22 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Граница в фотографиях. Таджикско-афганский рубеж: чего ждать из-за Пянджа?

На фото слева: Река Пяндж с высоты птичьего полета

Политики и эксперты уже не первый год выражают обеспокоенность обстановкой в сопредельном с Таджикистаном афганском приграничье. Протяжённость государственной границы Таджикистана с Афганистаном составляет более 1344 километров, из которых на горно-бадахшанский отрезок приходится около 920 км, остальные 424 километров приходятся на участок границы с Хатлонской областью. Именно последний является наиболее неспокойным с точки зрения попыток нарушения госграницы со стороны Афганистана в целях контрабанды наркотиков. На южных рубежах Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО) обстановка относительно стабильная, однако, по мнению экспертов, опасность обострения ситуации существует.

Напряженная тишина

Жители таджикского Горного Бадахшана считают, что на границе все спокойно. Многие бадахшанские села расположены в непосредственной близости от госграницы с Афганистаном, и жители соседних государств даже без бинокля могут видеть и наблюдать друг за другом.

- Афганские кишлаки так же, как и наши, расположены вдоль реки Пяндж – так близко, что можно видеть, что делают на той стороне. Это родственный нам народ. Они так же, как и мы, заняты своими проблемами. Ведут патриархальный образ жизни. Занимаются сельским хозяйством – пашут, сеют, убирают урожай. У них тоже много фруктов, как и у нас. Много перемен у них. Теперь на той стороне есть электричество, они смотрят телевизор, у них параболические антенны. Вот дорогу провели – грунтовую, но хорошего качества. Она строится силами местных жителей тоже вдоль реки, как и дорога со стороны Таджикистана. Каждый кишлак строит свой участок дороги на своей территории – от Ишкашима и до таджикского Зигара, - говорит Пайшамбе из бадахшанского села Поршнев.


Афганский Бадахшан. Кишлак Нусай напротив Дарваза

- Я уже 16-17 лет езжу по дороге Душанбе – Хорог, но ни разу с той территории не стреляли, и мы не видели вооруженных людей, - отмечает водитель Шариф. – Мы всегда, когда проезжаем, вольно или невольно наблюдаем за противоположным берегом. Теперь там тоже ездят машины. Сколько лет мы живем бок о бок с двух сторон реки, но ни разу нам из Афганистана не было угроз.

- Если где-то происходит нарушение границы, местные жители об этом узнают сразу. Такова специфика Памира. Здесь очень быстро распространяются новости, поэтому здесь все про все знают, и поэтому я могу твердо сказать, что, если бывают нарушения, то они единичны, но массовых нет. Значит, трафик наркотиков тоже небольшой. Ни для кого не секрет, что для тех, кто занимается этим криминальным делом, перевозка через Памир – дорогостоящее удовольствие, поэтому наркотрафик переместился в нижние районы таджикско-афганской границы, - уверен житель Рушана Собир.

В афганском Бадахшане работают структуры Фонда Ага Хана по развитию и других международных организаций, а также офис таджикской энергетической компании «Памирэнержи». Зона деятельности этих организаций охватывает большую территорию провинции Бадахшан с населением около восьмисот тысяч человек.

С 2002 года Фондом Ага Хана через реку Пяндж построено пять мостов, связавших территории Таджикистана и Афганистана – в Теме (Хорог), Ишкашиме, Ванче, Дарвазе и Шуроабаде. Эти мосты являются основными каналами для поставок гуманитарной помощи из Таджикистана в Афганистан. Около мостов один раз в неделю ведется приграничная торговля. Жители по обе стороны реки торгуют нехитрыми товарами домашнего обихода и продовольствием, говорит таджикский бизнесмен Салим.


Мост Тем и административные здания

Но эксперты опасаются

Но с противоположного берега Пянджа видится несколько иная картина. Как сказал «Фергане» Мир Али – один из жителей афганского села Султони Ишкошим – в районе уезда Вардудж находятся от 100 до 150 боевиков из числа афганских талибов и наемников из стран СНГ и Китая - киргизов, таджиков, узбеков, чеченцев и уйгуров. По словам жителя другого афганского кишлака – Вийод – Наджиба, сбор талибов и интернациональных экстремистских группировок – это сезонное мероприятие. «Зимой им делать нечего, и никто их не содержит, а весной они собираются в провинции в количестве от одной до двух тысяч человек», - отметил Наджиб.

Директор Центра изучения современного Афганистана Омар Нессар считает относительное спокойствие в афганском Бадахшане временным явлением:

- Сам факт того, что боевики в афганском Бадахшане уже достаточно давно контролируют несколько уездов, заставляет быть все время начеку. По данным афганских СМИ, численность боевиков в контролируемых ими уездах постоянно увеличивается, в том числе за счет иностранных джихадистов. Можно только догадываться, какие цели они преследуют и когда начнут действовать. Однако мне кажется, что не стоит сосредотачиваться только на бадахшанском направлении. Таджикский Бадахшан защищен его природными особенностями, что делает сложным нелегальный переход границы там. Однако кундузское и тахарское направления таких природных преград не имеют, - подчеркнул Омар Нессар.

Другой эксперт, политолог Хурсанд Хуррамов отмечает, что угрозу дестабилизации ситуации на южных рубежах Таджикистана представляют не столько талибы, сколько группировки, аффилированные с ИГ.

- Последняя активизация движения «Талибан» на севере Афганистана, в Кундузе, наблюдалась в октябре 2016 года. Однако для южных рубежей Таджикистана, потенциальной угрозой являются не талибы, а более мелкие группировки, симпатизирующие ИГ (запрещенная в России террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта», ИГИЛ, ИГ, ISIS или IS англ., Daesh араб., ДАИШ), в рядах которых немало представителей постсоветских стран. Гипотетически эти группировки при неудачном стечении обстоятельств могут представлять опасность в первую очередь для шиитов-исмаилитов, которые проживают по обе стороны реки Пяндж в Бадахшане. Однако, в действительности, в настоящее время они разрознены и не имеют мощной силы, способной противостоять армии или перейти границу. Тем более, что внутри самого Афганистана они являются потенциальными врагами для талибов.

На данный момент ситуация на границе и, прежде всего, на бадахшанском направлении спокойная. Но пока не будет достигнут политический консенсус между элитами внутри самого Афганистана, правительство не сможет контролировать ситуацию в должной мере и угроза обострения ситуации на таджикско-афганской границе остается актуальной. В текущих условиях для Таджикистана чрезвычайно важна внутриполитическая стабильность в Афганистане. В случае очередного политического кризиса в Таджикистан может хлынуть поток беженцев и вместе с ними – различного рода экстремистские элементы. Это чревато, потому что определенные настроения и симпатии к некоторым деструктивным группировкам в самом Таджикистане уже есть, - полагает Хурсанд Хуррамов.


Река Пяндж. На том берегу — афганский кишлак Мой Май

Таджикский политолог и общественный активист Алим Шерзамонов уверен, что боевики ИГ не смогут прижиться в Афганистане и тем более, создать в этой стране организационно серьезные структуры. Талибы же конфликтуют с правительством и не намерены распространять свое влияние за пределы Афганистана:

- Территории, контролируемые талибами, есть и в провинции Бадахшан тоже. Но боевиков ИГ на той стороне нет. А группировки иностранных наемников из стран Центральной Азии и Северного Кавказа, которые волнуют руководства стран региона, России и Китая, базируются именно на территориях, подконтрольных талибам. ИГ там не приживется, потому что это наднациональное объединение, претендующее на мировое господство. «Талибан» же – исключительно афганский феномен, сугубо пуштунское этническое движение, и задачи у них внутреннего характера, без претензий на региональное или мировое господство, то есть у них нет намерений захватить чужие территории. На протяжении многих лет они не трансформируются и не превращаются в наднациональное движение. Этого не происходило даже тогда, когда они были у власти.

Рассматривая [северный] Афганистан, можно сделать вывод, что талибы сохраняют свое влияние на определенной части территории страны, но большого противостояния в виде ежедневных боевых действий между правительством и талибами нет. По всей видимости, вооруженные конфликты случаются тогда, когда стороны нарушают некий сложившийся хрупкий баланс на местах, или талибы хотят повлиять на те или иные решения правительства, в том числе по кадровым позициям. То же самое касается и приграничных районов, - заключил Алим Шерзамонов.

А пока на таджикских берегах Пянджа все тихо. Фотографии сделаны корреспондентом «Ферганы» в декабре 2016 года. Было почти тепло и только на горных вершинах вдали виден снег.


Афганистан. Административное здание моста у кишлака Чормарчи Боло


Река Пяндж. Два берега — две экстремальные дороги


Река Пяндж с высоты птичьего полета


Мост, соединяющий два берега. Таджикистан, Ванч — Афганистан, Чомарчи Боло


Пяндж, граница как на ладони


Слева Афганистан, справа - Таджикистан

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА