11 Декабрь 2017

Новости Центральной Азии

Казахстан – уже не «задний двор» СССР

Прошедший в начале этой недели в Москве саммит Евразийского экономического союза, если реально смотреть на нынешнюю экономическую ситуацию, складывающуюся внутри союза, мог закончиться весьма печально. Лидерам ЕАЭС впору было бы объявить о том, что рожденный год назад ребенок безвременно скончался от родовой травмы.

Теперь мы знаем, что в конце прошлого года, когда катастрофическое падение российского рубля нанесло жесточайший удар, в первую очередь, по казахстанской экономике, Астана серьезно рассматривала вопрос о закрытии своих границ с Россией. Вмиг подешевевшие российские товары, беспрепятственно попадавшие на рынок Казахстана, привели к резкому падению конкурентоспособности казахстанских товаров.

Тем не менее, Акорда (резиденция казахского президента) удержалась тогда от этого шага. Его цена могла оказаться слишком дорогой, разрыв с Россией грозил непредсказуемыми последствиями.

Надо помнить, что дело происходило в 2014 году, начавшегося с российской аннексии Крыма. Даже если это было домашней заготовкой Кремля, она была продана «городу и миру» в качестве справедливого ответа на появление в Киеве «антироссийской хунты». Кто мог бы с уверенностью прогнозировать, что нечто подобное не произошло бы в отношении Казахстана, учитывая непредсказуемость внешнеполитического творчества Кремля…

Российско-казахстанские отношения, после схода Украины с орбиты российского влияния, превратились сегодня в цементирующее звено Евразийской интеграции. Если оно треснет, проект ЕАЭС придется закрывать. Поэтому среди трезвомыслящей части российской правящей элиты отдают должное мудрости руководства Казахстана, которое и на нынешнем декабрьском саммите ЕАЭС не стало излишне драматизировать сегодняшние проблемы. Ответом Кремля стал демонстративный отказ от требования к партнерам немедленно, вслед за Россией ввести эмбарго на торговлю с Украиной в ответ на вступление в действие с нового года соглашения о Зоне свободной торговли между Украиной и Евросоюзом.

Чтобы по достоинству оценить, сколь тяжелыми испытаниями для российско-казахстанских отношений был отмечен уходящий год, стоит вспомнить только недавние события.

Пару недель назад в Ашхабаде произошло событие, на которое в российской прессе мало кто обратил внимание. А между тем, там собралось такое количество президентов постсоветских государств, которых и не всякий саммит СНГ соберет.

Туркмения отмечала 20-летие своего государственного нейтралитета, и на это торжество прибыли президенты Белоруссии, Грузии, Молдовы, Киргизии, Таджикистана, Узбекистана: Александр Лукашенко, Георгий Маргвелашвили, Николай Тимофти, Алмазбек Атамбаев, Эмомали Рахмон, Ислам Каримов... Россию представляла спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. Приехали также в Ашхабад президенты Афганистана и Турции, Ашраф Гани и Реджеп Эрдоган.

Эрдоган назвал Туркмению прародиной турецкого народа.

Лишь два тюркоязычных лидера не отметились на своей прародине, президенты Азербайджана и Казахстана, Ильхам Алиев и Нурсултан Назарбаев. Трудно сказать, почему не приехал Алиев, возможно, ему не до празднеств после недавнего ужасного пожара на нефтяной платформе на Каспии, унесшего жизни десятков нефтяников. А может быть, еще не настолько хороши отношения азербайджанского президента со своим туркменским коллегой Гурбангулы Бердымухамедовым, чтобы ездить к нему на празднества…

Но нет подобных проблем у Назарбаева. Тогда почему же он не приехал в Ашхабад? Рискну предположить, что причиной тому Реджеп Эрдоган. Точнее, не он сам, а стремление избежать с ним встречи раньше, чем переговорит Нурсултан Абишевич с Владимиром Путиным в Москве в конце декабря.

Не-встреча с Эрдоганом

За несколько дней до празднеств в Ашхабаде Назарбаев, поговорив с президентом Турции по телефону, обратился к президенту России с призывом создать совместную российско-турецкую комиссию по расследованию инцидента со сбитым российским бомбардировщиком Су-24, «быстро ее закончить, определить виновных, наказать, признать ошибки и восстановить отношения». Заметим, в оценках события Назарбаев принял сторону России: «фактом является то, что российский бомбардировщик не нападал на Турцию, не шел на Турцию». В Кремле никак публично не отреагировали на эту инициативу, после чего российско-турецкий конфликт, как снежный ком, стал обрастать новыми слоями взаимных фобий и обвинений.

Изощренный и опытный восточный лидер, Назарбаев знает цену каждой лишней встрече с недругом своего союзника, а точнее, не-встрече. Три года назад, по дороге из Москвы, президент Казахстана приехал в Анкару и, встречаясь с Эрдоганом, поделился с ним своим видением места казахского этноса в тюркском мире, вспомнив о временах российского владычества над казахами в царское и советское время. В Москве, кажется, обиделись, будучи не вполне готовы принять очевидную самоидентификацию казахов как части тюркского мира и их нежелание втянуть себя в столкновение с русским миром. Это особенно проявилось в начале бурных событий на востоке Украине, когда тема непременности распространения русского мира на некоторые области северного Казахстана стала особенно модной во властных коридорах Кремля. Даже сам Путин не избежал тогда искушения озвучить этот тренд в одном из своих выступлений…

Но и в тех обстоятельствах Назарбаев сохранял более чем лояльную дистанцированность от российской политики на Украине, «мы относимся к ней с пониманием», говорил он. И точно так же, как и сегодня, казахстанский президент предлагал свои услуги Москве в качестве миротворца в ее конфликте с Киевом, впрочем, не с бОльшим успехом, чем сейчас с Анкарой…

Этот независимый Елбасы

У казахстанского Елбасы (лидера нации) особенный статус не только в своей стране. Дуайен президентского корпуса СНГ, Назарбаев, пожалуй, - единственный в Содружестве, кто может позволить себе сказать (или, наоборот, не сказать) в нужный момент то, что другие его коллеги постараются избежать.

Не секрет, что к реакции Назарбаева прислушиваются. И не только в столицах Содружества, в мировых столицах - тоже. А в Москве еще и присматриваются, пожалуй, даже ревниво. В последнее время еще и не без раздражения. Будем называть вещи своими именами: президент Казахстана, в отличие от ряда своих соседей по региону, достаточно независим от Кремля, чтобы демонстрировать абсолютную лояльность всем действиям российского руководства, и достаточно мудр, чтобы излишне не досаждать Кремлю демонстрацией этой независимости.

Но вот всегда ли понимают в Москве, что достоинство такой позиции Астаны делает честь нынешним отношениям России и Казахстана? Ведь равноуважительное партнерство Москвы с Астаной, которое иначе как краеугольным камнем Евразийского союза не назовешь, является гарантом устойчивости всех геополитических конструкций на постсоветском пространстве.

Кому нужны недоразумения

Чего греха таить, в последние годы не раз случались недоразумения, ставившие под сомнение такое партнерство, причем источником их, по большей части, были российские политики. Жириновский с его призывами «разобраться с Казахстаном», даже сам Путин с его желанием польстить Назарбаеву, сказавший, что он «совершил уникальную вещь - создал государство на территории, на которой государства не было никогда». В Астане ответили на это не сразу, только через несколько месяцев как бы невзначай Елбасы сообщил о предстоящем праздновании 550-летия первого казахского ханства, подчеркнув, что оно имело все черты государственности того времени. Или забыли указать принадлежащее Назарбаеву «первородство» идеи создания Евразийского союза, когда о необходимости его строить заговорил Путин. Позже в Кремле эту обидную для Акорды оплошность исправили, но «осадок-то остался».

Разумеется, в Астане старались не упустить повода напомнить, что именно Елбасы в 1994 году первым предложил создать ЕАЭС на обломках СССР. Но сегодня там избегают лишний раз вспоминать об этом, ведь именно Казахстан несет серьезный экономический урон из-за санкционных и торговых войн, в которые оказалась ввязана Россия. Значительное количество грузов, поступающих в Казахстан из Европы и Турции, идет через российскую территорию, где они задерживаются или вовсе блокируются, что нарушает основополагающие принципы ЕАЭС. Но следует иметь в виду, что именно Евросоюз, а не Россия, является самым крупным торговым партнером Казахстана, а США – крупнейшим после Европы иностранным инвестором.

«Военные вопросы» над Каспием

Аркадий Дубнов
Акорда стремится соблюдать политическую деликатность и не озвучивает публично свои претензии к Кремлю, который ведет амбициозную внешнюю политику, не утруждая себя заботой о координации действий с партнерами. Когда на днях с российской подводной лодки «Ростов-на-Дону» был нанесен ракетный удар по Сирии, Владимир Путин особо отметил, что об этом были предупреждены Израиль и США, у которых есть свои интересы в регионе. Однако ничего не известно о том, предупреждал ли российский президент своих каспийских партнеров о ракетных пусках, произведенных в начале октября с российских кораблей в акватории Каспия. А между тем именно на «казахских коллег, очень обеспокоенных военными вопросами, которые происходят над уровнем Каспийского моря», ссылался в конце ноября в разговоре с Путиным еще один его каспийский партнер, президент Туркмении Бердымухамедов…

Министр иностранных дел Казахстана Ерлан Идрисов в интервью американскому журналу The Diplomatic Courier напомнил об определении Центральной Азии, которое дал в начале прошлого века один из основателей современной геополитики Хэлфорд Маккиндер, назвавший ее «Хартлендом» (Срединной землей). «Мы стремимся объединить Восток и Запад, чтобы стать центром глобальной торговли, находясь в сердце того, что можно назвать «Большой выгодой», а вовсе не в эпицентре новой «Большой игры», - говорит Идрисов.

Одним словом, Казахстан – уже давно не «задний двор» СССР. Но этого политкорректный министр не сказал.

Декабрьский саммит ЕАЭС оставил надежду на то, что такая предусмотрительность не была лишней.

Аркадий Дубнов

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА