18 Ноябрь 2017

Новости Центральной Азии

Политические заключенные в Кыргызстане как символ уходящей власти

Совсем недавно, 15 октября, в Кыргызстане прошли выборы пятого по счету президента страны. Несмотря на многочисленные нарушения в ходе агитационного и выборного процесса, транзит власти произошел мирным путем, что само по себя является знаковым явлением для страны, где уже дважды — в 2005 и 2010 годах — верховная власть захватывалась насильственно. Как само население, так и большинство теперь уже бывших кандидатов в президенты решили не обострять политическую ситуацию (хотя многие были не согласны с результатами подсчета голосов), считая, что их политические амбиции не должны стоять выше вопросов сохранения стабильности и мира в стране.

На фоне предвыборного жаркого лета и не менее напряженных осенних выборов для широкой общественности страны остались почти незамеченными проходящие в закрытом режиме и под грифом секретности суды над рядом известных в республике личностей, которым вменялась в вину ни много ни мало подготовка к свержению власти.

Кто они — узники совести?

Весной и летом 2016 года были взяты под стражу и заключены в СИЗО Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) Кыргызстана ряд известных политиков и гражданских активистов, выступавших в разное время с открытой критикой в отношении действий властей и конкретных высоких должностных лиц. По обвинениям в подготовке насильственного захвата власти были арестованы члены оппозиционного движения «Эл уну» («Глас народа») Бектур Асанов, Кубанычбек Кадыров, Эрнест Карыбеков, Дастан Сарыгулов, а затем — лидеры так называемого «Народного парламента» Бекболот Талгарбеков, Толубай Колубаев, Марат Султанов, Александр Гусев, Тойгонбек Калматов. С конца августа прошлого года в отношении них ведутся закрытые судебные процессы. Суды первой инстанции приговорили их к длительным срокам заключения –от 12 до 20 лет — по «тяжелым» статьям Уголовного кодекса Кыргызстана. В конце августа этого года в судах второй инстанции началось рассмотрение апелляционных жалоб осужденных.

Киргизские правозащитники расценивают эти судебные процессы как «грубое и злостное посягательство» ГКНБ, Генпрокуратуры, МВД и судов на права и свободы гражданин, беззаконие и произвол власти в отношении оппозиционных активистов.

У широко известной международной правозащитной организации Amnesty International есть определение понятия «политзаключенный», входящего в более широкое понятие «узник совести». К этой категории людей относят политиков и общественных деятелей, которые призывали к политическим изменениям, и за это были посажены за решетку. Узниками совести могут быть также журналисты, которые высказывали свое мнение, но не были активными общественными деятелями, публичные персоны. Политические заключенные — это люди, обвинения против которых строятся на политических мотивах.

Так, в Кыргызстане политически мотивированными, как правило, являются обвинения в захвате заложников, измене государству, попытке свержения власти. Часто своих оппонентов власть преследует, заводя на них уголовные дела о коррупции и злоупотреблениях.

На днях Комитет защиты политзаключенных, Комитет защиты свободы слова и газета «Республика» объявили о создании Форума по защите прав политзаключенных Кыргызстана. Руководитель Комитета защиты политзаключенных, правозащитник Зульфия Марат рассказала «Фергане» некоторые подробности дел киргизских узников совести.

Обкатанные технологии

Преследование Бектура Асанова, Кубанычбека Кадырова, Эрнеста Карыбекова и Дастана Сарыгулова началось после обострения вопроса принадлежности горы Унгар-Тоо на кыргызско-узбекиской границе. Общественные деятели тогда пытались привлечь внимание к этому вопросу. Тогда же власти арестовали и обвинили Асанова и Кадырова в подготовке переворота и государственной измене. Это дело объединили с другим, где фигурантами были участники оппозиционного курултая Сарыгулов и Карыбеков, которые уже давно работали над конституционными изменениями.

Зульфия Марат
По мнению Зульфии Марат, дело «путчистов» возвращает нас во времена президентства Аскара Акаева, когда в 2003 году сложилась аналогичная ситуация по спорной территории Узенги-Куш. Речь тогда шла о передаче этой территории Китаю, что и было сделано. Как известно, тогда же произошли трагические события в Ак-Суу, в ходе которых власти расстреляли несколько человек. А чтобы их действия никто не смел поставить под сомнение, были организованы настоящие репрессии против группы людей, которая подняла этот вопрос. Так же, как и в 2016 году, общественности были представлены некие аудио- и видеозаписи, на основании которых были арестованы несколько человек.

Возвращаясь к нынешней ситуации, надо сказать, что первое дело было заведено 24 марта 2016 года, когда были арестованы 4 человека, включая Кадырова и Асанова. Через полтора месяца был взят под стражу Сарыгулов, 70-летний аксакал. А следом появилось дело членов «Народного парламента» Талгарбекова, Колубаева, Султанова, Гусева и Калматова.

Второй группе задержанных в составе пятерых указанных активистов так называемого «Народного парламента» тоже были предъявлены обвинения, сопряженные с антиконституционной деятельностью. 12 мая 2016 года они провели мероприятие в гостинице «Достук», в ходе которого обвинили власть в ухудшении политической и экономической ситуации. Участники встречи решили призвать народ выйти на митинг 14 мая. В августе 2017 года все пятеро получили условные и реальные сроки от 5 до 14 лет по обвинениям в «приготовлении к насильственному захвату власти».

Власти давно «обкатали все технологии политического преследования в стране», считает Зульфия Марат. Во-первых, аудио- и видеозаписи были распространены из анонимного источника по всем средствам СМИ. Здесь были нарушены все принципы презумпции невиновности. Таким образом, данные предварительного следствия были заранее оглашены, то есть произошло разглашение тайны следствия. И никто не был привлечен за это к ответственности. Стало ясно, что распространение этих записей ставит целью «подогнать» доказательства под обвинения и ввести тем самым в заблуждение как руководство, так и общественность страны.

«При этом надо знать, кто возглавляет сегодня ГКНБ. Абдиль Сегизбаев — это человек, который всю жизнь работал на информационном поле, - говорит Зульфия Марат. - Он много лет занимался информационной политикой в администрациях Акаева и Атамбаева. Сейчас, возглавляя ГКНБ, он продолжает политику масштабного «промывания мозгов», используя при этом самые незаконные методы. Насколько мне известно, часть записей была произведена без санкции прокурора, что является незаконным актом. Записи были распространены еще до возбуждения уголовного дела, то есть это был преднамеренный слив информации из анонимных источников на Youtube, который стал источником информации. Все записи, появившиеся на канале Youtube, были уже расшифрованы».

Под грифом «секретно»

Однако в этот момент ни политики, ни общество не придали особого значения таким фактам явного нарушения закона. Кое-кто из политиков и депутатов пытались высказаться критически на эту тему, однако большинство СМИ в качестве основной версии тиражировали именно ту информацию, которая была предложена спецслужбами.

Попытка приготовления захвата власти – это такая статья, которая получает сразу же гриф секретности, и доступ к информации о ходе следствия для общественности становится невозможным. А с адвокатов берут подписку о неразглашении. Суды проводятся в закрытом режиме, и даже омбудсмену не разрешается их посещать — он и сотрудники его аппарата должны получать допуск к секретным материалам.

На самом деле, проводя закрытые судебные заседания, власти нарушили 22 статью Уголовно-процессуального кодекса Кыргызстана, согласно которой закрытие судебного разбирательства допускается только в случаях, когда это противоречит интересам охраны государственной тайны, касается несовершеннолетних, интимных сторон жизни граждан, а также в целях обеспечения безопасности потерпевшего, свидетеля или других участвующих в деле лиц.

Во время судебного разбирательства в отношении Сарыгулова и Карыбекова была снята статья 295 УК Кыргызстана о попытке насильственного захвата власти. Её заменили статьей 339, по которой их обвинили в сокрытии готовящегося преступления. Дело выставили так, как будто Бектур Асанов и Кубанычбек Кадыров готовили захват государственной власти, а Дастан Сарыгулов и Эрнест Карыбеков знали, но скрыли это преступление. Хотя между первыми и вторыми не было никакого взаимодействия, и это было выяснено в ходе суда, отмечает Зульфия Марат: Сарыгулов в последний раз встречался с Асановым и Кадыровым три года назад. Потом в его деле откуда-то появились обвинения в коррупции. Из «бабушкиного сундука» выкопали события давно минувших дней — якобы в бытность главой «Кыргызалтына» в 1991-1999 годы Сарыгулов «от имени властей тех лет» брал в проекте месторождения «Кумтор» некие средства и использовал их не по назначению.


Дастан Сарыгулов

«Представьте себе, вы находитесь в камере, и о вас можно все, что угодно, сочинить и навесить. Сарыгулова задержали по одним обвинениям (попытка захвата власти), а в ходе уголовного дела появились совершенно другие (коррупция). Дело дошло до того, что информационное сопровождение шло по одной «легенде», а в реальности дело выглядело совершенно иначе», - говорит Зульфия Марат.

В процессе судебного разбирательства также выяснилось, что не было выявлено никаких вещественных доказательств готовящегося переворота: ни денег, ни оружия, ни списков людей, схем или паролей. Были лишь разговоры о том, что нужно менять сложившуюся в стране тяжелую социально-экономическую ситуацию, обсуждать ее, организовать митинг. И эти разговоры были положены в основу обвинительного заключения. Адвокаты указали суду на множество нарушений при проведении экспертизы по делу, однако суд не учел эти замечания.

Подвести под криминал

Очевидно, что власти решили создать искусственное дело с целью отвлечь общественное внимание от проблемы с Унгар-Тоо и от множества социальных вопросов, которые волнуют население, а заодно и наказать самых активных критиков режима Атамбаева. Так, Эрнест Карыбеков не раз говорил о коррупционных схемах, существующих в энергетическом секторе. Речь шла о том, что нужно ликвидировать все посреднические компании в энергетике, благодаря которым выводятся средства из государственных энергокомпаний. А таких компаний в Кыргызстане около 16-ти, и одну из них — фирму «Автомашэнерго» — возглавляет сын президента Атамбаева. Вместо них Карыбеков предлагал воссоздать естественного монополиста — государственный энергетический холдинг, который был раздроблен на 7 компаний, что в итоге и произошло: был создан единый Национальный энергохолдинг.

Будучи экспертом в области энергетики, Карыбеков также поднимал водно-энергетические проблемы центральноазиатского региона, которые, по его мнению, требуют достижения договоренностей с Узбекистаном, в том числе и по строительству крупных гидроэлектростанций в Кыргызстане. За это Эрнеста Карыбекова обвинили в государственной измене и лоббировании интересов соседней республики. В вопросах решения проблемы с Унгар-Тоо, когда обострились отношения с Узбекистаном, он тоже оказался неудобным для киргизских властей.


Эрнест Карыбеков

Но с тех пор политическая ситуация в стране и регионе изменилась. Например, в ушедшем сентябре Кыргызстан с государственным визитом посетил новый президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, который заявил, что его страна готова совместно с Киргизией строить Камбаратинскую ГЭС-1 и другие крупные гидроэнергетические сооружения в республике. Значит, Эрнест Карыбеков был прав, когда в своих публикациях в прессе предлагал договариваться с соседями. Но пару лет назад такая позиция была неугодна политическому руководству Кыргызстана и считалась «вражеской».

Судебный процесс первой инстанции длился более семи месяцев. В апреле текущего года членам группы «Эл уну» вынесли приговоры. Эрнеста Карыбекова осудили на 20 лет с конфискацией имущества. Бектур Асанов и Кубанычбек Кадыров получили по 12 лет лишения свободы. Что касается Дастана Сарыгулова, то он был приговорен к 4 годам, три из которых — условно (он имеет серьезные проблемы со здоровьем), и освобожден в зале суда. Его адвокаты заявили, что для его преследования не было никаких оснований — Сарыгулова даже ни разу не допросили в течение 103 дней пребывания в СИЗО ГКНБ.

Таким образом, власти сделали все, чтобы политически мотивированные дела выставить в чисто криминальном свете. При этом ни политики, ни общество не восприняли дело о попытке захвата власти как сигнал того, что в стране запускается маховик репрессий. И это было только начало.

Три волны репрессий

Потом случился арест лидера партии «Ата Мекен» Омурбека Текебаева. Его обвинили в получении крупной взятки. В качестве доказательств и в этом случае были представлены аудио- и видеозаписи обвинительные интервью с гражданами России Леонидом Маевским и Алексеем Модиным. И снова журналисты оказались участниками информационной войны по очернению политического конкурента власти в лице Текебаева, который стал неудобен тем, что начал критиковать самого президента, в том числе и из-за проведения референдума по изменению Конституции Кыргызстане. Его арестовали в то время, когда уровень недовольства властью среди народа достиг высшей точки.

Затем в страну вернулся экс-депутат парламента Садыр Жапаров, в свое время плотно занимавшийся вопросом коррупции в золотодобывающей отрасли, в частности, на «Кумторе». В марте этого года он приехал из Кипра, где проживал в последнее время, с намерением принять участие в начавшейся президентской гонке. Но на границе с Казахстаном его арестовали, и в августе суд приговорил Жапарова к 11,5 годам лишения свободы за «захват заложника».


Садыр Жапаров

Последнюю волну репрессий оппозиционных деятелей в Кыргызстане Зульфия Марат условно разделила на три этапа. Первый этап начался весной 2016 года с дела членов движения «Эл уну» о попытке захвата власти. Второй этап начался зимой текущего года и был связан с предвыборным устранением оппонентов (дела Текебаева, Жапарова). Третий этап — это преследования журналистов, правозащитников, СМИ. Некоторым из них, таким как «Zanoza», были предъявлены многомиллионные иски за оскорбление действующего президента.

В стране появились новые узники совести, пострадавшие за свои антирелигиозные убеждения. Речь идет о журналисте и писателе Зулпукаре Сапанове, который в сентябре этого года был приговоре к 4-м годам колонии за «разжигание межрелигиозной вражды». Поводом для его преследования послужила возмутившая духовенство книга Сапанова «Кыдыр санжырасы», в которой автор рассуждает о домусульманских верованиях киргизов. Позже суд второй инстанции изменил приговор на два года условного наказания.

А в самом преддверии президентских выборов было возбуждено дело против депутата Канатбека Исаева, которого также обвинили в подготовке свержения власти. Это дело тоже было сфабриковано по накатанной схеме, когда заранее были подготовлены и слиты в интернет аудио- и видеозаписи, и ему сразу же был присвоен гриф секретности.


Канатбек Исаев

Количество узников совести в Кыргызстане, репрессированных за последние полтора года, к настоящему времени достигло 25-и человек. По мнению правозащитников, череда политически мотивированных дел, прикрытых криминальными обвинениями (в подготовке к захвату власти, коррупции и так далее), свидетельствует о том, что перед выборами нового президента власти хотели расчистить политическое пространство от сильных политиков или тех, кто имеет критическое видение происходящего в Кыргызстане. Все подвергшиеся уголовному преследованию деятели известны в народе и имеют определенный авторитет. Они с высокой вероятностью могли бы повлиять на ход и исход выборов, считают гражданские активисты.

Пересмотреть и оправдать

По всем упомянутым делам не было проведено никакого надлежащего прокурорского надзора. На каждом этапе рассмотрения уголовных дел адвокаты и правозащитники неоднократно писали о происходящих нарушениях в различные государственные и международные инстанции, ставили в известность прокуратуру. Например, родственники Асанова, Кадырова, Карыбекова и Сарыгулова в течение 3-4 месяцев не могли получить свидания с ними. Но городской суд решил, что это нормальная ситуация. Поэтому у правозащитников есть большие претензии к официальным органам по защите прав человека в республике. Как заявила Зульфия Марат, их представители не посещают закрытые суды и по существу не реагируют на эти факты. Для них это просто бюрократическая работа.

Видя эту инертность госорганов, правозащитники организовали сначала Комитет, а на днях — Форум по защите прав политзаключенных Кыргызстана. Комитет защиты прав политзаключенных мониторит и анализирует «громкие» уголовные дела, выясняет, содержится ли в них политическая подоплека. Они не хотят, чтобы дела осужденных за политику людей выпали из поля зрения общественности и были забыты. Комитет уже провел несколько круглых столов, организовывал пикеты, разъясняя требования правозащитников.


Пикет правозащитников у посольства Германии в Бишкеке. Фото из соцсетей

К сожалению, международные организации, в которые обращались правозащитники, только развели руками — офисы ОБСЕ и ООНовских структур в Бишкеке имеют очень ограниченный мандат, и не могут оказать влияния на ситуацию.

Остается рассчитывать только на активность внутри страны и политическую волю нового руководства. Как считает Зульфия Марат, избранный президент Сооронбай Жээнбеков должен обратить серьезное внимание на массовые нарушения закона в отношении вышеупомянутых заключенных.

«Дела всех политзаключенных должны быть пересмотрены, и обвинения в отношении них сняты в силу отсутствия самих составов преступлений. Это ведь не частный случай, речь идет о том, что система преследований политических конкурентов уже заложена уходящей властью. Вместо того, чтобы заниматься вопросами соблюдения законности, она занималась устранением оппонентов», - заключила она.

Чынара Исраилова-Харьехузен

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА