21 Август 2019



Новости Центральной Азии

Год после Жанаозена. Суды несправедливы, оппозиция обезглавлена, репрессии усиливаются

16.12.2012 02:55 msk, Мария Яновская, Даниил Кислов

Политика Казахстан Права человека Анализ Суд

16 декабря исполнится год жанаозенскому расстрелу. Журналисты, эксперты и активисты часто повторяют, что «после Жанаозена Казахстан стал другим». «Фергана» составила свой перечень изменений, которые произошли в республике за прошедший год.

Забастовка нефтяников в Жанаозене длилась с мая по декабрь 2011 года; рабочие требовали поднять зарплаты, пересмотреть региональные и отраслевые коэффициенты, улучшить условия труда и разрешить независимые профсоюзы. Конфликт затягивался, власти и работодатели уклонялись от переговоров. Бастующие, поняв, что ситуация заходит в тупик, обратились за помощью к юристам оппозиционных партий и движений.
Невыполнение экономических требований привело к необходимости выдвигать требования политические: в ноябре 2011 несколько тысяч нефтяников избрали рабочий комитет, призвали бойкотировать выборы в Парламент (назначенные на январь 2012 года), объединяться в единый независимый республиканский профсоюз, а также сформировать собственную политическую партию.
16 декабря 2011 года демонстрация нефтяников была расстреляна полицейскими; существующие видеокадры свидетельствуют о том, что на улицах Жанаозена действовала группа штурмовиков-провокаторов в униформе «КазМунайГаза», которые спровоцировали беспорядки. 15 человек было убито, около 100 ранено. На следующий день волнения начались в поселке Шетпе, полиция снова открыла огонь, был убит один человек.
Позже в местную прессу просочилась информация о том, что после подавления беспорядков на православном кладбище в Мангистауской области появилось много безымянных мусульманских могил...

Вера в справедливость судов разрушена

По «жанаозенскому делу» на скамье подсудимых оказалось 37 нефтяников. На суде они рассказали, как их избивали и пытали во время следствия. О пытках рассказал и Александр (Салаходин) Боженко, который отказался лжесвидетельствовать против своего наставника (Боженко был убит в Жанаозене вскоре после окончания процесса). Судья - и это вселило надежду в присутствующих - направил запрос о пытках во время следствия в прокуратуру. Однако прокуратура заявила, что пыток не было, судья кивнул - и процесс покатился к приговору.

4 июня 2012 года был оглашен приговор. Из 37 подсудимых 24 человека были амнистированы, оправданы или получили условные сроки. 12 человек получили от трех до семи лет лишения свободы.

Картина происшедшего на площадях и улицах Жанаозена 16-17 декабря на суде восстановлена не была.


На этих знаменитых кадрах, снятым неизвестным очевидцем из окна жилого дома на площади в центре Жанаозена, видно, как полиция и люди в штатском расстреливают безоружных демонстрантов, а потом избивает раненых.

Суд не отправил дело на доследование, хотя осталось непонятным, кто были те люди в униформе, которые начали громить сцену; кто поджег изнутри офис «КазМунайГаза», где сгорела вся финансовая отчетность и были уничтожены компьютеры в бухгалтерии; кто распорядился привести школьников на площадь, куда уже были стянуты полицейские войска, экипированные боевым оружием; почему полицейские стреляли вслед убегающим невооруженным людям и потом добивали их дубинками; почему никто не понес ответственности за пытки во время следствия.

Суд не доказал вину каждого подсудимого и отбросил практически все доводы защиты.

Суд по беспорядкам в Шетпе тоже не восстановил картину происшедшего, не доказал вину подсудимых и безоговорчно признал, что полицейские применили оружие правомерно. На скамье подсудимых оказались 12 человек. В мае был вынесен приговор: шестеро признаны виновными и осуждены на два года каждый, но освобождены ответственности по амнистии; четверо получили сроки от семи до четырех лет; один - условный срок, один - оправдан и отпущен из зала суда.

Жители Шетпе рассказали журналистам, что на самом деле произошло в поселке. На фоне этих рассказов решение суда вызывает вопросы: какие доказательства были предъявлены обвинением, что рельсы были разобраны именно возле станции или что задерживались поезда с мирными гражданами? Почему, если граждане ничем не провоцировали полицию, те сразу открыли огонь на поражение? Почему доводы защиты, что ничего подобного в самом Шетпе не происходило, не были заслушаны?

Подстрекателем и чуть ли не главным организатором жанаозенских событий был, по сути, назначен лидер незарегистрированной оппозиционной партии «Алга!» Владимир Козлов. 8 октября он был признан виновным в возбуждении социальной розни, призывах к насильственному свержению или изменению конституционного строя, а также в создании организованной преступной группы и осужден на 7,5 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Единственным полностью доказанным фактом связи партии «Алга!» с нефтяниками оказалось то, что партия дарила бастующим и фактически живущим под открытым небом нефтяникам палатки.

Местные и международные правозащитные организации осудили приговор В.Козлову, заявив, что это судебное решение наносит удар по свободе выражения мнений и политическому плюрализму в Казахстане, и что заключением в тюрьму Козлов «дорого платит за публичную критику правительства».

Суд над полицейскими, которые превысили свои полномочия, так же не дал представлений о том, что такое судебное справедливое расследование. Остался за кадром и ответ на вопрос, почему именно эти пятеро, а не другие сотрудники полиции были приговорены к заключению на сроки от пяти до семи лет с за превышение должностных полномочий.

В год, прошедший после Жанаозена, суды по резонансным делам в Казахстане все как один выносили приговор заранее назначенным виновным, не разбираясь в сути дела, не рассматривая доказательства невиновности (или сомнения в вине), не отправляя дела на доследование и, по сути, выслушивая только сторону обвинения.

Гражданам Казахстана продемонстрировали: идти в суд в поисках правды, не заручившись заранее поддержкой властей или силовиков, - бесполезно. Жесточайший приговор правозащитнику Вадиму Курамшину, хоть он и не относится к «жанаозенскому» делу, с уверенностью можно считать показательным, вынесенным словно в назидание всем тем, кто посмеет спорить с властью.



Владимир Козлов — о жанаозенском расстреле, его причинах и действиях властей

Политическая оппозиция обезглавлена

Приговор Владимиру Козлову продемонстрировал реальность уголовного наказания за оппозиционную деятельность - и это заставило «сдуться» оппозиционную Общенациональную социал-демократическую партию (ОСДП). Генеральный секретарь ОСДП Амиржан Косанов написал на своей странице в Фейсбуке: «Изучаю новшества в законодательстве о борьбе с терроризмом. Требование "воспринимать терроризм не как конкретное криминальное деяние, а как сложное социально-политическое явление" дает небывалые возможности для подведения кого угодно под эти статьи! Был бы оппозиционер, статья найдется! По-моему, налицо подмена понятий и приоритетов: расширять нужно не полномочия КНБ (Комитета национальной безопасности. - прим. ред.), а возможности реального гражданского общества, в том числе и по контролю за деятельностью спецслужб». Это заявление очень напоминает капитуляцию, несмотря на поставленные маниловские цели.

Возможно, до приговора Козлову и партия «Алга» не играла серьезной роли в самоорганизации гражданского общества. Но теперь, после приговора ее лидеру и запрета деятельности партии на территории республики, можно говорить, что общественных и политических структур, которые могли бы легализовать и возглавить протестное движение, в Казахстане практически не осталось.

В стране почти нет оппозиционных лидеров - но после рассказов нефтяников о пытках во время следствия ни у кого нет права осуждать уехавших.

Режиссер Болат Атабаев, пользующийся высоким моральным авторитетом в Казахстане, - остался в Германии. «Я в любой момент могу приехать в Казахстан и сесть в тюрьму, но надо мне оно? Для этого ума не надо. А вот что-то сделать, что-то изменить в лучшую сторону я смогу. Я верю в свои силы теперь», - говорит он.

Главный редактор запрещенной газеты «Взгляд» Игорь Винявский - в Польше. Встречается с активистами, политиками и журналистами Европы, открывает им глаза на кровавую суть назарбаевского режима.

Молчит бывший премьер-министр Казахстана Акежан Кажегельдин, живущий в Лондоне.

О необходимости политического протеста заявляют «враги Назарбаева» номер один и номер два: Рахат Алиев и Мухтар Аблязов, - но эти призывы едва доносятся из ныне далекой Европы, и репутация обоих такова, что роль национальных протестных лидеров им точно не грозит...

Гражданское общество атомизировано

Список убитых в Жанаозене и Шетпе 16-17 декабря 2011 года:

Кубайдуллаев Байбек, 21.07.1989 года рождения; Аязов Шадияр Елджанович, 21.01.1978 года рождения; Онгаров Серик Алпысбаевич, 12.11.1959 года рождения; Юсупов Радик Расулович, 1987 года рождения; Турганбаев Аманбек Тореханович, 07.05.1984 года рождения; Кушеров Джанаберген Джаймуханович, 16.11.1979 года рождения; Дуйсекенов Атаберген Хасанович, 27.10.1987 года рождения; Абдикаримова Жанар, 11.04.1974 года рождения; Кушеров Рахат, 11.03.1995 года рождения; Муналбаев Нурлан Дуйсенбаевич, 08.01.1982 года рождения; Кулкаиров Атабай Буребаевич, 19.07.1967 года рождения. Шупашев Жарас Калдыбекович, 29.09.1973 года рождения; Дусенбаев Бекесжан, 08.11.1953 года рождения; Токсанбетов Тулеген Диханбаевич, 03.04.1968 года рождения; Кенжебаев Базарбай Жанабаевич, 1961 года рождения. Торебек Толегенов (убит на станции Шетпе).
За год, прошедший после жанаозенского расстрела, власти последовательно пугали активистов, задерживали их, не согласовывали митинги. В итоге правительству удалось минимизировать гражданский протест: люди не были готовы идти за лидерами под арест на 15 суток, а то и получать более серьезный срок. Число Несогласных, готовых заявлять об этом вслух, стремительно падает.

Это не означает, что в душе все согласны с происходящим. У казахов долгая память, и жанаозенский расстрел будут помнить. Как голод тридцатых годов. Как Желтоксан 1986-г. Но учитывая возраст национального лидера (Нурсултану Назарбаеву 72 года, а в прессе регулярно проходят сообщения о его лечении в Германии), можно допустить мысль, что казахи готовы подождать.

После приговора Козлову правоохранители, суды и прокуратура решили, что независимые СМИ и оппозиционные движения являются экстремистскими. Важно, что в Казахстане действует принцип прецедентного права: если после кассации судебное решение о признании какой-либо газеты экстремистской осталось в силе, то это решение может быть использовано в других судах без необходимости доказывания. Таким образом, все средства массовой информации, которые упоминаются в приговоре В.Козлову, могут быть признаны экстремистскими.

В канун годовщины жанаозенского расстрела суды запретили вещание телеканалов «К-плюс», интернет-портала «Стан-ТВ» и сайта Guljan.org, продолжается суд над газетой «Республика», а статьи этого издания запрещено публиковать в других газетах. У оппозиции в Казахстане практически не осталось площадок, кроме «Фейсбука», где они могли бы сделать протест публичным и открытым.

Репрессии будут продолжаться

По словам известного казахского художника Каната Ибрагимова, политический климат в стране за прошедший год ощутимо изменился к худшему. Стремясь парализовать оппозиционную или любую гражданскую активность, власти страны преследуют уже всех без разбора. «За многими людьми, просто за теми, кто ходил на митинги, установлена «наружка» (негласное наблюдение сотрудниками полиции), мобильные телефоны прослушиваются. Это называется вакханалия», - говорит он.

О судьбах простых участников митингов «Фергане» пока ничего не известно. Но факты давления на протестного движения - налицо. Утром 15 декабря по ложному доносу была задержана и осуждена на пятнадцать суток административного ареста президент общественного фонда «Ар.Рух.Хак» Бахытжан Торегожина. Накануне она получила официальное разрешение властей «на проведение мероприятия по возложению цветов» к годовщине событий в Жанаозене (хотя по закону такое разрешение получать вовсе не обязательно». Теперь в акции она участвовать не сможет.

В преддверии намеченных на 16 декабря поминальных и протестных мероприятий у активистов оппозиционных партий по всей стране били окна и замуровывали двери - так, чтобы они не могли выйти из квартиры без посторонней помощи.

А в Москве, на митинге коммунистов, в минувшую субботу была совершена попытка похищения известного казахстанского левого политика, живущего в России, Айнура Курманова. Выкрасть оппозиционера и отправить его на родину пытались сотрудники посольства Казахстана в России и какие-то неопознанные силовики в штатском. Московские полицейские в процесс похищения не вмешивались.

«Вот так, на глазах сотен людей, под недреманным оком полиции, спецслужба иностранной державы похищает своих диссидентов в самом центре Москвы! Вторая попытка похитить Курманова произошла уже в метро, но тут полиция вмешалась сразу, и казахстанские "корочки" не произвели на нее никакого впечатления», - рассказывает главный редактор веб-сайта ФОРУМ.мск Анатолий Баранов.

В том, что репрессии в Казахстане будут только усиливаться, кажется, не сомневается сегодня никто. «Люди увидели, что ради сохранения своей власти Назарбаев готов стрелять. Кто-то возмутился, кто-то испугался, кто-то ищет оправдания, но есть очевидный факт - он сделал это», - говорит известный журналист, переживший попытку покушения, Лукпан Ахмедьяров.

Мария Яновская, Даниил Кислов