26 Август 2019



Новости Центральной Азии

Байрам Шихмурадов: «Главное, чтобы Бердымухаммедов на этом не остановился»

10.08.2007 15:23 msk, Феруза Джани

Политика Туркмения

На фото – Борис Шихмурадов, «главный организатор» покушения на Туркменбаши.

Лед тронулся. Известие из Туркмении о помиловании одиннадцати человек, многие из которых были осуждены по делу «25 санжар» («25 ноября»), стало сигналом того, что в стране начинается давно ожидавшийся процесс пересмотра суровых приговоров тем, кто был не согласен с политикой президента Сапармурата Ниязова, и, в частности, был обвинен в организации покушения на него.

Напомним, 25 ноября 2002 года была совершена «попытка покушения на жизнь президента Сапармурата Ниязова с целью государственного переворота», как сообщала в то время генеральная прокуратура Туркмении. Более шестидесяти человек были объявлены террористами и предателями родины и осуждены. Большинство из них были приговорены к лишению свободы на сроки от двенадцати до двадцати пяти лет.

Один из лидеров оппозиционной Республиканской партии Туркмении Байрам Шихмурадов, отец которого – бывший вице-премьер Туркмении Борис Шихмурадов - был объявлен главным организатором покушения на Туркменбаши, назвал помилование «террористов» смелым и обнадеживающим шагом президента Курбанкули Бердымухаммедова.

Байрам Шихмурадов
- Я искренне рад за людей, которые сейчас вышли на свободу. Рано или поздно это должно было начаться. И я уверен, что на этих людях Бердымухаммедов не остановится, - комментирует происходящее Б.Шихмурадов. - Хотелось бы, чтобы процесс шел более решительно, поскольку тем, кто находится в местах лишения свободы, очень тяжело дается каждый день.

Фергана.Ру: - Как Вы считаете, почему бывший муфтий Насруллах ибн Ибадуллах амнистирован в числе первых из осужденных по делу «25 ноября»?

Б.Шихмурадов: - Этот человек достаточно известный в Туркменистане, его имя очень часто фигурировало в различных выступлениях и призывах, адресованных правительству. Сапармурату Ниязову муфтий был неугоден потому, что он пользовался большим авторитетом, у него были достаточно свободные взгляды, он нередко «наступал на мозоли» Туркменбаши. Плюс личная неприязнь к бывшему муфтию из-за его национальности (Насруллах ибн Ибадуллах является этническим узбеком. - прим. ред.). Все это явилось причиной того, что муфтий оказался причисленным к врагам народа.

Ниязова пытались убедить, что нельзя так обращаться со священнослужителями. Очень многие правозащитные организации и правительства западных стран, в том числе США и Великобритании, неоднократно называли муфтия в числе тех, на чью судьбу следует обратить особое внимание. Но эти выступления игнорировались Туркменбаши. И то, что муфтия сейчас освободили, говорит о том, что руководство Туркменистана начало прислушиваться к призывам международного сообщества, осознало, что рано или поздно сферу отношений Туркменистана с внешним миром надо приводить в порядок.

В ходе недавних бесед с представителями ООН Курбанкули Бердымухаммедов заверил, что Туркменистан придерживался и будет придерживаться своих обязательств, что будет в полной мере сотрудничать с ООН и ее институтами. По этому поводу стоит заметить, что ни одно из требований и рекомендаций правительству Туркменистана, перечисленных в двух резолюциях Генеральной ассамблеи ООН, принятых, если не ошибаюсь, в 2004-м и 2005-м годах, не было исполнено. И в 2006 году в одном из своих докладов тогдашний генсек ООН Кофи Аннан перечислял факты отказа Туркменистана от сотрудничества с органами ООН, что выражалось в непредоставлении отчетов по различным проблемам, как того требует Устав. То есть Туркменистан, вступая в различные международные договоры и соглашения, принимал обязанности, но не исполнял их. И с этим рано или поздно надо было что-то делать, ведь это создавало барьер в отношениях между Туркменистаном и внешним миром. Поэтому очень важно, что фамилия муфтия оказалась сейчас в числе помилованных. Несомненно, это вызовет положительную реакцию со стороны международных организаций и правительств иностранных государств, а Бердымухаммедов получит порцию вполне заслуженной им в данном случае похвалы за гуманизм и решительность.

Фергана.Ру: - А что вы можете сказать о других амнистированных вместе с муфтием?

Б.Шихмурадов: - Я не знаком с этими людьми лично, но читал о них. Например, Юсуп Хайытов фигурировал в докладах бывшего генерального прокурора Туркменистана Курманбиби Атаджановой как один из организаторов террористического акта 25 ноября 2002 года. Согласно докладу, он вместе с моим отцом и другими «террористами» вынашивал планы по насильственному захвату власти. Причем роль Хайытова была описана достаточно подробно. В частности, говорилось о том, что в случае удачного убийства Ниязова и прихода к власти «преступников» Борис Шихмурадов должен был возглавить партию, которая стала бы основной партией в Туркменистане. А для того, чтобы угодить своим западным покровителям, Шихмурадов якобы создаст видимость многопартийности и сформирует искусственные партии. Юсуп Хайытов должен был, по версии генпрокуратуры, стать одним из лидеров Коммунистической партии и изображать оппозицию.

Вчера я перелистал доклад прокурора и книгу, якобы написанную моим отцом, где подробно рассказывается о том, как готовилось покушение на Туркменбаши. Имя Юсупа Хайытова там фигурирует достаточно часто, и поэтому судьба этого человека представлялась мне очень незавидной. Тем более что он человек уже пожилой – 1933-го года рождения. И вот так сложилось, что он сейчас на свободе. Я очень за него рад.

Этот акт помилования – событие не рядовое. Самое главное, чтобы Бердымухаммедов на этом не останавливался. Ведь живые люди, которые мучаются и страдают, находясь в местах лишения свободы, ждут, что президент спасет им жизнь. И я надеюсь, что он это сделает. Он должен понимать, что от него сейчас зависит очень многое. Я надеюсь, он убедится, что эти люди не опасны. И что сегодня одиннадцати семьям в Туркменистане стало немножко легче жить.

Фергана.Ру: - Байрам, нет ли у вас известий о вашем отце?

Б.Шихмурадов: - Нет, о моем отце у меня нет никаких известий. За исключением того, что опять разные люди со ссылкой на разные источники, называя разные даты, сообщили о том, что моего отца нет в живых. Я считаю это неподтвержденными слухами. Во-первых, я не могу в это поверить, поскольку никто не может достаточно убедительно сообщить мне хоть какие-то сведения об отце. И в этом отношении меня, конечно, очень сильно это угнетает и даже злит. Но это мои личные переживания, я понимаю, что в данном случае не все так просто. Главное - чтобы отец был жив и здоров. Я думаю, что рано или поздно, дойдут и до главных действующих лиц.

У меня полсемьи находится сейчас в туркменской тюрьме. Мы не ожидаем, что их всех сразу сейчас освободят. Мы ожидаем нормального человеческого отношения. То есть - я хотел бы получить копию судебных документов, увидеть, в конце концов, копию приговора отца, чтобы знать хотя бы, за что его осудили. Самое главное – получить информацию о том, где он находится, каково состояние его здоровья.

Как вчера объявил Бердымухаммедов, помилование одиннадцати человек стало результатом деятельности Комиссии по рассмотрению обращений граждан в связи с деятельностью правоохранительных органов Туркменистана. Хочется верить, что эта комиссия на самом деле существует, что это не фикция, и что дело моего отца тоже рано или поздно будет рассмотрено и пересмотрено в ходе справедливого и открытого суда, где мы сможем получить полагающуюся нам по закону юридическую защиту и обеспечить соблюдение наших гражданских прав. Моя мама вот уже пять лет пытается добиться, чтобы ей либо в Туркменистане, либо в России (и отец, и все мы – граждане Российской Федерации) – хоть кто-нибудь дал копию приговора моему отцу. Но этого не может сделать никто - ни в Туркменистане, ни в России, ни правительства, ни президенты, ни генеральная прокуратура обеих стран. Кому бы мы не писали, все делают вид, что ничего не происходит, и не отвечают на запросы. То, что никто не может предоставить нам копию приговора, свидетельствует о том, что дело отца было рассмотрено со значительными нарушениями, и показывать им нечего. Я очень надеюсь, что рано или поздно, мы добьемся того, что законность будет соблюдена.