28 Июнь 2017

 

Загрузка...

Новости Центральной Азии

В Турции ударят бородой по армейскому секуляризму. Комментарий специалиста

Новость о том, что в армии Турции отменили обязательный дресс-код, распространил в начале ноября Официальный вестник турецкого правительства Resmi Gazete. Как сообщило турецкое издание Hürriyet, новое положение стало возможным благодаря аннулированию статьи закона, в соответствии с которой все сотрудники турецких вооруженных сил, Управления жандармерии и береговой охраны должны придерживаться определённых ограничений во внешнем виде. Фактически, аннулирован Регламент, принятый Советом министров Турции в 1982 году. Он содержал положение, обязывающее госслужащих «одеваться современно и просто в соответствии с принципом реформы Ататюрка».

Ситуацию в Турции по просьбе «Ферганы» традиционно комментирует московский тюрколог, исламовед, кандидат политических наук Ильшат Саетов.

* * *

Указом турецкого правительства более 30 тысяч гражданских лиц, которые работают в структуре турецких вооруженных сил, смогут отныне не придерживаться «военного дресс-кода». Женщины смогут ходить на работу в платке-хиджабе, а мужчины – отращивать усы и бороды. Таким образом, положения военного устава от 1982 года оказались наполовину отмененными: гражданским уже можно, но военным чинам еще нельзя.

Эти изменения означают главное: армия больше не является первосортной элитой Турецкой Республики, а секуляризм не помогает пропуску в нее. Ататюрк и кемалисты пытались путем социальной инженерии создать человека первого сорта, которого отличает секуляризм, национализм, суннизм как идентичность (но не религиозность) и культ Ататюрка.

Тогда, во времена Ататюрка, все религиозные турки стали людьми второго сорта и автоматически лишались возможности делать карьеру в армии – самом престижном институте ковки турецкой элиты. Именно такие эксперименты над обществом послужили причиной многих конфликтов в Турции спустя десятилетия - во второй половине XX века.

Коллективная обида огромного количества людей вознесла на пьедестал власти Реждепа Эрдогана и товарищей в начале XXI-го. Оседлав электоральную волну, и заявив в предвыборном лозунге что именно «мы – это Турция!», партия Эрдогана и Абдуллаха Гюля заняла центристскую позицию с легким «мусульманским ароматом». Дрейф от нее в сторону исламистской риторики начался с усилением авторитарных тенденций в начала 2010-х, достигнув пика в этом году.

Теперь Партия справедливости и развития занимается точно такой же социальной инженерией при помощи тех же старых добрых кемалистских методов, только вместо культурного суннизма пестуя, казалось бы, религиозный суннизм, а агрессивный лаицизм французского типа подменяя про-религиозной секулярностью на немецкий манер.

Однако, при более серьезном исследовании оказывается, что эта внешне религиозная составляющая нужна властям только для собственных, чаще электоральных, нужд. Оппозиционные мусульмане являются для них большими врагами, чем лояльные кемалисты, поэтому говорить о какой-то определенной идеологии не приходится.

Ни одна чисто «исламистская» инициатива (т.е. внедрение норм шариата в законодательство) не была инкорпорирована ПСР в свои программы, даже попытка разрешить носить платок на госслужбе была первоначально предпринята Партией национального действия и поэтому отклонена правящей партией.

Тем не менее, люди, воспитанные в лаицистской атмосфере, чувствуют себя ущемленными, присутствие ислама в публичном пространстве их, не привыкших к этому, угнетает. Способствует этому и то, что они чаще других выступают с критикой властей и поэтому сразу попадают в разряд «неблагонадежных», с которыми теперь в Турции разговор достаточно короткий.

Ильшат Саетов. Другие статьи автора см. здесь.
После попытки переворота в июле армию зачистили и подчинили министерству обороны. Теперь социальная инженерия коснулась и ее, а офицеры перестали быть, по умолчанию, элитой республики.

Кадры с избитыми при задержании генералами не зря массово транслировались на турецком ТВ – престиж войск специально опускают ниже полицейских.

Однако я бы не стал преувеличивать значение бород – они появляются и сбриваются по мере изменения направления ветра сверху. Просто теперь главный способ проявлять свою патриотичность – это не кемализм, а лояльность лично Эрдогану. А намек на религиозность – одна из составляющих дресс-кода этой лояльности.

Борода в Турции всегда была частью идентичности, по ее форме можно было понять, кто перед тобой – левак, исламист или писатель. Но на всякий случай в армии были запрещены все ее виды, до сегодняшнего дня. Пока это коснулось только гражданских лиц, однако понятно, что это способ разрушить строго секулярную среду в армейских пространствах.

Когда отменят дресс-код для военных, все уже привыкнут к женским тюрбанам, как называют платки в Турции секуляристы, и к бородатым служащим. Парадоксально, что в это же время в Турции все читающие намаз чиновники и военные вносятся в списки потенциально опасных – они могут принадлежать к тем мусульманским общинам Турции, которые решили остаться независимыми и не стали встраиваться во властный дискурс.

Быть религиозным в Турции – опасно, а казаться благочестивым – выгодно.

Ильшат Саетов

Международное информационное агентство «Фергана»

 


РЕКЛАМА