19 Октябрь 2018



Новости Центральной Азии

Игра на деньги. Чем оборачивается для казахстанских журналистов новый закон о СМИ

Казахстанская пресса. Фото с сайта Rferl.org

В январе этого года в Казахстане вступили в силу поправки в целый ряд законодательных актов по вопросам информации и коммуникаций. Достаточно большая их часть пришлась и на действующий Закон «О средствах массовой информации», принятый еще в 1999 году и неоднократно подвергавшийся критике из-за размытости некоторых формулировок.

Далеко не все предложенные изменения пришлись по нраву казахстанскому журналистскому сообществу и целому ряду экспертов. Почти весь прошлый год прошел в жарких дискуссиях между разработчиками и членами различных экспертных сообществ, было обсуждено около двухсот вариантов различных дополнений и изменений, и в конце концов новая редакция закона о СМИ увидела свет. Чиновники объявили, что компромисс достигнут.

В новом законе есть несколько принципиально новых позиций. В частности, в него заложена норма об ограничении анонимного комментирования в интернете, упорядочены положения по предоставлению информации СМИ, а так же существенно расширены статьи о разрешении конфликтных ситуаций.

В частности, видоизменению подверглись статья 19: «Право на опровержение либо ответ» и «оппонирующая» ей статья 26: «Случаи освобождения от ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности». В статью 14 («Распространение продукции средства массовой информации») добавлен пункт о том, что журналисты теперь могут использовать изображение человека при подготовке и распространении информации без его согласия, если, например, «данное лицо присутствует или участвует в зрелищных культурно-массовых, социально значимых в области культуры, спортивно-массовых мероприятиях, собраниях, митингах, шествиях или демонстрациях и иных публичных мероприятиях».

Уснувшие чиновники. Фото с сайта Tengrinews.kz
На практике эта норма пригодилась буквально на днях. В начале года некоторые региональные и республиканские СМИ облетело фото нескольких чиновников во время заседания проводимого акимом Актюбинской области Бердибеком Сапарбаевым. История получила в республике нешуточный резонанс, и вскоре один из участников заседания потребовал от местного издания «Диапазон» миллион тенге, заявив, что публикация фото, дескать, опорочила его честь и достоинство: «Данная статья порочит мою честь, достоинство и деловую репутацию, а также нарушает мои права на собственное изображение, поскольку я не давал согласия на размещение фото, где крупным планом изображен я, более того, это оскорбляет мою личность, с момента публикации услышал не мало насмешек в свою сторону, помимо того, это подорвало мое деловое доверие на работе, которое может сказаться на моем продолжении работы, данная статья формирует у читателей негативное мнения о моей личности». Кроме того, фигурант утверждал, что вовсе не спал, а его умиротворенная и расслабленная поза с закрытыми глазами позволяла ему лучше воспринимать доносимую руководителем области информацию.

В итоге редакции пришлось напомнить разгневанному гражданину о том, что по закону о доступе к информации согласие на размещение фото не требуется, если человек присутствует на публичных мероприятиях, а совещание в акимате как раз относится к таковым. Кроме того, ситуацию прокомментировала известный в Казахстане юрист, правовой медиа-эксперт Ганна Красильникова: «Новый закон наконец-то сделал совещания государственных органов более открытыми, публичными, и фото, сделанные на этих совещаниях, журналисты имеют право публиковать. Каждый присутствующий на таком собрании теперь должен осознавать, что совещание – это публичное мероприятие, на нем присутствуют журналисты, которые в силу своих профессиональных обязанностей имеют право фотографировать».

Впрочем, данный пример скорей относится к категории забавных курьезов. А ведь в повседневной журналисткой практике встречаются примеры куда более серьезных противоречий. Вот, например, получившее широкую известность в прошлом году судебное дело по иску бывшего министра государственных доходов Казахстана Зейнуллы Какимжанова против изданий «Forbes Kazakhstan» и портала «Ratel.kz», опубликовавших критические материалы о некоторых нюансах его нынешней коммерческой деятельности и сложных взаимоотношениях с рядом партнеров по бизнесу. Пикантность ситуации заключалась в том, что журналисты в своих публикациях опирались исключительно на официальные источники. Однако иск о защите чести, достоинства и деловой репутации, поданный Какимжановым, был рассмотрен судом не в пользу представителей СМИ.

Журналисты были в недоумении. Издатель «Forbes Kazakhstan» Арманжан Байтасов говорил: «Наша сторона предоставила суду все необходимые документы: выписки с eGov, документы надзорных органов, контролирующих организаций, переписку между властью, компаниями и другие официальные бумаги. Суд счел, что нам необходимо опровергнуть данные, полученные от официальных государственных органов. У нас нет слов...»

Аналогичного мнения придерживался и главный редактор портала «Ratel.kz» Марат Асипов: «Вы журналист, и к вам попадает документ, подписанный высокопоставленным лицом – генеральным прокурором, премьер-министром, кем угодно. Вы как честный человек берете этот документ, делаете какие-то запросы, проверяете и удостоверяетесь, что да, действительно, этот документ настоящий. Вы пишете материал, в котором используете этот документ. А потом суд выносит решение, в котором говорит: вы должны его опровергнуть… Получается, что журналисту в своей работе нельзя опираться ни на какие документы: постановления, решения Верховного суда, заключения экспертов – всё может оказаться ложной информацией!»

В новой редакции закона о СМИ перечень оснований, по которым журналисты освобождаются от ответственности за распространение недостоверной информации, был существенно расширен и уточнен. Так, средство массовой информации, его главный редактор и журналисты не несут ответственности за распространение в СМИ сведений, если они содержались в официальных сообщениях (эта норма присутствовала и в предыдущей редакции закона), содержатся в ответе на запрос СМИ или получены из материалов уполномоченного лица (подразделения), являются дословным воспроизведением официальных выступлений депутатов представительных органов, должностных или уполномоченных лиц государственных органов, органов местного самоуправления, физических и юридических лиц. Добавилась и еще одна важная норма о том, что ответственность исключается в случае, если подобная информация «содержалась в сообщениях, материалах или их фрагментах, распространенных другим средством массовой информации, поставленным на учет в уполномоченном органе, при условии указания в своем сообщении ссылки на средство массовой информации, распространившее данное сообщение».

Из новой редакции закона была исключена норма об отсутствии ответственности за дословное цитирование выступлений граждан. При этом, по мнению ряда экспертов и журналистов, ответственность за произнесенные слова должны нести не только СМИ, которые их напечатали, но и граждане, которые их произнесли. Как и официальные лица, которые предоставили недостоверную информацию. В этой связи можно привести еще один совсем свежий пример.

В декабре прошлого года в Казахстане прошел судебный процесс по обвинению бывшего директора одного из филиалов АО «Евразийский банк» Мурата Муканова и заведующей кассой этого филиала Акмарал Мендалиевой в совершении хищения денежных средств АО «Евразийский Банк». Если совсем вкратце, то согласно материалам суда, «подсудимый М.Муканов, зная, что в филиале №5 АО «Евразийский банк» открыт банковский счет гражданина США Феликса Джеффа Вулиса, подделывал подпись последнего в приходно-кассовых ордерах, деньги Вулисом передавались, переводы оформлялись, но деньги не шли в кассу. А.Мендалиева, зная об этом, давала указания кассирам подтверждать переводы, хотя деньги не поступали.

Таким образом, подсудимые совершали растрату вверенного имущества банка в виде денежных средств в пользу третьего лица путем перечисления, без фактического взноса денежных средств. В мае 2017 года, руководство банка начало проверку филиала, вследствие чего Муканов, желая избежать уголовной ответственности и скрыть хищения, зашел в кассу пересчета и попросил всех выйти из помещения. Закрывшись изнутри, он разбил видеокамеру, поджег деньги, принадлежащие АО «Евразийский банк», и скрылся с места преступления. Материальный ущерб, причиненный банку, составил почти 170 миллионов тенге».

Был оглашен и приговор районного суда №2 Есильского района города Астаны, согласно которому М.Муканов признан виновным по ст.ст.189 ч.4 п.2 (присвоение или растрата вверенного чужого имущества), ст. 202 ч.3 п.2 (умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества) УК РК, и судом ему назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы. А.Мендалиева признана виновной по ст.28 ч.5, 189 ч.4 п.2 УК РК и приговорена к 7 годам лишения свободы.

Феликс Вулис. Фото с сайта Kursiv.kz
В конце декабря прошлого года одним из республиканских информационных агентств была опубликована заметка под названием «Исполнял указания американского директора: подробности поджога филиала Евразийского банка», в которой были приведены фрагменты судебных документов с показаниями, данными Мукановым в ходе судебных слушаний. В них Муканов утверждал, что недостача якобы образовалась по вине самого Феликса Вулиса, а он лишь выполнял его указания. И когда понял, что при ревизии факт недостачи будет не скрыть, в состоянии волнения и неадекватности совершил поджог.

После опубликования этой заметки представители Феликса Вулиса в лице известной в стране адвокатской фирмы направили адвокатский запрос, содержащий требование о публикации опровержения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию Феликса Вулиса. Указывалось, в частности, на то, что само название статьи «Исполнял указания американского директора: подробности поджога филиала Евразийского банка» автором было изложено как факт. Однако, по заявлению юристов, представляющих интересы Феликса Вулиса, данное утверждение автора ложное и не соответствует действительности (а заголовок звучал как утверждение, а не как вопрос).

В претензии указывалось на выборочность использованных в заметке фрагментов судебного дела. То есть были приведены показания подсудимого, но не указывалось, что суд в своем приговоре дал оценку этим показаниям: «Касательно довода подсудимого Муканова М.С. о том, что перечисления денежных средств на счет клиента Vulis Felix Jeff, без фактического оприходования в кассу денежных средств производились им по поручению самого Vulis Felix Jeff, который входил в состав директоров АО «Евразийский банк», суд считает несостоятельным, так как какого-либо письменного распоряжения, подтверждающего доводы подсудимого, не представлено, и действующим законодательством в сфере банковской деятельности проводить такие операции без фактического внесения денег не предусмотрено, что является общеизвестным и доказыванию не подлежит». В итоге, по мнению юристов, автор публикации «использовал недозволенные с точки зрения морали методы, выходящие за рамки приличия и уважения».

В свою очередь, представители редакции в своем ответе на поступившую им претензию указали на то, что ими были использованы официальные материалы суда, а формат интернет-новостей не позволяет изложить содержание всех страниц приговора. А основная информация о признании Муканова и Мендыбаевой виновными в совершении инкриминированных ими преступлений в тексте была изложена. Тем не менее директор фирмы-учредителя информационного портала в своем ответе принес свои извинения господину Вулису, с оговоркой, что не считает эти извинения признанием своей вины. А заодно высказал надежду на дальнейшие конструктивные переговоры.

Как будет развиваться ситуация с этим конфликтом далее, пока не ясно. Но уже понятно другое: несмотря на расширение списка оснований, которые освобождают журналистов и редакторов от ответственности в случае распространения сведений, не соответствующих действительности, журналистам придется жестче подходить к освещению спорных ситуаций, указывая мнения всех сторон конфликта. По новому закону, цитирование слов Муканова без изложения позиций другой стороны может быть расценено судом как оговор, распространенный журналистами.

Кстати, в поданной юристами претензии говорилось и о появлении анонимных комментариев некоторых читателей портала, которые, особо не вдаваясь в суть дела и проигнорировав решение суда, признавшего Муканова и Мендыбаеву виновными, позволили себе весьма недвусмысленные и оскорбительные эпитеты в адрес Феликса Вулиса.

Многие юристы, имеющие дело с кейсами о защите чести и достоинства, считают, что норма, которая законодательно ограничивает возможность анонимных публикаций в интернете, - не лишняя. Если человек будет знать, что может понести реальную ответственность за публично высказанное оскорбление, это уменьшит количество грязи и необдуманных слов в интернет-обсуждениях. В настоящее время Министерство информации и коммуникации РК дало отсрочку интернет-ресурсам, чтобы те создали нужный механизм для устранения анонимных комментариев. Как сообщил заместитель председателя Комитета государственного контроля в области связи, информатизации и СМИ Михаил Комиссаров, к концу первого квартала 2018 года казахстанские интернет-ресурсы должны выработать механизм, который устранит на сайтах возможность анонимного комментирования. Полемика в обществе на этот счет (параллельно с дискуссией об освобождении интернет-пространства для свободы слова и выражений) еще продолжается, а значит, к этому вопросу еще стоит вернуться. Как и к продолжению анализа, чем хороши или очевидно опасны для журналистов и редакций новые механизмы, предложенные в законе «О СМИ».

Акен Мурзаев

Международное информационное агентство «Фергана»