20 Ноябрь 2017

Новости Центральной Азии

Голоса миграции. «Мы не с другой планеты. Мы у себя дома, на Земле»

Сегодня героиня рубрики «Голоса миграции» — молодая женщина по имени Мадина из горного кишлака в Таджикистане. В Москве она работает в магазине. Мадина очень ответственная, приветливая и доброжелательная, за что коллеги ее ценят и уважают. Здесь, в столице России, она встретила свою любовь. Молодые решили сыграть свадьбу. Долго и тщательно готовились, заказали ресторан, пригласили родственников и земляков. Но это счастливое и памятное событие было омрачено неожиданным неприятным инцидентом. Слово — самой Мадине.

Работа, семья, дом

Я работаю в магазине женской одежды продавцом-консультантом. По образованию я психолог, и мне нетрудно работать с людьми. Наши посетители — интересные люди. Иногда, когда они выбирают и примеряют одежду, рассказывают о себе. Есть постоянные клиенты. О них я знаю все или почти все. Вначале, когда я только приехала, меня взяли на работу уборщицей. Меня и это обрадовало. Я могла получать зарплату и отправлять домой родителям. Они оба работают учителями, но денег получают мало. У нас большая семья по российским меркам. Нас 5 детей у родителей — 3 сына и 2 дочери. Я самая младшая в семье, остальные все замужем и женаты.

С папой и мамой живет самый младший из сыновей. Он тоже хотел уехать в Россию на заработки, но старшие его не отпустили. Нужно же, чтобы кто-то остался с папой и мамой. Здесь, в Москве, я живу с братьями, они работают на стройке уже давно. Семьи их дома, в Таджикистане. Раз в год мы все вместе берем отпуск и едем домой. И целый месяц я дома с родителями и племянниками. Летом у нас в кишлаке рай неописуемый. Созревают фрукты. У нас большой сад, вокруг которого горы, ручьи, зеленая трава. Но потом мы возвращаемся в Москву на работу.

Знакомство

Я уже привыкла в Москве, мне здесь все нравится. Здесь я встретила свою любовь. Как-то мы с братьями были в гостях у своих земляков. Они справляли день рождения своему сыну. Было много людей. Мы радовались и веселились, пели свои национальные песни, танцевали. В углу комнаты за дастарханом (скатерть у народов Азии. – Прим. «Ферганы») сидел парень, который все время молча на меня смотрел. Я смущалась от его взгляда, старалась не обращать внимания, но как это не заметить. Под конец это заметили все и стали подшучивать над ним. Мне было неловко и почему-то стыдно. Казалось бы, я уже взрослая, за спиной университет и два года работы в Москве, но все равно конфузилась. Братья смеялись и шутили: «Приходи свататься парень, и, если сестренке ты понравишься, мы отдадим ее за тебя».

Через неделю он пришел ко мне на работу — узнал у друзей, где я работаю. Мы познакомились. Умед (так его зовут) оказался очень серьезным и вдумчивым парнем. Каждый день он приходил к моему магазину на «Царицыно» и ждал, когда я закончу работу, провожал меня домой. По дороге мы говорили обо всем. Он рассказывал о себе, о своих родных, друзьях, работе. Он закончил факультет восточных языков, работал у иранцев переводчиком. Хорошо знал персидский, русский. Мне было хорошо с ним, такое было впечатление, что я знаю его всю жизнь. По воскресеньям мы гуляли по Москве. Теперь могу уверенно сказать, что хорошо знаю Москву.

Предсвадебные хлопоты

Через полгода он сделал мне предложение. Братья восприняли эту новость серьезно. Они сказали, пусть присылает своих родителей на сватовство. Через неделю его папа и дяди на родине поехали к нам в кишлак. В нашем доме собрались все родственники. Меня сосватали. Решили справить свадьбу летом, и братья настояли на том, чтобы свадьба была в Москве. Родители сначала не соглашались, но старший брат их убедил.

Наступил июль. Приехали наши родители — мои и Умеда. Заказали ресторан. До свадьбы оставалось две недели. Они прошли в хлопотах. Наши родные хотели соблюсти все национальные традиции. Мама с нашими землячками, которые были в Москве, стали готовить традиционную свадебную халву и кульча (национальные лепешки. – Прим. «Ферганы») к моему отбытию в семью жениха. Решили, что я на свадьбе буду в белом платье, а затем меня переоденут там же в нашу традиционную одежду. За день до свадьбы у нас дома собрались родственники и друзья. На улице готовили большой казан плова.

У нас очень хорошие соседи — там, где мы снимаем жилье с братьями. Они тоже радовались вместе с нами. Живо интересовались нашими традициями. А наши мужчины угощали их пловом, который получился очень вкусным и красивым. Моя подруга Зармина, сказала, что я везучая, потому что все так гладко идет. Меня одели в наше традиционное красное платье и платок на голове, заплели красные косички в мои короткие до плеч волосы. Моя двоюродная сестра Наргис, заплетая меня, ворчала: неужели так трудно мне было отрастить волосы хотя бы еще на чуть-чуть.

Долгожданный день

На следующий день с утра пришли девчонки и стали мне помогать одеваться. Наргис, которая училась на визажиста и парикмахера, стала укладывать мне волосы и делать макияж. У нас на родине любят свадьбы и любят веселиться на свадьбах. Поэтому все были в предвкушении большого праздника. Ресторан у нас был заказан на 17 часов, а жених и его друзья должны были приехать в 14 часов, чтобы мы покатались по Москве, погуляли в парках.

И вот раздались сигналы машин. У меня заколотилось сердце. Умед в традиционной красной тюбетейке был просто красавцем. Я взяла его под руку, он улыбнулся мне и все встало на свои места. Мы, молодежь, поехали все вместе кататься по красивой летней Москве, а взрослые поехали в ресторан, чтобы встречать нас там. Было весело, мы останавливались, где хотели сфотографироваться, смеялись, пели песни. Встречные люди тоже улыбались нам, поздравляли. Это был наш день.

Когда приехали в ресторан, шофера просигналили, чтобы сообщить о нашем прибытии. Мы вышли из машины и услышали звуки наших дойр (ударный инструмент в странах Азии, типа бубна. – Прим. «Ферганы») — звуки родины. Защемило сердце, на глаза навернулись слезы. Умед ободряюще улыбнулся мне, Зармина крепко ухватилась за мою руку. Мы прошли через весь зал к нашим местам. Играла живая музыка. Все было красиво — и столы, и убранство ресторана. Наши родные постарались. Я невольно стала искать своих, с работы. Их всех усадили за один стол. Они мне весело помахали и подняли свои бокалы. Я помахала им в ответ, за что получила строгий выговор от Зармины — по нашей традиции, невеста не должна поднимать лицо, она должна сидеть, скромно опустив глаза. Но я попросила ее не быть брюзгой. Музыка была веселой, тостов было много. Мои коллеги тоже встали и по очереди высказывали свои пожелания.

Молодожены, предъявите документы!

Когда свадьба забурлила, завертелась, когда уже все танцевали и не сидели за столами, случилось странное. Зашли люди в черной форме, берцах и в масках — Умед потом сказал мне, что это называется балаклава. Точнее, они не зашли, а забежали. Было страшно и не похоже на правду. Один из них тяжелой походкой забрал у ведущего микрофон и приказал всем предъявить паспорта. Мои коллеги с работы и другие гости-москвичи попытались поговорить с омоновцам, но те игнорировали их. Я растерянно посмотрела на Умеда, у него побледнело лицо. Я хотела ему что-то сказать, но вдруг все поплыло перед глазами. Дальше я уже ничего не помнила. Зармина потом сказала, что я потеряла сознание, и Умед меня на руках отнес в маленькую комнату. Сам же пошел разбираться. Наши ребята попросили, чтобы отпустили жениха и женщин. Нас отпустили, причем сказали, чтобы мы немедленно ушли из ресторана. Мы шли по проходу, как преступники, и всюду были автоматчики.

Половину мужчин увезли на полицейской машине — даже тех, у кого были российские паспорта. Мы ехали все вместе, и в нашей машине никто не разговаривал. Все молчали. Было так страшно и одиноко. Обстановку разрядила жена двоюродного дяди Умеда Марифат. Она очень веселая и компанейская женщина, мастерица по части юмора. Она сказала, что ничего страшного не случилось — зато ни у кого такой свадьбы, с такой облавой не было. И все эту свадьбу уж точно запомнят надолго. Надо жить дальше и радоваться жизни, сказал Марифат.

Через некоторое время те, кого задержали, приехали живые и здоровые, и веселье продолжалось. Я тоже старалась улыбаться, но хотелось плакать, потому что в очередной раз нам показали, что мы здесь чужие. Я посмотрела на мрачного Умеда, который после ресторана совсем сник. Мне захотелось его приободрить, и я ему сказала:

- Мы с тобой работаем в большом городе. Вокруг нас хорошие люди, много хороших людей. А то, что сегодня произошло в ресторане – это недоразумение. Кто-то захотел нам дать понять, что это не наша страна. Но Землю нельзя поделить по кускам — это мое, а это твое. Земля — наш общий дом. Мы не с другой планеты. Мы у себя дома, на Земле.

* * *

От редакции: Если вы хотите поделиться своей историей, случаем из жизни, рассказать о проблемах, в которыми вы столкнулись, будучи трудовым мигрантом, о том, как живет ваша семья, оставшаяся на родине или приехавшая вместе с вами в Россию, напишите или позвоните нам, и мы обязательно опубликуем ваш рассказ. E-mail главного редактора – dan@kislov.ru. Телефон редакции: +7(495)132-62-58. Связь с редакцией также возможна с этой страницы.

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА