16 Ноябрь 2018



Новости Центральной Азии

Выдаст ли Саудовская Аравия Казахстану «шейха Халила»?

На днях российские мусульманские деятели обратились к властям Саудовской Аравии с призывом не экстрадировать в Казахстан Абдухалила Абдужаббарова - религиозного деятеля, известного среди казахстанских мусульман как «шейх Халил» (или «Халиль»). Астана обвиняет его в распространении в Казахстане, особенно на западе страны, некоего радикального «чистого ислама», противоречащего местным традициям.

По неофициальным данным, «шейх Халил» был задержан в Медине 20 декабря 2015 года вместе с пятью другими гражданами Казахстана – четырьмя этническими казахами и принявшим ислам русским. Точные причины ареста неизвестны. Однако сотрудники Комитета национальной безопасности (КНБ) Казахстана недавно заявили родственникам Абдужаббарова, что в ближайшее время доставят его на родину, и требовали от них дать свидетельские показания о причастности Абдужаббарова в прошлом к «пропаганде ваххабизма».

Кто такой «шейх Халил»?

Биография «шейха Халила», популярного среди части казахстанской молодежи, неоднократно излагалась на страницах местных СМИ.

Абдухалил Абдухамидович Абдужаббаров родился 6 апреля 1975 года в узбекской семье в Сайрамском районе Южно-Казахстанской области. Обучался исламу при одной из мечетей области. В 1999 году окончил Международный исламский университет в Исламабаде (Пакистан), имеющий высокий рейтинг в списке ведущих исламских учебных заведений мира. После возвращения в Казахстан преподавал в Казахстанско-кувейтском университете в Шымкенте, который финансировался кувейтским Обществом социальных реформ. В 2004 году отделение Общества лишилось регистрации в Казахстане после его запрета в России, а у учебного заведения была отозвана лицензия.

В 2003-м Абдужаббаров переезжает в Атырау, чтобы преподавать в медресе при центральной мечети «Имангали». В региональной структуре Духовного управления мусульман Казахстана в то время отсутствовали квалифицированные кадры. По рекомендации главного имама «Имангали» Сергазы кажы Ибадуллы Абдужаббаров помогал консультациями по надписям на арабском языке при строительстве мечети «Аттакуа» в поселке Рембаза на улице Гумарова (окраина Атырау).

В конце 2003 года возник первый конфликт с правоохранительными органами: 25 ноября областная прокуратура обвинила Абдужаббарова в уклонении религиозного объединения от регистрации и нарушении правил проведения религиозных мероприятий (статья 375 часть 1 Кодекса об административных правонарушениях Казахстана). По версии прокуратуры, Абдужаббаров с октября 2003 года возглавлял религиозную работу в незаконно открытой мечети в поселке Рембаза, где на вечерний намаз в период священного для мусульман месяца Рамазан (Рамадан) собирались по 15-20 человек. Однако допрошенные в суде свидетели показали, что земельный участок для строительства мечети выделили местные власти, работы не были завершены, мечеть не начала работу и у нее не было имама, намаз в недостроенном здании читали лишь верующие, участвующие в строительстве, которые не являются «религиозной организацией». 10 декабря 2003 года суд №2 города Атырау пришел к выводу об отсутствии события административного правонарушения. Прокуратура пыталась оспорить это решение, но 12 января 2004 года Атырауский областной суд оставил протест прокуратуры без удовлетворения.

Несмотря на неудачу в суде, различные надуманные претензии со стороны «правоохранителей» возникали и в дальнейшем. Разбирательства, связанные с регистрацией мечети, продолжались около года. 17 июня 2004 года областной департамент юстиции зарегистрировал религиозное объединение «Дарус-Салам», под эгидой которого мечеть «Аттакуа» официально начала свою работу. По свидетельству очевидца на жума-намаз здесь собиралось 60-70 верующих. Позднее при «Дарус-Салам» были открыты курсы по религии и арабскому языку, которые посещали 30-40 человек, более половины из них составляла молодежь.

Но тем же летом Абдужаббаров вынужден был оставить Атырау и переехать в Уральск (административный центр соседней Западно-Казахстанской области). Местные мусульмане утверждают, что отъезд был связан с неофициальным предупреждением, что мечети не дадут работать, если «шейх Халил» не покинет город. Однако Абдужаббаров и после отъезда сохранял контакты с мусульманами «Аттакуа».

В более поздних публикациях в СМИ Казахстана неоднократно заявлялось о наличии расхождений по религиозным вопросам между Абдужаббаровым и представителями местного духовенства, многие из которых не обладали достаточными знаниями и ориентировались в большей степени на так называемый «народный ислам», чем на его классическую версию. Эти разногласия привлекали внимание местной молодежи и служили поводом для обвинений Абдужаббарова в «салафизме», «ваххабизме» и тому подобном.

По официальной версии появление Абдужаббарова в Уральске в 2004 году оказало заметное влияние на распространение здесь салафитских идей. Спецслужбы не оставляли его без внимания: за членами семьи велась почти открытая слежка. В мае 2006 года Абдужаббаров решил покинуть Казахстан, выехав с семьей в Саудовскую Аравию, где проживал в Медине. В последние годы работал в коммерческой фирме при мечети.

По словам жены Абдужаббарова Динары, на момент отъезда из Казахстана в отношении ее мужа не было каких-либо уголовных или административных дел. В январе 2006 года супруги совершили хадж, а в мае решили поехать с детьми в умру - малое паломничество. В то время у них было пятеро несовершеннолетних детей. Пока ехали поездом до Алма-Аты, откуда вылетал самолет, полиция несколько раз проверяла документы. Первоначально у семьи не было планов надолго остаться за границей, однако вскоре стало ясно, что возвращение на родину небезопасно.

Находясь в эмиграции, Абдужаббаров оставался популярной фигурой среди казахстанских мусульман. Молодые люди нередко посещали его во время хаджа, обращались по телефону за разъяснениями религиозных вопросов, некоторые без разрешения муфтията (духовного управления мусульман) уезжали для получения религиозного образования в Египет и Саудовскую Аравию. В октябре 2007 года аудиозаписи 21 лекции Абдужаббарова на казахском языке, записанные кем-то из слушателей в Атырау, стали доступны в интернете (на сайте musulmanin.com). Все это вызывало озабоченность казахстанских властей.

Осенью 2007 года депутат казахстанского парламента Бекболат Тлеухан, прилетевший в умру, предложил Абдужаббарову стать гарантом его безопасного возвращения в Казахстан, сказав, что при необходимости может через Кайрата Сатыбалды, племянника президента Нурсултана Назарбаева, обратиться непосредственно к главе государства. Абдужаббаров был знаком с депутатом до эмиграции, но усомнился в его возможностях оказать реальную поддержку в случае возникновения проблем со спецслужбами.

Надуманные обвинения

Опасения Абдужаббарова были обоснованными. Начиная с 2004 года, власти Казахстана все больше закручивали гайки под предлогом борьбы с «исламским экстремизмом» и «терроризмом». Не вдаваясь в детальный анализ действий властей и многофакторной проблемы радикализма в исламской среде, отметим, что жертвами этой кампании стало немало невинных людей, что, в свою очередь, можно считать одной из причин усиления экстремистских настроений среди молодежи.

Многие из тех, кто был связан с мечетью «Аттакуа», подверглись преследованиям. Предпринимателю и спортсмену Шарифулле Сайфуллину, спонсировавшему строительство мечети, в 2010 году подбросили оружие, и он оказался в тюрьме (освобожден в прошлом году). Имам «Аттакуа» Мейрамбек Макулбек в апреле 2006 года был вынужден покинуть регион. В 2007-м его арестовали в Южно-Казахстанской области и спустя год осудили на 18 лет по надуманным обвинениям в причастности к «международной террористической организации» и тому подобному. Известные казахстанские правозащитники Евгений Жовтис и Нинель Фокина публично выразили сомнение в справедливости судебного разбирательства. Религиозное объединение «Дарус-Салам», лишенное регистрации летом 2007 года, в материалах уголовного дела без каких-либо оснований именуется не иначе как «террористическая группа». Сама мечеть «Аттакуа» в 2007-м была лишена независимого статуса и передана под контроль Духовного управления мусульман Казахстана.

Эта кампания сопровождалась выбросами сфальсифицированного спецслужбами компромата на Абдужаббарова в СМИ Казахстана. В некоторых из этих статей его прямо называли «диверсантом» и «боевиком», членом тайной ваххабитской группы, базирующейся в Великобритании; утверждалось, что после прохождения «диверсионной подготовки» в Пакистане Абдужаббаров «был переброшен в Казахстан», где, будучи имамом в Атырау, якобы «открыто призывал к захвату власти, осуществлению актов террора» и так далее. Одна из областных газет пугала читателей тем, что, когда число «ваххабистов» в Атырау достигнет 4000, имам может отдать приказ начать восстание. Все это, разумеется, не имеет никакого отношения к реальности.

Впрочем, некоторые из казахстанцев, в разное время общавшихся с Абдужаббаровым, действительно придерживались радикальных взглядов. Но есть ли в этом вина «шейха Халила»? Как видно из материалов уголовного дела, которое расследовалось в Западно-Казахстанской области, в 2011 году во время встречи в Медине Абдужаббаров не только категорически отверг предложение радикально настроенных молодых людей возглавить джихад против казахстанских властей, но и пытался их остановить, заявив, что они «будут наказаны Аллахом за свои помыслы и действия». О фактах такого рода подконтрольные властям СМИ Казахстана предпочитают не упоминать.

Среди других озвученных обвинений: руководство сообществом «хариджитов-такфиритов», пропагандирующим скрытый хиджрат (переселение), когда человек мысленно отчуждается от неисламского общества; «деструктивное» посредничество по религиозным вопросам между казахстанцами и некоторыми шейхами Саудовской Аравии и издание неких «преступных фетв» (точные ссылки на которые не приводятся).

Проблемы в Саудовской Аравии

Власти Казахстана неоднократно предпринимали усилия по возвращению «шейха Халила».

По словам жены Абдужаббарова, когда в январе 2011 года истек срок действия паспорта ее мужа, консульство Казахстана на протяжении двух с половиной лет отказывало ему в выдаче нового документа, заявляя о необходимости вернуться на родину. Сейчас с аналогичной проблемой столкнулась и сама Динара. Ее старшему сыну, которому скоро исполнится 18 лет, и 16-летней дочери консульство также отказывает в выдаче паспортов.

Приезжая в Медину, представитель консульства нередко «проводил беседы» с «шейхом Халилом». В 2012 году на одну из таких встреч вместе с ним пришли двое сотрудников КНБ, которые на протяжении двух часов в жесткой форме требовали от Абдужаббарова вернуться в Казахстан, угрожая, что в случае отказа он «сильно пожалеет».

Последняя встреча с вице-консулом К. (фамилия и имя опущены при публикации) произошла в ноябре 2015 года - примерно за месяц до ареста «шейха Халила». Казахстанский дипломат заявил, что если Абдужаббаров не подчинится требованию Астаны о возвращении, то «мы предоставим такую информацию, что саудовские власти сами арестуют тебя и отправят домой». Он также напомнил о судьбе двух религиозных деятелей из Узбекистана, подвергшихся нападениям за границей: Обидхоне Назарове, получившем тяжелые ранения в результате покушения в Швеции в феврале 2012 года, и Абдулло Бухорий, застреленном в Турции в декабре 2014 года. Утверждают, что за обоими покушениями стояли спецслужбы Узбекистана. Вице-консул дал понять, что Абдужаббаров может попасть в «такую же ситуацию».

В дальнейшем казахстанские власти отказались от идеи диалога с религиозным диссидентом, пытаясь добиться его выдачи уже от саудовских властей. 20 декабря 2015 года «шейх Халил» был задержан. Одновременно саудовская полиция задержала пятерых казахстанских студентов, обучавшихся в Исламском университете Медины. Лишь один из них был знаком с Абдужаббаровым.

На протяжении двух недель арестованных казахстанцев допрашивали в Медине. Затем их перевели в округ Эль-Касим (в 500 километрах восточнее Медины), а через два с половиной месяца – в тюрьму города Абха на юго-западе страны. До начала марта граждан Казахстана содержали в одиночных камерах, а в Абха - в общих камерах отдельно друг от друга.

Точная информация по делу недоступна. Родственники говорят, что адвоката у них нет, свидания невозможны, раз в неделю арестованным разрешают сделать из тюрьмы десятиминутный звонок домашним. Представителям консульства Казахстана во встрече также отказали.

31 марта 2016 года региональная казахстанская газета «Орал өңірі», выходящая в Уральске на казахском языке, опубликовала статью, в которой утверждалось, что Абдухалил Абдужаббаров, Максат Мураткалиев (выходец из Западно-Казахстанской области) и другие граждане Казахстана, задержанные в декабре в Саудовской Аравии, оказались за решеткой потому, что, якобы, имели «тесные связи» с теми, кто планировал ехать в Сирию, и со схваченными в Сирии боевиками. Автор статьи Улдай Сариева обвинила Абдужаббарова в распространении «ваххабизма» в Западном Казахстане и пропаганде «неправильного направления ислама» по всей стране, вследствие чего, по ее мнению, казахская молодежь уезжала в Сирию. Она также утверждала, что уральские «джихадисты» Нуржан Ергарин и Ернур Ахатов были учениками «шейха Халила», но это не соответствует действительности.

Сам Абдужаббаров смог сообщить жене по телефону, что причиной его ареста стали недостоверные материалы, предоставленные саудовским властям спецслужбами Казахстана, и что сейчас рассматривается вопрос о его экстрадиции на родину. В апреле сотрудники КНБ в Южно-Казахстанской области вызывали на допросы родственников Абдужаббарова, требуя дать обличающие его показания, и заявляли, что в ближайшее время он предстанет перед следствием.

Едва ли можно сомневаться в том, что в случае экстрадиции «шейх Халил» будет осужден на длительный срок на основе сфальсифицированных материалов спецслужб.

Соб. инф.

Международное информационное агентство «Фергана»