыз Кулиева успела рассказать слишком много.

В этой же передаче впервые была названа фамилия Анфисы. По словам Анны Яломенко, она была не против, только попросила не показывать ее лицо. Лицо ей действительно «размыли», но совсем чуть-чуть. В сочетании с фигурой, голосом и фамилией это сделало ее полностью узнаваемой. Интересы насильника вновь оказались предпочтительными: его фамилия не называлась.

Заметим, что в передаче как бы невзначай упоминается, что в России, где перед переездом в Павлодар девушка провела некоторое время, у нее «живет муж». А чтобы зрители не позволили себе усомниться, тут же мелькнула фотография, где в кадре с Анфисой стоял какой-то мужчина. Другие провластные издания ранее об этом не упоминали. Зачем же это понадобилось каналу КТК?

А вот зачем. Дмитрий Куряченко, бывший адвокат Ярослава Голышкина, имевший доступ к материалам дела, во время вышеупомянутой пресс-конференции в Алматы заявил, что до изнасилования «она была девственницей, эта девочка».

Он пояснил, что в своих письменных показаниях она сообщает, что когда ее выбросили на дороге, ее подобрал какой-то попутчик и отвез в полицейский участок, а оттуда ее первым делом отправили на медицинское освидетельствование, и была проведена экспертиза, установившая истинность слов Анфисы. Об экспертизах, которые ей пришлось пройти, говорила и Жулдыз Кулиева.

Так что все эти россказни о замужестве Анфисы и т.д. направлены только на то, чтобы скрыть правду и представить жертву надругательства девушкой легкого поведения.

Что касается слов Анфисы о том, что к сыну акима она никаких претензий не имеет, – они вызывают в памяти известную фразу из «Крестного отца», когда подручный Дона Корлеоне приставлял к чьей-то голове пистолет, а его босс «делал предложение, от которого нельзя отказаться».

Проституция от журналистики

Содержание передачи было подхвачено и растиражировано провластными СМИ едва ли не всего Казахстана, свидетельствуя о том, что за делом приглядывают на уровне, значительно превышающем возможности главы администрации Павлодарской области. (Напомню, что ранее ряд объективно написанных статей просто снимались с сайтов, причем по всей стране.)

Вот, например, как рассказал о передаче сайт с красноречивым названием Zakon.kz:

«Последние три месяца Анфиса живет под охраной сотрудников спецслужб на конспиративной квартире, - пишет издание (о том, что не по своей воле – ни-ни). - На встречу с журналистом девушка пришла в компании сестры и двух охранников. (То есть была доставлена под конвоем. – Прим. авт.) Выглядит хорошо…»

Говоря о насильнике, издание, не отрицая самого изнасилования, тоже использует термин «герой-любовник». И тоже намекает на то, что сына Каната Бозумбаева к изнасилованию - то ли настоящему, то ли вымышленному - припутали журналист Ярослав Голышкин и «авторитетный» бизнесмен Нуржан Сулейменов.

Далее Zakon.kz уведомляет, что Анфиса Хафизуллина будет находиться под круглосуточной охраной, пока не состоится суд по делу о вымогательстве, в котором она проходит свидетелем.

От кого ее охраняют, Zakon.kz предпочитает не уточнять, несмотря на то, что даже организатор вымогательства Нуржан Сулейманов был выпущен под домашний арест. А его подельник, следователь Фархат Алиясов, вообще находился под домашним арестом с самого начала. Девушку же незаконно удерживают несколько месяцев.

Еще одна приметная публикация появилась 7 июля на сайте Ratel.kz. Её автор – уже знакомая нам Джамиля Маричева. В статье она описывает свою беседу с Жулдыз Кулиевой, ранее переставшей общаться со всеми журналистами. При этом мать арестованной девушки периодически поддерживает трактовку событий, продвигаемую областными властями, чего раньше не делала.

Жулдыз рассказывает, что за некоторое время до этих событий Анфиса Хафизуллина, подруга ее дочери (обе они из города Курчатова), уехала в Россию, а Эльмира - в Павлодар. Девушки переписывались, и Анфиса говорила, что вышла замуж, собирается завести ребенка. Но в январе 2015 года Эльмира рассказала, что встретила Анфису [в Павлодаре], и вроде та не была по-настоящему замужем.

Перейдя непосредственно к изнасилованию, Маричева, словно запамятовав про сообщения облпрокурора Жоргенбаева, пишет, что версии этого события различаются: дескать, «Даурен, который не сын акима», сказал, что у него были интимные отношения с Анфисой по обоюдному согласию, а она сказала, что нет. То есть их утверждения как бы уравниваются.

«В одном, правда, стороны сходятся, - продолжает журналистка, - всё произошло после совместного распития спиртных напитков, и сын акима Павлодарской области Каната Бозумбаева Даурен Алдаберген к изнасилованию непричастен».

После этого описывается, как Сулейменов и Алиясов втянули девушек в вымогательство и сняли для них квартиру, где были записаны на видео обращения Анфисы и Эльмиры к президенту, генпрокурору и министру внутренних дел Казахстана. Говорили ли они правду, в статье не уточняется. (Зато приводится такая фраза Жулдыз: «Дочь говорила мне, что к Анфисе обратился следователь Фархат и что органы хотят возобновить расследование дела об изнасиловании», то есть, возможно, девушки полагали, что запись делается именно с этой целью).

«По словам матери пятерых детей, в тот момент (перед арестом Эльмиры Кулиевой. – Прим. «Ферганы») она реально верила в то, что в деле был замешан сын акима области, - пишет Маричева. - Она боялась, что с дочерью может что-то случиться. «Может, мне не надо было шум поднимать, и тогда бы дочь была свидетелем, а не сидела в СИЗО», - снова цитируется Жулдыз.

«Под шумом Жулдыз имеет в виду заявления в СМИ о том, что ее дочь удерживается в КНБ против своей воли, - поясняет автор статьи. - После попытки матери вывести Эльмиру из здания департамента КНБ девушку препроводили в ИВС, а 13 июня суд санкционировал ее арест. […] Жулдыз пытается найти хорошего адвоката, который бы не побоялся взяться за защиту ее дочери. Она обращалась ко многим, но ей отказывали. Чтобы заплатить за услуги адвоката, она готова продать квартиру, где живет с детьми».

Затем журналистка дает исчерпывающее разъяснение тому, почему не арестовали и Анфису, которая тоже говорила «на камеру», и, следовательно, является не свидетелем, а сообщницей вымогателей: «Разница лишь в том, что Анфиса сотрудничает со следствием, а мать Эльмиры Кулиевой Жулдыз отказалась от сотрудничества, о чем сожалеет».

Примечательно, что Маричева не стала объяснять, под воздействием каких именно новых данных у Жулдыз Кулиевой изменилось мнение о причастности сына чиновника к изнасилованию, если, конечно, не считать этими данными арест и помещение в ИВС ее дочери.

В целом же автор статьи невольно разоблачила подлую полицейскую систему, когда человека могут закрыть в СИЗО за одно только обращение в СМИ, за попытку отстоять свои права или рассказать правду.

Место преступления меняется

Но это всё были еще, так сказать, цветочки. 25 июля в Павлодаре во время пресс-конференции для прессы перед журналистами оказались сразу четыре прокурора. Пока один из них говорил, остальные кивали головами, затем наступала очередь следующего. Вопросы им были переданы заранее, так что служители Фемиды озвучивали уже согласованные ответы. И тут один из них огорошил собравшихся сенсационным известием о том, что скандальное изнасилование произошло не на территории резиденции акима, а возле нее.

«В ходе следствия было установлено, что изнасилование было совершено возле резиденции, а не в резиденции. Не на охраняемой территории», - объявил начальник управления по надзору за законностью досудебного стадии уголовного процесса прокуратуры Павлодарской области Бейсенбек Алиев.

Журналисты удивленно поинтересовались, где же в таком случае это приключилось, учитывая, что за пределами территории резиденции в радиусе пяти километров нет ни домов, ни коттеджей, даже захудалой собачьей будки, только река и лесопосадки. Бейсенбек Алиев ответствовал, что речь идет о неком строении, адрес которого он не помнит.

Небольшое уточнение: Кенжеколь – пригородный поселок, входящий в черту города. Территория резиденции главы региона, окруженная высоким забором, находится в пяти километрах от него, но в административном отношении считается его частью. Ее адрес так и пишется: «Поселок Кенжеколь, резиденция акима Павлодарской области».

На официальный запрос газеты «Версия» с просьбой указать точный адрес места, где было совершено преступление, пресс-служба акима прислала такой ответ: «В очередной раз напоминаем Вам, что, как и ранее сообщал аким Павлодарской области К.А.Бозумбаев, комментировать обстоятельства и давать какие-либо сведения этого дела он пока не может, поскольку следствие ещё не завершено. Что касается сотрудника прокуратуры области Б.Алиева, то обсуждение его действий и слов не входит в компетенцию акимата области».

Туман несколько развеял ответ пресс-службы Департамента внутренних дел Павлодарской области: «Из показаний потерпевшей Х. следовало, что в ночь с 19 на 20 февраля т.г. малознакомый ей парень (который впоследствии был установлен как гр. Г.), путем угроз, насильно вступил с ней в половой контакт в помещении коттеджа в районе с.Кенжеколь».

Получается, что прокурор Алиев публично солгал. Зачем – Бог весть. Возможно, для того, чтобы иметь возможность игнорировать записи в журнале регистрации. Ну а поскольку странная информация, объявленная павлодарскими прокурорами, пока никем не опровергается, надо полагать, она считается новой официальной версией событий.

Под пристальным вниманием

Итак, читательско-зрительской аудитории предлагается верить тому, что утверждают провластные СМИ и прокуроры, а также пострадавшая девушка и ее сестра, без учета того, что последние говорят это в условиях давления и запугивания, а само расследование изнасилования фактически проводилось под присмотром руководителя региона, то есть заинтересованной стороны.

То, что объяснения правоохранителей чередуются, как в калейдоскопе, свидетельствует не в пользу Даурена Алдабергена: зачем менять правдивые показания, если ты невиновен?.. Да и сам он не боялся бы общаться с журналистами, тем более что дело давно закрыто, а возобновлять его ни КНБ, ни прокуратура упорно не хотят.

Понятно, что расставить все точки над «i» по поводу этого преступления при желании не составило бы труда. Однако его-то как раз и нет. Более того, в статье «Бандитский Павлодар» открытым текстом говорится, что ДЛЯ ЗАЩИТЫ Каната Бозумбаева администрацией президента были направлены «спецы из КНБ». Похоже, что в данном случае это утверждение соответствует истине, и обеспечение закрытия дела об изнасиловании 20-летней девушки «курируется» именно этой структурой.

Алексей Волосевич

Международное информационное агентство «Фергана»




  • РЕКЛАМА

    Паблик «Ферганы» в Фейсбуке