18 Август 2018

Новости Центральной Азии

Туранский тигр мертв, но дело его живет. В Казахстане снова появятся гигантские кошки

17.07.2018 11:13 msk, Владимир Иванов

Казахстан Разное Общество

Фото с сайта Pixabay.com

На днях Казахстане был официально открыт резерват для восстановления популяции тигров. Это первый ключевой шаг в программе по возвращению хищного зверя на территорию страны: последний раз тигра в Казахстане видели в 1949 году. Но будущее программы по-прежнему под вопросом – многое зависит от того, удастся ли найти общий язык с Китаем.

В Казахстане началась работа по восстановлению популяции тигров. Это событие оказалось настолько громким, что ему радуется даже Леонардо ДиКаприо. На возрождение тигра Всемирный фонд дикой природы (WWF) выделил 10 миллионов долларов, еще по 200 тысяч евро намерено ежегодно перечислять посольство Нидерландов в Казахстане.

Когда-то на территории Казахстана водились туранские тигры, но этот подвид вымер: последний раз зверь попадался на глаза человеку в 1949 году. Поэтому на территорию, где когда-то обитал хищник, с Дальнего Востока привезут амурских тигров. Заместитель директора Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия Сергей Скляренко рассказал «Фергане» о том, сколько еще лет нужно, чтобы тигр в Казахстане стал обычным явлением, не будет ли хищник опасен для туристов и местных жителей и как Китай может оказаться косвенной причиной срыва одной из самых масштабных работ по сохранению животного мира страны.

– Когда возникла идея завезти тигра в Казахстан?

– Это случилось на саммите в Петербурге в 2010 году. В ходе встречи тогдашних премьер-министров Казахстана и России Карима Масимова и Владимира Путина было решено попытаться возродить тигра в Казахстане. Изначальная идея принадлежала, правда, не собственно политикам, а российскому филиалу WWF. Именно он после встречи Путина и Максимова привлек к проблеме казахстанских специалистов: те должны были выяснить, стоит ли пытаться восстановить тигра в его прежнем ареале. Для реализации этого плана рассматривали территории двух стран – Казахстана и Узбекистана. Однако в ходе исследований стало ясно, что наиболее оптимальное место – дельта реки Или в Казахстане. Потом эту территорию обследовали более детально, в частности, проанализировали землепользование и состояние кормовой базы. В конце концов, пришли к выводу, что восстановить популяцию тигра вполне возможно, хотя и очень непросто.

– Кто выделил финансирование на предварительное изучение местности, на выяснение того, сможет ли тигр здесь прижиться?

– Это были донорские средства российского WWF. Государственные деньги на это не тратились, не считая того, что в 2015 году Казахстанское национальное географическое общество (сейчас – Qazaq Geography. – Прим. «Ферганы») арендовало два самолета для дополнительного обследования дельты реки Или. Это было необходимо, чтобы иностранные специалисты провели воздушную разведку территории и составили более полное представление о местности. После этого специалисты окончательно убедились, что территория подходит по размерам, ландшафту, уровню хозяйственного использования и, наконец, по общему впечатлению.

– Намерен ли Казахстан в перспективе участвовать в этом проекте финансово?

– В этом вопросе у нас ясности нет. Насколько я знаю, пока со стороны Казахстана ничего не запланировано. Не считая, конечно, создания резервата, который вполне можно рассматривать как вклад казахстанской стороны.


Туранский тигр в зоопарке Берлина, 1899 год. Фото с сайта Wikipedia.org

– Как вышло, что туранский тигр исчез из Центральной Азии?

– Это был именно тот случай, когда вид исчезает не из-за того, что у него резко изменилась среда обитания, а потому, что его целенаправленно истребляют. Последние тигры в дельте реки Или были уничтожены казаками, российскими военными поселенцами. Делалось это для того, чтобы тигр не беспокоил людей и скот. К моменту прихода в эти места советской власти туранских тигров почти не осталось. Последняя встреча тигра с человеком в дельте Или была зарегистрирована в 1949 году. С тех пор общая ситуация тут довольно сильно изменилась: например, ухудшилось состояние тугайного леса, который сильно выбит скотом. Резко сократилась и кормовая база – в данный момент популяция косуль и кабанов тут невысокая. Поэтому брать и привозить сюда тигра прямо сейчас нельзя ни в коем случае. То есть, конечно, выпустить-то его можно, однако из-за нехватки питания ему придется нападать на домашний скот. Так что основная задача программы на первом этапе – восстановление кормовой базы и мест обитания тигра в целом.

– Какие еще действия входят в программу по возвращению тигра?

– Во-первых, создан Иле-Балхашский резерват, где ведется работа по восстановлению Тургайской экосистемы с сохранением пустынных экосистем Прибалхашья. Его стали создавать еще до того, как началась программа по восстановлению популяции тигра. Для животного это очень важно, потому что здесь будет охраняемая территория, жесткий контроль над землепользованием и, конечно, будет восстанавливаться кормовая база.

– Сколько лет потребуется, чтобы начать реализацию программы?

– Минимум пять лет – и это при самом оптимистичном раскладе. И то надо иметь в виду, что пять лет – это не до выпуска тигров, а до того момента, когда их можно будет привезти, посадить в огороженную территорию и начать подготовку к самому выпуску.

– Какой из подвидов тигра привезут в Казахстан?

– Сюда привезут амурского тигра, как наиболее генетически близкого – это подтверждено специальными исследованиями. Кроме того, у амурского тигра схожая среда обитания – это подвид, который живет в условиях холодной зимы и снежного покрова. Даже кормовые объекты у них похожи: у амурского тигра это кабан и изюбрь (восточноазиатский олень). У нас, правда, изюбря нет, но в перспективе планируется реинтродукция бухарского оленя и подъем численности косули и кабана.


Амурские тигры. Фото с сайта Programmes.putin.kremlin.ru

– Сколько именно тигров планируется завезти на первом этапе?

– Поначалу это будет буквально несколько зверей, где-то четыре-пять особей, затем – завезем десяток. Это относительно небольшое количество. Однако заселять территории тигром вовсе не так просто. Рассматривались две основных возможности получения животных: либо привезти диких тигрят из лесов Дальнего Востока, либо из зоопарков. Правда, во втором случае понадобится сложная специальная подготовка к выпуску зверей в природу. Разумеется, предпочтительнее дикие звери. Кстати сказать, даже если с заселением территории тигром возникнут какие-то проблемы, работа по восстановлению экосистемы в любом случае принесет огромную пользу – и для охраны природы, и для местного населения, поскольку это даст толчок развитию туризма.

– Не будет ли тигр опасен для людей? Все-таки хищник.

– С местным населением и акиматами на этот счет уже поговорили, все опасения выслушали. Чтобы люди не тревожились из-за появления крупного хищника, территорию, где будет обитать тигр, огородят. После разъяснения люди поняли, что работа по восстановлению популяции – дело серьезное, это не значит, что тигров просто привезут и выпустят на волю. В любом случае, наша программа может реализоваться только при взаимодействии с местным населением, иначе ничего не получится.

– Какие, на ваш взгляд, основные факторы риска существуют при заселении Казахстана тигром?

– Во-первых, отсутствие достаточной помощи со стороны государства, акиматов: надо понимать, что политическая поддержка в нашем случае крайне важна. Во-вторых, могут возникнуть риски из-за неудачной работы с населением. В-третьих – неэффективная борьба с браконьерством: это ведь очень сложный регион, Алма-Ата близко, браконьеры едут прямо из города. Поэтому нужно отлаживать четко действующую систему охраны. В-четвертых, есть опасность, что не получится восстановить лес. Пятый фактор риска, с которым почти ничего нельзя поделать, – падение уровня реки Или. Дело в том, что Китай активно забирает воду на орошение. Тут должны быть четко отрегулированные межгосударственные взаимоотношения. Пока что это как-то соблюдается, но риск увеличения потребления воды со стороны Китая существует. Причем Китай во время переговоров справедливо указывает на то, что у нас самих вода расходуется нерационально – в Казахстане потери в сетях орошения действительно гигантские. Рисков, в общем, довольно много, и даже какое-то выпавшее звено способно поставить под удар всю программу.

Владимир Иванов, Алма-Ата, специально для «Ферганы»

Международное информационное агентство «Фергана»




Реклама от партнеров

РЕКЛАМА