19 Сентябрь 2017

Новости Центральной Азии

Роберт ван Ворен: «Карательная психиатрия - это система государственного наказания неугодных»

На фото - Роберт ван Ворен

Дело ташкентской правозащитницы Елены Урлаевой (об очередном помещении ее под больничный арест мы писали здесь: http://www.fergananews.com/articles/9310) - ярчайший пример так называемой «карательной психиатрии». Несмотря на то, что это явление до сих пор довольно широко распространено в странах бывшего СССР, многие о нем ничего не знают или не хотят знать.

Чтобы заполнить пробелы в познаниях о применении психиатрического лечения в политических целях, мы обратились к Роберту ван Ворену - голландскому исследователю, посвятившему этой теме всю свою жизнь и написавшему книгу под говорящим названием: «О диссидентах и безумии».

* * *

- Господин Ворен, скажите: что такое «карательная психиатрия»?

- Карательная психиатрия - это система, которая используется государством, чтобы наказать людей, к которым оно плохо относится. Система эта многообразная. Во-первых, это система запугивания и подавления, когда вам дают понять, что если вы будете продолжать свою работу, то вас посадят в психушку. А в психушке жизнь нехорошая. Во-вторых, нежелательных для власти людей сажают в психушку и используют медикаменты для их «лечения», хотя люди эти совершенно нормальные, здоровые. Применение лекарств подрывает здоровье этих людей и они выходят из больниц уже больными.

И третье, более широкое представление о карательной психиатрии - это то, что происходит, по-моему, на всем пространстве бывшего Советского Союза: когда власть использует психиатрию для того, чтобы отстранить некоторых людей от общества. Тех людей, которые не похожи на других, которые, может быть, имеют какие-то отклонения, которые слишком откровенны, может быть, борются за что-то. Это люди, которые постоянно мешают руководству страны, тогда нужно их «психиатризировать», чтобы больше не мешали.

Роберт Ван Ворен - голландский психиатр, советолог, правозащитник, директор международной организации «Глобальная инициатива в психиатрии», преподаватель университетов Грузии, Литвы и Украины
Применение психиатрии в политических целях напрямую касается вопросов судебной психиатрии. Но сама судебная психиатрия в бывшем Советском Союзе - это совершенно другое явление, чем в других странах мира. Потому что во всем бывшем СССР до сих пор бытует такое понимание, что срок пребывания в психушке связан с преступлением человека и его нездоровьем. Значит, если кто-то совершил убийство, если у него был какой-то острый психоз, который через полгода или через какое-то время просто исчезает и потом человек уже снова становится нормальным, то во всех республиках бывшего СССР его все равно оставляют в специализированной психбольнице как минимум на семь-восемь лет. После этого еще года три под усиленным режимом, потом два года на общем режиме. После этого жизнь человека совершенно сломана, значит, это - не лечение. Суть лечения - в том, чтобы восстановить здоровье человека и вернуть его в общество, а этого совершенно не делается. По международным стандартам это и есть карательная медицина.

- Как помочь жертвам такого «лечения»? Как специалисты и правозащитники извне могут помочь людям, находящимся в Узбекистане, подобно Елене Урлаевой?

- Методика такая же, как и во времена СССР. Тогда мы поняли - особенно после первых громких дел Буковского, Жореса Медведева, Горбаневской, - что власти очень не хотят, чтобы о подобных случаях становилось известно за пределами страны. Значит, помочь жертвам могут публицистика, акции на Западе, постоянные разговоры в дипломатических кругах. Люди, которых сажали в психбольницу, становились очень известны на Западе и очень часто после этого их освобождали, либо освобождали, но потом арестовывали, судили и посылали в лагерь. Но психушка - гораздо хуже, чем лагерь, потому что в лагере ты хотя бы знаешь, какой у тебя срок и ты - среди, скажем так, нормальных людей. А больнице никакого срока нет, ты можешь находиться там до конца жизни.

Следовательно, очень важно организовать кампанию среди западных психиатрических ассоциаций, с обязательным привлечением Всемирной ассоциации психиатров, которая, впрочем, не очень охотно занимается такими вопросами, потому что не хочет иметь проблем в отношениях с местными (страновыми) ассоциациями психиатров. Но там все же есть люди, которые понимают, что времена наступили другие и молчать просто невозможно.

Например, в случае России, где многократно тоже злоупотребляли психиатрией, играет большую роль влияние Британского Королевского колледжа психиатров, члены которого сразу пишут письмо властям: мы слышали, что происходит то-то и то-то, и мы хотим предоставить экспертов, чтобы делать повторную экспертизу [состояния здоровья того или иного человека].

Повторная экспертиза - это очень важно. Это то же самое, что мы делали в советское время. Это возможность доказать, что диагноз, который они написали, - неправильный, недостоверный, не по международным стандартам. И для властей начинается неприятная ситуация, которая заставляет их понять, что лучше не злоупотреблять психиатрией..

В советское время многим инакомыслящим ставили диагноз - «вялотекущая шизофрения». «На самом деле это очень серьезное и коварное психическое заболевание, которое начинается медленно, незаметно. Человек думает, что он здоров, и его окружение также ничего не замечает. Главными проявлениями являются навязчивый поиск правды, настойчивость, желание реформ, самоуверенность и т.д. Такие симптомы были очень подходящими для объявления диссидентов психически больными людьми». Из интервью Роберта ван Ворена.
Это одна сторона вопроса. Другая, над которой мы работаем уже двадцать шесть лет, - это создавать независимую, гуманную, этическую психиатрию, которая имеет мужество отказаться от злоупотреблений. Это очень сложно, потому что есть огромное противодействие со стороны правоохранительных органов, спецслужб, властей. Но только независимая психиатрия может способствовать окончанию подобных злоупотреблений. Это не значит, что таких случаев больше никогда не будет. У нас, например, в Голландии, недавно министерство обороны пыталось «психиатризировать» человека, который был им неугоден. Однако это лишь единичные случаи, это уже не система.

В головах психиатров стран бывшего Советского Союза понятие независимой психиатрии еще отсутствует. У старых психиатров это понимание отсутствует, потому что они воспитаны по советской методике. А у молодых отсутствует, потому что они ничего не знают о злоупотреблениях психиатрией в СССР, это черная дыра. И ничего не знают о том, как работают психиатры в других частях мира.

- В чем, на ваш взгляд, разница между карательной психиатрией в СССР и в новых, независимых государствах, в частности, в Узбекистане?

- В советское время карательная психиатрия осуществлялась все-таки в рамках какой-то системы, советской системы. Понятно было, чего ожидать от властей. Сейчас и такого нет, есть просто полный беспредел. Людей истязают, избивают, убивают. В семидесятых-восьмидесятых годах в Советском Союзе подобного было гораздо меньше. И поэтому многим диссидентам сейчас даже опаснее, чем тогда. Ситуация больше похожа не на советское время, а на времена диктатур в Латинской Америке в 70-80 годах прошлого века.

- В каких странах работает ваша организация, чем она занимается?

- В принципе, мы работаем по всему миру. Но наиболее активны мы сегодня в Литве, Грузии, Украине, Шри Ланке, в некоторых африканских странах, недавно закончен проект во Вьетнаме. Мы стараемся создавать гуманную психиатрию в этих странах, делаем экспертизы в разных областях. Например, в Украине делали экспертизу в области судебной психиатрии и наши очень много нарушений, можете представить себе. Пару месяцев назад делали экспертизу в домах-интернатах в Украине. Теперь мы ведем переговоры с министерством социального обеспечения о том, как по сути изменить эту систему, как реабилитировать и вернуть людей в общество. Министерства не очень охотно идут нам навстречу, потому что психиатрия там - это не просто некачественное лечение. Это еще и коррупция. Но появляются и новые люди, профессионалы, которые больше не хотят быть палачами.

С Робертом ван Вореном беседовал главный редактор «Ферганы» Даниил Кислов.


Елена Урлаева за решеткой в ташкентской психиатрической лечебнице, март 2017 года. Фото Тимура Карпова

На платформе Change.org идет сбор подписей в защиту ташкентской правозащитницы Елены Урлаевой. Петиция (https://goo.gl/oHfstk) будет направлена в адрес Всемирной психиатрической ассоциации (WPA). Авторы призывают WPA потребовать от правительства Узбекистана немедленного освобождения Елены Урлаевой от принудительного психиатрического заключения, куда она была помещена в отместку за ее деятельность и для того, чтобы не допустить продолжения ее активности в области защиты прав человека.

Редакция «Ферганы», в свою очередь, просит своих читателей, неравнодушных к судьбе ташкентской правозащитницы, также подписать эту петицию. Подробнее о деле Елены Урлаевой тут: http://www.fergananews.com/articles/9310.

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА