30 Март 2017


Реклама


 



Архив

Новости Центральной Азии

Воспоминания Сурата Икрамова: Как российские «воры в законе» под Новый год сделали подарок узбекским заключенным

«Фергана» продолжает публикацию глав из будущей книги известного ташкентского правозащитника, руководителя Инициативной группы независимых правозащитников Узбекистана Сурата Икрамова. В первой публикации рассказывалось о судебном процессе над двукратным чемпионом мира по тхэквондо Эльмурадом Нурахуновым. На этот раз рассказ о том, как российское криминальное сообщество объявило войну наиболее жестоким надзирателям колоний Узбекистана, и как накануне встречи 2007 года это привело к улучшению положению заключенных.

Помощь от «воров в законе»

К воровскому сообществу я, как и все нормальные люди, отношусь отрицательно. И хотел бы, чтобы его вообще не было - чтобы никто не воровал, и все жили честно. Однако, как это не удивительно, именно «воры в законе» как-то под Новый год помогли нам, правозащитникам, в работе по защите прав заключенных.

Как известно, после взрывов в Ташкенте в феврале 1999 года власти Узбекистана стали потихоньку «закручивать гайки». Не минуло это явление и зоны - по определению самих заключенных, там со стороны администрации стал твориться «полный беспредел».

И действительно: ситуация была очень серьезной. Жестокое обращение, пытки, избиения, иногда даже до смерти. Издевательства даже над родственниками, у которых часто отказывались принимать передачи, а, когда принимали, то нагло тащили оттуда все самое ценное. И это далеко не весь перечень нарушения прав обитателей колоний.

И вот в начале 2007 года я был приятно обрадован - прошел слух, что в колониях «стало получше». А вскоре выяснилась и одна из причин этого улучшения. О ней я узнал, прочитав «маляву» - воровское послание, присланное с территории России в Бекабадскую зону 64/21.

«Ломать всех беспредельщиков!»

«Маляву» мне тайно принес один из бывших заключенных - в прошлом довольно высокопоставленный чиновник прокуратуры. В ней говорилось, что российские «воры в законе» серьезно озаботились положением в зонах Узбекистана. Назывались имена этих «воров», причем, имена хорошо известные - Дед Хасан (Хасан Усоян), Япончик (Вячеслав Иваньков), Байко (Сергей Кутотеладзе). Были среди них также лидеры знаменитых «Солнцевской» и «Подольской» группировок Михась (Сергей Михайлов) и Лучок (Сергей Лалакин).

Как отмечалось в «маляве», по мнению российских «воров в законе», беспредел в тюрьмах Узбекистана - это результат бездействия местных криминальных «авторитетов». В связи с чем давалось указание этим «авторитетам» наказывать (в тексте - «ломать») тех сотрудников администрации, которые истязают заключенных.

В тексте также приводился своеобразный отчет о том, что сделали в этом направлении сами российские «воры в законе». Самым, пожалуй, страшным для «беспредельщиков» из зон Узбекистана являлось сообщение о «работе» по выполнению приговора, который вынес криминальный мир в отношении двух «зоновских» начальников, «прославившихся» своим жестоким отношением к заключенным. Приговоренными были довольно высокопоставленные чиновники - бывший заместитель министра внутренних дел, начальник ГУИН генерал-майор Раджаб Кадыров и бывший начальник колонии 64/71 (печально известная зона «Жаслык») полковник Айдар Кулумбетов.


Одна из самых жестоких тюрем Узбекистана – тюрьма Жаслык на плато Устюрт

Хотя бывший полковник Кулумбетов и пытался скрыться в Казахстанской «глубинке», его все равно там нашли и убили. Бывшему начальнику ГУИН повезло больше - он на тот момент был жив и здоров. Зато в «маляве» назывался адрес, где, возможно, он находится - город Бердичев Житомирской области Украины. И было понятно, что преступный мир там его уже усиленно ищет.

Справедливости ради надо отметить, что криминальное общество столь жестоко обошлось не только с бывшими сотрудниками ГУИН Узбекистана. Российские «воры в законе» вынесли приговор и в отношении своих ташкентских «коллег» - Жука (Юлдаш Ашуров) и Бахти Ташкентского (Бахтияр Кудратуллаев), которые были обвинены в том, что «оставили зоны без присмотра». (О Юлдаше Ашурове читайте подробно в статье «Жители Газалкента будут помнить «вора в законе» Юлдаша Ашурова за добрые дела»).

За что убили авторитета Абду?

В то же время к другим своим узбекским собратьям российский мир отнесся совсем по иному. В той же «маляве» говорилось, о том, как «недавно в Ташкент приехали авторитетные воры в законе, чтобы найти и наказать заказчиков убийства Абду».

Абду - Абдулазиз Хасанов - являлся «положенцем» и банкиром «общаковской» кассы. А также находился на особом положении в криминальном мире - был любимчиком и приближенным к таким «ворам в законе», как те же Дед Хасан, Япончик и Байко. По мнению этих авторитетов, Абду не оставлял зоны без надзора, снабжал заключенных продуктами питания, чаем, сигаретами. В результате чего во многих зонах Узбекистана соблюдался воровской закон.

Абду был убит в Юнусабадском районе Ташкента. Когда именно, в «маляве» не уточнялось. По крайней мере, непосредственные исполнители к тому времени были уже наказаны. Убийцу - бывшего сотрудника Ташкентой милиции Улугбека Жураева приговорили к расстрелу, который в последствии был заменен 20 летним тюремным заключением. И вряд ли в этом заключении ему стоило ждать чего-то хорошего от «авторитетных» сокамерников.

Об этом говорит судьба других участников убийства Абду. Один из них покончил жизнь самоубийством в следственном изоляторе «Таштюрьма», второй повесился у себя в квартире. Относительно повезло только третьему, который попал в «Чкурсай» - специализированную психиатрическую больницу ГУИН.

Российский криминал не скрывал имен предполагаемых заказчиков убийства. Среди них был уже упоминавшийся Жук, которого еще раньше лишили звания «вор в законе» за уклонение от воровских правил. Жук имел с Абду весьма натянутые отношения.

В «маляве» также назывался «ряд высокопоставленных государственных чиновников». Под ними имелись в виду все тот же бывший начальник ГУИН Кадыров и бывший начальник колонии 64/6 подполковник Султонали Муминов. И на того, и на другого у Абду имелся какой-то серьезный компромат, который вполне мог привести тех к мысли о заказном убийстве.

Приехавшие в Ташкент «воры», как можно было понять из послания криминального сообщества, проводили на тот момент свое расследование. И при подтверждении своих подозрений обещали по отношению к виновным не медлить с приведением в исполнение своего приговора.

Я затем неофициально уточнил у своих знакомых в России и Узбекистане некоторые данные, содержащиеся в той «маляве». Те подтвердили, что и по их сведениям у российского криминала весьма серьезные намерения по отношению к беспределу в зонах Узбекистана.

Кстати, когда я знакомился с «малявой», то вспомнил, что буквально несколько дней назад неизвестными был жестоко избит Раджаб Аскаров - сотрудник внутренних дел и так называемый «режимник», служивший в колонии «Занги-ата». Он «прославился» беспощадностью к заключенным, и, скорее всего, стал жертвой своих бывших подопечных по режиму. Можно вполне предположить, что призыв «ломать» сотрудников с садистскими наклонностями, содержащийся в послании преступного мира России, был услышан в криминальном сообществе Узбекистана.

Когда в зоне разрешают читать Коран…

В том же месяце у меня побывал и другой гость - правозащитник Улугбек Усманов. Он только что вернулся из Навои, где в колонии 64/46 отбывал десятилетний срок его сын Комилжон, осужденный в 2006 году по сфабрикованному обвинению в причастности к партии «Хизб-ут-Тахрир». Если из таких поездок родители обычно возвращаются морально подавленными, то Улугбек, наоборот, был в приподнятом настроении.

- В зоне стало гораздо лучше, по-человечески стали относиться даже к «религиозникам»! - с радостью сообщил он.

Улугбеку Усманову было с чем сравнивать. Его сын попал в зону во второй раз. Первый срок - тоже десять лет - он получил еще в 2001 году. Тогда наша ИГНПУ не только проводила мониторинг этого судебного процесса, но и стала доверенным лицом подсудимого, выступив в качестве общественной защиты. В результате чего Камилжон был выпущен на свободу, но некоторое время в колонии 64/46 ему все-таки провести пришлось.

Так вот, как рассказал Усманов, побывавший в Навои в то время (в 2002 году), тогда там к заключенным по религиозным мотивам относились очень жестоко. Категорически запрещалось читать религиозную литературу, включая даже Коран. За малейшее подозрение в таком чтении, а также за подозрение в совершении религиозных обрядов заключенные подвергались пыткам и наказаниям, для них ограничивали в весе передачи с продуктами питания.

- А сейчас все изменилось! - делился приятными впечатлениями Улугбек. - Коран читать разрешили! Читать разрешили и другую религиозную литературу, если она заверена и скреплена печатью имамов официальных мечетей. Заключенных по «религиозным» статьям сконцентрировали в отдельные отряды по 130-140 человек в каждом. И теперь они избавлены от унижений и насмешек, какими подвергались раньше со стороны других заключенных!

Сурат Икрамов
За последние 13 лет руководитель Инициативной группы независимых правозащитников Узбекистана Сурат Икрамов провел мониторинг сотен судебных процессов, оказал юридическую и адвокатскую помощь тысячам людей. Только информационных сообщений о случаях нарушения прав человека, разосланных в информагентства, посольства, международные и республиканские организации, было выпущено более тысячи восьмисот. Именно эти сообщения и лягут в основу книги, которая, по замыслу правозащитника, станет документальным свидетельством и проведенной работы, и процессов, происходивших в Узбекистане за последнее десятилетие.
По словам Улугбека, в колонии произошли и другие положительные изменения. В частности, было построено новое здание, предназначенное для оформления документов и ожидания близких родственников, что прибыли на свидание. Улучшилось и отношение к этим родственникам - теперь продукты питания принимаются от них без издевательских претензий и придирок, что часто случалось раньше.

Дед Мороз в образе Деда Хасана

В сообщении, которое я тогда выпустил, я, конечно, отметил и оставшиеся недостатки. В частности, что из города Навои в колонию не ходят рейсовый автобус и маршрутные такси, доехать можно только на частом извозчике. А КПП расположено в одном, а то и в полутора километрах от здания, где родственники передают заключенным гостинцы, и родственникам, нагруженным тяжелыми сумками с продуктами питания, приходится преодолевать это расстояние пешком.

Но в целом тон сообщения был положительным. Настолько положительным, что это отметили даже сотрудники МВД Узбекистана, сказав, что я стал давать и «хорошие сообщения».

Конечно, оба этих сообщения - и про колонию 64/46, и про российских «воров в законе» - я дал по мере поступления информации, в том же феврале. Но, если сделать поправки на реальное время, когда произошло улучшение положения заключенных, то получается, что как раз под Новый, 2007 год. Так что, как ни парадоксально, а именно российские «воры в законе» помогли остановить беспредел, по крайней мере, в некоторых местах отбывания наказаний Узбекистана.

Никак не отрицаю усилия правозащитников и международных организаций, направленных тогда на защиту прав заключенных. Но все-таки приятно, когда в роли Деда Мороза выступают и такие совершенно неожиданные люди, как представители криминального мира.

Сурат Икрамов

Международное информационное агентство «Фергана»

Воспоминания Сурата Икрамова: Как чемпиона мира судили за «ваххабизм», 2015-12-05



  •  

    РЕКЛАМА

    «Фергана.Ру» в соцсетях

    Фото Центральной Азии