30 Апрель 2017

 

Новости Центральной Азии

Чтобы жизнь не казалась песней: От педагогов музыкальных вузов Узбекистана требуют знать политологию и информатику

Жизнь педагогов музыкальных учебных заведений Узбекистана полна не только вариаций из семи нот, но и канцелярщины в виде множества письменных отчётов, конспектов, классных журналов, планов чуть ли не на год вперед и прочей документации, отнимающей у них массу времени. Причём большая часть с музыкой не связана: педагогам приходится заполнять отдельные папки по работе с различными постановлениями Кабинета министров и президента, писать конспекты по духовности и самообразованию, планы занятий с одаренными или отстающими детьми, работы кружков и секций, обязательно наличие тетради анализов уроков коллег по цеху и так далее.

На углубленное же изучение профильных предметов и индивидуальные занятия с учениками времени у музыкантов практически не остается. Уроки тоже насыщены не имеющими отношения к музыкальному образованию предметами: история (не музыки), духовность и просветительство, бесчисленные труды первого президента, большое количество постановлений и указов правительства, экономика, политология…

Коварная аттестация

Вдобавок чиновники, курирующие музыкальные учебные заведения, ввели обязательное тестирование - так называемую всеобщую «аттестацию на знание предмета». Она проводится в музыкальных вузах и школах как раз в эти весенние дни – до начала мая. По словам преподавателей, если раньше достаточно было сдать тесты по специальности и собрать папку с доказательствами своей педагогической деятельности за прошедшие три года, то теперь нужно набрать еще определенное количество баллов и по таким предметам, как информатика (тесты, практическая работа), английский язык (собеседование) и политология. Особенно сложно с последним предметом: он предусматривает знание всех законов, постановлений и положений, причём важны не только их суть и содержание, но и конкретные даты издания, названия и номера глав, пункты и так далее. Все это очень сложно запомнить, о чем хорошо известно и самим проверяющим.

Официально все это принято объяснять повышением творческого и интеллектуального потенциала молодёжи и качества и эффективности работы педагогических кадров. По мнению чиновников, педагоги обязаны проходить аттестацию, чтобы привести свое базовое профессиональное образование в соответствие с современными требованиями.

Но на самом деле, считают учителя, преследуются иные цели: с одной стороны, под предлогом нехватки баллов можно легко расправиться с неугодными правдолюбами, с другой - можно сэкономить на зарплатах, которые напрямую связаны с категорией квалификации. Если наличие категории приносит приятные бонусы в виде доплаты к основной заработной плате педагога, то недобор нужного количества баллов способствует понижению категории и, соответственно, жалованья.

«Казалось бы, для чего пытаться осложнить жизнь и без того занятому под завязку учителю? – задается вопросом преподавательница академического лицея для одаренной молодежи при Государственной консерватории Узбекистана. – Знания и опыт у педагога либо есть, либо их нет. Надо судить о развитости/неразвитости личности наставника по результатам его конечного труда: как осваивают предмет его воспитанники, сколько из них после выпуска нашло себе достойное применение в жизни и так далее. Пока же я вижу лишь одну проблему – попытку «вытащить» на рейтинговые категории «своих» людей, пусть и не блистательно владеющих предметом, и «потопить» более профессиональных специалистов. Поводов хоть отбавляй – ведь не обязан музыкант знать информатику или политологию досконально, это дело сугубо профильного специалиста. Но этот спектакль беззастенчиво называют аттестацией».

По мнению собеседницы, самое обидное, что почти никто из обиженных педагогов не высказывает громко свои претензии. Сносят молча, опасаясь нажить «всесильных» врагов, которые сделают так, что в случае увольнения они не смогут никуда устроиться. Разве что заниматься частным репетиторством, что многие музыканты и делают: иначе не выживешь на скудную и получаемую с большими запозданиями зарплату творческого работника.

А судьи кто?

В марте 2017 года ташкентский веб-сайт «Узметроном» опубликовал посвященное вопросу аттестации письмо педагога одного из столичных музыкальных образовательных учреждений Н.М. По ее словам, пройти аттестацию, которую разработали Министерство просвещения, культуры и Управление лицеев и колледжей, очень сложно.

«Интересно, кто проверяет тех, кто будет проводить аттестацию и разработал такие требования? Там настолько всё усложнили! К примеру, в год нужно 40 взаимных посещений, каждые полгода проводить открытые уроки, писать доклады, расписывать планы, писать, писать... Порой нам не хватает времени, чтоб преподать урок. Мы всё пишем, пишем, пишем... Главное - на бумаге чтоб красиво было. Так, видно, этого мало, и разрабатывают ещё и ещё», - возмущается педагог.

Ее недоумение вполне понятно: при желании на любом этапе тестирования, особенно по части политологии или информатики, можно «завалить» любого, даже самого подкованного преподавателя. Ведь законы и постановления специалисты-юристы изучают годами, и не факт, что даже они знают всё.

«Моя подруга работает в музыкальном лицее, преподаёт фортепиано. Вот скажите: как знание информатики (работа с таблицами и другими программами в компьютере), умение говорить на английском, знание всех законов и постановлений поможет ей обучить учащегося игре на инструменте? Ведь комиссии не важно, что у педагога есть победители олимпиад, конкурсов и высокие достижения-показатели ее профессионализма! На это внимания не обращают. Это вовсе НЕ ВАЖНО. Вывод напрашивается сам: всё делается для снятия с преподавателя профессиональных категорий. На ком же экономить, если не на нас?» - заканчивает своё эмоциональное обращение педагог-музыкант.

В этой связи вспоминается случай в ташкентской консерватории. Один из членов аттестационной комиссии на вопрос очень уважаемого и популярного узбекского композитора с мировой известностью, имеется ли у него музыкальное образование, не моргнув глазом, ответил, что он с отличием закончил нархоз. Как правило, такие люди являются инструкторами президентского аппарата. И именно они определяют, чего достоин тот или иной музыкант-педагог…

«Наш президент [Шавкат Мирзиёев] уже не раз высказывался негативно об аттестации, но, видно, его не все услышали», - делает неутешительный вывод Н.М., задетая за живое отношением чиновников к представителям творческих профессий как к «технарям».

Результаты аттестации могут быть оспорены

Хоть чиновники и твердят о пользе аттестации, но факт остается фактом: кроме нервотрепки и бессмысленной траты драгоценного времени, которого у учителей и так не хватает, аттестация никаких знаний не даёт. А вот риск получить более низкую, чем прежде, категорию всегда имеется, уверены педагоги. Достаточно не ответить на какие-то вопросы предлагаемых заданий.

С 10 апреля по 6 мая 2017 в Узбекистане проходит специальная аттестация профессорского-преподавательского состава высших образовательных учреждений (вузов) страны. Комиссии из Государственного центра тестирования проверят педагогов на знание иностранных языков и информационно-коммуникационных технологий. Такое тестирование - а пройти его должны будут 24 тысячи преподавателей - проводится впервые. Судя по замыслам правительства, проверка педагогов необходима для грамотного составления рейтингов вузов. Подробнее – в материале «Узбекистан: Шлюзы, HTML и TCP/IP, или Ради чего затевается новая аттестация преподавателей вузов?»
В таких случаях юристы советуют педагогам, не согласным с результатами тестирования, обращаться к трудовому законодательству и сличать выводы комиссии с тем, что говорит по данному поводу закон. Если обнаружатся явные противоречия или нарушения прав работника, следует обратиться в суд по факту нарушения пунктов трудового договора.

Так-то оно так, соглашаются специалисты, но, учитывая сложившуюся в стране практику ведения подобных судебных разбирательств, перспектива выигрыша для редких искателей правды вырисовывается весьма туманная… Проще обратиться в ставшую сегодня популярной виртуальную приемную президента: скорее всего, вопрос решится положительно, поскольку сам глава государства относится с большим сомнением к таким видам определения уровня профессионализма и грамотности, как аттестация.

Бесспорно, вне зависимости от результатов аттестации, члены комиссии не компетентны ставить вопрос о лишении тестируемых ученых степеней или званий.

«Подобные вопросы, как и понижение категории, должны решать ученые советы и специально созданные при Минкульте независимые комиссии, а не администрация учебного заведения, - считает преподавательница академического лицея при консерватории. – И не руководству решать - кого сокращать-понизить, а кого повысить! Это лишнее доказательство того, что командно-административная система живет и процветает. У меня нет сомнений, что подобная аттестация не будет использована начальством для закручивания гаек и расправ с несогласными».

Что думает об аттестации президент Мирзиёев

В интернете получило широкое распространение одно из самых ярких выступлений президента Шавката Мирзиёева в момент назначения им нового министра здравоохранения Адхама Икрамова, когда он несколько минут раздраженно рассуждает на тему аттестации, называя ее совершенно никчемной и бесполезной процедурой, и говорит о просчетах некоторых должностных лиц, решающих судьбы людей на основании результатов тестирования:

«Надо ставить на должность министров и хокимов (глав администраций) порядочных людей. А то хокимы областей выходят на президентский аппарат чуть ли не с просьбой о рекомендации поставить [на должность] даже сторожа. Скоро будут приняты некоторые решения [по этому вопросу]... А зачем нам нужен такой хоким? Руководителей всех отраслей, кроме должности районного хокима, назначает областной хоким! Я работал хокимом - сам знаю, сам ставил. Мы назначаем первых лиц, а хоким области сам должен выбирать претендентов на должности лично по их рабочим качествам. В президентском аппарате есть такая должность – инструктор называется. Если нужно назначать начальника лесхоза, облздрава, облоно, он может по 20 раз приглашать [из области] к себе на собеседование претендентов на эти должности! Если ты областной глава, то сам решай [эти вопросы] – все в твоей власти. Но нельзя назначать человека, судя по его образованию [диплому] – это смерти подобно.

Областной хоким сам должен руководить, сам делать назначения кадров, сам подписывать и сам решать. Кроме [начальника] милиции и прокурора, разумеется – это в аппарате решается. Надо заканчивать с этой порочной практикой, когда инструктора занимаются назначением кадров, вплоть до сторожа! Не только диплом решает, а опыт и профессиональные качества того или иного соискателя. И сам [хоким] должен ручаться за него.

Если на местах научатся вести нормальную кадровую политику, то не нужно думать о какой-то там аттестации. Это абсолютно никому не нужная, никчемная вещь. Это в корне неверный подход! Из-за этих бесполезных аттестаций сколько людей мы недооценили, растеряли. Есть среди проваливших аттестацию такие профессионалы высокого класса, которые в 10 раз умнее, профессиональнее и в 10 раз опытнее, грамотнее и патриотичнее, чем те, кто прошел эту аттестацию! Не по аттестации надо судить о людях, а по их человеческим качествам и профессиональным навыкам, опыту ведения хозяйства.

Посмотрите: иной раз тот человек, которого «забраковали» из-за того, что, видите ли, он не прошел аттестацию, гораздо мудрее и талантливее, чем тот, что сидит на [руководящей] должности. А этот ходит безработный, потому что, видите ли, он не прошел аттестацию. А судьи-то кто? Кто придумывает все эти аттестации – они сами что-нибудь хоть знают? Почему я возвращаю на прежние должности бывших хокимов и министров? Потому что если человек хоть один день проработал на такой должности, у него уже есть опыт ведения дела, стратегический подход к решению проблем. А ошибки… что ж, без ошибок не бывает... Просто руководителю нужно уметь прощать ошибки, воспитывать его, дать возможность человеку оправдать себя, реабилитировать. Создай им условия, они вдвойне оправдают надежды. Нееет, нам ведь нужно даже небольшие назначения решать через каких-то «больших» начальников из Аппарата [президента], Кабмина, Минздрава... или же Минсельхоза… И не можем мы без аттестации», - выдохнул глава государства.

Аттестацию не отменят?

Между тем, «Положение о повышении квалификации и переподготовке руководящих и педагогических кадров системы среднего специального профессионального образования», разработанное в соответствии с постановлением первого президента от 28 мая 2012 года, утверждено постановлением Кабинета министров от 10 августа 2012-го. То есть, в бытность Шавката Мирзиёева хозяином Кабинета министров.

В соответствии с установками правительственного положения, преподавателей лицеев и колледжей республики обязали пройти переподготовку. Согласно документу, все учителя в обязательном порядке раз в пять лет проходят государственную аттестацию, работающие в лицеях и колледжах - каждые три года. В зависимости от ее результатов учителю присваивается одна из четырех категорий: специалист; учитель II категории; учитель I категории; учитель высшей категории.

Для каждой категории расписаны свои условия с учетом рейтинга учителя, его участия в общественной жизни учебного заведения, профессиональных достижений и мониторинга знаний учащихся по его предмету.

Наличие категории предполагает ощутимую доплату к основной заработной плате. Но если учитель не наберет необходимого количества баллов, категорию ему автоматически понизят...

Соб. инф.

Международное информационное агентство «Фергана»



Новости от партнеров «Ферганы»