27 Февраль 2017


Реклама




Архив

Новости Центральной Азии

В круге третьем. Как и за что в Казахстане осуждают пользователей социальных сетей

В Казахстане один за другим проходят процессы против пользователей социальных сетей. Почти всем вменяют одно и то же обвинение – возбуждение национальной, социальной и религиозной розни, статья 174 Уголовного кодекса республики. Один перепостил «нехорошие» песни, другой грубо отозвался о российском президенте, третий совершил не менее отвратительные вещи, тянущие по казахстанским меркам на 5-7 лет лишения свободы.

Первая волна подобных процессов началась в Казахстане весной 2015 года. Обстоятельства дел вызвали у большинства подозрения, что на этом всё не закончится. И как в воду глядели.

Ящик Пандоры: вскрытие

Татьяна Шевцова-Валова, оскорбительно отзывавшаяся о казахах в социальных сетях, в общем-то заслуженно, но главное – образцово-показательно была наказана на четыре условных года лишения свободы. Причём изначально государство пребывало как бы не при делах: с требованием привлечь пользователя к ответственности выступила группа бдительных блогеров, вошедших в окологосударственную структуру «Альянс блогеров Казахстана». Одним из главных подписантов явилась некая Ботагоз Исаева, которая, к слову, тоже не сильно сдерживала свои эмоции в отношении других наций. Но до поры до времени ей всё сходило с рук.

Пока в Алма-Ате шел процесс над «русской националисткой», власти Астаны инициировали дело в отношении Сакена Байкенова - активиста группы «Антигептил», выступавшей против запусков российских ракетоносителей протон с космодрома Байконур. Байкенов очень необдуманно высказался о казахстанских русских. Хотя на практике никаких проблем в этой сфере у него не замечалось. Более того, когда в Караганде осудили эксцентричного юриста Евгения Танкова, якобы за нападение на судью, Сакен возил ему передачи (что уже о чём-то говорит). Но на фоне эскалации конфликта на Украине и жесткого деления казахстанского общества на «укропов» и «ватников» в сети не смог сдержать эмоции.

На суде свою вину Байкенов признал полностью, за что и был «вознаграждён» всего двумя годами ограничения свободы. Шевцова-Валова вину признавать отказалась, заявив, что вменяемые ей посты появились после взлома аккаунта. И получила четыре года заключения условно.

Обрадованная успехом, Ботагоз Исаева при поддержке той же группы блогеров донесла на достаточно известного «фейсбукчанина» и «ютубера» – предпринимателя Ермека Тайчибекова, позиционирующего себя сторонником Российской империи и высказывавшегося о необходимости присоединения Казахстана к России. Его уже вызывали на беседу в Комитет национальной безопасности (КНБ), но это не подействовало. Своими постами Тайчибеков вызывал не только оживлённую полемику в сети, но и оказался востребованным медийным персонажем - в силу и экзотичности взглядов, и несомненных блогерских талантов.

Тайчибекову дали четыре реальных года лишения свободы. Путин, которого Ермек идеализировал, по всей видимости, не стал вмешиваться в этот процесс.

Зато следующим кандидатом на посадку неожиданно стала… Ботагоз Исаева. Комитет национальной безопасности возбудил на нее дело по проторенной статье, но теперь по заявлению осужденного Ермека Тайчибекова. Сразу после того, как в доме Исаевой прошел обыск, она скрылась, предположительно на Украине.

Помимо статьи о возбуждении розни власти обкатали еще одну статью широкого поражения – «Сепаратистская деятельность», статья 180 Уголовного кодекса, – на Игоре Сычеве, молодом пользователе социальной сети «Вконтакте» из восточно-казахстанского городка Риддер. Сычев автоматически сделал репост опроса, будучи одним из администраторов страницы «Подслушано в Риддере»: предлагалось представить, что в Риддере проходит голосование за вступление в состав России и проголосовать «за» или «против». Несмотря на то, что после возмущения некоторых пользователей Игорь опрос удалил, суд вынес приговор – пять лет лишения свободы.

И, по сути, ящик Пандоры оказался открыт полностью.

На всех одна статья

Эксперименты по обкатке на пользователях социальных сетей статьи по возбуждению розни и призывам к сепаратизму так понравились казахстанским силовикам, что дальше всё пошло потоком. Только теперь, оставив в покое обычных, даже не самых толерантных блогеров и пользователей соцсетей, всю мощь публикаций обрушили на противников власти.

Силовые органы уже перестали нуждаться в добровольных помощниках (после побега Исаевой пыл блогеров-стражников быстро сдулся) и изредка, когда надо, придумывали «неустановленных анонимов», на которых всё и сваливали.

Кто бы ни стоял за новыми процессами – полиция, спецслужбы или прокуратура - обвинения стали строиться без каких-то оснований и даже логики. Самое громкое дело из этой череды – цитаты из книги «Ветер с улицы» общественного деятеля Мурата Телибекова. Мало того, что в отношении него самого (этнического казаха) возбудили дело за возбуждение межнациональной розни в отношении казахов же, для этого вновь понадобилась «помощь зала». Таковой стало заявление группы националистов, собравшей по поводу этих строк пресс-конференцию. Однако дело в отношении Телибекова приостановили. Он явно стал всего лишь звеном в многоходовке спецслужб, которые привлекли к ответственности двух ярых критиков режима – общественных деятелей из Алма-Аты Ермека Нарымбаева и Серикжана Мамбеталина. Первый перепостил крамольные строки из книги Телибекова на своей странице в Фейсбуке и высказал ему поддержку. Второй сделал то же самое, но назвал эти строки «словами Иблиса». Оба пошли как организованная преступная группа, хотя десятки других фейсбукчан без вредных последствий для себя и общества разместили на своих страницах злосчастный отрывок и довольно бурно его обсуждали.

Ермека и Серикжана после грубейшего судебного процесса, едва не стоившего им жизни, осудили на три и два года лишения свободы соответственно. После того как Мамбеталин и Нарымбаев опубликовали «письма покаяния» (Мамбеталин серьёзное, а Нарымбаев - издевательски-стебное) обоим изменили приговор на условный с запретом на занятия общественной деятельностью - ради чего весь этот страшный цирк и затевался.

Аналогичным образом власти избавились от активного астанинского правозащитника Болатбека Блялова, притянув за уши возбуждение розни за ролики, где тот обучает применять ненасильственные методы сопротивления произволу и нелицеприятно отзывается о Владимире Путине. Под угрозой реального тюремного заключения Блялову пришлось «признать» свою вину и остаться на условной свободе, не имея возможности заниматься общественной деятельностью в течение пяти лет.

Последним из череды «политических» стал уральский оппозиционный бард Жанат Есентаев. Арестовав его за активное участие в подготовке земельного протеста в Уральске, спецслужбы, к своему удовлетворению, обнаружили на его странице в Фейсбуке посты, которые и в самом деле тянут на возбуждение розни. Итог таков же: признание вины и раскаяние, два с половиной года ограничения свободы с запретом в течение этого срока участвовать в любых культурно-массовых мероприятиях, семинарах и конференциях, проводимые иностранными организациями, публиковать посты на социально-политическую и экологическую тематику.

«Бабло друзьям. Народу – водки»

Немногочисленные нелояльно настроенные по отношению к власти общественные деятели из тех, кто ещё не был осуждён, предельно сдержанны в своих публичных высказываниях и постах. Но социальные сети, в первую очередь, казахстанский сегмент Фейсбука, продолжают жить своей жизнью, и обычные пользователи, не являющиеся публичными фигурами, всё ещё не ограничивают свои умозаключения, где достается всем - от представителей иной национальности до президента Назарбаева. Последнему, пожалуй, больше всех и перепадает, что не может не напрягать спецслужбы – ведь недосягаемого Елбасы, имеющего иммунитет от любого уголовного и судебного преследования, защищённого законами, заборами и кодексами, высмеивают в социальных сетях как простого смертного.

Среднестатистические пользователи социальных сетей, видимо, исходят из того, что за непубличными фигурами особого контроля нет, и в любом случае всех не пересажают. Пересажать всех, конечно, затруднительно даже для полицейского государства, но кое-что предпринять можно, чтобы и себе новые звездочки заработать, не сильно напрягаясь, и обществу намекнуть.

Шестого декабря на 5,5 лет осуждён житель Северо-Казахстанской области Игорь Чуприн - за то, что в публичной переписке с другими пользователями социальной сети «Вконтакте» оскорбительно отзывался о казахах. Однако помимо возбуждения национальной розни ему прицепили и «пропаганду нарушения унитарности и целостности республики, неприкосновенности и неотчуждаемости ее территории и дезинтеграции государства».

Приговор выглядит то ли как часть абсурдистской пьесы, то ли как набор мыслеобразов душевнобольного. Впрочем, решения суда, вынесенные по другим политическим или околополитическим делам, не сильно ушли вперед.

Из приговора: «Они вызвали негативную реакцию и социальную напряжённость, привели к разжиганию конфликта и возникновению антиконституционного типа гражданского и политического поведения, выраженного как в возбуждении национальной розни, так и в возможности нарушения целостности Республики Казахстан, а также стали источником возникновения сведений, содержащих признаки национальной нетерпимости». Сильно!

Вскоре, 14 декабря, на шесть лет осудили Руслана Гинатуллина. Этот рэп-исполнитель и приверженец «Хизб ут-Тахрир» в одном флаконе оказался на скамье подсудимых всего лишь за перепост двух видеороликов на портале Youtube. В одном идет речь о марше нацистов в России, в другом - о действиях сепаратистов на Донбассе. В обоих случаях Руслан высказал свое негодование, за что и был… привлечён к ответственности за «возбуждение». Несмотря на то, что известный филолог Рахиля Карымсакова, сделавшая независимую экспертизу материалов, не нашла в действиях 34-летнего Руслана признаков «возбуждения розни», его ожидаемо отправили за решётку. Тем более что ранее он был судим, вины своей не признал, а обвинение назвал «абсурдным и лишённым логики», как оно на самом деле и есть.

Составить компанию Игорю и Руслану может теперь и актюбинец Санат Досов. Набор его постов вполне типичен для среднестатистического национал-патриота: проблемы казахского языка, ислам, война на Украине и в Сирии. При таких составляющих нелюбовь к российскому президенту - само собой разумеющаяся. Однако в его фразах, касающихся Путина, казахстанские силовые структуры каким-то образом разглядели социальную рознь, не поясняя, между кем и кем. «Путин разваливает страну! Никто не будет нападать, сам народ поймёт и тогда трудно будет что изменить! Русский, останови фашизм на своей земле!» - писал у себя Досов, попутно в ещё паре мест назвав президента соседней страны «фашистом» и закрепив сказанное двустишием: «Взрывай дома, топи подлодки. Бабло друзьям. Народу - водки».

Свою вину Досов признал, хотя вряд ли понял, в чём она состоит и как его выпады в адрес Путина могут раскачать социальные устои в Казахстане.

Немного в стороне от возбудителей розни стоят распространители экстремистских идей. Хотя, возможно, спецслужбы уже ощущают нехватку тех, кто делится прямыми призывами. Поэтому в конце ноября в Актобе на пять лет осудили студента, поделившегося на своей странице «джихадистскими» песнями (на каком языке, не указывается). В том же городе сейчас судят продавца мобильных телефонов и тоже - за коллекцию неправильных песен на его странице «Вконтакте».

В принципе, в таких музыкальных жанрах, как хэви метал, панк-рок и рэп, «возбуждение» и экстремистские призывы - сплошь и рядом. Разве что от массовых проверок и новых посадок спасает то, что представления силовиков о музыке не вышли за пределы Лепса и Круга.

Перевозбуждение органов

Статья 174 уголовного кодекса Казахстана «Возбуждение социальной, национальной, родовой, расовой, сословной или религиозной розни» стала настоящим кошмаром для не сильно развитого казахстанского гражданского общества. Основное её удобство – в универсальности и в том, что не требуется сильно распинаться, доказывая наличие того самого возбуждения. Поскольку нигде не прописано, как именно должно выглядеть возбуждение розни, то и применять эту статью можно хоть к столбу. Мало того, создателей этой статьи даже не озаботило, что в Казахстане официально никаких сословий нет. Или уже есть?

В 2015 году в Казахстане было заведено 88 дел по статье о возбуждении различных розней. Наверное, не меньше и в этом году. Есть ещё и «родственные» статьи УК – пропаганда сепаратизма или экстремизма, - тоже не требующие больших усилий по обоснованию их применения.

Неважно, что по международным стандартам к казахстанским осуждённым вряд ли могли бы применить какие-то санкции, так как почти никто из них не дотянул до полноценного «языка вражды». Даже если кто-то кое-где порой и перегибал палку, всё уходило в пар. При этом и в ООН, и в ОБСЕ считается вполне допустимым, когда выражение мнения может находиться у опасного края. Но это там – на Западе.

«Если говорить о международном праве, в принципе, мы ведём речь о двух соприкасающихся преступлениях: «языке ненависти» и «преступлении ненависти» или «преступлении, мотивом которого является предубеждение». Наше уголовное законодательство не содержит такого разделения», - в своё время писал известный казахстанский правозащитник Евгений Жовтис. Вместе с политиками, юристами, общественными деятелями и международными экспертами он не один год пытается добиться если не исключения печальной статьи из уголовного кодекса, то хотя бы ее конкретизации. Но пока - никаких намёков на успех.

В Казахстане, где политически мотивированных судебных процессов становится всё больше, существование статьи 174 – жизненная необходимость и для спецслужб, и для судей, и для прокуратуры, благо ни одна ветвь не может похвастать высоким профессионализмом. Так что статья, позволяющая органам возбуждаться по поводу или без, при отсутствии каких-то других официальных обоснований для расправы над оппонентами власти стала идеальным инструментом.

Бахытжан Торегожина, руководитель фонда «Ар.Рух.Хак» и активный пользователь Фейсбука, считает, что когда разгромлена оппозиция, а все немногочисленные общественные активисты находятся на контроле, пришла очередь «маленького человека».

«Во-первых, это связано с тем, что есть огромный репрессивный аппарат – спецслужбы, у которых огромный бюджет и огромное количество сотрудников. Второе – это отсутствие оппозиции: если раньше репрессивный аппарат «работал» с оппозицией и добился «успехов», разгромив её, теперь им надо показывать продолжение работы, и они взялись сначала за гражданских активистов, а теперь - и за обычных граждан. При этом они не утруждают себя внедрением агентов, либо проведением информационной работы. Они нашли самую лёгкую работу: просеивать социальные сети и искать врагов среди обычных граждан. Таким образом они пытаются оправдать своё существование и огромные деньги, которые на них выделяются. Всё прозаично», - считает Торегожина.

Журналист и тоже постоянный пользователь нескольких соцсетей Андрей Цуканов придерживается другой точки зрения: «Мне кажется, о «новом витке» говорить не совсем правильно. Правильнее было бы говорить об общей тенденции увеличения количества наказанных за посты в соцсетях. Соцсети прочно вошли в нашу жизнь, причём их влияние и распространённость продолжают расти. А значит, будет расти и количество преследуемых. Ну и государство на то и государство, чтобы наказывать».

В казахстанском сегменте Всемирной сети невесело шутят, что после распространителей песен и стихов будут приходить за теми, кто рассказывает анекдоты. К тому же что-то такое в общей истории наших народов было, по историческим меркам, совсем недавно.

Соб. инф.

Международное информационное агентство «Фергана»