19 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Узбекские пасынки Аркадага. К визиту Шавката Мирзиёева в Туркменистан

Шестого марта начался двухдневный государственный визит новоизбранного президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Туркменистан. Примечательно, что этот визит будет первой зарубежной поездкой главы соседней республики после кончины Ислама Каримова. Отношения между двумя странами, точнее, между двумя лидерами были вялотекущими. В 2013 году отменен безвизовый переход границы и пребывание на сопредельной территории в течение трех дней для жителей приграничных областей двух стран. Граница остается открытой только для лиц, имеющих визу, несмотря на появившиеся в СМИ публикации о возобновлении безвизового режима.

В канун предстоящего государственного визита лидера Узбекистана бывший чиновник, занимавший в 1970-1990-е годы высокий пост в госструктурах Туркменистана, решился рассказать о том, как живут узбеки в этой стране. Рассказ публикует портал «Альтернативные новости Туркменистана».

* * *

Родился я и вырос в тогдашней Ташаузской области, ныне это Дашогузский велаят. По национальности – узбек. При этом считаю себя туркменистанцем, свободно владеющим литературным туркменским языком. Всю жизнь дружил с туркменами, уважаю и люблю простых людей. Но, как и любой человек, живущий не на исторической родине, ревностно отношусь и болезненно реагирую на любые проявления национализма и притеснения по национальному признаку. Последним таким фактом я бы назвал закрытие обоюдного перехода туркмено-узбекской границы, с одной ее стороны, для жителей Лебапского и Дашогузского велаятов и, с другой, — для граждан Хорезмской и Бухарской областей и Каракалпакстана.

Еще пару лет назад жители перечисленных велаятов и областей могли совершать поездки в соседнее государство в упрощенном порядке, а конкретно — сроком до трех суток ежемесячно, без оформления визы. Это было удобно как тем, так и другим по обе стороны границы. Скажу больше — это было гуманно по отношению к людям, потому что очень важно сознавать, что, в случае чего, ты всегда успеешь к горю или к радости.

Но туркменские власти в единоличном порядке решили прикрыть «лавочку»: сначала были увеличены пошлины за переход границы, а потом и вовсе отменили упрощенный переход. Теперь узбеки туркменского приграничья должны подать на визу в посольство Узбекистана в Ашхабаде, оплатить ее в долларах и только потом выезжать, но на срок не более 10 суток. А были времена, когда жители Дашогуза регулярно ездили в Ургенч лечиться или консультироваться в тамошних клиниках или смотреть достопримечательности в древней Хиве или привозить оттуда «Кока-колу» (как говорили тогда, «оригинал») и местное пиво «Юнусабад». До Хивы и Ургенча — менее 70 км хорошей автодороги.

Запрет на язык, платья и косички

Когда развалился Союз, и Туркменистан обрел независимость, первыми стали его массово покидать русские и русскоязычные. Узбеки же, столетиями компактно проживавшие на севере и востоке страны, заняли по своей численности второе место после туркмен. Это неофициальные данные, так как сведений об изменениях в демографическом составе населения Туркменистана в последние десятилетия нет, как нет до сих пор и результатов всеобщей переписи населения 2012 года.

По моим наблюдениям, подкрепленным теми данными, что я встречал в документах по своей работе, в настоящее время узбекская диаспора составляет более 10 процентов от общей численности населения Туркменистана или, приблизительно, полмиллиона человек плюс-минус 100 тысяч. Но в последние годы наблюдается увеличение численности узбекского населения, ибо рождаемость в их семьях выше, чем в туркменских.

При этом дискриминация и ущемление прав узбеков, начатые еще при Сапармурате Ниязове, нынче не только продолжаются, но и доведены до крайнего состояния. К сегодняшнему дню в Туркменистане, даже в местах компактного проживания этнических узбеков, нет школ с преподаванием на родном языке, нет газет и других средств массовой информации, своего телеканала на государственном телевидении. Ношение национальной одежды запрещено, вместо ярких шелковых платьев до колен в сочетании с такими же шароварами узбечки вынуждены носить платья, характерные для туркменских женщин, — в пол и с национальной вышивкой по вороту и груди. Девочки школьного возраста вместо четырех косичек должны заплетать не более двух и прикалывать заколками туркменскую тюбетейку.

Дискриминация узбекского нацменьшинства проводится властями негласно. Узбек — редкий гость на туркменском телевидении или радио, пусть даже это передовик производства или уважаемый в регионе человек. Причина банальна: верхушку власти раздражает язык, на котором говорят лебапские и дашогузские узбеки. Они, по мнению критиков, вкрапляют в туркменскую речь узбекские слова и тем самым-де коверкают их родной язык.

Подобное отношение прослеживается в целом к узбекской культуре, вот почему на туркменском телевидении практически не услышишь национальных мелодий и не увидишь танцев в исполнении узбекских артистов. За весь 2016 год по гостелеканалам лишь однажды показали выступление узбекских исполнителей, и случилось это 17 июня, когда в Ниязовском этрапе Дашогузского велаята в присутствии президента Гурбангулы Бердымухамедова проходило торжественное открытие образцового села Багтыяр заман.

Кстати, мне известны некоторые подробности того, по каким причинам узбекских исполнителей все же пустили на туркменский телеканал. Задолго до события в Багтыяр замане устроители церемонии из Ашхабада выдвинули местным работникам культуры условие: платья, тюбетейки, музыкальные инструменты – все ваше, национальное, но вот петь вы будете про нашего президента. Надо ли говорить, что условие было выполнено, и песни под узбекские мелодии лились про Аркадага. В самом конце артисты исполнили-таки одну свою зажигательную песню «Бэри гел», которую простые туркмены очень хорошо знают — без нее не обходится ни один той (той, туй — свадьба, пиршество у народов Центральной Азии. – Прим. «Ферганы») — и под которую пустились танцевать даже некоторые приезжие из столицы гости.

Нарывающая «стабильность»

Подобная политика туркменской власти, откровенное игнорирование нацменьшинств и отсутствие какой-либо заботы о них не могут не сказываться и на отношении самих нацменьшинств к проводимой государственной политике. Могу со знанием дела утверждать, что узбекские семьи в подавляющем большинстве вообще не смотрят туркменское телевидение, не слушают радио и не читают периодику. Далеки узбеки северного и восточного велаятов от тех событий, к которым готовятся повсеместно в стране, и новостями о которых заполнены все СМИ. Речь идет о прошедших в феврале президентских выборах и о предстоящих Азиатских играх. Спросите простых узбеков об этом, и они вам ничего вразумительного не скажут.

Зато практически в каждой семье взрослые ее члены хорошо осведомлены о том, что происходит на их исторической родине, в Узбекистане. Люди знают, какие новые указы и решения подписал Шавкат Мирзиёев, ставший президентом после смерти Ислама Каримова, имеют об этом собственное мнение, обсуждают между собой. А все дело в том, что в местах компактного проживания узбеков спутниковые антенны на крышах частных домов повернуты в сторону Ташкента.

В отсутствии альтернативы передачи узбекского телевидения стали для людей единственным источником информации на родном языке. Даже скучная, казалось бы, экономическая тематика привлекает внимание телезрителей. Так с интересом и восторгом образованные узбеки обсуждают недавнее решение Шавката Мирзиёева об открытии в соседнем Хазараспе Хорезмской области четвертой по счету свободной экономической зоны Узбекистана. Туркменские узбеки гордятся своими соотечественниками и пристально наблюдают за происходящими на их исторической родине переменами.

А будут ли эти добрые перемены в той стране, в которой они живут и гражданами которой являются? За прошедшие 25 лет независимости Туркменистана и Узбекистана лидеры этих государств встречались между собой неоднократно. И всякий раз особо подчеркивали языковую, культурную, историческую и иную общность туркмен и узбеков, с пафосом говорили о перспективах развития добрососедских отношений, о том, что народы-братья и страны-соседи разделяет только граница дружбы и мира.

В общем, в словах — высокая поэзия, а на деле — суровая проза. Туркменские узбеки не имеют даже своего культурного центра, в то время как этническими туркменами в Узбекистане открыты и действуют десятки подобных центров. Провоз через границу периодики на узбекском языке рассматривается туркменскими таможенниками не иначе как попытка контрабанды.

На руководящих должностях практически не осталось ни одного узбека, а в настоящий момент на последнего руководителя — директора государственной оптово-розничной фирмы «Дашогуз» Шерипбая Рейимбаева заведено уголовное дело, ему, судя по всему, грозит длительный срок тюрьмы.

Нельзя не сказать, что туркменские узбеки, как и все население страны, весьма покорны и терпеливы. Но всякому терпению рано или поздно наступает конец. Нынешняя стабильность в обществе в целом и в приграничных регионах в частности таковой только кажется, а она самом деле она обманчива. Могу это заявить со знанием дела, как человек, осведомленный о ситуации изнутри. Стабильность, достигаемая путем тайного и открытого насаждения страха, грубым подавлением прав нацменьшинств, на самом деле — шаткая. Под этой «стабильностью» идут невидимые глазу процессы — это как чирей, нарывающий глубоко внутри, но рано или поздно выходящий наружу и прорывающийся. Если ничего не изменится в политике туркменской власти по отношению к национальным меньшинствам, то общественное недовольство, так или иначе, проявит себя.

Источник: АНТ

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА