21 Август 2019



Новости Центральной Азии

Паранджа для учителя: национальная образовательная программа Узбекистана в действии

19.03.2005 11:47 msk, Сергей Ежков, Ташкент

Анализ

ПАРАНДЖА ДЛЯ УЧИТЕЛЯ: НАЦИОНАЛЬНАЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ПРОГРАММА В ДЕЙСТВИИ

Очередной шедевр административно-хозяйственной мысли, выпущен в свет министром народного образования Узбекистана Т.Джураевым. По замыслу автора, он явно должен способствовать коренному улучшению учебного и воспитательного процесса, повышению моральных и нравственных качеств преподавателей, равно как и обеспечить им полную занятость в рамках сорокачасовой рабочей недели, предусмотренной в этой стране.

Приказ N30 от 19 февраля нынешнего года, лишь на днях попавший в руки некоторых журналистов республики, как и многие директивы аналогичного характера, в массовом порядке тиражируемые узбекскими чиновниками, изобилует полуграмотной демагогией худшего советского образца и целым рядом весьма сомнительных рекомендаций обязательных для исполнения.

Опуская стилистику и прочие благоглупости, изложенные г-ном Джураевым в столь важном и ответственном документе, позволим себе остановиться лишь на тех пунктах приказа, которые, мягко говоря, не совсем соответствуют успешной реализации национальной образовательной программы, о безоговорочных преимуществах коей неустанно повторяет официальный Ташкент.

Наряду с возрождением так называемых «кружков по интересам» – бесспорного достижения советской образовательной системы, похороненной системой нынешней - министр рекомендует педагогам сосредоточить внимание на «благоустройстве территорий, озеленении, посадке фруктовых и декоративных деревьев, а также деревьев для промышленного использования (именно так дословно можно перевести сформулированное министром). Боюсь, скоро со школьников и учителей потребуют выполнения плановых заданий по сбору овощей и фруктов с пришкольного участка

Более того, учителя обязаны организовать постоянный уход за территорией и насаждениями, покраску ограждений и должны быть «активными в ремонтных работах, ремонтируя соответствующие здания».

Вслед за этим приказом, фактически предполагающем введение для учителей средних школ своеобразной трудовой повинности, бдительно отслеживающий пожелания главы государства министр выпускает следующий документ под претенциозным названием «О культуре одежды работников образования» и, соответственно, (как же без них) рекомендации учителям: что, где и когда носить можно и чего нельзя категорически.

Здесь тоже масса сомнительных сентенций, претендующих на глубокомыслие. Чего стоит только одна фраза, как бы предполагающая длительное раздумье: «Учителя – это такие люди, рядом с которыми находятся ученики и родители»…

Или: «Ученики вдохновляют учителя на покорение новых горизонтов, но для этого надо повысить педагогическое вдохновение»…

И уж совсем ни в какие ворота: «Если учитель одет со вкусом, у школьников повышается положительная реакция».

Где и как повышается, об этом министр умалчивает. Умалчивает, но все же внутренне предполагая возможную «положительную реакцию», тут же конкретизирует обязательную форму одежды для своих подчиненных.

Мужчинам, по его мнению, надо иметь «темные брюки, светлую рубашку, темный костюм, обувь по сезону и «все это должно быть хорошего покроя» (оценивать покрой, видимо, будут определять проверяющие).

Преподаватели-женщины обязаны приходить в школу в темных юбках не выше колена, светлых кофтах и также в обуви по сезону. (Можно подумать, что у кого-то было желание прийти в класс в сорокаградусную жару в зимних сапогах).

Не рекомендует министр женщинам надевать «узкие юбки, разноцветные и ажурные колготки, прозрачные и разноцветные платья, использовать резкие духи, красить ногти ярким лаком и носить украшения на руках, шее и в ушах» (странно, что он опустил пупки, которые женщины тоже иногда используют для демонстрации украшений).

Что здесь сказать? Борец за визуальную нравственность сферы народного образования и чистоту идей среди преподавательского состава явно стремится внести свою вескую лепту в дело дальнейшего совершенствования учебного процесса и, в конечном итоге, получения школьниками достойных знаний от достойных, по его мнению, учителей.

Скажу больше: бессмертные по причине откровенной глупости директивы министра уже активно и настойчиво воплощаются в жизнь. Школьники месяцами занимаются благоустройством территории, покраской оград, очисткой улиц от мусора, ремонтом помещений и прочими делами, совершенно не имеющими отношения к получению знаний.

Учителя сегодня дежурят по ночам в школах, ремонтируют классы, вскапывают грядки, приходя на службу в рабочих спецовках и постепенно забывая о предмете, который обязаны преподавать. С их более чем скромной заработной платы регулярно вычитают деньги на периодические издания, учредителем которых выступает родное министерство плюс обязательные отчисления в различные благотворительные фонды, поборы по случаю прихода в школу инспекторов от народного образования, пожарных, работников санитарно-эпидемиологической службы и так далее, и тому подобное.

А что же само образование? Оно, несмотря на победные реляции узбекских властей, хиреет и дискредитируется на глазах. И есть от чего.

Во-первых, городских детей привлекают на любые хозяйственные работы. В сельской местности значительно хуже – школьники большую часть учебного года заняты на сенокосе, прополке хлопчатника, сборе овощей и фруктов, уборке хлопка.

Во-вторых, введение так называемых «аттестаций» для директоров школ и учителей, теоретически направленное на привлечение к работе в средних учебных заведениях квалифицированного персонала, на практике давно приняло совершенно иную форму. Так, например, в Юнус-Абадском районе столицы республики аттестацию не прошли треть директоров школ. Злые языки утверждают, что отнюдь не потому, что те не соответствовали каким-то критериям, а лишь, поскольку не смогли набрать необходимую сумму для взятки проверяющим и аттестующим чиновникам того же министерства. Что касается постоянных поборов с родителей учеников, то о них в Узбекистане не говорят только немые, а не видят только слепые.

Понятно, что признавать факты, негативно отражающие деятельность вверенного г-ну Джураеву министерства, сам министр не пожелает никогда. Не желает он и бороться тем, с чем необходимо бороться, если страна действительно хочет получить грамотных граждан, способных вывести ее из экономического и политического нокаута.

Впрочем, хочет ли? Быть может, нынешние власти Узбекистана, декларируя намерения о достижении поголовной грамотности, на практике стремятся совершенно в другую сторону, а следующим шагом министра станет директива об обязательном ношении женщинами в школах паранджи.

Единственное, что в этом случае можно гарантировать точно, так это то, что «повышенная положительная реакция» школьников на преподавателей будет сведена к абсолютному нулю.

И знания, наверное, тоже…

* * *

Сергей Ежков, независимый журналист, Ташкент, специально для ИА «Фергана.Ру»