17 Январь 2018

Новости Центральной Азии

Линейкой по костяшкам. Как вколачивают знания в таджикских школах

В начале декабря таджикский сегмент соцсетей всколыхнуло видео, на котором учительница душанбинской школы №21 ударила школьницу якобы за плохое поведение . Видео появилось в группе tajikistan_news в Инстаграме, а затем перекочевало в Фейсбук. Позже Софья Касымова — так, как выяснилось, зовут учительницу — получила выговор от руководства школы и Минобрнауки.

Информация об инциденте, опубликованная в соцсетях и ряде таджикистанских СМИ, вызвала множество комментариев читателей. Стали вспоминать, что это далеко не первый случай рукоприкладства со стороны педагогов таджикских школ. Да и не только таджикских. Несколько подобных резонансных инцидентов в последние годы произошли и в соседнем Узбекистане.

Для таджикских пользователей соцсетей эти инциденты стали поводом обсудить проблемы учителей и их взаимоотношений с учениками, а также вопросы воспитания детей. Некоторые комментаторы выражают возмущение непедагогичным поведением учителей, другие считают, что в воспитательных целях и такие средства допустимы, третьи объясняют проявления агрессии со стороны учителей их бедственным экономическим положением.

Увы, слово «учитель» в Таджикистане сегодня уже не звучит так гордо, как в былые времена. Средняя зарплата учителя в зависимости от категории составляет 600-800 сомони ($70-90). Чтобы прокормить свои семьи, они работают на несколько ставок, в 2-3 смены. И если в Душанбе есть частные учебные заведения, где зарплата выше, в государственных школах можно заработать репетиторством или дополнительными занятиями, то в сельских районах учителя бедствуют. Тяжелая работа при мизерной зарплате заставляет их идти торговать на рынок, уезжать в Россию и работать там строителями, посудомойками, уборщицами. А те, кто не ушел из профессии, выживают, как могут.

Является ли отчаянное положение учителей оправданием их «срывов» на учеников? Какие претензии имеют педагоги и родители школьников друг к другу и к государству? Эти и другие вопросы «Фергана» задала жителям Таджикистана (имена респондентов изменены по их просьбе), и выяснилось, что воспитание учеников методами физического воздействия — далеко не редкость в таджикских школах.

Били всегда?

Камол Садуллаев считает, что видеоролики, на которых учителя бьют учеников, отражают отнюдь не единичные случаи в национальных школах:

«Мой сын в прошлом году учился во втором классе, и учительница с целью «воспитания» заставила его сцеплять пальцы рук костяшками вверх и линейкой была по ним. Представляете, какая это изощренная пытка для ребенка. Восьмилетний мальчик приходил домой напуганным. Долго не рассказывал об этом, но странно себя вел, не баловался, вздрагивал от каждого звука. Моя жена расспросила его одноклассников, и мы поняли, в чем дело. Я пошел в школу и предупредил учительницу, что, если еще раз тронет моего сына, я ее под суд отдам. Она перестала, но до того дня била, как выяснилось, не только моего сына — после моего визита и другие дети об этом рассказали родителям. Я думаю, нужен, прежде всего, родительский контроль над учителями, в каждом классе должны быть родительские комитеты, нужно быть бдительнее».

Заро Маджидова вынуждена была забрать своего сына из школы, администрация которой не реагировала на ее неоднократные жалобы по поводу непедагогичного поведения учителя:

«Моего сына учитель неоднократно наказывал — придирался по мелочам, занижая оценки. Так учителя вымещают на учениках свою неустроенность и собственные проблемы. Если учитель невзлюбил кого-то из учеников, будет постоянно срывать на нем свою злость. У наших учителей нет никакого уважения к ученику как к личности, как к человеку, тем более если ребёнок из бедной семьи. Они сами преподают неудовлетворительно, а если ученик не понял и переспросил — на него обрушивается волна крика. Ударить ребенка — это в порядке вещей в районных школах и в классах с таджикским языком обучения. Ребенок растёт с заниженной самооценкой, боится высказать своё мнение».

Если бы не видео в соцсетях, то и шума бы не было, уверен Самандар Рахмонов:

«Раньше хоть в русских классах на детей руку не поднимали, теперь по этому видео видно, что и там бьют. А в таджикских классах это было всегда. В прошлом году социальные сети опубликовали видео, как в классе с таджикским языком обучения старшеклассника бьет учитель. Во многих школах учителя и ученики стоят по разную сторону баррикад. Растет взаимная неприязнь, иногда доходящая до ненависти. В одной из школ директор ударила по щеке старшеклассницу за то, что у нее юбка была чуть короче, чем требуется. Учителя хотят насадить дисциплину силой вместо того, чтобы попытаться завоевать авторитет интересным преподаванием предмета и своим личным обаянием».

Психолог Лайло Мансурова отмечает, что в ее практике были случаи, когда родители оправдывали насилие над их ребенком со стороны учителя:

«Если детей бьют с детства и учителя, и родители, они уже всего боятся. Они боятся жаловаться родителям на учителя, потому что родители могут встать на сторону учителя — такое бывает в таджикских семьях. Считается, что взрослый всегда прав. Испуганный ребенок замыкается в себе, становится нерешительным и закомплексованным. И это потом сказывается на всей его дальнейшей жизни».

Рустам Субонов, отец двоих детей, убежден, что школьная система деградирует — с родителей учеников вымогают деньги, а многие учителя не отличаются высоким уровнем культуры:

«Учителя ставят хорошие оценки только тем, кто посещает их платные дополнительные занятия. Если раньше учителя стеснялись брать деньги, то сейчас все изменилось: они объявляют сбор денег по любому поводу и каждый месяц, мы постоянно собираем то в помощь учителю, то на учебники, то на праздники. В конце учебного года мы собираем деньги на ремонт класса, на подарки. И это обходится в копеечку бюджету семьи. Манеры некоторых учителей, как у скандальных хабалок, никакой культуры, хамски разговаривают с родителями, требуют денег и только тогда начинают нормально относиться к детям».

В защиту учителя

Самир Олими закончил восточный факультет университета, начал работать в школе, но вскоре ушел. Сейчас он и вся работоспособная часть его семьи выезжает на заработки в Россию:

В конце ноября информагентство «Азия-плюс» сообщило о задержках в выплате зарплат учителям в ряде районов Таджикистана. Так, в городе Вахдате, что неподалеку от Душанбе, работники школ не получают зарплаты с августа. Местные власти ссылаются на невыполнение плана по сбору налогов и просят «потерпеть» до Нового года. При этом с невыплаченной зарплаты уже дважды высчитали средства на строительство нового стадиона и празднование Дня независимости 9 сентября, а также удержали на газетную подписку. Задержки и перебои с выплатой зарплат учителям замечены и также в Шахринавском, Трусунзадевском и некоторых районах Согдийской области республики.
«У нас в семье не только я, но и другие дети получили высшее образование. Брат закончил физкультурный институт, а сестра — физико-математический факультет педуниверситета. Мы жили в сельском районе и работали в школе на зарплату в 700 сомони. Многие считают, что учителя со всех деньги берут. В нашем районе народ нищий, все нуждаются. С кого возьмешь? Мы вынуждены были уехать в Россию и работать не по специальности, потому что при такой зарплате невозможно существовать. И только так мы смогли мало-мальски обеспечивать свои семьи».

Темур Саидов живет в сельской глубинке и знает о жизни учителей не понаслышке:

«Они живут за чертой бедности. Той зарплаты, что получают учителя, хватает на неделю, да еще и долги надо отдавать. А дальше семья учителя снова живет в долг. Хорошо, если есть свой огород. А во многих поселках учителя живут в этажных домах, где огород не предусматривается. Если учитель еле перебивается, у него все мысли о хлебе насущном, и думать о хорошем, качественном преподавании у них нет ни возможности, ни желания».


На тренинге для сельских учителей одного из районов Таджикистана

Учитель со стажем Малохат Салимова работает в одной из школ Душанбе. Она отмечает, что педагогическая работа — тяжелая и неблагодарная, и обвинения в адрес учителей не обоснованы:

«У учителей нет личной жизни, нет времени за своими детьми и родителями ухаживать. Наши дети почти не видят своих мам. Учителя живут только общественной жизнью. Они никогда не берут больничные, потому что совесть им не позволяет оставлять учеников. У них нет выходных, отпусков, праздников. Вместо уборки дома они убираются в классах, в парках. В праздничные дни, когда многие сидят в кругу семьи, они дежурят в парках, на стадионах, на улицах города. До глубокой ночи приходится проверять тетради, писать планы, готовить учебные разработки. Мы сами бегаем по канцелярским магазинам в поисках учебного материала, грамот, подарков для учеников. У нас нет времени поболтать по телефону, посмотреть телевизор, сходить проведать больного родственника и, в конце концов, просто побыть в тишине и покое.

Зато учителя всегда у всех на виду. Учителей обвиняют во всем: берут деньги с учеников, ребенок сбежал с урока, ребенок плохо учится, ребенок подрался, порвал одежду, потерял учебники, тетради — во всем виноваты учитель и школа. Родители с двумя-тремя детьми сходят с ума, а мы с утра до вечера общаемся с десятками детей — учим их, воспитываем. Родители орут на своих детей, лупят их, но при этом к учителю повышенные требования — даже голос на ребенка нельзя поднять. Я, конечно, сама не бью детей и не поощряю никакого рукоприкладства, но и к родителям имею претензии — во многих семьях просто не занимаются воспитанием детей».

Несмотря ни на что, ученики должны уважать учителя, считает Рамазон Оламов, который 30 лет назад закончил школу и до сих пор с благодарностью вспоминает своих учителей:

«Раньше учителя были строгие, и у них был авторитет. А ученики были послушные. И сейчас я не могу сказать ничего плохого про учителей. При такой маленькой зарплате они работают на совесть, я это знаю, потому что моя мама была учительницей. Она сейчас на пенсии и получает всего 200 сомони, которых хватает только разве что на мешок муки. Многие родители обвиняют учителей, что они плохо преподают. Не учителя виноваты — нынешним детям учиться не хочется. В школе должны работать либо люди с железными нервами, либо безмерно любящие детей. Тяжело работать с нынешними учениками — дети раздраженные, отвязанные, зацикленные на себе. Если ребенок получает плохую отметку или его отругают, у него депрессия, и его родственники в одностороннем порядке обвиняют учителя. Но при этом воспитанием ребенка и контролем над выполнением домашнего задания мало кто занимается. А учителям спасибо за их терпение».

Платить надо, они и не уйдут

В Таджикистане, где треть населения живет за чертой бедности, а большинство остального населения — близко к этой черте, очень тонкая прослойка составляет средний класс. Это те люди (не считая чиновников и олигархов), которые зачастую отдают приоритет образованию в частных школах и лицеях. Такие учебные заведения, в основном, находятся в столице и крупных городах республики. Ежемесячная плата за обучение в частных школах составляет от 70 долларов и выше — весьма ощутимая сумма даже для семьи со средним по таджикским меркам достатком. Тем не менее, все больше родителей стремятся отдать своих детей в негосударственные школы.

Сабина Камолова указывает на преимущества частных школ:

«Много отличий между частными и государственными школами. В частных уровень знаний у детей выше, хотя есть и государственные школы, где преподают прекрасные учителя с большим опытом. Но в частных школах ребенка отвозят и привозят, занимаются с ним до 17-18 часов вечера, включая домашнее задание, кормят горячей едой. Это очень удобно для работающих мам и пап, которых весь день нет дома. Поэтому и приходится делать выбор в пользу дорогих частных школ».

Санам Мирзоева уверена, учителя в государственных школах не выкладываются так, как в частных:

В Душанбе функционируют 144 общеобразовательных учреждения, из которых 111 финансируются государством, а 33 являются частными или подведомственными. Всего же в стране 3865 школ, в которых трудятся 127 тысяч учителей. В начале 2017 года глава Минобрнауки Нуриддин Саид сообщил, что в школах Таджикистана не хватает 314 учителей-предметников. И хотя в стране ежегодно готовят около 5 тысяч преподавателей, многие выпускники ищут работу в более высокооплачиваемых областях. Из-за нехватки кадров во многих сельских школах учителя ведут предметы не по специальности или преподают сразу несколько дисциплин.
«Что можно требовать с учителей, которым платят 500-600 сомони в месяц или, может, чуть больше? Это разве деньги? Думаете, что за такие копейки они будут тратить свои нервы и давать нашим детям знания? Я из личного опыта это знаю. Мой ребенок пошел сначала в государственную школу, но мы вынуждены были перевести его в частную, не потому что у нас много денег, а потому что не было желаемого уровня и качества обучения. В государственных школах остро не хватает математиков, химиков, биологов, физиков и как следствие — «окна» посреди уроков, во время которых дети предоставлены сами себе. Многим моим знакомым приходится брать детям репетиторов, которые тоже влетают в копеечку».

Камила Султонова убеждена, что только те родители, чьи дети посещают частные школы, могут быть спокойны за их безопасность:

«Учителя в обычных школах не несут ответственности за безопасность наших детей — чем они заняты на переменах, покидают ли территорию школы, как они приходят и уходят. В государственных школах не обеспечивают охрану территории. Нет специального транспорта для перевозки детей, так как бюджеты школ это не предусматривают, нет нормальных столовых, не считая не вполне соответствующих санитарно-гигиеническим нормам точек фастфуда, нет нормальных туалетов. В итоге из этих проблем образуется огромная головная боль для родителей, поэтому частная школа, где все эти проблемы решены, предпочтительнее».

Саид Мамадов, молодой учитель, который после окончания университета пошел работать в школу, отмечает, что в качественном воспитании и образовании детей — будущего Таджикистана — должно быть заинтересовано, в первую очередь, государство:

«Одна школа с воспитанием детей не справится, это комплексная задача. Это и родители, и все общество. Родителям нужны грамотные дети, а обществу — порядочные граждане, поэтому надо воспитывать ребенка совместными усилиями. Правительству, если ему нужны умные и грамотные специалисты, нужно изыскать средства для увеличения зарплаты учителям. Появится здоровая конкуренция, и те хорошие педагоги, которые ушли на базар, уехали на заработки, смогут вернуться в школу. Будет хорошая зарплата — будет и спрос на профессию учителя. Нужно доверять учителям, и не устраивать почти каждую неделю проверки районо, гороно, облоно, министерства. Учителя жалуются на большое количество проверяющих. Из-за всего этого страдает образование.


Эмомали Рахмон со школьниками. Фото пресс-службы президента Таджикистана

Надо обсуждать вопрос, как у нас готовят учителей. Кто приходит в педагогические вузы в Таджикистане? Разумеется, не самые сильные ученики школ — они стремятся уехать учиться за рубеж. У нас слабые вузы, фейковое образование, многие просто так, не учась, а покупая экзамены и зачеты, получают дипломы. И в педагогические вузы поступают не те, кто хочет стать учителем, а те, кто боятся попасть в армию или кому нужен только диплом, потому что родители заставляют. Конечно, есть и такие, кто пришел по желанию, но их мало. По окончании вуза большая часть выпускников не идет работать в школу, некоторые уезжают учиться дальше, кто-то идет в учреждения, где можно заработать деньги, и лишь малая толика выпускников идет в школу. Но и они быстро разочаровываются и начинают искать любую возможность оттуда сбежать. Благополучие страны начинается не с ее природных богатств, а с качества человеческих ресурсов — там, где нет качественного образования, не будет достойной жизни и процветания».

Международное информационное агентство «Фергана»






  • РЕКЛАМА