22 Июнь 2018

Новости Центральной Азии

Из Ташкента в Фергану на поезде. Фоторепортаж Андрея Кудряшова

В мае 2018 года в Ташкенте вновь заработал Южный железнодорожный вокзал, подвергнутый капитальной реконструкции по личному распоряжению президента Шавката Мирзиеева. Обзаведшийся новым роскошным зданием и благоустроенными перронами, он больше не будет выполнять скромную функцию остановочного пункта для пригородных электричек в сторону Сырдарьи. С начала мая 2018 года часть пассажирских поездов внутренних направлений начали стартовать именно отсюда, что поначалу внесло сумятицу в головы пассажиров, зато обрадовало жителей южных спальных районов – Чиланзара и Сергели, которым добираться до Северного вокзала через весь мегаполис было трудновато и муторно.



Например, с Южного вокзала пустили поезда в Ферганскую долину. Да, конечно же, я хочу туда! С тех пор как по воле Ислама Каримова в 2016 году китайские рабочие пробили 19-километровый тоннель в скальных породах Кураминского хребта, а узбекские железнодорожники проложили новую ветку из Ангрена в Пап через высокогорный перевал Камчик, мне всегда хотелось взглянуть на знакомые с детства места из окна несущегося поезда. Но все как-то было недосуг. Пока поезд не «поднесли» наконец почти к самому моему порогу.

Поехали! Купить билеты на электропоезд «Ташкент – Андижан» до станции Маргилан оказалось нетрудно. В отличие от своих старших собратьев, туристических скоростных поездов «Афросиаб» и «Шарк», ежедневно курсирующих к достопримечательностям Самарканда и Бухары, новое направление пока не переполнено, особенно в будние дни. Хотя в кассах нового вокзала привычный хаос, толкотня и «вас тут не стояло», за полчаса можно стать обладателем билета экономического класса стоимостью 50 000 сумов – $6,28 по майскому курсу центробанка. Электропоезда в долину ходят два раза в день – утром и вечером. Я, разумеется, выбрал утренний рейс в 8.10 по ташкентскому времени, чтобы насладиться поездкой на свежую голову и успеть в Фергану к полудню.

Поезд, как и положено прайму, отправился с первого пути.



Внутри он отличается по дизайну от «Афросиаба» и «Шарка» совсем незначительно. Те же ряды мягких откидных кресел, как в самолете, с одним отличием – есть правый, не сдвоенный ряд. То есть, без попутчиков. Ровно то, что желательно в путешествии вдумчивому фотохудожнику-интроверту, одинаково не терпящему настороженные взгляды и бестактные вопросы от соседей.





Есть и вагон-ресторан, я бы сказал, вагон-буфет с очень скудным ассортиментом из хотдогов с майонезом и газированных напитков. Экономя и средства, и здоровье, я воздержался от дегустации этой нехитрой железнодорожной снеди. Как, впрочем, и большинство пассажиров – в связи с уразой (мусульманским постом. – Прим. «Ферганы»). Солнце ведь уже высоко. А впереди меня манят изысканные кафе и уютные шашлычные дворики Ферганы.



После моста через реку Чирчик путь побежал по весенним полям, полным спелости, мягкого света и аистов. Да, это, можно сказать, характерная черта Ташкентской области. Было время, когда гнезда аистов на синих куполах и силуэты самих птиц выступали символом древней Бухары. Но теперь в Бухаре их совсем не видно. И тамошние горе-благоустроители облепили китчевыми скульптурками этих птиц навершия знаменитых архитектурных шедевров. А самих аистов нет. Потому что в окрестностях больше нет их привычной среды и кормовой базы. Земля иссохла. Зато в полноводных предгорьях Западного Тянь-Шаня сохранилось много малых водоемов – ручьев, луж, разливов каналов и подтопленных обочин дорог. Аисты массово переселились сюда, даже стали гнездиться в пригородах Ташкента. Они сидят на столбах, сидят в гнездах, важно вышагивают по полям. В конце мая из туч головастиков в лужах уже подросла генерация маленьких лягушат – на прокорм аистятам.

В вагоне включили телевизоры. Крутят сюжет о первом визите президента Узбекистана в США. Под звуки гимна Шавкат Мирзиёев с супругой торжественно сходят по трапу самолета в аэропорту имени Кеннеди. Их приветствуют девушки с букетами белых цветов, говорящие по-узбекски «Ассалому алейкум. Америкада хуш келибсиз!». «Спасибо», – слегка смущенно отвечает Зиератхон Мирзиёева. Развеваются флаги обеих держав. Потом клип сменяется на выступление комика Обида Асомова, запрещенного при Исламе Каримове. За этим я почти не заметил, как поезд подъехал к Ангренской ГРЭС, всегда живописной на фоне снежных вершин Кураминского хребта.



Ее вид сменяют еще более яркие панорамы угольного разреза, которых совсем не увидишь с автомобильной трассы из Ангрена на перевал Камчик. Только ради этого стоило ехать!





Следующая по пути достопримечательность – Ангренское водохранилище на реке Ахангаран. Еще два года назад к берегам жемчужины высокогорья людей не подпускали близко и на пушечный выстрел. Теперь автомобилисты спокойно фотографируются на смотровой площадке, а берега усыпаны рыбаками со спиннингами. Поезд идет вдоль самого берега. Есть здесь и железнодорожная станция с лаконичным названием «К'оl» – «Озеро». Правда, электропоезд «Ташкент – Андижан» на ней не останавливается. А жаль. Было бы удобно добираться до благословенных мест. Хотя, через ближайшее автомобильное КПП «Чинор» с нынешней весны стали пропускать легковые автомобили без прежде обязательной проверки документов. Можно просто взять машину и съездить.





Поезд отчетливо замедляет ход на подъеме на перевал Камчик, и вскоре совсем останавливается на целых 10 минут на станции «Орзу» – перед тем как поедет в тоннель. Здесь никто не садится и никто не выходит. Зато проводники обходят вагоны и опускают на окнах непрозрачные жалюзи. Движение по 19-километровому тоннелю, западный портал которого находится на высоте 1324 метров над уровнем моря, а восточный – на высоте 1465 метров, явно сопровождается повышенными мерами безопасности. Но меня не огорчает, что я не увижу тоннель. Фотографу темные полости не интересны. Зато за тоннелем сразу открываются виды на очень красивую местность – долину горной реки и поселок Чадак. Это старинный горнорудный центр, в последние годы известный и как любимое место отдыха жителей Ферганской долины. В Чадаке есть удивительный родник, сочащийся из скалы как потоки слез, и кадам-жой – место следа великого суфийского мистика Юсуфа Хамадани. О чем «Фергана» непременно расскажет как-нибудь более подробно.





Я вообще люблю адыры (предгорья. – Прим. «Ферганы») Ферганской долины. Замечательная по своей скудности земля, настоящий бедленд, на котором не зеленеет ни кустика даже в разгаре весны. Таковы свойства адырных почв, пропускающих сквозь себя влагу, как сито. Даже пески Кызылкума весной покрыты ковром цветов и нежной зелени. Но адыры – никогда. Но именно потому они поражают воображение, уподобляясь болезненным сновидениям или инопланетным ландшафтам.

Вскоре железная дорога пересекает автомобильную трассу на Наманган, и становится четко видна граница между адырным бедлендом и возделанными полями на берегах Сырдарьи. Здесь уже вовсю кипит повседневная жизнь земледельцев одного из древнейших в мире оазисов. И по сей день она полна разных трудностей.







Полотно новой железной дороги в Ферганской долине уже не идет параллельно автомобильным дорогам. Поэтому поезд «Ташкент – Андижан» не проходит через Коканд, а перед специальным железнодорожным мостом через Сырдарью останавливается на станции «Pop» в одноименном райцентре, городе Пап. Отсюда на такси или маршрутках можно быстро доехать до Намангана или до Коканда. Но я еду еще час до Маргилана, пересекая замысловатую местность, в которой остатки песчаных барханов мешаются с рисовыми полями.





Время пути заняло 4,5 часа, то есть не дольше, чем было бы на автомобиле. Проехав от вокзала в Маргилане за 15 минут на автобусе до центра Ферганы, я успел насыщенно провести остаток дня в колоритном городе, в настоящее время сочетающем остатки уютного провинциального очарования с современной урбанистикой центральных проспектов.







Из Ташкента в Фергану путешествовал чиланзарский фотограф Андрей Кудряшов со своим верным другом – фотоаппаратом Sony a6500.

Международное информационное агентство «Фергана»




РЕКЛАМА