22 Октябрь 2017

Новости Центральной Азии

Узбекистан: Мать забитого до смерти Жасурбека Ибрагимова рассказала новые подробности по его делу

Жасурбек Ибрагимов в реанимации. Фото из Фейсбука
В Фейсбуке 27 сентября распространено новое заявление Нилуфар Алиевой – матери забитого до смерти учащегося Ташкентского медицинского колледжа имени Боровского Жасурбека Ибрагимова. В нём она приводит новые подробности, связанные с расследованием дела об избиении её сына.

Когда было написано это заявление, не уточняется. Напомним, что накануне в Ташкенте состоялось первое судебное заседание по делу о гибели Жасурбека Ибрагимова, на котором в качестве обвиняемого фигурирует только один человек - Исломбек Туляганов, хотя, по словам самого Жасурбека и очевидцев преступления, в избиении участвовали несколько человек.

Приводим полный текст письма-заявления Нилуфар Алиевой (с небольшой корректорской правкой) в Мирабадский суд Ташкента. Оно сопровождается не публиковавшимися ранее фотографиями.

«В Мирабадский суд

от гражданки Алиевой Нилуфар Бахтиеровны, 20.11.1978 года рождения, образование высшее, узбечка, замужем, 3-е детей, проживающей по адресу г. Ташкент Юнус-Абадский район <…>

ЗАЯВЛЕНИЕ

По факту нанесения тяжких телесных повреждений сыну - несовершеннолетнему Ибрагимову Жасурбеку Махамаджон угли 11.12.1999 года рождения.

Коротко суть дела:

Мой сын, Ибрагимов Жасурбек Махаммаджон угли, 11.12.1999 г.р., обучался на 2 курсе 213 группы в медицинском колледже имени Боровского. Он был полностью положительным мальчиком, учился хорошо, не пил, ни курил, активно занимался спортом. У нас полная семья. Он находился в очень хороших отношениях со своим отцом и младшими детьми. У нас с мужем высшее образование, и все наши дети растут в здоровой семье, в любви и заботе.

03.05.2017 года, когда я уходила на работу в 8.30, мой сын остался дома, так как в этот день занятия в колледже у него начинались в 13.20.

В этот день, вечером, в 17.08 часов, сын Жасур позвонил мне с нашего домашнего номера телефона <…> и попросил быстрее приехать домой, сказав, что он якобы упал и у него не останавливается носовое кровотечение и очень сильно болит живот.

Его голос меня, конечно же, сильно испугал, потому что он еле выговаривал слова и говорил еле слышно. В пути следования домой я вызвала машину «Скорой помощи» и тут же позвонила мужу Турсунову Махаммаджону, сказав, чтобы он тоже быстрее приехал домой, так как наш сын упал, и пояснив ему, что голос у Жасура странный.

С мужем мы приехали к дому одновременно, встретились у входа в подъезд, когда мы вошли домой, входная дверь была открыта и слышно было, как громко стонет Жасур.

Мы забежали в детскую комнату и увидели страшную картину: сын лежал, согнувшись на полу, в нижнем белье и сильно стонал. Подбежав к сыну, мы повернули его голову к себе и ужаснулись от его состояния: из носа, изо рта и из ушей шла густая кровь, вся спина была в ссадинах, локти тоже были в ссадинах, оба колена были разбиты, и ниже до голени были ссадины, весь лоб был разбит.

Тут же мы уложили его на кровать, но он продолжал кричать, что у него сильно болит живот. Осмотрев его живот справа, увидели явный след от обуви, в области горла, под челюстью были следы от пальцев. Когда я спросила, что случилось, он ответил, что упал в лоток возле Вестминстерского университета.

Вся кровать была в крови, на ковре тоже была сгустками кровь, рядом лежал разбитый телефон Жасура. Когда я побежала в ванную комнату за мокрым полотенцем, от увиденного пришла в ужас, в ванной были остатки сгустков крови, на раковине была кровь и унитаз был разбрызган кровью, так же на полу была кровь и разбросана его одежда, брюки (из плотных джинсов) были разорваны на коленях, брюки были пыльные, как будто валяли по земле и были брызги крови, белая рубашка тоже была в крови.

В 17.40 приехала машина «Скорой помощи» и повезла нас в 17-ю больницу на Юнусабаде. Пока ехали, Жасур стонал от боли. Врачи сделали УЗИ и сказали, что у моего сына, похоже, разрыв почки и поджелудочной железы, рентген показал, что перелом в носовой части и сотрясение мозга. Врач направил в 5-ю детскую больницу, так как моему сыну не исполнилось 18 лет.

Когда машина «Скорой помощи» привезла нас в 5-ю детскую больницу на Юнусабаде, моего сына начало рвать сгустками крови. Однако дежурный врач 5-й детской Больницы сказал, что не может оставить здесь ребенка, так как у него очень серьезные травмы внутренних органов, и направил в 14-ю детскую больницу (ориентир - гостиница «Саяхат»).

В 19.00 часов машина «Скорой помощи» привезла нас в 14-ю детскую Больницу, где замглавврача по имени Тохир после осмотра срочно положил ребенка в реанимацию. Врач сказал, что нанесенные травмы на теле Жасура образовались от побоев, совершенных несколькими лицами. И врачи тут же сделали фото всех телесных повреждений у ребенка.

Врачи позвонили по 02 и вызвали милицию. Когда милиция прибыла, состояние моего сына была тяжелое, он без остановки стонал от боли, врачи не разрешили допросить Жасура, я написала объяснительную оперативникам, указав, что врачи говорят, что моего сына избили несколько лиц. И спросила контакты одного из оперативников.

04.05.2017 года, находясь в реанимации рядом с сыном, спросила Жасура, кто и сколько лиц его избили. Он начал отвечать, что из параллельной группы Ислом начал с ним драться. В этот момент для обследования в палату зашли несколько врачей, я побежала в ординаторскую и попросила врача вызвать оперативников по 02, сама набрала номер оперативника Мумина, чей контактный номер я записала, и сообщила, что моего сына избили и одного из них зовут Ислом. Оперативники поехали сразу в колледж Боровского выявлять личность Ислома. Отправили фото Туляганова Ислома по Телеграм, чтобы я показала Жасуру, но оперативники сказали, что Туляганов говорит, что вчера Жасура вообще не видел. Я показала фотографию сыну, на что Жасур ответил - это он.

Некоторое время спустя в больницу приехали декан Мариэлла Туленовна, куратор Лилия Александровна, мама Туляганова Ислома и сам Ислом. Декан, куратор и мама Ислома зашли в реанимацию, чтобы удостовериться, насколько нанесенные травмы серьезные. После был разговор с Исломом в присутствии его мамы, декана и куратора. Ислом сказал, что кроме него самого во время драки были Бегзод и Тимур со второго курса (они являются одногруппниками Жасура), с третьего курса - Тимур и Хурмат. Но на лице и на руке Ислама не было ни царапины.

Позже подъехали оперативники, и во время допроса моего сына Жасур сильно стонал от боли и еле говорил, он успел сказать имя Ислома, я что-то писала от имени моего сына, но мало понимала суть, так как мое состояние было крайне плохое я не соображала порой, что происходит, потому что стон от боли моего сына убивал меня, Жасуру кололи сильнодействующие обезболивающие уколы. В этот момент в палату зашли несколько врачей и занесли аппарат УЗИ. Нас попросили выйти, оперативник взял ручку у меня и поднес моему сыну, что он подписал, после быстро ушел и больше не приходили.


Жасурбек Ибрагимов в реанимации. Фото из Фейсбука

В этот же день вечером пришли в больницу Тимур и Хурмат с третьего курса и хотели зайти к Жасуру в реанимацию, санитарка подошла ко мне, я была в палате, и сказала, что к моему сыну пришли два парня, я сказала никого не впускать к Жасуру. Когда я вышла, Тимур и Хурмат ждали у двери, у выхода на территорию больницы стоял отец Туляганова Ислома, рядом со мной был мой муж Турсунов Махаммаджон, они хотели поговорить и якобы объяснить, что они не виновны, а отец Ислома наблюдал за нами.

05.05.2017 года, чтобы выяснить участников избиения моего сына, я спросила Жасура, кто еще был там. Он сначала молчал, потом я сказала, что Ислом уже рассказал, что там были Тимур и Бегзод из его группы и с третьего курса Хурмат и Тимур, после мой сын сказал, что еще был Ульмас с параллельной группы: «Во время драки с Исломом Ульмас пнул меня сзади, я потерял равновесие и упал, после мне не давали подняться начали пинать со всех сторон, меня окружили, там были Тимур и Бегзод с моей группы, Ульмас, Ислом, с третьего курса Тимур и Хурмат, когда меня начали пинать по голове, я почувствовал сильный удар ногой в лицо и потерял сознание».

В течение двух дней моего сына обследовали, ему кололи сильнодействующие обезболивающие препараты, так как у него были сильнейшие боли.

Однако состояние моего сына резко ухудшилось, в 11.30 нас направили на MРT, после получения результатов в 19.00 сделали рентген, сразу с рентгена срочно на носилках перенесли в операционный зал. 05.05.2017 года в 19.30 начали операцию брюшной полости, которая длилась более 5 часов до 00.30.

По окончании операции врачи мне объяснили, что мой сын в тяжелом состоянии, сама операция тяжелая, у Жасура было разрыв двенадцатиперстной кишки, гематомой покрыта вся почка, сильный ушиб поджелудочной железы и другие органы повреждены ушибами, часть ткани брюшной полости была удалена, так как начался перитонит (нагноение).

05.05.2017 пришел отец Ислома в больницу и говорит нам с мужем, еще была моя мама Исмаилова Гульчихра, что он собрал всех ребят Тимура, Бегзода, Тимура, Хурмата и разговаривал с ними, и утверждал, что его сын Ислом один на один дрался с Жасуром.

05.05.2017 года, когда я пришла в больницу в 10.00 часов, то увидела отца Туляганова Ислома, который стоял возле реанимации, позже заведующая реанимации Махфуза Тулкуновна сказала, что Жасура с утра в 07.30 навещал и разговаривал его дедушка и показала на отца Туляганова Ислома. Но он никакой не дедушка моему сыну. Он отец Туляганова Ислама, который избивал моего сына!!!

В этот же день мой сын Жасур попросил никого не впускать к нему в реанимацию, я спросила «Почему?», он ответил, что отец Ислома был, на мой вопрос «он угрожал тебе?» мой сын кивнул головой.

После операции Жасур спросил меня: «ЗА ЧТО ОНИ МЕНЯ ТАК?»

6.05.2017 года я позвонила оперативнику Мумину и отправила фото моего сына Жасура после операции, на что оперативник Мумин сказал, что передали для рассмотрения дело к участковому.

11 мая 2017 года позвонил и представился, что он участковый Мирабадского района, и сказал, что я должна приехать с сыном Иброхимовым Жасурбеком для прохождения экспертизы. Я была шокирована тем, что участковый, который ведет расследование по делу избиения моего сына, даже не знает, что он расследует. Я спросила у него: «Вы хотя бы знаете, где находится Иброхимов Жасурбек? В каком он состоянии? И что вообще расследуете?» Туйчиев Абдурауф сказал, что он не знает. Я ему объяснила, что ребенок не может прийти для прохождения экспертизы, так как лежит в реанимации с 03 мая 2017 года и дважды прооперирован, у него разорвана двенадцатиперстная кишка, ушибы всех внутренних органов, сотрясение мозга и перелом носа. На что участковый сказал, что скоро приедет. В результате так и не появился!

После моих дозвонов в участковый кабинет 17 мая 2017 года другой участковый привез медэксперта Мелиева Хамрокула с городской экспертизы. Мелиев Хамрокул для осмотра моего сына прошел в реанимацию и буквально через 2-3 минуты вернулся и сказал, что состояние Иброхимова Жасурбека крайне тяжелое и не может давать заключение, пока ребенок лежит в реанимации.

По состоянию с 06.05 по 08.05.2017 года состояние моего сына оставалось крайне тяжелым. 08.05.2017 года в 21.00 он был прооперирован повторно.

Через семь дней после второй операции моего сына готовили на третью операцию, так как состояние ухудшалось каждым днем.

18.05.2017 из-за тяжелого состояния моего сына мы перевели в 16 горбольницу.

19.05.2017 прооперировали в третий раз, удалили желчный пузырь, состояние крайне тяжелое.

20.05.2017 прооперировали повторно четвертый раз, диагноз - недостаточность швов двенадцатиперстной кишки.

28.05.2017 открылось кровотечение, вынуждены были прооперировать в пятый раз.

За эти дни, пока мой ребенок находился в больнице, я попыталась осмотреть место преступления. Рядом с гаражами, напротив военной прокуратуры, работали строители в здании, разговаривала с прорабом, он сказал, что в это здание вход запрещен, но 3 мая со стороны гаражей, где есть дверное отверстие, на территорию здания зашли несколько ребят: «Один был в крови, я издалека увидел их, начал громко говорить, что сюда нельзя заходить, они вышли обратно». А кто занимался побелкой на втором этаже, работники закончили объект и уехали (второй этаж находится прямо напротив гаражей).

Ранее, когда я разговаривала с Баязитовым Тимуром, он сказал, что из подвального помещения вышли женщины и помогли Жасуру умыться. Я нашла это место, это цех по изготовлению ортопедической обуви, расположен на боковой части стоматологии. Девочки Лена и Нигина действительно оказали первую помощь Жасуру, обработали раны на лбу и на лице перекисью водорода. По их словам, со стороны гаражей вышли 6-7 ребят в белой рубашке, один был весь в крови и обваленный по земле, все ребята пострадавшему что-то говорили, на вопрос, что случилось, все ответили: «Он упал», кроме пострадавшего самого.

18 мая 2017 года декан Мариэлла Туленовна пришла к нам. Что самое непонятное - каждый раз спрашивают: «Жасур что-нибудь сказал?» Ответила, что Жасур все рассказал и что Ульмас пинал его сзади. Через полчаса позвонила мне мама Ульмаса и попросила встретиться, на что я отказалась. В этот же день мой муж Турсунов Махаммаджон в холле реанимации встретил отца и мать Ульмаса.

Также, по словам других учащихся колледжа Боровского, кто участвовал в драке, хвастались, что папа Ислома и его мама адвокаты, и что он выкупил милицию и дело будет закрыто, такое уже раньше имело место.

В подробностях о драке подростки говорили, что Улмас подкрался сзади и силой ударил ногой моего сына, и когда тот упал, все остальные начали пинать со всех сторон, а Улмас сфотографировал в конце состояние лежащего.

2-3 месяца назад, оказывается, была схожая драка между учащимися Боровского: Ислом и Улмас избили студента 2 курса с национальной группы, тот получил травмы лица (было наложено несколько швов), после сфотографировали его и потом показывали всем, а над этим мальчиком еще долго издевались. Но данное дело замяли, Ислом и Улмас заплатили по $200 пострадавшему. Студенты колледжа говорят, что Ислом и Улмас избивают более слабых студентов, фотографируют их, но потом их родители платят потерпевшим и дело закрывают, а эти подростки от этого (избить и сфотографировать) получают удовольствие и, конечно же, от безнаказанности.

Однако до смерти моего сына Жасура не допросили ни нас, ни участников этой подростковой «банды».

Надеюсь, что справедливость восторжествует, и все виновные будут привлечены к уголовной ответственности.

Низкий Вам материнский поклон

Алиева Н.»

Другие подробности о ходе расследования «дела Жасурбека Ибрагимова» можно узнать, пройдя по этой ссылке - http://www.fergananews.com/jasoor.

Международное информационное агентство «Фергана»





РЕКЛАМА