17 Январь 2018

Новости Центральной Азии

Удивилась даже лошадь. Президент Узбекистана официально прописался в соцсетях

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев на днях выступил с посланием к парламенту, в котором подвел итоги уходящего года. Глава государства говорил четыре часа подряд – откровенно рассказывал о проблемах, жалел бизнесменов, грозил отставками, сам грозился уйти – в общем, явил «нечто совершенно иное» в узбекской политике. Выступление транслировали на официальной странице Мирзиёева в Фейсбуке. У этого видео к моменту написания материала было 170 тысяч просмотров и семь тысяч комментариев. Его посмотрели даже больше людей, чем подписаны на страницу президента (чуть более 150 тысяч человек). Если учесть, что у Мирзиёева есть аккаунты с сопоставимым количеством подписчиков в Инстаграме и Твиттере, в мессенджере Телеграм и на блогхостинге YouTube, то можно предположить, что президент Узбекистана неожиданно для всех нас взорвал интернет.

Все страницы главы Узбекистана верифицированы (подтверждены), то есть, это – официальные каналы связи Мирзиёева с внешним миром, хоть управляет ими не он, а его пресс-служба. Верификация – необходимая в данном случае процедура, так как только в Фейсбуке поиск по словам «Шавкат» и «Мирзиёев» выдает с десяток страниц, якобы связанных с президентом Узбекистана. Из них лишь одна подтверждена, у нее приоритет в поиске, поэтому в поисковой выдаче она должна быть первой.

О верификации страницы Мирзиёева в Фейсбуке Мининфоком Узбекистана сообщил на своем сайте минувшей осенью. Делегация из Узбекистана решила этот вопрос на встрече в Кремниевой долине с одним из топ-менеджеров социальной сети. В Телеграме у канала «Shavkat Mirziyoyev_press-service» также стоит белая «галка» – по нашим наблюдениям, больше ни у кого из политиков подтвержденного канала в этом сервисе нет. Там у Мирзиёева 85,5 тысячи подписчиков и их количество растет, в среднем, на пять человек в минуту.


Делегация Мининфокома в офисе Фейсбука

В Твиттере у президента с февраля этого года набралось около двух тысяч записей и 2740 читателей. Это не показательно, но можно сравнить: у Твиттера нового президента Киргизии Сооронбая Жээнбекова, который достался ему от предшественника, около трех тысяч читателей, у Нурсултана Назарбаева –271 тысяча, у президента России Владимира Путина – 3,88 миллиона и, наконец, у признанного «царя» Твиттера Дональда Трампа, который пишет туда сам и, фактически, превратил свой микроблог в гигантское СМИ, более 45 миллионов читателей.


Скриншот канала Шавката Мирзиёева в Телеграме

В Инстаграме мы нашли два подтвержденных аккаунта президента Узбекистана (он всерьез озаботился верификацией, у остальных президентов стран Центральной Азии в Инстаграме ее нет) – один англоязычный, второй – на русском и узбекском языках. 37,5 тысяч подписчиков в первом против 241 тысячи во втором. Один пост там, в среднем, набирает 15 тысяч лайков. Например, фото с удивленной лошадью лайкнули 17 тысяч человек.


Фото с удивленной лошадью. Скриншот аккаунта Шавката Мирзиёева в Инстаграме

Комментарии везде открыты, их, в основном, используют, чтобы пожелать президенту крепкого здоровья и признаться ему в любви. Хотя в некоторых постах среди десятка признаний могут встретиться предложения по инвестициям и развитию экономики. Возможно, в будущем все подобные инициативы соберут на отдельной странице «Мое мнение», которую предложил создать президент, пока же народ, осваивая новые способы связи с Мирзиёевым, пишет кто во что горазд. Впрочем, все равно им никто не отвечает, но комментарии просматривают и анализируют, поэтому ругаться не стоит.

Для нынешнего президента Узбекистана такая публичность – огромный и неожиданный шаг вперед. Еще будучи премьером, Мирзиёев настолько успешно избегал этой самой публичности, что большая часть населения вообще не знала, как он выглядит. Доходило до того, что на переговорах с участием главы правительства журналистов просили не только не фотографировать его, но и упоминать о его присутствии. В этом смысле Мирзиёев уступал разве что главе Службы национальной безопасности (СНБ) Рустаму Иноятову. На телеэкранах и в Интернете дозволительно было появляться только Исламу Каримову. Представьте, что было бы, если бы кто-то из его подчиненных завел Инстаграм...


Скриншот аккаунта Шавката Мирзиёева в Инстаграме

Мысль о том, что политикам можно и нужно использовать соцсети, Мирзиёев озвучил еще в июле. Тогда он обязал депутатов и сенаторов Олий Мажлиса (парламента) обзавестись собственными страницами в социальных сетях, чтобы отчитываться о своей работе и всячески «быть ближе к народу». Есть мнение, что Мирзиёев инициировал создание своих аккаунтов по тем же соображениям.

Насколько можно судить, наладить работу в сети президенту удалось не сразу. На это косвенно указывает неразбериха с пресс-секретарями. В марте этого года пресс-службу главы государства возглавил Асаджон Ходжаев, бывший директор Национальной библиотеки Узбекистана. В конце августа его уволили, по слухам, из-за плохого освещения фестиваля «Шарк тароналари» в Самарканде. В сентябре сообщалось, что обязанности пресс-секретаря временно исполнял Михожиддин Хожиматов, бывший министр культуры и спорта страны. И лишь в декабре было официально объявлено о том, что главой пресс-службы стал Комил Алламжонов.


Скриншот страницы Шавката Мирзиёева в Фейсбуке

Новый пресс-секретарь имеет два высших образования: в 2006 году окончил институт искусств и культуры Узбекистана, в 2010-м – Ташкентский государственный экономический университет. Работал в информационной службе МЧС Узбекистана, главным специалистом информационной службы Государственного налогового комитета, в 2009-2013 годах был пресс-секретарем председателя ГНК. В Узбекистане Алламжонов больше известен как основатель инновационной автошколы Avtotest. К слову, в ноябре этого года компания Avtotest чуть не рассорилась с ташкентскими журналистами: она подала жалобу в Генеральную прокуратуру и Узбекское агентство по печати и информации на издание Anhor.uz – за публикацию якобы недостоверных и тенденциозных материалов.

После назначения Алламжонова количество постов в президентских аккаунтах значительно выросло. Примерно с декабря там начали появляться небольшие фотогалереи и мини-сюжеты. Кроме того, все записи на узбекском стали дублировать на русском языке, что раньше почему-то делалось выборочно. Пресс-служба, вероятно, также наладила рассылку по СМИ («Ферганы» в этом списке нет), так как новости о назначениях и основные тезисы с официальных встреч Мирзиёева начали практически одновременно появляться в местных СМИ, в соцсетях и на сайте главы государства.


Комил Алламжонов

Если тенденция сохранится, социальные сети скоро станут одним из мощнейших инструментов в руках Мирзиёева для работы не только со СМИ, но и со всеми жителями республики. Возможно, в этом и заключается пресловутый «диалог» с народом, о котором новый президент Узбекистана не устает говорить уже больше года.

Что касается Алламжонова, то среди многих плюсов в его карме есть один довольно большой. После того как он стал пресс-секретарем президента Мирзиёева, принадлежащая ему компания Avtotest отозвала свой иск к журналистам. «Мы сторонники свободы слова и уважаем мнение тех лиц, которые имеют свое индивидуальное мнение, в том числе, редакции www.anhor.uz», – говорится в обращении генерального директора Avtotest Оксаны Тигай.

Вот это правильно. Государственные органы и коммерческие компании должны молиться на журналистов и не ругаться с ними. Иначе самим же будет хуже.

Международное информационное агентство «Фергана»






  • РЕКЛАМА