23 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Тигран Мкртычев: Ещё раз про Нукус

Какое будущее ждёт музей в Нукусе? Грозит ли ему опасность? Можно ли создать электронный каталог его коллекции? О возможном сотрудничестве России и Узбекистана в деле сохранения коллекции знаменитого государственного музея изобразительных искусств имени Савицкого размышляет доктор искусствоведения Тигран Константинович Мкртычев.

* * *

Недавно газета The Art Newspaper Russia попросила меня срочно ответить на несколько вопросов, касающихся Нукусского музея. Я ответил, но материал по какой-то неизвестной причине не пошёл в печать. Затем я прочитал интересную статью Бориса Чуховича. посвященную музею имени Савицкого. Статья вызвала у меня желание высказать своё мнение о музее и его насущных проблемах. Ну и наконец, визит президента Узбекистана И.А.Каримова в Москву и подписание большого пакета документов о сотрудничестве между Узбекистаном и Россией стали последней причиной, подтолкнувшей меня к необходимости ещё раз вернуться к проблеме Нукусского музея.

Нукусский музей – один из самых обсуждаемых памятников культурного наследия в Узбекистане.

Тому есть несколько причин.

Первая заключается в том, что мало кто бывал в Нукусе и для большого числа людей Нукус ассоциируется с пустыней, дикостью и экологической катастрофой. И в этом месте находится музей. Да ещё, какой музей! Как говорят, вау!

Вторая причина - личность самого основателя музея, Игоря Витальевича Савицкого.

Есть две точки зрения на его жизнь деятельность. Согласно официальной точке зрения, он был подвижником – и этим всё объясняется. Или должно объясняться. Согласно другой точке зрения, Савицкий был борцом с советским режимом, и его деятельность по созданию музея носила диссидентский характер.

Даже недавно вышедший фильм известного кинорежиссера Али Хамраева «Страсть Игоря Савицкого» не дал логичного объяснения тому, что привело в Нукус этого художника и подвижника культуры. Сам факт его переезда из Москвы в Нукус на постоянное место жительство не имеет пока никаких внятных логических объяснений.

Однако, никогда не занимаясь архивными изысканиями жизни И.В.Савицкого, я не собираюсь сейчас фантазировать и пытаться реконструировать детали его жизни, мотивы переезда в Нукус, и что самое главное - мотивы создания музея. В открытых источниках имеются факты, из которых выстраивается следующая история возникновения легендарного музея: И.В.Савицкий бросил всё в Москве и переехал в Нукус, где сначала собирал декоративно-прикладное искусство Каракалпакии для академии наук, а затем добился открытия музея для собрания малоизвестных (тогда) художников СССР.

Третья причина. Неожиданная отставка Мариники Бабаназаровой, ставшей директором музея сразу после смерти И.В.Савицкого, который сам пригласил её на работу в музей. В прошлом году, накануне празднования юбилея И.В.Савицкого, Маринику сняли с должности после проведения не очень внятной проверки из Ташкента. В некоторых средствах массовой информации даже появились намёки, что в собрании нукусского музея подлинники были заменены на копии.

Архив статей о Нукусском Государственном музее изобразительных искусств - в нашей постоянной рубрике Музей Савицкого.
Все эти причины вместе создают обильную пищу для пустых разговоров на тему: Ташкент и Нукус – центр и периферия; так кто же такой был Савицкий? За что сняли Бабаназарову и приведёт ли это к расхищению музея? Кстати, и что же надо делать, чтобы уникальная коллекция не была расхищена?

Все эти темы, несомненно, могут и в дальнейшем обсуждаться, и все они, несомненно, имеют отношение к судьбе Нукуского музея. Однако с моей точки зрения в настоящий момент они представляют больше теоретический интерес.

Если же говорить с практической точки зрения, то ситуация выглядит так.

Начать следует с того, что коллекция изобразительного искусства, собранная И.В.Савицким, воспринимается в мировом научном сообществе, как «коллекция русского авангарда». Между тем, как сама экспозиция, так и немногочисленные выставки Нукусского музея демонстрируют только самую верхушку айсберга, с которым очень правомерно можно сравнить нукусскую коллекцию. Что, собственно, хранится в Нукусском музее, сказать никто из людей, не работающих в музее, вряд ли сможет.

Это обстоятельство показывает как плюсы, так и минусы позиции людей, беспокоящихся о том, чтобы из музея не пропали работы. В наше время продать произведение искусство без провенанса (без истории) довольно трудно. Это не исключает возможности музейных краж, кстати, по всему миру, но это же является серьёзным препятствием для массовой продажи произведений искусства из музея. Мне скажут - неучтенных произведений. На что я могу ответить: прежде чем продавать, покупатели должны понять, что же они собираются продавать и за какую цену? Для этого продавец, как минимум, должен проконсультироваться со специалистом. В этой связи опять появляется фигура мифического «вороватого музейщика». Только он (она) и может либо сам продать музейные предметы, либо дать консультации, что надо продавать и почём. Однако в мире таких специалистов, которые реально разбираются в этом, на самом деле, непростом предмете - не больше десятка. Ведёт ли с ними «мафия» переговоры о сотрудничестве в деле продажи нукусских сокровищ – мне не известно.

С моей точки зрения, государственные структуры Узбекистана никак не заинтересованы в продаже (исчезновении, уменьшении) коллекции Нукусского музея. Понятно, что я просто не знаю всего, и опираюсь на здравый смысл, который мне подсказывает, что строительство новых корпусов для музея в Нукусе трудно рассматривать как дымовую завесу для скрытой игры по продаже его коллекции.

Итак, с моей точки зрения, распродажа произведений нукусского музея - тема, происходящая, скорее из мифологии, чем из реальности.

Какая же тема вокруг Нукусского музея достойна обсуждения? Мне кажется, что это тема каталогизации коллекции. Опять же не знаю нынешнюю систему музейного учёта в Узбекистане, но Нукусский музей был создан в 1966 году и, следовательно, начинал свою работу по правилам музейного учёта СССР. Можно предположить, что у всех музейных предметов в Нукусе есть так называемые «номера поступления». То есть, первичный учётный документ. Но у меня есть сомнения, что на каждый предмет написано то, что называется научным паспортом, который представляет вторую ступень музейного учёта.

В любом случае, в этом году Нукусскому музею исполняется всего 50 лет. Для музейной жизни – это возраст отрочества, даже не юности. И первоочередной задачей для сегодняшнего музея должно стать создание каталога. Когда Борис Чухович говорит об электронном каталоге, он предполагает, что все музейные предметы, хранящиеся в Нукусском музее, будут выложены на музейном сайте. И это, как я понял из его статьи, будет являться гарантией сохранности. Мне кажется, что тут немного смещены акценты. С моей точки зрения, проблема, не в том, чтобы не допустить расхищение коллекции нукусского музея – это всё-таки задача узбекского государства. А проблема в том, чтобы включить материалы нукусского музея в историю искусства.

Вот тут мы сталкиваемся с тем, что для создания как самого каталога, так и его публичной электронной версии требуется несколько слагаемых. Во-первых, специалисты, которые смогут профессионально грамотно сделать описание предметов, хранящихся в музее. Во-вторых, техника и специалисты для сканирования, фотографирования и создания современного электронного ресурса. Как на первое, так и на второе – нужны деньги. И немаленькие деньги. И наконец, третье. Нужно политическое решение правительства Узбекистана (точно не директора музея) о проведении подобных работ.

Мне кажется, сотрудничество в гуманитарной области между Россией и Узбекистаном может получить долгосрочную и взаимовыгодную основу при создании каталога коллекции Нукусского музея.

Никто как Россия не заинтересован больше других в том, чтобы создать каталог Нукусского музея. Специалисты неоднократно говорили, что введение в научный оборот материалов, которые находятся в Нукусе, сможет скорректировать историю изобразительного искусства не только СССР, но и всего двадцатого века. Для разбора материалов, хранящихся в Нукусе, потребуются русскоговорящие специалисты. Российские вузы выпускают довольно большое число искусствоведов, которые зачастую изобретают достаточно пустые темы для своих научных работ. Однако, если этим молодым специалистам дать возможность работать с материалами Нукусского музея – Россия получит учёных с настоящими темами, а Узбекистан – разобранный музейный материал, который в таком виде значительно увеличит капитализацию музея.

В своё время мне уже доводилось обсуждать эту идею как с Мариникой Бабаназаровой, так и с представителями руководства ряда российских вузов.

Надеюсь донести эту идею и до нового директора Нукусского музея, и до руководства Узбекистана. И если всё сложится, тогда Нукусский музей станет местом, где будут обсуждаться не только проблемы сохранности, но и вопросы изучения искусства, а у России и Узбекистана появится долгосрочная совместная научная площадка, выгодная обеим сторонам.

Тигран Мкртычев, доктор искусствоведения, заместитель директора Государственного Музея Востока, г. Москва

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА