18 Ноябрь 2018



Новости Центральной Азии

Впадина Аякагытма - культовый центр кочевой культуры в пустыне Кызылкум

20.03.2007 10:21 msk, Андрей Кудряшов (Бухара)

История Узбекистан

Фото © Фергана.Ру

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру
Огромные территории песчаных пустынь Центральной Азии в наши дни остаются пространством, где древние легенды господствуют над мировоззрением современного человека. Цивилизация здесь не смогла до конца одолеть дикую природу и многовековой уклад жизни кочевников. Бессточная котловина Аякагытма, затерявшаяся в недрах песков Кызылкума, на сотни километров отстоит от густонаселенных оазисов Бухары и Самарканда с их знаменитыми памятниками тысячелетней истории и культуры. Но паломники продолжают пробираться через сыпучие барханы и солончаковые пустоши к безлюдным холмам у обрыва известнякового плато, чтобы поклониться святилищу Хазор Нур - Тысяча Лучей - и посетить места, связанные с памятью о легендарном герое-мученике Малике Аждархо, Хазрате Али и дочери Пророка Мухаммада Фатиме.

Ближайший населенный пункт на пути к священным местам - районный центр Шафиркан в Бухарской области Узбекистана. Неподалеку от этого городка в IV-VII веках стояла древняя крепость Варданзи, по преданию основанная царем Шапуром из персидской династии Сасанидов, проложившим через пески оросительный канал Шапуркам, от чего местность превратилась в цветущий край. Накануне арабского завоевания Согдиана освободилась от владычества Сасанидских правителей, превратившись в конгломерат мелких, но сильных и независимых княжеств. Вардан-худдаты успешно соперничали во власти с государями богатых купеческих городов Пайкента, Рамитана и Нумиджкента, подчинив себе северную часть Бухарского оазиса. Однако постоянные распри, интриги и междоусобица местных князей помогли новым завоевателям.

В первом десятилетии VIII века при халифе Абду аль Малике войска эмира Кутейбы ибн Муслима, посланные наместником Хорасана, сравняли с землей Пайкент и Варданзи, а Нумиджкент, с тех пор названный Бухарой, сделали опорным пунктом своей экспансии в Центральной Азии. В отличие от Ближнего Востока, где мусульманская религия утвердилась сравнительно быстро и легко, арабские завоевания и миссионерские усилия Халифата в междуречье Амударьи и Сырдарьи продолжались еще целое столетие. Причем с переменным успехом и немалыми жертвами, от чего победивший в итоге в Мовароуннахре ислам приобрел немало легенд о мужественных воителях, самоотверженных проповедниках и мучениках за веру.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру
Из-за разрушения древней оросительной системы во время жестоких войн окрестности Варданзи надолго превратились в заброшенную окраину, на которую повели наступление подвижные пески. Сегодня древняя крепость представляет собой голый холм на границе хлопковых полей и пустыни. Современный Шафиркан, населенный тремя тысячами жителей, славится виноградниками, шелковыми сюзане и разведением каракулевых овец. На сто семьдесят километров вглубь Кызылкума экспедицию ИА «Фергана.Ру» сопровождали специалисты туристической компании «Ташриф Турс», год назад разведавшие путь из Бухары к святилищу Хазор Нур.

Пространство пустыни подобно пространству сна, где часы монотонного забытья вдруг прерываются всплесками ярких образов, надолго остающихся в памяти. В необозримо скучном однообразии пустыни скрыта бесконечность неповторимых и запоминающихся деталей.

К востоку от гряды скалистых кряжей Кульжуктау линия горизонта без всякого предупреждения обрывается круто вниз, и через пару километров начинает казаться, что ты попал в горную долину, со всех сторон окруженную пестрыми, желто-красными склонами и голубеющими в далекой дымке хребтами. Затем широта небосвода сворачивается в круглый купол, почти ощутимо висящий над головою, словно поверхность гигантской линзы, по которой стекает вниз облачная пена.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру
Направления нет. Просто катится под колеса автомобиля ровная, как стекло, плоскость, местами как бы пушистая от холмиков белой соли или щетинящаяся фиолетовыми кустами колючек. В самой низкой точке, где сплетается роза ветров, стоит высокий столб пыли - смерч, постоянно крутящийся на одном месте, призрачный ориентир.

Впадина Аякагытма, занимающая площадь около 600 квадратных километров, не самая большая и глубокая в Кызылкуме. Абсолютная минимальная высота в ней достигает 133 метров над уровнем моря. Ближе к восточному краю солончаки переходят в поверхность соленого озера, издревле питавшегося грунтовыми водами и дождевыми потоками. Прежде берега водоема были покрыты, как льдом, соляной коркой, под которой скрывалась жидкокристаллическая грязевая трясина, непролазная и таящая гибель для людей и животных. Поэтому, как предупреждение караванщикам и пастухам верблюжьих стад, местность получила название Аякагытма, что с казахского языка приблизительно можно перевести, как «не наступай».

В восьмидесятые годы прошлого столетия советские ирригаторы отвели в котловину коллекторный сброс с орошаемых земель, и водоем сильно увеличился в размерах, перестав быть опасным, поскольку его берега достигли более твердого грунта. Но в короткий период осенних дождей большая часть котловины по-прежнему становится непроходимой из-за липкой грязи и многокилометровых луж. Зимой в песках очень холодно, а с начала мая по конец сентября стоит невыносимый зной. Безболезненно проникнуть сюда можно только в начале весны, чем и воспользовалась экспедиция «Ферганы.Ру». На берегу озера обнаружился целый аул в тридцать две семьи, населенный, в основном, казахами.

Впадина. Фото ИА Фергана.Ру
Впадина. Фото ИА Фергана.Ру
Жители котловины занимаются разведением верблюдов, коз и овец. Держат и небольшие табуны лошадей, свободно пасущихся на пустынных просторах. Ловят рыбу, хотя в озере ее не много. Поселение состоит из одинаковых квадратных одноэтажных домиков советской постройки, вытянутых в одну линию вдоль берега. Никаких деревьев. Только рощица саксаула рядом с верблюжьим загоном. Питьевую воду сюда завозят в цистернах по единственной автомобильной дороге из Навоийской области. В годы СССР здесь пытались привить опытное земледелие на артезианских скважинах, но потом это дело заглохло само собой, ведь орошать землю кочевые казахи не любят, возможно, в глубине души считая изменение естественного ландшафта сомнительным и даже не богоугодным делом. Весной большинство населения покидает аул, чтобы жить на цветущих просторах в войлочных юртах.

Молодежь, конечно, как и везде, мечтает вырваться на просторы большого мира, жить в современных городах, путешествовать по разным странам. Но реальность осуществления таких планов, разумеется, ограничена небогатым бытом в условиях почти натурального хозяйства. Наверное, можно сказать, что для кого-то из местных жителей, по самому факту его рождения здесь, котловина оказалась в прямом смысле ловушкой судьбы. Хотя впереди нас ждала встреча с человеком, воспринимающим свою жизнь в этих местах как благостное знамение, ниспосланное ему Всевышним.

Хранитель святилища Абдукарим-бобо. Фото ИА Фергана.Ру
Хранитель святилища Абдукарим-бобо. Фото ИА Фергана.Ру
Святилище Хазор Нур расположено на вершине плато, развернутого к озеру крутым стометровым обрывом. Наверху в глинобитном домике живет бобо Абдукарим, охраняющий покой священного места. Он родился в 1929 году и в семилетнем возрасте, оставшись круглым сиротой, начал скитаться по мазарам и святым местам Узбекистана, сначала полагаясь на милосердие паломников и мусульманского духовенства, весьма малочисленного в советскую эпоху, а потом принимая благодарность людей за отправление религиозных обрядов. Однажды, будучи уже зрелым мужчиной, кое-что сведущим в делах веры, он, по его словам, услышал во сне голос, повелевший ему идти из Хорезма на юго-восток через всю пустыню, найти святое место на древнем холме Хазор Нур, и молиться там до конца своих дней. Проснувшись, он обнаружил, что его сапоги стоят носками в указанном направлении…

История очень напоминает сюжеты многих легенд о мусульманских отшельниках прошлого. Произошла она в 50-е годы XX века, из чего видима неизменность времени в том особенном мире, где родился, вырос и прожил свою жизнь шейх Абдукарим. Он пришел к озеру Аякагытма, сменил прежнего смотрителя, со временем обзавелся семьей в поселке, но продолжает жить на холме Хазор Нур, и сегодня его взрослые сыновья помогают ему встречать паломников и рассказывают предания о священном месте.

«Некогда в Иерусалиме жил вельможа и богатырь огромной силы и роста, за что его называли Малик Аждархо - Принц Дракон. Он был ярым врагом мусульман, но, повстречав Хазрата Али, обратился к исламу, бросив своих друзей, имущество и родню, и пожелав стать муджахедом. Но вместо ратного подвига, Хазрат Али повелел ему отправиться в страну Хорезма, чтобы проповедовать там веру в Аллаха лишь кротостью и убеждением. После многих лет смиренного исполнения миссии, Малик Аждархо смог снова взять в руки меч, защищая своего Наставника и общину мусульман. Ислам тогда только начал завоевывать сердца людей в Мовароуннахре, и на высоком холме среди пустыни поселились те, кто первыми уверовал на земле Согдианы. На помощь им, окруженным врагами, прибыл из Хорезма непобедимый Принц Дракон, организовавший из молодых мусульман воинское ополчение. Посетили общину и Хазрат Али с Фатимой, когда скрывались от преследований еретиков и завистников.

Много лет холм в пустыне был неприступным, отражая бесчисленные атаки неверных. Наконец враги решили действовать хитростью. Среди мусульман было много таких, кто имел родственников, еще не принявших ислам. Иногда их, особенно женщин или престарелых, допускали в общину, чтобы близкие смогли убедить их встать на сторону Аллаха. Так в лагерь проникла вражеская лазутчица - коварная старуха, пришедшая якобы навестить племянницу. Долго и пристрастно расспрашивала гостья о нравах и обычаях правоверных. Не подозревая ничего дурного, молодая женщина отвечала на вопросы тетушки. И случайно обмолвилась, что во время пятничного намаза все люди общины, включая самого Малика Аждархо, а так же стражу, обычно несущую дозор на краях обрыва, откуда далеко видно округу, бросают любые свои дела, чтобы собираться в мечети. Этими сведениями воспользовались вражеские отряды, штурмовавшие холм в пятницу. Безоружные мусульмане оказали отчаянное сопротивление, но все погибли в этот день как шахиды. Особенно долго и яростно сражались Принц Даркон и еще пятеро богатырей, но к исходу второго дня кровавой резни пали и они. Поэтому тысяча могил, сложенных из осколков камня, с тех пор устилают вершину холма Хазор Нур, что значит Тысяча Лучей - праведных душ, устремившихся в небо».

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру
Легенда, разумеется, далеко не согласуется с известными историческими сведениями о распространении ислама в Мовароуннахре. Но на то она и легенда. От местных жителей удалось услышать множество дополнений и интересных подробностей. Например, одиночный каменный курган необычной формы, издали заметный в окрестностях Хазор Нур, многим кажется им похожим на отрубленную женскую грудь. Круглый красный бугор на противоположном краю котловины носит название Гяур тепа - холм неверных, которые, будто бы, погубив мусульман, сами до единого погибли на обратной дороге. Всевышний послал ангела Азраила сразить их чумой. Узкая лощина на пути к озеру называется Кампыр сай и считается могилой старухи-лазутчицы. Проходя мимо этого места, все паломники должны бросать в ее сторону камни, иначе проклятие может коснуться любого из них. Злой дух предательницы, не находящий покоя в аду, будет преследовать путника кознями и всяческими несчастьями.

Рукотворный курган. Фото ИА Фергана.Ру
Рукотворный курган. Фото ИА Фергана.Ру
Сын бобо Абдукарима, разумеется, провел нашу экспедицию вдалеке от несчастливых мест, показав только самые благословенные. Кадам гох (след) Фатимы представляет собой рукотворный полый курган, аккуратно сложенный из обломков кремнистой породы. Внутрь святилища не заходят. Зато можно спуститься по узкой тропе к подножию обрыва, где в маленькой келье, вырубленной прямо в толще спрессованного песка и известняков, два века назад жил дервиш-отшельник, спасаясь в этой норе от летнего зноя, зимних стуж и диких зверей.

На вершине холма стоит приземистый конус глинобитной мечети с единственным входом и одним окном, указывающим направление в сторону Мекки. Возможно, это не очень древнее сооружение, но по конструкции оно, несомненно, воспроизводит образы тех мечетей, в которых могли молиться первые мусульмане в Мовароуннахра. Любопытно и то, что мазар Малика Аждархо, еще год назад украшенный только традиционными тугами - высокими деревянными шестами с клочками белой материи на концах, сыновья шейха, с его разрешения, начали замуровывать современной кирпичной кладкой. Краеведы могут быть крайне раздосадованы этим новшеством, уже скрывшим от взгляда потенциальных исследователей старинные каменные надгробия необычной величины.

Мечеть на холме. Фото ИА Фергана.Ру
Мечеть на холме. Фото ИА Фергана.Ру
Семья смотрителя относится к этому по-другому. Люди, фактически живущие внутри легенды, воспринимают священную историю не как чье-то далекое прошлое, и даже не как свое настоящее, а как непрерывную ткань бытия, в которую каждое поколение, по мере сил, должно вплетать нити. Поэтому строительные работы по «благоустройству» святилища, которые производятся сегодня в поистине подвижнических условиях, они инстинктивно полагают своей религиозной обязанностью. Через следующую тысячу лет пустыня останется прежней, а кирпичные надстройки нашего времени превратятся в памятник глубокой древности, напоминающий о еще более давних событиях. Наверное, так происходило и прежде в этих местах…

Историк и археолог, доктор философских наук Елизавета Некрасова, побывавшая на святилище в 2006 году, считает, что арабские надписи, выбитые на могильных камнях холма Хазор Нур, вряд ли могли быть сделаны раньше XVIII века. По ее мнению действительную древность памятника еще предстоит определить в ходе научных исследований. Само по себе наличие обширного кладбища в большом удалении от густо населенных районов не обязательно свидетельствует о том, что здесь некогда произошло большое сражение или погиб целый город.

Фото ИА Фергана.Ру
Фото ИА Фергана.Ру
В кочевой культуре любое место, однажды названное священным, становится сакральным символом посреди необъятных пространств - времен и земель. Но именно поэтому такое место представляет ценность для этнологии и этнографии, поскольку к нему, как к духовному полюсу, неизбежно притягиваются народные предания и архетипы религиозных сюжетов. Сознание людей на окраинах современной цивилизации сохраняет иную динамику и перспективу восприятия мира. Заглянув в него сегодня, возможно разглядеть отдаленное прошлое или даже вечное.